Я люблю тебя!

      Уже несколько месяцев Иона жила во дворце всадников, мужчины, да и слуги, были очень добры и внимательны к девушке, не давая ей и на миг почувствовать свое одиночество или просто заскучать. Ире постоянно заставляла девушку проверять работу всех слуг, заниматься делами замка, составлять меню на день или неделю. Иона каждый раз пыталась отмахнуться от этого, девушка не желала вмешиваться в хорошо отлаженную работу прислуги, просто она никак не могла принять роль хозяйки замка, но Ире была непреклонна и вскоре Иона втянулась в свою роль, стала более уверенной в себе. Братья не оставляли девушку одну надолго, если она не была занята хозяйственными делами, то компанию ей составлял один из братьев. Подарки тоже не иссякали, будь то: заморские сладости, букетик редких цветов, маленький флакон духов, тончайшая, легкая шаль, лента для волос, новая книга, почти каждый день Иона находила в своей комнате новый подарок. В начале она не знала как на них реагировать, ей было стыдно, что она никак не может ответить на эти жесты внимания, но вскоре привыкла и просто радовалась новинке, одаривая братьев своей улыбкой, смехом или радостью.       Естественно она не забывала о своих родных, каждый день она подходила к огромному зеркалу и подолгу смотрела на них, хоть после этого и становилось ей грустно и тяжело на сердце. В такие моменты рядом с ней постоянно оказывался Иссахар, он не навязчиво рассеивал ее от тревожных мыслей. Вместе с мужчиной они проводили долгие тихие вечера в библиотеке перед камином: Иона читала одну из множества имеющихся книг, а Иссахар возился с документами, или делал вид, что работает, украдкой любуясь девушкой. Или разговаривали обо всем, что им могло взбрести в голову, часто довольно разгоряченно обсуждали прочитанные книги, спорили. Ионе очень нравились братья, но только при виде Иссахара ее сердечко стучало загнанной птицей, при звуке его, с легкой хрипотцой голоса у нее подгибались колени и кровь приливала к щекам. Хоть ей было и интересно общаться с остальными всадниками, узнавать от них, что-то новое, лишь время проведенное с Чумой было ей дороже всего, только эти моменты она перебирала в уме, лежа в своей кровати, перед сном и тайно лелеяла их в своей памяти.       Дни ее проходили тихо и безмятежно, пока она не встретилась с Флегонтом. Иона возвращалась из сада, где нарвала свежих цветов и хотела поставить один букет белых магнолий в кабинете Иссахара. Девушка заметила, что в последнее время, мужчина был довольно задумчив и рассеян, поэтому она решила, что свежие цветы немного приободрят его. Яркая, невинная красота ангела заставила замереть ее от восторга, с тяжелой корзинкой в руках. Флегон буквально налетел на Иону, выбегая из кабинета и сердито хлопая дверью, заметив девушку он презрительно скривил губы и резко бросил: – Смотрю, ты еще не сдохла! – Флегон!- угрожающе зарычал на него Иссахар, выходя вслед за ним. На, что ангел лишь фыркнул и толкнув, стоящую на его пути девушку, выбежал из дома. Иона упала на пол, довольно ощутимо ударив мягкое место, выронив корзину из рук, цветы белоснежным ковром рассыпались по полу. – Ой!- скривилась она. – Ушиблась?- ласково обратился к ней Иссахар, помогая ей подняться.- Извини его! Флегон... это Флегон!- вздохнул он и стал помогать ей собирать разбросанные по полу цветы.– Ты, что-то хотела?- спросил он ее, когда корзинка вновь была полна. – Ничего особенного!- покраснела девушка.- Просто, хотела оставить немного цветов! – Хорошо! Проходи!- открыл он перед ней двери в кабинет и внес тяжелую корзину. – А мешать не буду?- робко замялась на пороге Иона. – Нет, не будешь! Я уже почти закончил!- ответил ей Иссахар и поставил корзину на стол. Девушка еле слышно вздохнула и принялась за цветы, изредка бросая робкие взгляды на погрузившегося в работу мужчину. Иссахар же и думать забыл о бумагах, делая вид что читает их, он украдкой бросал жадные взгляды на девушку, ласкал глазами ее хрупкую фигуру, и мысленно вздыхал от невозможности сделать это руками, почувствовать ее кожу, ее тепло, вдохнуть ее запах. Даже сидя за столом он слышал как быстро и громко бьется ее сердце. Иногда их взгляды, встречались и Иона робко улыбалась ему, ее щеки розовели и она стыдливо опускала взгляд, вздыхала и вновь возвращалась к цветам. К сожалению обоих, ваза очень быстро заполнилась и у Ионы больше не было причин задерживаться в кабинете, девушка бросила быстрый взгляд на Иссахара и вздрогнула, глаза мужчины заполнила тьма, на лице проступили черные вены. Заметив, что Иона испугалась, он закрыл глаза и постарался взять себя в руки, вздохнул, когда услышал как тихо закрылась дверь за девушкой. Кривая, ироничная ухмылка искривила его губы, он раздражено бросил бумаги на стол и схватился за голову, тяжело задышал, сжимая кулаки.       Выбежав из кабинета Иона устало прислонилась к двери и прижала похолодевшие ладони к гулко стучащему сердцу. Она действительно испугалась, ей удавалось пару раз увидеть как глаза Иссахара заполняет тьма, как проступают черные вены, на лице мужчины, она знала, что такое происходит в те моменты, когда он очень сильно волнуется, или зол, но вот, что могло разозлить всадника, девушка никак не могла понять. С трудом успокоившись она тихо застонала, Иона забыла корзину с цветами в кабинете, а ей так хотелось расставить вазы с цветами по всему замку, но возвращаться назад она не решилась. Подобрав длинный подол платья, девушка направилась в сад, надеясь, что Амос не будет слишком сердиться, если она сорвет еще немного цветов, для себя, а за корзинкой отправит попозже кого-нибудь из слуг. Веселый и все еще неуклюжий Нук выскочил из-под лестницы и довольно виляя хвостом и поскуливая, стал оттираться о ноги девушки. Иона наклонилась ласково потрепала его по голове и бросив рассеянный взгляд на двери кабинета, вышла на улицу.       Иссахар с затаенной грустью наблюдал из-за штор за прогуливающейся по аллеям сада Ионой. Девушка ласково улыбалась наблюдая за резвящимся щенком, который как угорелый носился по саду, гоняясь за цветными, крупными бабочками, подарком Иссахара Ионе. Веселый смех девушки серебряным колокольчиком разносился по саду. Нук довольный хорошим настроением Ионы, старался как мог, чтобы еще больше развеселить хозяйку, кувыркался на нежном, зеленом ковре молодой травы, ломал пушистые кустарники, выпрыгивая из них с высунутым, розовым языком наперевес, с подпрыгивающими, лопоухими ушами и громко лаял, вторя смеху Ионы. „ Амос расстроится и опять будет ворчать!“- с улыбкой на губах подумал Иссахар, наблюдая за разошедшимся не на шутку щенком, остервенело подрывающим корни какого-то куста.       Темная, зыбкая фигура появилась за спиной мужчины и стала наблюдать за ним. – Сынок!- тихо позвала она его.- Почему, ты не с ней? – Мама!- ответил ей Иссахар, чуть заметно поворачивая голову в ее сторону.- Она боится меня!- грустно улыбнулся он.- Не хочу видеть в ее глазах отвращенье и страх! – Ты уверен, что это они?- спросила его Тьма. – Я слышу как сильно бьется ее сердце, когда я рядом! - ответил он.- Что это, если не страх? – Может любовь?- с улыбкой в голосе сказала она. – Я не знаю!- рассеяно ответил Иссахар. – Тогда спроси ее!- посоветовала ему Тьма, Чума резко поднял глаза на мать и всмотрелся в нее расширенными глазами. – Ну, я пойду?!- неуверенно спросил мужчина. – Иди!- вновь с улыбкой сказала она. Иссахар отвернулся от окна и опрометью бросился вон из кабинета.       „ Еще не много осталось!“- вздохнул Эфам, наблюдая за Иссахаром с Ионой. Старший брат неожиданно появился в саду, выскочил из дома, как черт из табакерки и уверенным шагом подошел к притихшей девушке. Смерть многое бы отдал, чтобы услышать о чем они говорили, но он стоял слишком далеко от них, поэтому мог лишь наблюдать за развитием событий. Иссахар что-то говорил девушке, внимательно следя за ее реакцией на свои слова. Все тело мужчины было напряжено, словно натянутая тетива его лука перед выстрелом. Вот Иссахар что-то спросил у Ионы, осторожно взял ее за руки и замер в ожидании ответа. Девушка густо покраснела и едва заметно кивнула головой. Старший удивленно округлил глаза, радостно улыбнулся, двумя руками взял лицо девушки в ладони и нежно поцеловал ее в лоб, обнял ее. Эфам на момент почувствовал себя неудобно, когда понял, что подглядывает за ними и осторожно стал задом пробираться через кусты, стараясь незаметно уйти, в душе Смерть радовался за своего брата. – Вот, ты где!- неожиданно из кустов на него вышли война и Голод.- Мы повсюду тебя ищем! Иссахар, где?- спросил Эфама Гидъон. – Там!- кивнул в сторону целующейся парочки Смерть. – Ух, ты! Он все же решился!- усмехнулся Война. – Да! Решился! Вот только...- грустно вздохнул Эфам и все замолчали. –Знаешь, но я все же рад за него!- через время сказал Гидъон.- Я уж было подумал, что братец не живой! Пусть хоть не надолго, но он любит и любим! Это хорошо! Наверное?! – Может ты и прав!..-ответил Амос.- Только ему решать хорошо это или плохо. – Ты, хочешь сказать, что сожалеешь?- спросил его Война. – Я? Нет!- ответил Голод.- Но, он... – Да! Он...- устало вздохнул Гидъон и посмотрел на влюбленных. – Думаю их лучше оставить самих!- смущенно зашептал Эфам, когда заметил как поцелуи из целомудренных перешли в разряд страстных. – Бедные мои клумбы!- закачал головой Амос, когда увидел, как Иссахар повалил Иону на землю. – Они же не будут здесь, в кустах?!- удивился Война, почти весь высовываясь из пушистых кустов сирени. – Кто его знает!- усмехнулся Смерть, тоже любопытно выглядывая из них. – Нет, я этого не вынесу!- хлопнул себя по лицу Амос.- Они уничтожают мои коллекционные растения!- и ломанулся из кустов к парочке. – Может вмешаться?- предложил Война, когда увидел как Голод отчитывает притихших Иссахара и Иону. – Сами разберутся!- отмахнулся от них Смерть, бросил взгляд на невероятно синее небо, сощурил глаза от яркого солнца, вздохнул и поплелся в сторону дома. Война удивленно пожал плечами и пошел за Смертью.       Иссахар на всех парах мчался в сад к Ионе, мысленно прокручивая разговор с матерью, мужчина надеялся, что женщина все же будет права и то, что он принимал за страх, окажется простым смущением влюбленной в него девушки. Увидев ее еще издали, его сердце пропустило удар. Большого труда ему стоило набраться смелости и подойти к ней, еще труднее ему было заговорить с неожиданно притихшей, при его появлении, Ионой. – Иона!- то ли выдохнул, то ли простонал он. – Ис-с-сахар!- испуганно ответила она, прижимая руку к груди, в попытке успокоить бешено стучащее сердце, робкий румянец окрасил ее щеки. – Прекрасная погода! Не так ли?- спросил он не зная как подступиться к ней и начать столь важный разговор, жадно поедал ее глазами. – Д-да! Отличная!- тихо выдохнула она, опуская глаза в пол, смущаясь от слишком пристального взгляда Чумы. Нук наконец-то оставил несчастный куст и плюхнулся на пушистый зад у ног Ионы, любопытно блестел глазами на двух, смущенно притихших взрослых, склонил голову набок, поднял одно свое большое ухо и нетерпеливо заскулил, привлекая к себе внимание. Иссахар с Ионой вместе посмотрели на щенка и усмехнулись, мужчина протянул руку, потрепал лобастую голову Нука. – А ты, уже вырос!- сказал он, затем ловко сорвал одну из крупных магнолий и протянул ее девушке.- Вот! Ты же их любишь!? – Люблю!- выдохнула она, принимая цветок из рук мужчины. – А, меня?.. Любишь?..- Тяжело сглотнув, спросил он, весь замер, напрягся, ожидая ее ответа. Как маков цвет заалела щеками Иона, не в силах от смущения глаза на него поднять и слова вымолвить, еле заметно головой мотнула и тихо выдохнула: – Люблю! – И я тебя люблю!- облегченно выдохнул Иссахар и нежно ее поцеловал, к себе прижал, с упоением вдохнул он ее запах.       Робко потянулась ему на встречу Иона, нежно он прижал к себе, ее тонкий стан обнял, горячими губами зацыловывал ее лицо: глаза, нос, губы, щеки. Все страстнее становились его поцелуи, все жаднее были его губы, все теснее прижимал он девушку к себе, словно желал слиться с ней в одно, все горячее становился воздух вокруг них. Сам не понял Иссахар, как повалил он ее на землю, прямо на ухоженные клумбы. Голодным зверем впивался он в ее губы, покрывал поцелуями ее шею, оставляя ярко-красные пятна, жадно шарил руками по ее телу, срывая одежду с девушки. Не в силах была Иона ему сопротивляться, с головой ее накрыло желание, жарким огнем изнутри сжигало, опаляло кожу стыдливым румянцем, делало ее чувствительной к ласкам Иссахара. Всем телом льнула она к мужчине, всем существом своим, горячо отзывалась она на его ласки, дугой в его руках выгибалась, тихие стоны с ее губ срывались, жадно пил он их, терзая в конец опухшие от поцелуев губы.       Тут холодно стало ей, вздрогнула она, глаза свои замутненные страстью открыла и испугалась, увидев рассерженного Амоса. Зло он на них глазами сверкал, сквозь зубы слова цедил, брата ругая, на нее и не смотрел. Неловко стало Ионе, стыдно, что вот такой видели ее, захотелось девушке сбежать отсюда, спрятаться где-нибудь, да Иссахар не дал. Словно мысли ее прочитал, за руку схватил, сильно сжал и не отпускает ее. – Прости, брат!- сквозь пелену стыда услышала она голос Иссахара.- Я тебя понял! Такого больше не повторится! Отмахнулся от них Голод, к истоптанным цветам склонился, пытаясь понять какие из них спасти можно.       Так держась за руки и вернулись они в дом. Повернулся Иссахар к притихшей девушке, свободной рукой волосы свои растрепал, своим мыслям хмыкнул, ласково пальцы их переплел, поднес руку к губам и каждый пальчик Ионы поцеловал. Вскинула она на него глаза свои, когда увидела каким взглядом он на нее смотрит, зарделась, глаза в пол уткнула и вздохнуть боится. – Прости! Не сдержался!- сказал Иссахар, к себе ее прижал, спрятала свое лицо на его груди Иона.- Что скажешь насчет ужина, сегодня?- тихо в волосы прошептал он ей. – Хорошо!- ответила она ему, еще теснее прижимаясь. – Тогда до вечера!- отстранился он от нее.- Тебе лучше уйти!- с сожалением сказал Иссахар.- Не то..!- и криво усмехнулся ей. Подхватила подол платья Иона, сделала несколько неуверенных шагов к лестнице, на первой ступеньке остановилась, робко на него посмотрела и вздрогнула. Черным огнем горели его глаза, вены на лице проступили, на скулах жевалки заиграли, кулаки так сжаты, что костяшки пальцев побелели. Опрометью бросилась девушка вверх по лестнице в свою комнату, двери плотно закрыла, собой подперла, руки к груди прижала, к сердцу, что как у загнанной лани колотится, тихо застонала. И сладко ей, что ее так любит Иссахар, так желает. И страшно, а вдруг разочарует она его, вдруг не понравится? К зеркалу подошла, себя в нем разглядывает, и так повернется и этак. Платье воздушное, как лепестки цветов на ветру, от этого колышется, нравиться ей как она в нем выглядет, как подчеркивает наряд: стан ее тонкий, глаза ее карие. Дрожащими руками по губам распухшим провела, мелко задрожала, когда вспомнила как жадно ее целовал Иссахар, сладко ей в груди от этого стало, тепло, заалели щеки ее, улыбнулась мыслям своим девушка. „ Не может мужчина, который так сладко целует в ней разочароваться!“- подумала она и довольно крутанулась вокруг своей оси, плюхнулась на мягкую перину, руки в стороны раскинула и сама не зная как уснула, со счастливой улыбкой на губах.