Curse of Blood

На улице стемнело, а это означало, что совсем скоро они прибудут в Хогвартс. Вытащив из кармана уменьшенные чемоданчики, Гермиона увеличила один и достала из него новенькую мантию. По началу, девушка грезила мечтами сбежать из замка, где её заставляли носить платья различных фасонов, но когда наступило время отправляться за покупками к новому учебному году, гриффиндорка закричала «караул» и поняла, что про обычную одежду придётся забыть. Элис и Лекси в серьёз решили сменить имидж Гермионы и накупили ей кучу одежды от разных дизайнеров. А во всём виновата ежегодная Неделя Моды в Италии, будь она не ладна, хорошо, что девушке удалось тайком сходить в обыкновенный магазин и купить привычную одежду. Конечно, нельзя сказать, что весь новый гардероб раздражал Гермиону, вовсе нет, некоторые предметы одежды она полюбила всей душой. Корсеты, короткие пышные юбки и высокие сапоги на шпильке, больше ничего для счастья не надо, считала гриффиндорка. Вот колёса поезда замедлили ход, а вскоре и вовсе остановились. Дождавшись когда большинство учеников уедут, Гермиона вышла на пустующую платформу и не спеша направилась в сторону карет. Рон, Гарри и Джинни ждали её. - Привет, - забираясь на повозку, сказала Гермиона. - Бог ты мой, мы тебя не узнали. Кстати, все уже уехали, - сообщил Рон. - Спасибо, что дождались, - поблагодарила главная староста. Оставшаяся дорога прошла в молчании, казалось, каждый думал о своём. Одна Гермиона знала, какие мысли занимали головы друзей. Война. Конец шуткам и радостям. Здравствуй взрослая жизнь. Хогвартс встретил всех радушно, хотя в воздухе витала некая напряжённость. За учительским столом пустовало несколько мест, а на стуле директора восседал бывший профессор зельеварения - Северус Снейп. Ученики косо поглядывали на него и тихо перешёптывались. Чёрные как смоль волосы были вымыты и завязаны в хвост атласной лентой, плотно сомкнутые губы и пронзительные чёрные глаза придирчиво рассматривали собравшихся в зале. Его взгляд остановился на столе Слизерина, деканом которого теперь являлся Гораций Слизнорт. Седьмой курс был в полном составе. Выходцы чистокровных семей спокойно беседовали, ведь это лето принесло им множество сюрпризов. Во-первых, никому из ребят не поставили метку, Тёмных Лорд не стал объяснять почему, просто сказал, что пока не время. А во-вторых, Волан-де-Морт отверг все заявления на венчание, объясняя все тем же, пока не время. Сей факт нисколько не огорчил слизеринцев, а только обрадовал. Но вот пытливый взгляд наткнулся на его крестника, Драко Малфой нехотя отвечал на вопросы друзей, нервно перебирал в руках палочку, каждый раз, когда двери в Большой зал открывались, он исподлобья рассматривал вошедших. Столы Хаффлпаффа и Рэйвенкло были полны, а вот за столом Гриффиндора было пустовато. Ученики львиного факультета переглядывались между собой и на все вопросы неуверенно пожимали плечами. Но вот дубовые двери распахнулись и в зал зашли оставшиеся «красные». Компания состояла из шести человек: впереди шёл Гарри Поттер, держа за руку Джинни Уизли. За ними шагал Рон, а замыкали процессию Дин, Симус и Невил. Краем глаза директор заметил, что Драко выдохнул и спрятал лицо в ладонях. «Где же эта зануда? И в поезде её не видно было, может она не приехала? Если нет, то это единственный умный поступок за все шесть лет учёбы. Но ведь Поттер и Уизел сказали, что она приедет, где же ты?» Блондин выглядывал в толпе школьников лохматую голову. Он одновременно и хотел, чтобы она приехала, но и молился всем ведомым и не ведомым Богам, чтобы она не вошла в эти двери. С первого курса он обратил внимание на эту девочку. Когда она впервые зашла к ним в купе и спросила «— Никто не видел жабу? Мальчик по имени Невилл ее потерял, а я помогаю ему ее отыскать. Так вы ее видели или нет?», он даже и не думал, что детский голос может казаться таким серьёзным. На втором курсе Драко был ужасно зол на то, что Гермиона оказалась грязнокровкой и ему нельзя с ней общаться. Тогда он наговорил ей кучу гадостей, а когда она попала в больничное крыло, Драко тайком ходил к ней по ночам и однажды даже принёс ей букетик из маргариток и ромашек. Третий курс ему не забыть никогда, мощный хук справа навсегда останется в его памяти. Про четвёртый и говорить нечего, на Святочном балу она была великолепна, но тут появился всеми обожаемый Крам. После этого Драко ненавидел болгарскую команду по квиддичу и злорадствовал, каждый раз, когда они проигрывали. Пятый курс и вспоминать не охота. Инспекционная дружина наводила порядок в школе, а он мстил всей Золотой троице. После был шестой курс, о котором блондин предпочитал не говорить. Когда Поттер пустил в него Сектумсемпру, он неделю пролежал в больничном крыле, и каждую ночь ему снилась девушка с пышным ореолом каштановых волос и тёплыми глазами цвета шоколада. Только все эти сны заканчивались печально. Драко хотел прикоснуться к ней, ощутить её тепло, но чем ближе он подходил, тем дальше она оказывалась и в конце вообще пропадала, а он кричал и звал её. Это было настоящей пыткой просыпаться с её именем на губах и засыпать с ним же, а днём наблюдать за ней и опять же не иметь возможности прикоснуться к ней. Блейз и Пэнси единственные, кто знал о его чувствах к этой заносчивой и умной девушке и сейчас они сидели рядом, но сделать ничего не могли. Шесть лет он смотрел на неё и чувствовал тепло, а теперь её нет, и он даже не знает, где она. Самая жуткая мысль не покидала его голову. Вдруг его лучик солнца потух? Вдруг он потерял её? Нет, этого он не вынесет. Входные двери распахнулись, и вошла ненавистная компания. Трое слизеринцев принялись выглядывать интересовавшую их особу, но её не было. - Её здесь нет, - спрятав лицо в руки, прошептал Драко. - Может они её спрятали? - Или …, - Пэнси не знала, что ещё можно сказать, но вот двери распахнулись ещё раз и вошли МакГонагалл с какой-то девушкой. – Драко, - проговорила Паркинсон, когда в этой девушке она узнала нужную гриффиндорку. - Что Пэнс? – прорычал Малфой. - Драко, - уже хором повторили ребята. – Это она? После этих слов он резко поднял голову и его глаза округлись, рядом с МакГонаглл шла девушка, отдалённо напоминающая Гермиону. «Это Грейнджер?», «Кто она такая?» - слышалось повсюду. Все смотрели на неё с восхищением и интересом. Прямая осанка, подбородок слегка приподнят, уверенная походка, каштановые волосы приобрели более светлый оттенок и были заплетены в длинную косу, она определённо изменилась. Вот сказав что-то на прощание своему декану, она элегантно опустилась на место рядом с Уизли. Так уж получилось, что стол «красных» был вторым слева, а «зелёных» первый, и как вы уже могли догадаться, она села напротив него. Теперь их взгляд встретился. Шоколад в глазах растаял, её янтарные глаза прожигали насквозь и забирались в самые потаённые уголки твоей души. Драко смотрел на её с замиранием сердца, а на её личике не промелькнуло ни единой эмоции. Она теперь не та… Зайдя в Большой зал, её чувства обострились, множество голосов проникли в голову. Появилось жуткое желание всех заткнуть не самым приятным способом. Встреча в поезде всё никак не выходила из головы. «Да как эта мразь посмела упомянуть её родителей, никто не будет так о них отзываться. Она за всё ответит». Самоконтроль вот-вот мог полететь ко всем чертям, но она сильная и справиться с этим. Спокойно. Вдох. Выдох. На девичьем личике застыла маска безразличия и холодности. Жажда отступила. - Гермиона, вы меня слушаете? – поинтересовалась профессор МакГонагалл, которая всё это время шла рядом. - Да, разумеется, профессор, - ответила вампир. - Вот и отлично. Прошу вас подойдите ко мне после ужина, - сказав это, она удалилась за учительский стол, а Гермиона села рядом с друзьями. И по всем законам подлости, подняв взгляд, она наткнулась на два глаза цвета стали. Они мгновенно вызвали одно из её воспоминаний. Точно такие же глаза смотрели на неё в ту ночь, жестокие, не знающие пощады. - Гермиона, - радостный голос прозвучал отдалённо. - Да,- возвращаясь в реальность, ответила гриффиндорка. – О, Джинни, Рон, ребята. Я так рада вас видеть. - Мы тоже очень по тебе скучали, - хором ответили брат и сестра. - Ты очень изменилась и тебе это к лицу, - смущённо добавил Невилл. Все кто сидел рядом зашлись хохотом. - Спасибо, Невилл, - смех друзей возвращал сознание в далёкое детство, где они беззаботно резвились и постоянно вляпывались в различные истории. Они были счастливы. Да, именно. Детство это счастье и радость. Так почему бы не позволить себе побыть ещё ребёнком, совсем чуть-чуть. В конце концов, хохот ребят оказался таким заразительным, что через минуту, Гермиона сама уже смеялась и улыбалась самой счастливой улыбкой. Остановило это веселье громкое покашливание со стороны учительского стола. Профессор Снейп стоял за кафедрой золотой совы и готовился начать вступительную речь. В воздухе витала напряжённость, а сидящего рядом черноволосого парня чуть ли не трясло от ярости. - Тихо. Успокойся, я сама себя еле сдерживаю, - сжав руку юноши, проговорила Гермиона. - Прости. Просто как он может стоять на месте Дамблдора? Это он убил его, - прошептал Гарри. - Я знаю, просто постарайся успокоиться. Проблемы и так появятся, - ответила Гермиона. - Добрый вечер. Первым делом позвольте представиться - Северус Тобиас Снейп. Я являюсь новым директором Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, остальное вам знать не обязательно. Спешу напомнить, в этом году седьмой курс будет сдавать самый важный экзамен в их жизни, поэтому на приключения и веселья времени нет. Главными старостами назначаются ученик Слизерина – Драко Люциус Малфой и… - запнувшись, он нехотя продолжил. - И ученица Гриффиндора – Гермиона Джинн Грейнджер,- стол красных взорвался аплодисментами, но после грозного взгляда Снейпа замолчал. - Занятия начнутся с завтрашнего дня, расписание вам выдадут после ужина ваши старосты,- закончил свою речь директор и все приступили к еде. Для видимости Гермиона налила себе немного сока и постаралась вникнуть в разговор друзей, но чьи-то мысли её сбивали. Они были наполнены и нежностью, и злобой, счастьем и грустью, а так же в них присутствовало нечто, с чем раньше девушка не сталкивалась. - Прекрати слушать чужие мысли. Это не прилично,- обратился к подруге Рон. - Вот от кого-кого, а от тебя я не ожидала такого услышать, Ронни, - отпивая сока, ответила главная староста. - На самом деле, Рон. Может она услышала что-нибудь интересненькое. Не так ли, Гермиона, - поинтересовалась Джинни. - Кстати, я хотел узнать ты можешь распознать ПСов? Метка как-то на них влияет? – шёпотом поинтересовался Гарри. - Ну, во-первых. У других мысли разнообразнее, чем у вас, без обид, Рон. Просто если я ещё хоть немного послушаю о Лав-Лав, я сойду с ума. Джинн, ничего интересного пока я не нашла. И Гарри, скорее всего, да, только каким способом мне пока не известно, - на одном дыхании выпалила гриффиндорка и направилась к учительскому столу. После очередного разговора с деканом Гриффиндора девушка была вне себя. «Сколько можно говорить о том кем я являюсь? Если я сказала, что всё под контролем, то всё под контролем. Ещё одного такого разговора я не вынесу» - ругалясь, она дошла до своей новой комнаты. - In vino veritas, - дверь в общие покои открылась. Перед Гермионой предстала просторная гостиная, всё было уютно и как-то по-домашнему. Спокойные тона и массивная мебель с множеством вензелей поддерживали нейтралитет, о котором так много вещала МакГонагалл. Всё бы хорошо, только компания слизеринцев никак не хотела вписываться в данный интерьер. Они восседали на кожаных диванах около камина и о чём-то увлечённо разговаривали, Гермиона хотела незаметно пройти к себе в комнату, но её мечтам не суждено было сбыться. - Смотрите, кто почтил нас своим присутствием, - пропел Забини. - А ты, я смотрю, наконец-то узнала о такой вещи как расчёска, - пропищала младшая Гринграсс и гадко рассмеялась. - Да оставьте вы её. Пусть проваливает, а то что-то грязью завоняло, - безразлично высказал Малфой. Гермиона тоже хотела что-то ответить, но внутренний голос посоветовал молчать, а то завтра школа не досчитается элиты Слизерина. В очередной раз, повинуясь разуму, а не эмоциям девушка спокойно продолжила путь от двери до своей комнаты. - Я ещё не закончила, - вскрикнула Астория и взмахнула палочкой. - Экспеллиармус, - реакция гриффиндорки оказалась мгновенной и в следующую секунду чужая палочка лежала у неё в руке. – Тебя видимо не учили, что бить в спину нельзя. Или стало интересно в кого ты превратишься? На четвёртом курсе Малфой стал хорьком, а из тебя думаю получиться довольно милая капибара. Для справки, это тоже грызун, только относится к семейству водосвинковых, - девушка мысленно себе зааплодировала, похоже, она сегодня в ударе. Положив свой трофей на тумбочку, Гермиона уверенно зашагала дальше. Взявшись за ручку двери в её комнату, девушка закрыла глаза и мысленно нарисовала некую комбинацию рун, совмещённых в причудливый узор. Этому фокусу её научили представительницы клана Бруджа, две близняшки Махарет и Мекаре. Они очень похожи на близнецов Уизли, постоянно что-то изобретают и шутят, но помимо этого колдуют с помощью рун, эта наука в отличие от прорицаний точная и надёжная, что не могло не радовать заучку Грейнджер. Наблюдая плоды своего творения, девушка осталась, более чем довольна. Всё дело в том, что заклинание позволяло сделать комнату такой, которую ты хочешь. Технология схожа с Выручай комнатой, только немного попроще. Теперь её покои представляли собой комнату в чисто английском стиле. В спальной комнате центральное место занимала большая кровать из резного дерева со столбиками для расположения на них полога. Многослойное оформление кровати, темный гардероб, туалетный столик, письменный стол, комод и старинные гравюры на стенах дополняли комнату в целом. Коричневые и бежевые обои подчеркивали индивидуальность, роскошь, вместе с тем сдержанность. Когда одежда была развешена, книги для «лёгкого чтения» заняли своё место, Гермиона принялась разбирать свою сумку. Плеер, ежедневник, папка с документами полетели на кровать, на дне сумки лежал альбом. «Детство – так близко и так далеко» - гласила надпись на нём. Это был подарок для Золотой троицы от Дамблдора, только он не успел его подарить и ребятам вручили его после оглашения завещания. Он был в единственном экземпляре, но друзья единогласно решили отдать его на хранение Гермионе. Признаться честно, она его даже не открывала, а вот сегодня после речи нового директора ощутила в этом колоссальную потребность. Добродушного седоволосого старика с голубыми глазами полными мудрости, которые сверкали из-под очков-половинок, не хватало. Как оказалось, в этом альбоме были собраны колдофото с первого по шестой курс, на них были изображены все приключения гриффиндорцев. Вот они совсем маленькие, Гарри похож на лягушонка, у Рона грязь на носу, а вот стоит девочка с копной непослушных волос, и все они улыбаются. Дальше шли самые смешные и грустные картинки, а так же вырезки из газет. Среди фотографий мальчишек Гермиона увидела так же колдо молодого Сириуса, колдо висящего на Краме Диггори и множество других снимков их детства. Сама того не замечая главная староста провалилась в царство Морфея, где её ждал сон про трех маленьких детей, которые веселятся в саду. Первокурсники весело хохочут и радуются, что теперь они вместе. А на её розовых щёчках застыли слёзы печали и счастья. Эта юная особа даже и подозревать не могла, что через стенку на похожей кровати сидит парень и держит в руках самый дорогой ему снимок, где девушка в ореоле каштановых волос с закатанными рукавами рубашки корпит над зельем, которое никак ей не поддаётся. Жаль, что на этом фото не было видно её глаз цвета горячего шоколада. Драко видел целый мир в её глазах, хотел быть частью этого мира. А на задней стороне этого колдофото была выведена надпись …Если бы я часто смотрел в эти глаза, я бы сошёл с ума: кажется, они обо мне знают все, а я о них ничего… Он много раз перед сном повторял эту фразу, а потом думал над одним вопросом, который мучал его с детства: «Почему эти два карих омута излучают тепло и заботу, когда она смотрит на своих двух оболтусов, но в тоже время могут быть такими безразличными и мёртвыми, когда она смотрит в его сторону?» P.S. не забываем отзывы!!!