Тринадцатый (Цикл "Зов Предков")

Выход из гиперпространства сразу трёх военных хайгаских кораблей был слаженным и отработанным многолетними тренировками. Заняв в черноте космоса положение равнобедренного треугольника, корабли неспешным ходом направились к космической станции, зависшей на орбите каменного планетоида звёздной системы Аргх-1. Планетоид, удостоившийся чести получить собственное мрачное имя Бохор, означавшее Смертоносный, принадлежал клану Рош’Шэнар по праву первооткрытия, но на космической станции находились не только рудодобытчики, а и военные Хайгаского племенного союза — общего рода войск, содержавшего в ковенах представителей всех тридцати кланов заадданов*. На станции размещалась база с наблюдательным пунктом. Хайга находилась на расстоянии десятка гиперпрыжков средней дальности, и НП* Аргх-1 входил в систему общепланетарной защиты дальнего рубежа. На станции посменно жили и работали полсотни рабочих и два десятка военных. Обеспечивая безопасность, сектор патрулировали три полностью автоматизированных сторожевых пак’куна — судна среднего класса, под завязку напичканные новейшей аппаратурой слежения за дальним и ближним космосом. Таковы были данные, что высветились на экране бортового компьютера главенствующего в тройке преследователей «Тайлайни» гистарра — «Гуйзу», пребывавшего под командованием Эгана Рош’Шэнара. Поручить поиски сбежавшего старшего наследника нарга Бальгар Рош’Шэнар мог лишь близкому родственнику. Выбор датрана пал на Эгара — племянника как главы клана, так и самого Бальгара, рождённого от их брата — Кутлана, сложившего голову в войне с землянами. Прослушав доклад одного из младших офицеров — тай дайёра, Эгар, стоявший у смотровой щели, разглядывая висевший в бездне космоса планетоид, сложил руки на груди. За спиной капитана застыл его старший помощник — Тукпа Раг’Ку, чутко отлавливая ухом очередную попытку офицера связи открыть канал для общения со станцией. Им не отвечали. Отозвались только пак’куны, выдав на кодированный запрос стандартный ответ о полном функционировании своих внутренних и внешних систем. — Помехи, вызванные космическим штормом частиц? — коротко предположил Тукпа, сам не веря в собственное предположение. — Тогда мы не услышали бы отчёт пак’кунов, — возразил Эгар. Это было верным. Каждому космолётчику как Хайги, так и Земли было известно явление гулявших в космосе штормов из стазис-частиц, накрывавших эфир непроницаемым куполом. Кайяджа всё ещё бились над объяснением этого эффекта, но зоны внезапно возникавшего поля из стазис-частиц встречались у Аргх-1 чаще, чем где-либо. Именно поэтому поверхность единственной не газообразной планеты системы — Туввы заселить не пытались. Её сосед — газовый гигант с двумя каменными спутниками находился слишком далеко от местного светила — жёлтого карлика, и по той же причине был отсеян, как кандидат на колонизацию спутников. — Отправим на станцию кайзунов, — предложил Раг’Ку, прерывая размышления своего калат датрана*. Они были не просто капитаном и подчинённым, обоих связывала многолетняя дружба, и Тукпа мог позволить себе первым высказывать предложения. — Если это естественные неполадки со связью, поможем её отладить и узнаем, как долго здесь пробыл «Тайлайни». Эгар кивнул, продолжая задумчиво рассматривать планетоид. К Аргх-1 они подошли, идя по следу «Тайлайни», отловленному межпространственными «маячками». Согласно последним данным, в эту звездную систему судно наследника нарга вошло двое суток назад, но на орбите планетоида «Тайлайни» не наблюдался. Сканеры вывели трёхмерную модель окружающего их космоса. У планетоида медленно дрейфовали лишь пак’куны и несколько платформ-усилителей, готовых развернуть защитный силовой экран над станцией. — Пойдёшь с группой, — велел старпому Эгар. Тукпа, приняв приказ к исполнению, покинул мостик. Штурмовой бот отправился к станции без проволочек. На случай отсутствия связи был оговорён протокол отправки зег-кода* световыми вспышками. Спуск на станцию транслировался с камер на шлемах, выведенных на экран консоли в рубке. Запись тщательно фиксировалась, оседая в памяти бортового журнала. Эгар Рош’Шэнар неукоснительно следовал армейскому уставу и инструкциям. Не только военных Земли замыкали в жёсткие рамки правил, что были практически идентичны. Спуск на станцию прошёл без осложнений. Бот приземлился на круглой площадке и семеро кайзунов спустились вниз по трапу, ощерившись оружием и соблюдая необходимую предосторожность. Столь близко к Хайге враг никогда не подбирался и опасность считали минимальной, но молчание операторов подпитывало напряжение. Штурмовики действовали слаженно, рассредоточившись во всех направлениях, и, проверив периметр, направились к шлюзу, высившемуся над поверхностью «тела» станции. Коды допуска были приняты. Пятеро штурмовиков, включая Раг’Ку, занырнули внутрь. Двое кайзунов остались охранять вход. Эгар следил за их передвижением, не отрываясь от экрана. В правом углу система боевых скафандров выстраивала отдельными сегментами данные о состоянии каждого из воинов. У всех пятерых частил пульс. Изображение слегка шло волнами, но связь была достаточной, чтобы иметь представление о том, что видели сами кайзуны. Рош’Шэнар склонился к консоли: — Доклад по обстановке, — потребовал коротко. Тукпа поднял к глазам встроенный в рукав боевого скафандра планшетник. — В ближайшем радиусе жизни не наблюдается, — ответил, сверившись с данными остальной команды, — но имеется нечто странное. — Кроме того, что вас забыли встретить? — хмуро выдал Эгар. Раг’Ку размазано хмыкнул: — На станции есть утечка кислорода, и она увеличивается. Осталось не более сорока процентов. И ещё кое-что… наши датчики показывают высокое излучение нэтра-лучей. Эгар вскинул брови, оценивая услышанное: — Лучевое обеззараживание? — Причём тотальное, — подтвердил Раг’Ку, — четвёртый уровень. Это было более чем странно. Четвёртый уровень стерилизации использовали лишь в помещениях с отсутствием органики, для которой он был губителен. И лишь при наличии серьёзного заражения враждебной микрофлорой. Капитан нахмурился. — Группу не разделять, — велел отрывисто. — Двигайтесь к административному модулю. В случае обнаружения станционников — контакт только по моему приказу. — Принято к исполнению, калат датран, — голос Раг’Ку двоило, выдавая фоном повтор каждой голосовой модуляции. — Двигаемся к административному модулю. Доклад по прибытию. — Действуй, — Эгар, отступив назад, опустился в капитанское кресло, представлявшее собой громоздкое сооружение, стоявшее на постаменте и снабжённое миниконсолью, дублировавшей основные функции большой бортовой панели. Пройдясь по консоли, он повесил в воздухе голографическое изображение станции, которое тут же расслоилось на три уровня. Один наземный и два внутренних. Помещений было множество. Жилой отсек размещался на среднем уровне, там же находился административный узел управления станцией. Нижний уровень содержал складские помещения и ангары. Подозвав к себе одного из технарей, он развернул голограмму в его сторону. — Мне нужен учёт всех биоединиц и их параметры на всех трёх уровнях. Глубокое сканирование как станции, так и её пределов. Выявлять все объекты тяжелее моей головы. Расчёт был произведён незамедлительно. Тай дайёра доложился, что им следует подойти ближе, снять щиты и отклониться на пятнадцать градусов на правый борт для более оптимального захвата станции и окружающего её пространства. Снимать щиты было рискованно, но опасности поблизости не наблюдалось и Рош’Шэнар отдал приказ выполнить нужный манёвр. Вперёд двинулся только «Гуйзу», остальные корабли — «Гаруд» и «Лакор» остались на месте, обеспечивая защиту тыла и наблюдение. Слабая тяга, которую быстро учился ощущать каждый, кто летал в космосе, пробрала корпус «Гуйзу» короткой дрожью, передавая её через контакт с полом и стенами. Планетоид медленно, но уверенно принялся расти в размерах. На фоне массивного, серого, слегка сплюснутого каменного шара, станция отсвечивала серебристым пятнышком, отражая свет местного светила. Треск в эфире возвестил о том, что кайзуны Раг’Ку добрались до командного центра станции. Поднявшись, Эгар вернулся к главной консоли. Отсюда, в смотровую щель, станция казалась куда ближе и ярче. Стали видны отдельные элементы: длинные ряды панелей светонакопителей, две массивные орудийные башни, одетые в броню, с прозрачными кокпитами, и посадочная площадка, где рядом с ботом кайзунов стояло несколько космических дронов и громоздкий грузовой шаттл. — Докладывай, — велел он, одновременно отлавливая взглядом тай дайора, отрапортовавшего о готовности начать масштабное сканирование. — Командный пункт пуст, — камера Раг’Ку продемонстрировала подтверждение его словам, — в жилых модулях персонал станции отсутствует. Попытка связаться с рудниками и НП на планетоиде ничего не дала. — НП работал в автоматическом режиме. — Тогда ответ должна была дать сама система, но этого не произошло, — он замолчал, вводя данные на круглой панели командного центра и, получив ответ, коротко ругнулся. — Докладывай, — поторопил капитан. — НП был деактивирован. Команда рудодобытчиков и военных была поднята с планетоида в аварийном режиме. — Причина? — Неизвестно, могу лишь подтвердить, что следящую систему НП отключили отсюда, со станции. — Это запрещено. Решение об отключении наблюдения может принять только старший офицер. Согласно имеющимся у нас данным, на станции командовал Макла Вар’Саи. Я знаю его лично. Он ветеран и никогда не нарушил бы приказ командования. Работу НП необходимо возобновить. — Для чего нужны два кода, — напомнил Раг’Ку, — и один из них — код самого Вар’Саи. Эгар некоторое время молчал, обдумывая сложившееся положение. Всё это было более, чем тревожащим. — Что с записями операторов? — спросил он, оборвав течение собственных мыслей. — Над ним работает Дазир. Последняя была введена самим Вар’Саи — о прибытии «Тайлайни». — Моран останавливался лишь у автоматических станций, так зачем прибыл на объект с живым персоналом? — капитан не ждал ответ Раг’Ку, просто произнёс засевший в голове вопрос вслух. — Проверь записи медотсека, — сказал он, действуя под порывом наития. — А так же запасы а-батарей и провизии, — именно эти запасы пополнял Моран по пути к Хайге. Тукпа кивнул и отключился. Капитан развернулся в сторону технарей. Те, откалибровав луч, ждали его указаний. Получив кивок Эгара, воины засуетились. Корабль медленно накренился — малозаметно для неопытного глаза, но изменился и вид на станцию, и планетоид. Под полом мерно загудели усилители, работавшие на полную мощность. Космос за смотровой щелью будто моргнул, и объекты в чернильной тьме приобрели большую чёткость контуров — защитное поле было убрано. На борту кораблей сопровождения забеспокоились, вызывая их на связь. Эгар отдал приказ ждать его указаний. Большего сообщать не стал. Поднимать тревогу преждевременно было признаком неопытности. Племянник нарга принял «Гуйзу» под своё командование три годовых цикла назад и заботился о своём авторитете. Сперва он узнает с чем они имеют дело, а затем примет решение об их дальнейших действиях. Оба присоединившихся к преследованию Морана капитана были намного старше Эгара и участвовали в войне с землянами, но командование миссией было поручено именно представителю рода Рош’Шэнар и он не мог позволить себе пасть лицом в грязь*. Невидимый луч принялся кропотливо сканировать станцию. Эгар ждал окончания сканирования, не замечая, что нетерпеливо постукивает себя кончиками пальцев по ножнам, крепившимся к левому бедру. Поймав себя на демонстрации нервозности, он вновь сложил руки на груди. Капитан был молод и нередко поддавался эмоциям, но показывать своё волнение команде права не имел. Появление в эфире старпома привлекло его взгляд к экрану. Голос Раг’Ку был мрачен и глух. Дурные предчувствия из неясных переросли в твёрдое убеждение — на станции случилось нечто, что потянет за собой серьёзные последствия. Капитан «Гуйзу» не ошибся — демонстрация вскрытого командой Раг’Ку медотсека показала выложенные в ряд пять мёртвых тел в капсульных непроницаемых мешках для хранения трупов. Эгар потрясённо созерцал тела. Камера Раг’Ку поочерёдно приблизила каждое лицо, видневшееся сквозь прозрачную оболочку: застывшая судорога лицевых мышц искажала черты. Глаза, нос, рот, уши — казалось, сами поры кожи стали источником истока крови. В изменчивом свете фильтров камеры она казалась почти чёрной. — Проверка идентификации тел возможна? — выдавил Эгар. Собственный голос показался ему чужим, неприятно слабым и растерянным. — Все пятеро — члены команды «Тайлайни», — подтвердил его догадку Раг’Ку. — Морана среди них нет, — добавил он, ответив на не заданный вопрос. — Очевидно, они прибыли за помощью, но опоздали. Отсюда и применение излучения. На станции пытались предотвратить распространение вируса. Согласно записей — «Тайлайни» пробыл у станции около суток, а затем покинул систему, оставив на ней семерых членов экипажа. — Вы обнаружили пять тел. Тогда где остальные члены команды наследника и те, кто пребывали на станции? Ответ на свой вопрос Эгар получил с неожиданной стороны. Сканер выявил скопление мелких объектов, дрейфовавших в космосе на обратной стороне станции, у шлюзов, куда поднимали руду с планетоида для дальнейшей отгрузки. Объекты пребывали в свободном «парении», сдерживаемые петлёй силового «пузыря». Последний обозначал границы участка космоса, где обычно ожидали погрузки грузовые шаттлы. Руда помещалась в контейнеры, удерживаемые «пузырём», что по мере заполнения состыковывались друг с другом в длинную цепь и крепились к транспортнику, доставлявшему руду к большим космическим баржам, способным к гиперпрыжку. И именно в этом «пузыре» дрейфовали сейчас семьдесят пять объектов, которых там быть не должно. Все они имели органическое происхождение. Максимальное увеличение раскрыло их природу, вызвав мгновенно установившуюся в рубке тишину. Каждый из присутствующих смотрел в экраны консолей, отражавшие одну и ту же картину — в космосе плавали семьдесят три станционника и двое членов экипажа «Тайлайни». И все семьдесят пять шагнули в вакуум без защиты скафандров. О случайной гибели не могло быть и речи. В шлюзовых воротах была обнаружена громадная брешь. Столь массивное повреждение, очевидно, вызвало давление, что и повредило автоматически опускавшиеся в случае разгерметизации перегородки и постепенно высасывало кислород из нутра станции. Но кто загнал хайгасов в грузовой шлюз, а затем отправил в космос, оставалось загадкой. — Шлюз защищён от лучевого излучения… — проскрипел голос старпома, Раг’Ку видел то же, что и остальные. — Скорее всего они собрались в шлюзе для проведения обеззараживания и в этот момент по ним ударили. Били лишь раз, зная, где они находятся. — Реконструкцию повреждения, — Эгар нарушил гнетущее молчание. — Я хочу знать, что оставило эту дыру. У консоли разом зашевелились, выполняя приказ калат датрана, однако первым поспел с новостями всё тот же Раг’Ку. Команда кайзунов вернулась в командный центр станции и проследила записи орудийных башен, фиксировавших передвижение любых крупных тел вблизи станции. Добытую информацию Тукпа передал на борт «Гуйзу». На экране из световой вспышки вынырнуло длинное массивное судно. Вслед за ним подтянулся ещё один корабль, поменьше, с похожими пропорциями. Оба судна принадлежали землянам. На этом запись обрывалась, будто оптические приборы башни разом ослепли. — Классифицировать, — отрывисто велел капитан. — Крейсеры класса А и D, времён войны, — ответил Раг’Ку, лезть в спецификации ему не понадобилось. Принадлежность кораблей установил сам. — Это Файезза, и он следует за «Тайлайни», как и мы. Эган… — Знаю, — оборвал он сквозь зубы, понимая, что всколыхнуло тревогу на лице друга — никогда ранее земные корабли не появлялись столь близко к Хайге. Им удавалось скрывать местонахождение колыбели своей цивилизации на протяжении всего времени военных действий и относительного мира, и вот враг подступил к самому порогу их дома. И отыскать путь к звездной системе Хайги Линчевателю удалось благодаря непростительной трусости наследника нарга. Наиболее разумным было бы предположить, что на борту «Тайлайни» оказался подпространственный «маячок». Отлавливая его сигнал по тому же принципу, которому следовали и их корабли, Файезза передвигался вслед за Мораном, и если тому удастся добраться до Хайги, её местоположение будет раскрыто. Неприятнейшее обстоятельство, но Хайга и Земля не воевали, а силам Линчевателя было не справиться с планетарной защитой Хайгаского племенного союза в одиночку. Его корабли не прошли бы и первый рубеж обороны. Так на что рассчитывал Файезза? И зачем уничтожил тех, кто пребывал на станции? Ответ напрашивался лишь один. — Дело не в месте нахождения Хайги… — выронил он, чувствуя, как холодеют пальцы на всех четырёх конечностях. — Файезза ведёт «Тайлайни» к Хайге, делая всё, чтобы Морана не остановили… — Повтори, — Раг’Ку не расслышал его бормотание. Эгар прилип ладонями к консоли. — Он использует «Тайлайни» для доставки вируса. Тукпа, Файезза знает, где находится планета. Моран везёт на Хайгу смерть! — Мы возвращаемся на корабль, — мрачно огласил Раг’Ку. — Скопируй все записи из медотсека, нам нужно… Вспышка света, что разрослась за экранами смотровой щели, оборвала его. По гистарру пронеслась крупная вибрационная дрожь: сперва одна волна прогулялась от носовой части до кормы, а затем вторая и третья накрыли оглушающим гулом и тошнотой. Последовавший за этим удар в левый борт перетряхнул «Гуйзу», и судно накренило, укладывая на правый борт. По судну пронесся вой сирены-оповещения и крики. Те, кто не находились в креслах, оказались на полу. Рулевая консоль разом потухла, а затем замигала аварийными огнями. Эгару удалось устоять на ногах, ухватившись за консоль. Щелчок по наручи включил магниты на подошвах ботинок. Восстановив дыхание, он прокричал команду поднять щиты, но эту попытку предприняли и без него. Сирена орать не перестала. Это означало, что корабль получил пробоину. Выпрямившись, он устремил взгляд на смотровую щель. Станции больше не существовало. Вместо массивного единства металла и техники в космосе образовался хаос из разбросанных в стороны крупных кусков и множества мелких, что стали вечным памятником его старпому, кайзунам и тем, кто погиб ранее. — Кто по нам стреляет?! — проревел капитан, изгоняя из груди боль невосполнимой утраты. — Справа, — один из младших офицеров первым отловил на экранах странное колебание на фоне черноты. — Они укрываются за отражающими щитами! — Укрыть целый крейсер невозможно… — Эгар оборвал сам себя, увидев, как тёмное пятно слева закрывает собой мерцание звёзд, а затем рассеивается, явив громаду боевого D-крейсера землян, который никуда не ушёл и продолжил висеть на орбите Аргх-1 в ожидании тех, кто мог совершить перехват «Тайлайни» и помешать планам Линчевателя. Их загнали в ловушку. — Отправить сообщение на ближайшую военную базу, которую удастся достать, — прорявкал капитан, с ненавистью рассматривая вражескую громаду, — они не должны позволить «Тайлайни» сесть на Хайгу! — Отправить сообщение невозможно. Мы в стазис-поле. Он развернулся на пятках. Молоденький офицер связи, сидевший в соседнем кресле, смотрел на него с нескрываемым страхом. Рядом стоял, цепляясь за его кресло офицер старше рангом — сатаж дайёра Найр. Эмоции тот контролировал куда лучше, но сжатые кулаки наверняка вонзили ногти в кожу ладоней до крови. Противопоставить крейсеру этого класса им было нечего. Это понимал каждый. Оставалось надеяться на крепость щитов и подход подмоги. — Силовые щиты обесточены, с первым выстрелом мы потеряли контроль над двигателями и орудиями, — сказал Найр, разом отбирая надежду на спасение. — Как такое могло произойти? — Неизвестно. С подобным мы ещё не сталкивались. «Гаруд» и «Лакор» были уничтожены вслед за станцией. — Атака продлилась не больше нескольких вздохов. Они не могли обесточить щиты и уничтожить три объекта одномоментно! — И всё же они сделали это, калат датран. Эгар развернулся к консоли. Вражеский корабль подошёл так близко, что он мог видеть носовые надстройки и покатый уродливый «лоб», укрывавший за собой командную рубку. Казалось, он видит неподвижную тень за узкой смотровой щелью. Там, на мостике, стоял такой же капитан, как и он сам. Стоял и наслаждался своим торжеством. — Чего ты медлишь? — выплюнул он сквозь зубы. — Давай, добивай, и будьте вы прокляты! Словно услышав его, на носу корабля землян раскрылись створки, поднимая наружу странное сооружение в виде конуса, облепленного металлическими «лепестками». Конус развернулся в сторону «Гуйзу». — Хайга — превыше всего, — капитан, выпрямив спину, ударил себя кулаком в плечо. Смерть подобало встретить с честью. За его спиной воины слаженно повторили жест и слова своего калат датрана. Лепестки конуса развернулись, открывая алый стержень сердцевины, и тонкий луч, прошив космос, ударил в лобовую броню гистарра. «Гуйзу», казалось, взбрыкнул, будто смертельно раненный аклах, пытающийся уйти от загонщиков, но чувство было обманчивым. Гистарр продолжал висеть на том же месте, лишенный возможности уйти от неминуемой гибели, а луч продолжил вспарывать броню, подбираясь к генераторам, висящим под брюхом, и когда добрался до них, «Гуйзу» взорвался — без красочности, быстро выжрав кислород из корпуса. Корабль распался на несколько частей, добавив свои останки к космическому кладбищу. *** Наблюдавший за гибелью хайгаского судна капитан крейсера, входившего во флотилию бунтовщика Файеззы — Феликс Паттерсон развернулся к стоявшему рядом с ним Грину Аддерли. — Я могу привыкнуть к этому удовольствию, — сказал он, заложив руки за спину и перекатившись с каблука на носок и обратно. — Карающая длань наконец бьёт в полную силу. — Карающая длань? — медленно протянул Аддерли, переводя на него немигающий взгляд. — Команда дала этой штуковине имя. — Эта штуковина — наша надежда, — произнёс Грин без тени усмешки. — Единственная, если наши люди не смогут поднять Землю с колен и сбросить маразматиков, цепляющихся за позорный мир. — Мы сделали первый шаг к освобождению… — Не первый, — перебил Аддерли, повернув голову к смотровой щели, — но один из важнейших. Паттерсон, согласившись с ним, кивнул и отдал приказ уйти в «прыжок». зааддан* — буквально — «первый из первых». НП* — наблюдательный пункт. калат датран* — воинское звание, означавшее, что хайгас возглавляет ковен или воинское подразделение. В данном случае присвоено Эгану, так как ему было поручено командование небольшой флотилией. зег-код* — хайгаский эквивалент земной азбуки Морзе. пасть лицом в грязь — применение адаптивного выражения. Конец первой части.