Runaways

Первое, что видит Фрэнки, когда открывает глаза – лопасти лениво вращающегося под потолком вентилятора. Скорее всего, он сделан из пластмассы – уже приобретшей неприятный желтоватый оттенок. Воздух спертый, вязкий, вентилятор взбивает его, как яичные белки. Некоторое время, пока сонный туман в голове никак не может рассеяться, она лежит неподвижно, все еще глубоко и спокойно дышит, равнодушно крестит видимое пространство комнаты взглядом, щурится от непривычно яркого солнечного света. Единственное что ее беспокоит, так это отсутствие воспоминаний. Где она? Почему она здесь? Женщина медленно поворачивает голову влево и утыкается взглядом в лицо: чужое, совершенно незнакомое. Это мужчина и, судя по всему, он все еще спит: ресницы подрагивают, а глазные яблоки под веками быстро перемещаются. Он все еще в стадии активного сна. Фрэнки отупело разглядывает незнакомца: его рот приоткрыт, грудь мерно вздымается. На голове – короткий ершик темных волос, только-только отросших после бритья. Мужчина высокий, с крупными руками, вытянутыми вдоль тела. На нем брюки расцветки «хаки» и черная футболка, от которой едва заметно пахнет потом. И носки. На правом виднеется дырка, сквозь которую проглядывает два пальца. Девушка решает аккуратно отодвинуться и делает первое движение, когда наконец замечает прохладу стали на своем левом запястье, опускает взгляд вниз и видит матово блестящий кружок наручника на руке. Она пристегнута к нему. Он приковал ее к себе? Девушка несколько секунд со страхом и возмущением разглядывает умиротворенное лицо спящего, тысячи разных мыслей проносятся в голове, тысячи картин. Кто он? В голове вспышкой проносится последнее, что она помнит: темная улица, торопливые шаги сзади и вспышка боли в затылке. Дальше ничего. Зачем он ударил ее? Зачем она здесь, что ему нужно? В зарождающейся панике Фрэнки оглядывается: без сомнения, это комната дешевого мотеля. Сквозь пыльные, засиженные мухами окна просачивается солнечный свет. Сколько сейчас времени? Сколько времени прошло? - Эй, - голос получается тихий, она и хочет и боится его разбудить одновременно, - эй, ты!