Подойди поближе

— Ей, Гарри, — позвала меня Гермиона, когда мне не удалось скрыться от неё в коридоре. — Можно с тобой поговорить? Я проклинал себя до седьмого колена, что не воспользовался картой отца, прежде чем идти этим коридором, что был возле библиотеки. Стоило бы догадаться, что тут я могу встретить её. А ведь мне так хорошо удавалось избегать её целую неделю. Ведь Гермиона Грейнджер оставалась все той же Гермионой, что постоянно бегала за мной и следила сделал ли я домашнее задание, не пропустил ли я что-то важное на лекции. А ещё она почти постоянно хотела со мной поговорить о том, что мы расстались, чтобы не было неловкостей. Но видимо для меня расставание далось не настолько легко как ей. Моя подруга светилась от счастья, на её лице больше не было той складочки между бровей, ведь ей больше не приходилось злиться или беспокоиться обо мне. У меня даже сложилось впечатление, что ей абсолютно всё равно от того, что мы расстались, и это невероятно злило меня. Я не мог и не хотел быть ей другом, не после того, что мы пережили. Не после того, как я смог почувствовать, какое наслаждение могут приносить её прикосновения. Но я знаю, что все испортил, а гриффиндорка не даёт второго шанса. Так что мне оставалось лишь избегать её. — Да… — я поморщил нос, и с явным нежеланием повернулся к ней, ведь делать вид, что я её не услышал или не заметил в пустом коридоре было глупо. — Не думаю, что это хорошая идея. Я спешу… Но когда эту девушку останавливало чье-то нежелание с ней говорить. Грейнджер схватила меня за руку, я попытался высвободиться, но у меня не вышло. И откуда у неё столько силы взялось? — Ты не можешь всё время избегать меня, — она выглядела очень привлекательной, когда пыталась командовать. Как ни кстати, мой мозг подкинул мне парочку воспоминаний, от которых мне не становилось легче с ней общаться. — Гермиона, — я тяжело вздохнул, сдаваясь, но девушка так и не убрала свою руку. — Чего ты хочешь? Староста факультета, тут же отвела от меня взгляд своих карамельных глаз. Я знал её слишком хорошо, она хотела что-то сказать мне, но стыдилась этого. Интересно, что же могло такого произойти, чтобы настолько смутить нашу отличницу. — Мне не хватает тебя, — больше она не осмелилась поднять на меня взгляд. — Мы ведь друзья… — Мы делали совершенно не дружеские вещи, — я не смог сдержать себя, никогда не мог. — Гермиона. Мне показалось, что она вот вот заплачет. Что ж, я как всегда всё испортил. Хотя что тут странного, это ведь так привычно для меня. Я попытался её обнять, но шатенка не дала мне этого сделать. — Это не может так закончится, — она ударила меня своими маленькими кулачками в грудь. — Ты обещал мне, что наша дружба выстоит перед всем. Ты обещал, что не бросишь меня. Я слушал её слова, а у самого сердце разрывалось. Когда я произносил ей те обещания, я ведь не знал, что мы станем встречаться, а потом расстанемся. Но я не мог причинить ей ещё больше боли. Мне хотелось хоть раз сделать что-то правильно. — Друзья на век? — видит Мерлин, что эти слова дались мне нелегко. Я протянул ей мизинец, и в этот момент увидел улыбку на её лице, и мне сразу стало легче. Пусть я и буду разрываться на части, и разрушать себя, но это всё было неважно пока она так улыбалась мне. С радостными воплями она убежала, как-то скомкано говоря, что куда-то опаздывает. Я откинулся на стену, и закинул голову к верху: — Что ты творишь, Поттер? — спросил я сам себя. Тут на горизонте появился Драко, что не вещало ничего доброго само по себе. — Я не люблю её, — опередил я слова кузена. Меня это уже начинало порядком бесить, мне надоели эти постоянные разговоры о Грейнджер. — Можешь сколько угодно раз это повторять, правдой это не станет, — улыбнулся Малфой. — Что ты хочешь этим добиться? — спросил я, все еще мало проявляя интереса к разговору. — Мне просто казалось, что дружба хороший старт для отношений, но ошибся. Было видно, что братец мне не поверил. Не знаю почему у моей семьи такой нездоровый интерес к этой молодой особе. Все они осуждающе смотрели на меня, видимо за то, что не сумел удержать при себе такое сокровище. — Ты здесь ради неё, Гарри, — уже серьезно начал тот, припоминая мне о письме с приглашением в академию аврората. — С того момента, как ты бросил её, у тебя не было ни одной девушки. Я все ещё помню, как ты ни с кем не разговаривал, ничего не ел. Твои разбитые руки. Мне не нашлось, что ответить. Все ещё не понимаю своего поведения. Я хочу держатся от нее подальше, но вот только не могу этого сделать. Эти чувства были сильнее меня ещё с самого начала, когда я только впервые увидел её в школьном коридоре. В ней не было ничего примечательного, обычная грустная девушка, но я все же смог увидеть огонек в её глазах. Он и покорил меня. Она была моей, я обладал ею. Гермиона любила меня, я это чувствовал в каждом её прикосновении ко мне. И когда она призналась мне в этом, я испугался. Испугался того, что сам могу в неё влюбится, поэтому я как последний трус, убежал. Делал все те вещи, что она так не любила, делал, чтобы она бросила меня. Что ж, я своего добился. Жалкий трус. — Опять не удалось закадрить мою сестру? — я старался перевести тему с неприятной, на ещё более неприятную. — Да, она меня опять тактично, — засмеялся блондин от моего взгляда. — Посылая матом, отшила. — Хорошо, — засмеялся я в ответ, хлопая его по плечу. — Иначе я бы тебе кое-что другое отшил. И мы направились в Хогсмит.