Static / Помехи

      — Эмма!       — Реджина?       Не смея дышать и шевелиться, Эмма не сводила взгляда с рации в ожидании других признаков жизни. Мало ли что ей могло послышаться.       — Где Генри?       Эмма крепче сжала рацию и поднесла к губам.       — Где ты, чёрт возьми, была всё это время?! Я…       Из ниоткуда в спальне возник фиолетовый дым, а когда он рассеялся, Эмма лицом к лицу оказалась с той, кому невольно выдала все свои секреты. Мгновение никто из них не двигался. Реджина прижимала к груди рацию, а Эмма ошарашенно смотрела на неё.       От Эммы не скрылось, что Реджина выглядела бледнее, чем обычно. Исчезли привычный румянец и лёгкий загар, под глазами залегли тёмные тени. Несмотря на вражду, что длилась между ними около года, исчезновение Реджины перевернуло внутренний мир Эммы. Из живого человека бывшая королева превратилась во что-то вроде личного дневника.       И вот она стоит перед ней, из плоти и крови. Женщина, знавшая все её секреты и мысли. Женщина, неоднократно пытавшаяся убить Эмму и её семью. Женщина, вместе с информацией получившая безграничную власть над Спасительницей. Она стояла перед ней испуганная, растрёпанная и взволнованная.       — Где Генри? — настойчивее повторила Реджина. Убрала рацию в карман пальто, в то время как Эмма продолжала пялиться на свою.       — Тамара и Грэг.       — Ты уже говорила это, — раздражённо парировала Реджина. — Зачем им понадобился мой сын?       Эмма печально покачала головой и пристыженно пробормотала:       — Не знаю.       Пытаясь совладать с поднимающейся изнутри паникой, Реджина пропустила волосы сквозь пальцы, слегка потянула. Она должна мыслить ясно.       — Я только знаю, — заговорила Эмма: — что они нашли бобовое поле. И сожгли. Мы считаем, они оставили себе парочку волшебных бобов.       Реджина кивнула. В воздухе повисло невысказанное, что посвящать её в суть происходящего в городе необязательно. Она развернулась в сторону выхода из комнаты:       — Пошли.

***

      Реджина и Эмма быстро выбежали из квартиры. Оказавшись на улице, они едва не сбили с ног родителей последней.       — Реджина! — ахнула Снежка. Чарминги застыли на месте, избегая встречаться взглядом с бывшей королевой.       Рука Реджины дёрнулась.       — Мы нигде не можем его найти, — сообщил Дэвид.       — Где они могут быть? — Эмма в отчаянии ударила себя ладонью по лбу, но эта секундная слабость исчезла так же быстро, как появилась. Она смерила родителей взглядом. — Мы найдём его и и вернём обратно. Оставайтесь здесь на тот случай, если Тамара и Грэг выкинут что-нибудь ещё.       Белоснежка мельком взглянула на Реджину и открыла рот, явно собираясь возразить. Та неодобрительно зашипела в ответ, но вдруг почувствовала, как пальцы Эммы вцепились ей в плечо. Развернувшись на каблуках, Эмма побежала прочь, утягивая её за собой.       — Вы собираетесь вычислить его местонахождение, бегая туда-сюда, шериф? — процедила Реджина.       — А вы бы предпочли прятаться и надеяться на авось, Ваше Величество? — живо отозвалась Эмма, сворачивая на другую улицу.       Они пересекли центр города, не обращая внимания на изумлённые вздохи горожан при виде вернувшейся Злой Королевы. Впрочем, не меньше местные были шокированы тем обстоятельством, что Её Величество бежит куда-то вместе с их Спасительницей.       Реджина в ответ закатила глаза, однако продолжала следовать за Эммой, ловко лавирующей по улочкам, и вскоре на горизонте появилась пристань.       — Я нашла у Нила в шкафу песок, — пояснила Эмма.       — Меньше всего я хочу слушать о твоих стычках с любовником! — выкрикнула Реджина. — Мы должны найти Генри!       — Ты спросила, и я ответила! — в тон ей бросила Эмма. — Просто заткнись и послушай хотя бы пять минут.       — А чем я, по-твоему, занималась последние полтора месяца? — ввернула Реджина.       Эмма уставилась на неё.       Вот оно. Реджина выносила на обсуждение всё то, что могло её уничтожить.       Мгновение Эмма смотрела испуганно, но потом с облегчением выдохнула. Реджина растерялась, но взгляд выдержала, мысленно презирая себя. Она действительно надеялась, что они могли бы забыть обо всём, что она слышала.       Вдруг откуда-то издалека послышался шум: корабль Крюка был готов к отплытию. На пристани без сознания лежал капитан, Тамара стояла на верхней палубе, а Грэг поднимался по трапу, перекинув через плечо извивающегося ребёнка.       Генри.       Обменявшись взглядами, они бросились бегом в сторону «Весёлого Роджера».       Корабль медленно отдалялся от берега, и даже с того расстояния, на котором находились, они видели торжествующую улыбку Грэга. Бросив продолжавшего сопротивляться Генри прямо на палубу, мерзавец принялся связывать его.       Расстояние между кораблём и пристанью неумолимо увеличивалось.       — Они уходят, — выдохнула Реджина, обогнув лежавшего на земле Крюка.       — Прыгай.       Реджина внимательно посмотрела на Эмму, чтобы удостовериться, что она не ослышалась.       — Что?       — Прыгай, — Эмма схватила её за руку и, постепенно увеличивая скорость, побежала к краю пристани. Сильно оттолкнувшись, прыгнула, вынуждая последовать её примеру.       Они взмыли в воздух. Пальцы Эммы всё крепче сжимали руку Реджины, которая мёртвой хваткой вцепилась ей в запястье. В последний момент им удалось ухватиться за край деревянной спасательной лодки, надёжно закреплённой сбоку корабля.       Эмма затаила дыхание и, взглянув наверх, облегчённо выдохнула. Через борт никто не перегнулся, стало быть, их манёвр остался незамеченным.       Эмма повернула голову, увидела, что Реджина изо всех сил цепляется за край, чтобы не свалиться в воду. Подтянувшись, забралась в спасательную лодку и, подхватив Реджину под мышки, потянула её на себя. Эмма ни секунды не сомневалась, что Реджина обругает её за грубое обращение, поэтому зажала ей рот ладонью. Они сейчас не в том положении, чтобы устраивать разборки. Впрочем, получив локтём под рёбра, Эмма тут же её отпустила.       — Какого чёрта это было? — прошипела Реджина, отползая и увеличивая расстояние между ними, насколько позволяли размеры лодки.       — Грэг и Тамара не знают, что мы здесь, — как само собой разумеющееся сообщила Эмма. — У нас есть преимущество. Мы выясним, что они задумали, и спасём Генри.       — Может, для тебя Генри и не стоит на первом месте, а для меня стоит, — Реджина высоко вздёрнула подбородок.       — О да, отказаться от ребёнка почти на полтора месяца… Ты определённо заслуживаешь звание родителя года, Реджина, — хмыкнула Эмма, рассматривая верёвки, с помощью которых они могли бы поднять лодку до уровня палубы.       — Сказала женщина, которая бросила сына на десять лет.       — Совет по воспитанию от Злой Королевы? Пожалуй, я пропущу.       На мгновение воцарилась враждебная тишина. Что бы ни происходило в последние месяцы, всё потеряло значение, когда у них в душе поселилось разочарование. Эмма и Реджина были одинаково напряжены, раздражены и обеспокоены. Ребёнка похитили у обеих, и, судя по взрывным характерам и упрямству, эта комбинация могла стать смертельной.       Эмма вздохнула, пытаясь успокоиться.       После трёх глубоких вдохов и выдохов, заметив, что Реджина скрестила руки на груди в защитном жесте, она наконец произнесла:       — Слушай, я…       — Что вам от меня надо? — раздался наверху испуганный голос Генри, и они одновременно вскинули головы.       — Мы не сделаем тебе ничего плохого, — заверил Грэг. — Тебе больше не придётся жить с такими людьми.       — Они никогда больше не сделают тебе больно, — добавила Тамара.       — Нет, вы связали меня. Я не хочу ехать с вами.       — Это временно, — сказал Грэг. — Как только мы отойдём подальше от пристани, будет очень, очень сильная тряска.       Реджина выдохнула, когда последние рыбацкие лодки остались позади, и корабль вышел в открытое море.       — У них есть волшебный боб.       Глаза Эммы округлились от осознания происходящего. Мгновением позже она намотала верёвку на руку и подтянулась.       — Что ты делаешь? — спросила Реджина, когда она взобралась на несколько шагов.       — Спасаю Генри.       Двух слов оказалось достаточно, чтобы Реджина, воспользовавшись второй верёвкой, тоже начала восхождение. Древесина была влажной, и она несколько раз соскальзывала вниз, но с завидным упрямством, упираясь каблуками сапог, продолжала взбираться наверх. К магии почему-то не прибегала. То ли берегла силы, то ли не хотела рисковать, не зная, чего ждать от незнакомых противников.       Прошло без малого десять минут, когда они наконец достигли палубы. Корабль к тому времени довольно далеко отошёл от берега.       Реджина и Эмма не спешили раскрывать своего присутствия. Они вжимались в борт корабля, пока Тамара самодовольным голосом не спросила Грэга о готовности. Для Реджины это стало последней каплей, и она, совершенно не заботясь о конспирации, взобралась на корабль.       С изяществом, достойным королевы, она выпрямилась и вперилась взглядом в похитителей своего сына. Парочка отвечала ей тем же, теряясь в догадках, откуда она взялась. Эмма, поражённая внезапной прытью Реджины, последовала за ней. Остановившись чуть поодаль, она с ненавистью уставилась на Грэга и Тамару.       — Мам! — Генри рванул было к ним, но верёвка, которой его привязали к мачте, не давала пошевелиться.       Тамара склонила голову, её губы дрогнули в улыбке.       — Похоже, у нас завелись зайцы, — она кивнула в сторону Реджины. — Мы вас искали, Вашество.       Эмма украдкой взглянула на Реджину, отметив про себя, что держится она стоически.       — Бросьте это, — огрызнулась та.       — Не хочешь узнать, зачем? — Грэг ухмыльнулся, а его глаза сверкали лукавством.       — Я бы предпочла вернуть сына.       Грэг громко хмыкнул.       — Видишь ли, ты забрала моего отца, а теперь я забираю твоего сына, и с помощью этого, — он указал на мешочек с волшебными бобами в руках Тамары: — Мы избавим целую вселенную от таких, как ты.       — Да, хотела бы я на это посмотреть, — увлечённый собственным выступлением, Грэг не сводил взгляда с Реджины. Ни он, ни Тамара не замечали, как Эмма потихоньку пятится в сторону полупустых бочек с элем. Лишь когда она заговорила, хватаясь за ближайшую бочку, чтобы запустить в похитителей, те осознали свою ошибку.       — Возьми Генри и разверни этот корабль! — приказала Эмма, и Реджина, метнувшись к сыну, принялась лихорадочно развязывать узел на его талии.       Эмма переключилась на сбитых с ног похитителей. Выбила пистолет из руки Тамары, наблюдая, как тот, ударившись о палубу, выстрелил. Пуля угодила в бочку с ромом, и фонтан жидкости выплеснулся наружу.       — Осторожнее! — выкрикнула Реджина. Ей наконец-то удалось освободить Генри, и теперь она заслоняла его собственным телом.       Эмма мысленно закатила глаза, продолжая бороться с Тамарой, которая, пытаясь вырваться, отбивалась локтями и коленками, норовила царапаться в попытке оставить волшебные бобы у себя.       — В следующий раз я буду выбивать пистолет «нежно»! — выкрикнула Эмма, чуть не пропустив удар в лицо.       Продолжая ограждать Генри от происходящего, Реджина подтолкнула его в сторону штурвала, когда ей на плечо легла ладонь и неожиданно дёрнула назад. Над ней возвышался Грэг. Смерив её злым, полным ненависти взглядом, он опустил руку в карман. Уверенная, что и у него тоже есть пистолет, Реджина, не раздумывая ни секунды, приказала Генри бежать.       Но тот не послушался. Он что есть силы пнул Грэга, вынудив того согнуться пополам.       Несмотря на то, что Генри всё ещё била мелкая дрожь, он ухмыльнулся.       — Меня Эмма научила.       Реджина поднялась на ноги и притянула Генри ближе.       — По крайней мере, твоя мать смогла научить тебя хоть чему-то полезному.       На верхней палубе Эмма, схватив Тамару за плечи, толкнула её прямо на ящики. Она видела, что Грэг, прихрамывая и бормоча под нос ругательства, бежит за Реджиной и Генри. Выпрямившись, она наблюдала, как он направляет пистолет в спину Реджине.       — Реджина… — крик Эммы оборвался, когда Реджина рванула изо всех сил штурвал, пытаясь развернуть корабль. Эмма, потеряв равновесие, полетела на Тамару.       Эмма с облегчением выдохнула, когда увидела, что Грэг кубарем скатился на нижнюю палубу, а Реджина, крепко прижимая сына к себе одной рукой, другой держалась за штурвал. Когда мужчина застонал и попытался встать, Реджина выхватила меч из коллекции Крюка, расположенной справа, и обрубила верёвку. Нижняя бизань-мачта полетела прямо на Грэга и, сбив с ног, прижала к палубе.       Эмма покачала головой, радуясь, что Реджина и Генри в безопасности, и посмотрела на потерявшую сознание Тамару, способствовавшую мягкому приземлению. Поднявшись, она перехватила взгляд Реджины и кивнула в ответ на молчаливый вопрос.       Всё в порядке.       После того, как Эмма с боем получила мешочек с волшебными бобами, ей не составило труда позаботиться о Тамаре и Грэге. Дотащить обоих до главной мачты и привязать ремнями. Посмотрев наверх, она увидела, что Реджина мягко улыбнулась Генри, завладевшему штурвалом, и отступила на несколько шагов, предоставляя сыну пространство, но в то же время продолжая присматривать за ним.       Эмма на всякий случай по очереди пнула похитителей, а потом поднялась к штурвалу и крепко обняла Генри.       — Ты нашла маму, — робко улыбнулся он.       Эмма ничего не ответила. Лишь крепче обняла, поцеловала в макушку и подошла к Реджине, не сводящей со спины сына внимательного взгляда. Всё так же, не говоря ни слова, она прислонилась к перилам палубы рядом с Реджиной, и тоже уставилась на Генри.       Довольно долго они стояли молча. Тишину нарушал только всплеск волн и крик чаек. Пройдёт некоторое время, пока они достигнут берега, и Эмма понимала, что им нужно поговорить. Продолжая смотреть на сына, она прошептала достаточно громко, чтобы Реджина могла услышать.       — Всё то, что я говорила… ты слушала?       Краем глаза она наблюдала за тем, как поднимается и опускается грудь Реджины в такт её дыханию. Эмме даже показалось, что Реджина не расслышала, но через мгновение она ответила вопросом на вопрос:       — Кто-то давно должен был это сделать, нет?       При этих словах пульс Эммы заметно участился, хотя внешне она оставалась спокойной.       — Я просто…       — Спасибо тебе, — выпалила Реджина, прерывая. Ей не нужно было видеть Эмму, чтобы знать, что та растеряна. — Что рассказывала мне про Генри.       Эмма понимающе кивнула.       — И за извинения, — прошептала Реджина. Опустила глаза, но уже через мгновение снова посмотрела на Генри.       — Я не хотела допускать одну и ту же ошибку дважды.       — Возможно, я могла бы взять с тебя пример, — насмешливо призналась Реджина.       Эмма усмехнулась, но тут же помрачнела.       — Твоя мама…       — Всё нормально, — Реджина заметно напряглась.       — Да ничего не нормально, — стояла на своём Эмма.       Реджина отвернулась, незаметно вытирая глаза, а потом устремила неожиданно безразличный взгляд на сына. Напряжение никуда не исчезло. Эмма не знала, как продолжить, а Реджина просто хотела забыть.       — Не легко, да? — прошептала Королева.       На этот раз Эмма напустила на себя безразличный взгляд.       — Да, — она глубоко вздохнула. — Как если бы они наблюдали за каждым твоим шагом.       — И ещё до того, как ты сделаешь этот самый шаг, у них уже сложилось мнение о тебе.       — И если ты не соответствуешь, они расстраиваются, — добавила Эмма.       — Или отмахиваются от тебя, — тихо сказала Реджина.       Снова воцарилась тишина. За всё это время они даже не взглянули друг на друга. В конце концов, Эмма вытащила мешочек с волшебными бобами, усмехнулась.       — Представь себе мир, где никто нас не знает.       — Для меня таким местом был Сторибрук, — призналась Реджина, скользнув взглядом по мешочку в руке Спасительницы.       — Пока я не появилась, — беззлобно заметила та.       — Ты довольно упрямая, — поддразнила Реджина.       — Настолько же упрямая, насколько ты — злопамятная, — в тон ей проговорила Эмма.       — А вот и ярлыки вернулись, — на этот раз Реджина всё-таки посмотрела на неё. Их взгляды встретились.       В течение года они часто схлёстывались в игре в гляделки, стараясь перещеголять друг друга, но на этот раз всё было по-другому. Обоюдная враждебность сменилась чем-то мягким, более светлым и уязвимым. Чем-то, что ни одна из них не готова пока признать.       В этот самый момент, находясь на корабле, державшим курс на Сторибрук, переполненный недовольными сказочными персонажами, с их сыном за штурвалом и парочкой психопатов-похитителей под боком, они больше не Злая Королева или Спасительница. Они даже не мэр Миллс или шериф Свон.       Прямо сейчас они просто Реджина и Эмма, объединённые любовью к сыну. В кои-то веки они не спорили, но всё ещё видели друг друга насквозь.       Волна ударила в борт корабля, и женщины поспешно отвели взгляды. Отвернувшись, Эмма заметила, что они приближаются к пристани. Она застенчиво улыбнулась, прежде чем оттолкнуться от перил, чтобы проверить Генри.       — Эмма! — окликнула Реджина. Она невольно протянула руку вперёд, собираясь схватить Эмму за запястье, что в общем-то было бессмысленно, поскольку та сразу же обернулась. — Почему?       Эмма растерянно нахмурилась.       — Почему ты беспокоилась, всё ли со мной в порядке? — потребовала ответа Реджина.       — Кто-то давно должен был это сделать, нет? — Эмма повторила её слова, сказанные чуть раньше, и снова улыбнулась.       Реджина молча наблюдала за тем, как Эмма обняла Генри за плечи. Он оглянулся, широко улыбнулся и, дождавшись от неё ответной улыбки, снова устремил взгляд прямо перед собой.

***

      Никто из находившихся за штурвалом не заметил, что Тамара не только пришла в себя, но даже умудрилась ослабить узлы и освободить руки. Впрочем, пока что сидела тихо, улизнуть не пыталась и внимание к себе не привлекала. Никто не знал, что последняя гостья Сторибрука на всякий случай припрятала один волшебный боб в кармане куртки. Никто не знал, пока она, уловив момент, не бросила его за борт и не открыла портал.       Эмма увидела на пристани крошечные силуэты родителей. Хотела помахать им, но корабль внезапно дёрнулся, и она пошатнулась.       — Полегче, малыш.       — Я ничего не делал, — Генри удивлённо посмотрел на штурвал.       Эмма повернулась к Реджине в надежде, что та объяснит, в чём дело, но та широко раскрытыми глазами смотрела куда-то в сторону. Она бросилась к борту, чтобы посмотреть, что лишило её дара речи. Сделала всего пару шагов, когда увидела, как знакомая фиолетово-синяя воронка разрастается прямо на глазах, с треском затягивая несчастную байдарку.       — Что за…       Закончить вопрос Эмма не успела. Корабль накренился в сторону воронки, и штурвал оказался бесполезен против волшебной мощи портала. Не удержавшись на ногах, она налетела на Реджину, чуть не упала вместе с ней в ледяную воду, но в последний миг обе сумели схватиться за перила. Подняв голову, Эмма увидела, что Генри стоит на коленях, мёртвой хваткой вцепившись в штурвал.       Всё это время корабль продолжал крениться на правый борт. Эмма с большим усилием встала, опираясь на перила, чтобы оставаться в вертикальном положении. Именно в этот момент она заметила, что Тамара освободилась и теперь пытается разрезать ремни, чтобы выручить Грэга.       — Я их убью! — рявкнула Эмма, хватая с палубы меч, которым ранее воспользовалась Реджина. Она была полна решимости добраться до сладкой парочки, доставляющей ей одни проблемы с момента своего прибытия. Спасительница она или нет — плевать — эти двое однозначно подписали себе смертный приговор.       Эмма опустилась на колени, собираясь осуществить задуманное, когда Реджина схватила её за руку и подтолкнула в сторону сына.       — Оставь их. Привяжи себя и Генри к штурвалу, — в зелёных глазах Эммы промелькнуло сомнение. Реджина выразительно посмотрела на неё. — Они того не стоят.       Эмма нехотя отбросила меч и поползла к Генри.       Волны яростно бились о борт корабля, и вскоре сила портала достигла невероятных размеров. Обняв сына, Эмма дотянулась до верёвки, повязала вокруг талии, а конец перекинула через рулевое колесо. Она едва успела закрепить её, когда новая волна обрушилась на корабль, вынуждая немного ослабить хватку.       Реджина выпрямилась во весь рост, вскинула руки и раскрыла ладони против сильного ветра. Она кивнула, когда увидела, что шериф в кои-то веки выполнила приказ, и сосредоточилась на мачтах, призывая всю свою магию, чтобы оттащить корабль подальше от портала. Она смутно осознавала, что Тамара и Грэг спрыгнули с корабля и исчезли в воронке, но будь всё трижды проклято, если в другую реальность попадёт её сын.       От ладоней растекалось слабое фиолетовое свечение, постепенно разрастаясь и поглощая весь корабль. Заклинание давалось нелегко, но Реджина продолжала вытягивать из себя по максимуму, всеми силами пытаясь сдвинуть корабль. Сердце беспокойно билось, она вспотела, и на лбу от напряжения выступила вена.       Под давлением магии, помноженной на силу притяжения портала, начали трескаться мачты. На долю секунды Реджина утратила концентрацию, но и этого оказалось достаточно, чтобы корабль накренился ещё сильнее.       — Реджина! — закричала Эмма. — Иди сюда!       Она проигнорировала и лишь усилила напор. С каждым мгновением корабль понемногу возвращался в исходное положение, ветер постепенно стихал. Эмма позволила себе немного расслабиться, когда вдруг откололась часть верхней мачты и полетела в ничего не подозревающую Реджину.       — Мам!       — Реджина!       Реджина повернулась, но попытка увернуться не увенчалась успехом, и обломок врезался ей в плечо. С достаточной силой, чтобы она, перелетев через борт, свалилась в воду.

***

      Единственное облегчение, какое Реджина получила — это было то, что корабль, казавшийся сейчас таким далёким, благополучно ушёл от воронки. Вода же вокруг была тёмной и мутной, и только логично было предположить, что она попала в другой мир. Может, она больше не сможет никому навредить, за исключением Тамары и Грэга, которые наверняка также находятся на другой стороне.       Реджина опустилась ещё ниже, покоряясь судьбе, когда в неё неожиданно кто-то врезался. От удара их отбросило на корабль, с кормы которого свисала верёвка.       — Эмма? — Реджина вздохнула с облегчением, чувствуя, как та всеми силами пытается завязать узел.       Шериф не ответила. Она мысленно поблагодарила небеса за то, что портал закрыт, и крикнула, обращаясь к Генри:       — Тяни, пацан!       Реджина и Эмма перевалились через поручень и, жадно хватая ртом воздух, рухнули на палубу. Какое-то время они просто лежали, а когда наконец встретились взглядами, не сдержали улыбок. Настолько сюрреалистической и абсурдной показалась сложившаяся ситуация.       Корабль остановился.       — Эмма! Генри!       Сначала они услышали голоса, а потом на корабле показались Чарминги собственной персоной и тут же по очереди сжали Генри в крепких объятиях.       — Мы думали, что потеряли тебя, — всхлипнула Снежка.       — Пойдём, — Дэвид помог Генри и Белоснежке спуститься на берег, похлопал по плечу Эмму, когда она к ним присоединилась. — Давайте отпразднуем возвращение Генри у Бабушки.

***

      Реджина рассматривала зловещий особняк. Место, которое месяцами не называла домом. Как и после возвращения Снежки и Эммы из Зачарованного леса, процессия, возглавляемая Чармингами, отправилась к Бабушке, и она снова осталась одна.       Реджина вздохнула, открыла дверь и вошла в пустой особняк. Покорно поднялась на второй этаж, собираясь провести остаток дня в постели, ненавидя себя за то, что ждёт момента, когда снова будет нужна Генри. Или какой-нибудь новой напасти, чтобы окружающим понадобилась её магия.       Закрыв дверь и стягивая на ходу пальто, Реджина прошла к кровати.       — Реджина?       Она нахмурилась и огляделась, ожидая увидеть Эмму, но вместо этого послышался треск рации.       — Реджина?       Она нащупала в кармане пальто давно забытую уоки-токи, вероятно, выжившую, благодаря тому, что использовала магию, чтобы привести себя в порядок.       — Эмма?       Та громко вздохнула.       — А я думала, ты снова от меня сбежала.       — Может быть, я всё-таки учусь на ошибках, — ухмыльнулась Реджина.       — Ты не пошла с нами.       — Не думаю, что мы дошли до того момента, когда моё прошлое превратилось в дела давно минувших дней.       — Если я должна мучиться на этом ужине, то и тебе придётся, — прямо заявила Эмма.       — С чего бы это?       Когда в дверь спальни постучали, Реджина, развернувшись, распахнула её и недоумённо уставилась на незваную гостью.       Эмма опустила рацию и затараторила, пресекая возмущение Реджины.       — Чтобы я могла сказать горожанам, что ты использовала магию во имя добра, и когда в их идеальной Спасительнице внезапно проснулась кровожадность, ты меня остановила.       — И ты снова приглашаешь меня на ужин? — осторожно уточнила Реджина.       — Будет не как в прошлый раз, — заверила Эмма.       — Не знаю…       — Никаких больше ярлыков, — Эмма решительно вошла в спальню и протянула руку. — Эмма. Эмма Свон.       Реджина вопросительно изогнула бровь.       — Я - биологическая мать Генри. Вижу, у вас есть сидр, но, может быть, вы хотели бы перекусить? — не сдавалась Эмма.       Реджина мысленно усмехнулась, но отвечать не спешила. Она всё ещё сомневалась. Прошлое нельзя изменить. Нельзя стереть ни свои грехи, ни то, кем были их родители, или вражду между семьями.       Но они могут попытаться.       Маловероятно, что когда-нибудь Чарминги вообще допустят Реджину в круг своих привилегированных последователей, или увидят в своей дочери что-то помимо совершенства. Но невысказанное обещание, что в этом мире будет хотя бы один человек, который будет видеть их истинную природу, оказалось достаточной мотивацией, чтобы отбросить в сторону все различия.       Отметив про себя, что способ Эммы начать всё с чистого листа едва ли можно называть тактичным, Реджина пожала протянутую руку. Затем посмотрела на неё, вложив в свой взгляд решимость и искренность.       — Реджина Миллс.