Сказки Страны Туманов.

Туман заполонил собой всю округу. Беспросветная белая пелена поглотила столицу и всё вокруг, оставив видимым лишь зловещий силуэт Серой Башни. В садах замолкли птицы, и стало так тихо, что можно было услышать журчанье ручьёв на склоне горы. Джоан молча наблюдала за тем, как плотные белые облака ползут по долине, поглощая горы и леса. У неё на лице было написано, что её что-то тревожит. И принцесса, пожалуй, знала, что именно. - Ты всё ещё не привыкла, - Альбина сложила руки на груди. - А мне уже надоело. - Да, но... - Джоан пресеклась. - За мной и раньше следили, дело даже не в этом. - В чём же? - белая бровь принцессы изогнулась дугой, губы слегка скривились. В фиолетовых глазах своей наставницы она редко видела столь шаткое спокойствие. В нём было что-то от отчаяния. Внезапно, к ней вернулась жизнь и она вновь улыбнулась. - Всего лишь пыталась вспомнить сон. В моём возрасте, кажется, память уже ни к чёрту... - Джоан? - принцесса чувствовала неладное, но поделать ничего не могла. Если такая диттарка, как Джоан, хотела что-то скрыть, то и вытянуть это самое что-то всегда непросто. - Я тоже начинаю забывать, как звучало продолжение сказки. Рыжеволосая хихикнула. С годами ничего не меняется - когда принцесса требует, чтобы ей рассказали какую-нибудь историю, у неё всегда становится строгое, исключительно серьёзное лицо. - Как будет угодно, ваше высочество. "Время шло, счастливый царь привёз жену в свои земли и представил своему двору. - Люди добрые, собирайтесь! Царь вернулся из Южных земель! Собирайтесь, и первыми узрите свою царицу! - кричали глашатаи на белокаменных улицах. Грохотали овации толпы на площадях, а царская свита и его лучшие воины приветствовали свою Родину. Во дворце все были в предвкушении. Белокожие придворные, дамы и рыцари, слуги и министры - и каждый спешил поздравить царя, каждый вглядывался в свою царицу, и кто-то, конечно же, желал лишь показать себя. Не знала южанка, что всяк, кто с ней мил, тот лжец и точит нож, и лишь под пристальными взглядами вояк и служанок она видела честное недоверие и жалость. И в тронном зале царя и царицу встречал прекрасный молодой человек в доспехе. Он не кланялся, и сразу же подбежал к царю, схватив его за плечи. Похожие друг на друга как отец и сын, но были они братьями. Молодой царице брат её мужа не сказал ни слова, лишь одарил взглядом, полным леденящего кровь презрения. Так началась жизнь во дворце царицы, которая до того не знала ни презрения, ни ненависти, ни подлости, ни коварства. Прознав о многолетних походах своего мужа, царица, боясь остаться одной в незнакомом месте, попыталась отговорить его от дальнейших странствий. Влюблённый царь согласился без уговоров. Он даже пообещал, что, коли захочет уехать, заберёт любимую жену с собой. Но чувствовала царица, что неспроста министры недовольны ею. Годами царь не бывал в столице, о делах своих позабыл вовсе, а брат его, совсем всё время играл, пил и веселился. Так и начались перемены. Галдел народ под стенами, шептались слуги за углами, обсуждали министры дела царицы. Она же и так старалась, и эдак крутилась, да только никто не воспринимал её благо несущей. Они не смотрели на дела, видели лишь чужестранку с тёмным волосом и загорелым лицом. Со временем слёзы от обиды застыли на лице южной женщины. На презрение она отвечала ненавистью, на ненависть - гневом, и страшен был гнев её. И только царь стоял между ней и своим народом, и то недолго..." - И вот тогда-то он и умер! - внезапно воскликнула Альбина. - Дальше я помню, он ушёл ненадолго, и погиб на обратном пути. Император Эмидиус умер, оставив за собой только дочь. - Родившуюся после его смерти, - хмыкнула Джоан. - Не удивлюсь, если окажется, что Великая Ориана была на самом деле дочерью Адриана. Ну ладно, нам пора. - Вообще-то, так оно и было, - Альбина нехотя поплелась к лошадям. - Ну, в библиотеке были летописи, в них говорилось, что в её время все считали что она - сперия императрицы от Адриана. - Незаконорожденная дочь брата императора. Да, знаю эту версию, но это миф. Ведь императрица ненавидела Адриана, разве нет? - Запрыгнув на лошадь, ответила Джоан. - Ладно, нам пора в путь. Всё равно они жили девятьсот лет назад, и точных ответов у нас не будет... На скалистом берегу, на самой вершине могучей скалы, шло строительство. Каждый день, в скромную по размерам бухту прибывали корабли с рабочими и провиантом, и не задерживались надолго, даже ремонтировались в других портах. Сотни людей трудились под присмотром закованных в доспехи воинов, один неверный шаг - и смерть. Об этом трудягам напоминали развешенные по берегу висельники с табличками, прибитыми к мёртвой плоти. На каждой табличке было написано имя и причина, по которой он убит. Конечно, были и головы на копьях, и прочие прелести смерти, но именно к трупам повешенных было запрещено прикасаться. Как правило, вешали здесь тех, кто открыто выступал против воли законной наследницы престола. Она приходила наблюдать каждый день. Ходила здесь без охраны, как ни в чём не бывало. Чувствовала на себе тяжёлые взгляды бедняг, которых она изнуряла работой и ни капельки не боялась. Почему? Потому что это они боялись её.