Осколки прошлого

Он стоял, склонившись над телефоном уже минут сорок. Рядом мельтешили взволнованные члены Совета, Люси и Нацу перебирали номера, и только алые глаза пялились в тёмный экран телефона, не зная, что думать. Прошло уже два дня, как он пытается дозвониться до Леви, но всё тщетно. - Долго собираешься сопли на кулак наматывать? – тихий мужской голос раздался со стороны. - Вы – мотиватор от бога, Макаров. – не поворачиваясь ответил Гажил, и таки отвёл взгляд от экрана. – Что вам от меня надо? Я вам всё уже сказал. - Ты скучаешь по Металликане? - Каждый день. - А по Леви? - Я не знаю. – парень откинулся на спинку кресла и посмотрел в потолок. – Всё сложно. - Да нет, всё очень просто. - Макаров. - Гажил. – старик очень твёрдо и даже немного грубо глянул на упыря. – Ты так долго и упорно пытался угнаться за прошлым, что потерял в пустую пятьсот лет своей жизни. Ты пятьсот лет сидишь в своём замке и живёшь по устоям шестнадцатого века. В твоей жизни промелькнула лишь одна искорка, а ты и на ту напялил платье Металликаны и всё угандосил к чертям собачим. - Что вы от меня хотите? - Воистину, упыри не стареют. А знаешь, что? Так тебе и надо! Не заслужил ты её! С этими словами Макаров просто встал и направился прочь, под ошалелый взгляд алых глаз. Его распирало от злобы, руки тряслись, но стоило Гажилу только открыть рот, как старика буквально прорвало: - Ты пятьсот размазываешь сопли по надгробью Металликаны! Сколько всякой херни можно было сделать за это время, а ты только ноешь и ноешь в своём подземелье! - Макаров! - Да пошёл ты в задницу, хикикомори аналоговый! Глядя на тебя, даже тараканы дохнут от уныния! Правильно сделала, что телефон вырубила! Найдёт себе нормального мужика, который не проведёт вечность в нытье! С этими словами Макаров просто ушёл, оставив вампира в полном ступоре и с очень неприятным осадком на душе. Где-то он реально запутался, да так сильно, что уже ничего не понимал. Леви была похожа на Металликану, но он точно не испытывал к ней те же чувства, собственно, как и к графине он не испытывал того, что испытывал к Леви. Это были две совершенно разные женщины… И он потерял обеих. *** Кружка растворимого кофе уже порядком остыла, но молодая студентка не торопилась её опустошить. Украдкой окинув взглядом номер отеля, Леви немного грустно глянула в сторону комнаты, в которой спали Жерар и Эльза. А, вообще, странно, что Эльза не вышвырнула её взашей. Нет, в масштабный патриархат этой пары МакГарден не верила, но почему её ещё не попросили освободить жилплощадь, осталось загадкой. - Утро доброе! – поздоровалась Эльза, которую Леви не заметила за всеми этими мыслями. – Чего не пьёшь кофе? Уже остыл! - Да так, задумалась. – нервно выдала Леви и таки решила отпить горькой жижи. – Эльза, можно я задам тебе такой очень нескромный вопрос? - Ну попытайся. - Что вы собираетесь делать, когда начнётся конец света? Девушка немного нервно почесала алые лохмы, достала с полки кофе, насыпала в кружку в два раза больше обычного и глянула на студентку через плечо: - Скажи, ты реально веришь в эту ересь? - Твой напарник стал оборотнем у тебя на глазах. На это Эльзе не нашлось, чего ответить, и от этого где-то внутри неприятно кольнуло. - Я не верю в конец света. – коротко выдала коп. – Даже если и будет какое-то кровавое месиво по типу нашего городка, это ещё не конец. А можно я задам тебе нескромный вопрос? - Когда я свалю от вас? - Это вопрос не первостепенной важности, хотя иногда он посещает мою голову. – усмехнулась полицейская и повернулась к Леви. – Зачем ты выкинула телефон? - Думаешь стоило заложить в ломбард? - Вопросом на вопрос уже второй раз подряд – плохой знак. - Почему? - Ты бежишь не от упырей на том конце провода. Ты рьяно уклоняешься от каждого упоминания о них, и это произошло после того, как ты съездила в тот лес. Я знаю, это – не моё дело, да мы и не сильно знакомые, но ты очень изменилась. Может поговорим об этом? - Тебе честно сказать? – почти с наездом выдала студентка. – Я просто дура, которая сама не знает, чего хочет! Всё было так чётко и грамотно, все планы, идеи, амбиции, и всё это рухнуло в один миг! И сколько бы я не пыталась всё склеить, всё только рушится и рушится! Я не знаю, как это остановить! - Да, бывают такие периоды. – даже не столько сами слова, сколько эта интонация, заставила Леви осечься, а Эльза лишь немного грустно усмехнулась. – Я думаю, малая, что ты очень рано начала загоняться про неудавшуюся жизнь. Всё только начинается, и тебе стоит обратить внимание на вещи, которые тебя окружают. Конец света, или нет – это лишь повод поскорее воспользоваться возможностями этого мира. - Какими возможностями? - Не знаю. Вот чего бы тебе хотелось сделать сегодня? - Нажраться вдрызг! - Так что мешает? Бар в двух кварталах, а денег у тебя дохрена. И эта фраза прям кувалдой ударила в голову, разбив вдребезги пелену иллюзий перед глазами. Правил больше не было, чего не сказать о деньгах и возможностях, и пусть на часах ещё только разгар дня, а напиться надо было прямо сейчас, чем Леви и занялась. В такую рань бар только открылся и стоял пустой, но был в этом свой шарм. Почувствуй себя истинным алкоголиком, но даже тут, за самым дальним столиком, МакГарден не дали придаться пьяному беспределу. Тройку оборотней, что направлялись к ней, она заметила ещё в проходе, и пусть руки и тянулись к перу Атланта, а вовсе не алкоголь не давал пальцам сжать обожжённое опахало. Она даже не испытывала страха, лишь волнение от незнания, что будет дальше, но и эти ребята оказались более профессиональными и дипломатичными, нежели те, которые гнались за ней в Райской Твердыни. - Леви МакГарден? – очень даже вежливо позвал один из тройки. - Что бы Жозе от меня не нужно было, пусть идёт восвояси. – спирт придал уверенности студентке и так подняла на оборотня немного мутный взгляд. – Ни в какой лагерь я не поеду, и рекламщик из него крайне хреновый! - Мы не от Жозе. - Всё ещё неинтересно! Парни, идите отсюда! У меня дерьмо-настроение, я хочу выпить и ничего больше! Отстаньте от меня пожалуйста! - Золотые слова. – раздалось со стороны и на столик аккуратно приземлился поднос с двумя кружками медовухи. – Вот прям в душу! Тройка парней слегка стушевалась, глядя на пришельца, а Леви аж протрезвела. Но не успели оборотни и слова сказать, как вдруг незваный гость поднял руку и в этот момент время словно замерло. В помещении остановилось абсолютно всё: немногочисленные гости, музыка, казалось, даже воздух застыл под ошалелые взгляды карих глаз. Леви смотрела на всё это с благоговейным ужасом, пока Зереф, как ни в чём небывало, обошёл застывших оборотней, притянул стул к столику МакГарден, уселся напротив и протянул ей кружку с медовухой. - Не люблю шум. – тоскливо выдал верховный Жрец Тьмы, сидя в повседневной одежде и отпивая пива, как ни в чём небывало. – Бесит. - Зереф? – алкоголь окончательно выветрился из голубой головы. – Что вы тут делаете? - Пригубить до полудня – это я люблю. – Зереф говорил это так, словно напротив Леви сидел просто задравшийся жизнью студентик, а не сама тьма во плоти. – Мавис не любит, когда я бухаю дома. - Почему вы вообще бухаете?! - Почему люди бухают? – Зереф аж откинулся на спинку стула и задумчиво глянул в потолок. – Слушай, вопрос риторический, почти философский. Есть столько вариантов ответов на него, но я отношусь к большинству – всё заебало. С этими словами парень взял кружку и отпил пива, пока Леви глядела в замерших оборотней. Остановил ли Зереф время, или просто что-то наколдовал, но тройка ребят стояла, как в остановившемся кадре, и это наводило той ещё жути. - Пей пиво. – тактично напомнил Зереф, указывая на кружку. – Я тебе его взял. - Зачем вы взяли мне пиво? - Выпить. - Я не понимаю. - Пей. – уже более грубо велел Зереф. Ослушаться приказа верховного Жреца Тьмы отважились немногие, а выжило после этого – всего ничего, так что Леви решила не спорить. Медовуха оказалась довольно вкусной, но вовсе не это волновало девушку. - Зереф. - Что? - А вы часто в этом баре пьёте? - Я пью в разных барах, в зависимости от того, где нахожусь. - А вы в этот бар случайно забрели? Тут Зереф как-то задумчиво вздёрнул бровь, слегка отвёл глаза, вновь откинулся на спинку стула и как-то даже подозрительно глянул на Леви: - Почему ты ушла от Ангелов? - Они предлагали мне остаться с ними. - Да. Так чего отказалась? - Зереф. – Леви долго собиралась с мыслями, но таки выпив ещё пивка для храбрости, подняла глаза и уверенно глянула в моложавое лицо напротив. – Простите мне мою дерзость, но вы же одно из самых могущественных существ во всём мире. Вам подвластно течение времени, вы видите будущее, вы можете остановить время взмахом руки! Так почему вы не можете просто остановить заговорщиков?! Неужели вы хотите конца света?! - Больше всего на свете. Даже не столько слова, сколько эта отрешённая и полная смирения интонация, заставила Леви опешить окончательно, а Зереф лишь молча продолжил пить. С пару секунд МакГарден пыталась просто понять, что она только что услышала, и лишь когда незваный гость уже выпил половину, Леви отважилась заговорить. - Что вы сейчас сказали? - Бог. – лениво выдал парень. – Дьявол, Колесо Сансары, ещё невесть какая хрень. Как нас с Мавис только не называют. Наверное, это ваша природа, бессмысленная и беспощадная, абсурдность которой сравнима только с вашей ничтожностью. Самая парадоксальная черта рода человеческого, что он пытается свою беспомощность переложить на сильнейших, вам так проще жить. Поэтому вы придумали судьбу, удачу, даже Бога, а их нет и никогда не было. - Я не понимаю вас. - Вам кажется, что «сверху» есть кто-то, кто сулит вам благополучие или кару, кто-то сильный и могущественный, но вы все заблуждаетесь. Убивая антилопу, лев не пытается её покарать за грехи, он вообще не испытывает ничего, кроме голода и инстинкта выживания, и это относится ко всем. Вам хочется верить, что кто-то написал эти правила, неведомая сила, но… Правила были написаны задолго до нас. - Какие правила? - Наш мир – не Причина, а Следствие. – тут Зереф слегка подался вперёд и тяжело вздохнул. – Во всей нашей вселенной есть только одно правило мироздания – Абсолютный Ноль, и больше ничего. Что бы в нашем мире не происходило, всё стремится к равновесию: Добро и Зло, Жизнь и Смерть, Тьма и Свет, и всё, что тебя окружает, даже молекулы воздуха – это Следствие стремления к равновесию… А потому мир никогда не будет уничтожен… Как бы сильно я этого не желал. - Почему вы желаете смерти этому миру? Зереф лишь усмехнулся, отпил ещё пива и немного хищно глянул на Леви: - Из покон веков человечество считает, что Бог – милосердный и справедливый правитель, но вы заблуждаетесь даже в его существовании. Всё, что есть в нашем мире – порождения закона равновесия, и даже мы с Мавис – это лишь его Следствия. Мы всего лишь творения природы, такие-же как и всё вокруг нас, возможно более могущественные, где-то даже решающие, но всего лишь побочный продукт. Никто не придумал Солнце и Звёзды, Землю и Воду, та Сила, породившая эту вселенную, даже не думала о таких мелочах, как галактики, а вы хотите, чтоб она думала о вас. Подобно муравьям, вы построили свой иллюзорный мир, зарыв его в землю на два метра, и считая божьей карой каждый ботинок и ветку, который случайно упал на его верхушку. Вы хотите думать, что в ваших заслугах и грехах повинен иллюзорный Бог, а его нет и никогда не было. Ветка падает в муравейник повинуясь своим законам и не испытывает ни малейшего удовольствия от этого, как и все мы. - Вы не ответили на вопрос. – даже немного грубо шепнула студентка. - Всё… - голос брюнета заметно дрогнул и в нём послышалось рычание, а чёрные глаза злобно блеснули. – Каждый грёбанный день своего грёбанного существования я вижу ВСЁ, что творится в этом грёбанном мире. Я вижу, как обезумившие с ревности матери душат своих дочерей из-за мужа, что повадился насиловать двенадцатилетнюю девочку, а на неё даже не смотрит. Я вижу, как люди решают, какой телефон нынче в тренде, а в неблагополучном районе того же города один собутыльник съедает другого с голодухи. Я видающиеся художники, писатели, научные гении, способные перевернуть этот мир, идут работать на панель, потому что больше некуда, и там же в конечном итоге угасают, кто морально, кто с передоза. Это происходит каждый день, на протяжении всего существования нашего мира, и я вижу всё, что в нём происходит… - Зереф отпил ещё пива и презрительно окинул помещение, в котором остановилось время. – Этот мир отвратителен настолько, что даже крысы, и те проявляют больше благородства, и если на свете и есть тот, кто искренне и беззаветно желает этому миру сгореть дотла, то это – Я. Это моё второе заветное желание. - А какое первое? - Роскошь, которая не дана нам с Мавис. Мир подарил её всем и каждому, кроме нас двоих. – и столько боли было в этом голосе и его глазах, что внутри что-то свело. – Я просто хочу сдохнуть. - Сдохнуть? - Я устал… Если бы ты только знала, как я устал от грязи и черни мира сего. Я не хочу победы Тьмы или Света, потому что я ненавижу их одинаково. Мне глубочайше насрать, что будет с этим миром, кто придёт к власти, и какова будет судьба всего человечества, потому что единственное моё искреннее и беззаветное желание, это взять весь земной шар, и с пинка ноги отправить его на солнце! Мне мало уничтожить всё человечество, я мечтаю уничтожить всю солнечную систему, но, как и в случае со смертью… Это почти невозможно… Однако… - тут чёрные глаза как-то лихорадочно блеснули, а губы тронула немного болезненная, но полная надежды улыбка. – Молодая кровь хочет моей смерти, а исхода я не вижу… Я… Заинтригован. Повисла тишина, Леви смотрела на вечно спокойного брюнета, лицо которого выражало высшую степень интереса, и почему-то на душе стало тоскливо. - Зереф. – тихо позвала Леви. – Если вы так хотите смерти, и молодая кровь может вам это дать, почему вы предупредили Совет о том, что грядёт война? - В чём смысл жизни, Леви? – немного гаденько выдохнул брюнет. – Зачем люди так рьяно пытаются что-то успеть сделать? Оставить что-то после себя? Ответ кроется в вопросе. – парень глядел на девушку, как на недалёкого ребёнка. – Время. Каждому отведён свой срок, даже бессмертным. Смертные боятся потерять жизнь, бессмертные – рассудок. Нет оборотня, что не сойдёт с ума от полной луны; нет вампира, что не разорвёт тысячи собственных портретов… Нет Благословлённого Светом, что в итоге не вернётся в Деревню Солнца… Это лишь вопрос Времени. Безжалостное и беспощадное Время, оно настигнет всех и каждого, и, если страх смерти притупится, а рассудок уже давно угас, останется лишь последний смысл существования. – Зереф вновь отпил пива. – Я хочу посмотреть, что будет дальше. Так сказать, «сравнять шансы». - Зачем вам это? - Мне скучно. - И вы хотите посмотреть, как эти шакалы вцепятся друг другу в глотки?! - Именно! – почти с восторгом выдал Зереф, подался вперёд и процедил сквозь зубы. – Я хочу посмотреть, что будет дальше. Я хочу посмотреть, как все эти шакалы, оказавшись на открытой местности и без оружия, начнут вгрызаться в землю и глотки, пытаясь отстоять хотя бы собственное существование. Как муравьи, как крысы, люди, дети Тьмы и Света, вы ничем друг от друга не отличаетесь, и ваша природа близка к натуре бактерий! Изничтожить вас, всё равно, что пытаться вырубить тайгу топором в одиночку! Пока закончишь с одним гектаром, там уже новый лес вырастит… Рентабельнее поджечь. Что мертво и слабое – сгорит, остальные построят что-то интересное. - Так если вы хотите кровавой бойни, почему предупредили Совет? - Потому что эти швали хотели сделать всё тихо и без лишнего шума. Хотели обойтись малой кровью. - А вам надо было больше крови? - Равновесие. – буквально пропел Жрец. – Я не хочу смотреть, как «фермер топит котят», я хочу видеть, как «волчица борется с гончей за свой выводок»! Мне не интересно смотреть на бессмысленный геноцид, это скучно и очевидно, а я хочу посмотреть, как мир стремится к равновесию. - Реки крови и горы трупов – это вы называете «равновесием»? - В таком уж мире мы живём. – почти обречённо выдохнул брюнет. – Не приведи господь бедному разбогатеть, а слабому дорваться до власти. Обе стороны понесут чудовищные потери, но именно в них и кроется смысл этой бойни. «Первый снег ознаменует начало первой крови, а тринадцатая луна – концом старого мира. Старая кровь поднимет молодую, Тьма и Свет взявшись за руки пойдут против тех, кому не выстоять. Сильные поднимутся над Слабыми и наступит новая Эра. Падёт Свет и Тьма, ибо на то воля их детей». Эта война, подобно огню, что сжигает прошлогоднюю траву, очистит ряды Детей Света и Тьмы, и чем ярче будет «пламя», тем богаче будут «всходы». - Зачем? – голос Леви заметно дрогнул, а пальцы нервно сжали кружку. – Зачем вы мне это говорите? - У тебя осталось слишком мало времени, чтобы пропивать его в барах. Что ты собираешься делать? - Я ничего не хочу делать. Я не знаю, как жить дальше и зачем я вообще тут. - Так сложилось. – усмехнулся Зереф. – Никто не планировал твою судьбу, и ты вольна решать её самостоятельно. - Зереф, но вы же должны… - Я ничего и никому не должен. – перебил парень. – Ни тебе, ни Совету, ни даже Мавис. Я живу в этом мире так же, как и вы, и, как и мне, вам на меня плевать. Силы равновесия не имеют никакого отношения лично к вам, а отражают суть бытия. Если тебе поможет прохожий, он делает это из собственных побуждений и обстоятельств, а не потому, что это где-то велено. Так что нечего злиться на Гажила, он такой, какой есть, и ничего тебе не должен. Это ты притащила ублюдков в его поместье, и ты ему жизнь испортила, а не наоборот. А хочешь всадить перо Атланта в алый глаз – твоё личное дело, меня не касается. - Вы говорите мне это не просто так. – почти прорычала студентка, пока на полных ярости глазах наворачивались слёзы обиды и ненависти. – Зачем вы мне это говорите?! - Чем ярче пламя, тем гуще всходы. – Зереф допил пиво и поднялся на ноги, уверенно глядя в карие глаза напротив. – Я хочу посмотреть, как далеко ты зайдёшь. С этими словами Зереф махнул рукой, и буквально в мгновение ока время словно вернулось в своё прежнее русло. Тройка оборотней резко оттаяла, но оборвалась, не успев начать разговор, так как незваный гость куда-то исчез. Дети Тьмы ещё с пару секунд таращились по сторонам в поисках брюнета, пока не остановились на Леви. Она сидела, сжав кружку пива, стеклянные глаза уверенно таращились в пену, пока по щекам текли слёзы. Её потряхивало, но это был не страх, а что-то другое: злоба на весь белый свет, да и тёмный тоже. - Он ушёл. – не дожидаясь вопроса ответила Леви. – Куда вы там собирались меня везти? А в прочем, не важно. – с этими словами девица допила остатки пива и поднялась на нетвёрдые ноги. – Поехали. Под ошалелые взгляды оборотней, Леви направилась прямо в сторону выхода, пока твари пытались понять, что произошло, но решив не искушать судьбу, поспешили направится следом за девушкой. МакГарден же шла, силясь сдержать слёзы ярости и обиды. Будь проклят этот Рэдфокс, Макаров, Атлант, пусть они сгорят дотла, на пару с этим проклятым земным шаром. Зереф хочет спалить весь мир? Ну что ж, он выдал спички правильному человеку. Ехали ребята довольно долго, на окраину, в очень престижный район, в один из крутых особняков. Приехали, когда уже солнце укатилось за горизонт, но на жилой комплекс это походило только снаружи. Внутри было много нечисти, все кругом были очень заняты и мельтешили, а вот саму Леви отвели в один из главных кабинетов. Большая просторная комната, довольно уютная и тёплая, но намётанный глаз Благословлённой Светом быстро заметил в стоящей фигуре у окна крылатого упыря. Мужчина же лишь медленно повернулся, весьма формально улыбнулся и велел оборотням покинуть комнату. Это был не Жозе, однако аккуратная ручка от этого удерживала перо не менее твёрдо. Мужчина же лишь подошёл ближе и весьма галантно поклонился: - Добрый вечер, уважаемая МакГарден. - Я не знаю, кто вы и что вам от меня нужно, но давайте вы просто всё скажете мне, и я поеду домой. - Деловая хватка – то, что я уважаю в людях. – улыбка на лице упыря стала шире. – Позвольте представится. Моё имя Джуд Хартфилий. - Вы отец Люси? - Вижу вы знакомы с моей дочерью. Предполагаю, что с её не самым солидным избранником вы тоже знакомы. - Я слышала, что вы имеете привычку стрелять в него серебром. - Я не приветствую никаких связей с оборотнями, кроме товарно-денежных. - Зачем вы меня сюда привели? - Хм. – Джут весьма воодушевлённо усмехнулся. – До меня дошли слухи, что один из оборотней Жозе погиб, стоило ему вас укусить. - Хотите, чтобы я спровоцировала Нацу, дабы тот меня цапнул? - Я был бы вам очень благодарен, но это не так причина, по которой я вас позвал. – упырь начал мерить шагами комнату. – Вы обладаете невероятным талантом и силой. В вас течёт ангельская кровь. - Во мне течёт кровь восемнадцатилетней дуры, которая докопалась до графини Рэдфокс, и никак не может выкопаться из этого дерьма уже почти полгода! – буквально гавкнула Леви. – Что бы вам не было от меня нужно, не томите! И не надо мне тут про лагерь и одарённых! - Вы довольно воинственно настроены, Леви. – Джуда забавляла эта интересная и очень раззадоренная девочка. – А ведь я вовсе не пришёл с вами ссорится. Наоборот, я хочу стать вашим другом. - Последний упырь, который пришёл стать моим другом, натравил на меня оборотней! А первый – запер в замке и нацепил на меня платье покойной графини Рэдфокс! - А у вас насыщенная жизнь, госпожа МакГарден. – по-доброму улыбнулся Джуд и указал на столик. – Давайте присядем и выпьем чаю. В конце концов, если бы у вас поджимало время, вы бы не сели в машину добровольно. Надо признать, Джуд был настоящим профессионалом, потому что так держать тон и такт может далеко не каждый толстосум и психолог. Леви же не верила ни одному смазливому слову этого вампира, но всё же присела и взяла кружку. Чай был очень дорогой, явно не из супермаркета, а голос Хартфилия успокаивал и даже убаюкивал. Не удивительно, что у него так много денег. - Вас порядком напугали методы моего компаньона. – мужчина отпил чая, не свозя глаз с Леви. – Я вас не осуждаю, даже в чём-то поддерживаю. Жозе – политик и приверженец весьма радикальных методов. Я же – экономист. Я не вижу смысла вершить насилие, если можно просто сесть и договориться. - Что вам от меня нужно? - Лично от вас – информация и сотрудничество. – Джуд отложил чашку и немного подался вперёд. – Вы обладаете уникальной силой Ангелов, но в отличии от них и от Макарова, не являетесь представителем никакой структуры. Более того, вы прожили в поместье Рэдфоксов довольно продолжительный срок времени, и являетесь осведомлённым лицом о почти всех планах Совета. В стали бы незаменимым союзником в грядущем противостоянии. - Очень красиво говорите. – с издёвкой выдохнула Леви и отпила чая. – А вот мне даже интересно. Если я скажу нет, то что будет? - Тогда я благодарен за время, которое вы мне уделили и не смею вас больше задерживать. Мои люди отвезут вас домой прямо сейчас. - Что? – а вот этого она не ожидала, однако всё же слегка настороженно вжалась в спинку дивана. – В смысле? - Леви. – голос упыря стал ещё мягче, а глаза глядели, как на недалёкого ребёнка. – Давайте обойдёмся без всех этих пафосных речей и ненужных угроз, мы и так прекрасно знаем, чем всё это кончится. Одного взмаха вашей руки достаточно, чтобы от меня не осталось и пепла, а даже если все дети тьмы накинутся на вас разом, ничем, кроме чреды ненужных и невыгодных смертей это не закончится. Я пригласил вас сюда не для того, чтобы запугивать, а чтобы стать вашим другом и деловым партнёром. – тут взгляд Джуда стал твёрдым и весьма холодным. – Я буду предельно краток. Меня интересует информация, которой вы обладаете касательно Совета, Жрецов Тьмы и Света, а, так же, поместья Рэдфоксов. Так же нас интересуют ваши способности, которые мы хотели бы видеть на стороне наших союзников в момент грядущего противостояния. Я не спорю, мы просим очень много, но мы же дадим больше. - Сомневаюсь, что в мире есть такие деньги. - Я не говорю о деньгах, Леви. – губы мужчины тронула немного гаденькая ухмылка. – Идеология, к которой мы стремимся: даровать свет всему миру, вечный день, без страха и боли. - Ваш идеальный мир – это толпа безвольных баранов, у которых нет даже сил противостоять. - Противостояние – порождение боли. Если нет боли, страданий, то нет и противостояния. Мир, в котором нет насилия и желания отнять большее. Не о этом ли мы все мечтаем? - А разве это не идёт в разрез с экономикой, которая построена на конкуренции? - К тому моменту, когда всё закончится, законы экономики будут совсем другими. - Законы всегда будут одинаковыми. – почти с опаской шепнула Леви, цитируя Зерефа. – Они были до нас и останутся после. Мы все – их следствия, а не причина. - Чего вы боитесь, Леви? – Джуд слегка прищурил глаз. – Чьи это слова? Они не ваши, вы их цитируете. - Это слова Зерефа. - Надо же. Верховный Жрец Тьмы говорит с вами лично. Вы и вправду достойный союзник и воистину страшный враг. А что ещё он вам сказал? – как бы невзначай поинтересовался Джуд. - Вы не сможете изменить этот мир. Он будет стремится к равновесию до конца своего существования, пока не вернётся в прежнее русло! - А сколько времени на это уйдёт? - Что? - Леви. – Джуд ловил каждое слово, и ловко перетягивал ниточки в голове МакГарден. – Восстание Ангелов обрекло мир на сотни лет мрака за один миг блаженного покоя. А представьте наоборот: миг ужаса, и сотни лет благ и процветания. - Они не подарили никому блага. – слёзы таки покатились по щекам. – Они подарили миру лишь ужас. - Ужас миру подарил Зереф… А Мавис подарит нам покой. Надо признать, говорил он настолько складно, что Леви на полном серьёзе начала сомневаться. Джуд же лишь улыбнулся шире и украдкой смерил рубиновое ожерелье, которое Леви носила не снимая, а предпринимательская чуйка подметила рычаг давления. - У вас изумительный вкус на украшения, Леви. - Это подарок. – голос девушки дрогнул. – Подарок Гажила. - Вы были ему явно дороги. - Ему была дорога только Металликана. Я была лишь жалким напоминанием. - Вас это задевает? - Он мне ничего не… - Мужчины бывают очень жестокими по отношению к женщинам, но зачастую это проявление слабости. – Джуд осторожно подтянул к Леви тарелочку с конфетками. – Гажил боится перемен, они пугают его, а потому он гонится за бывшим идеалом, не взирая на ваши чувства. Такое случается в нашем мире, но вам не стоит закрывать своё прекрасное сердце. Оно чистое, как слеза, и ваш дар тому доказательство. Я уверен, что в новом мире вы найдёте мужчину, что оценит вас по достоинству. – Джуд спокойно смотрел в эти заплаканные глазки, чётко выверяя каждое слово. – Вы не нужны Рэдфоксу, но это не значит, что проблема в вас. Слепой глупец без будущего, пятьсот лет оплакивающий могилу мачехи, и не способный даже посмотреть по сторонам. Вы достойны большего, Леви, намного большего, связав свою судьбу с людьми, которые в вас нуждаются… С нами. – Хартфилий проникновенно глянул исподлобья и почти виновато выдохнул. – Вы нужны нам, Леви. Нужны больше, чем вы можете себе даже представить. Подумайте… И не спешите с ответом. Мои люди отвезут вас домой. - Ч-что? – с этих слов Леви опешила ещё больше, а глядя на вошедших оборотней и вовсе вжалась в кресло. – Вы что, серьёзно… - Я хочу быть вашим другом, Леви. – размеренно продолжил Джуд. – Как я уже сказал, для нас вы ценный союзник и страшный враг. В отличии от Совета и Рэдфокса, мы это понимаем и ценим, а ещё уважаем ваше мнение и право выбора. Вы можете отказаться от нашего предложения, и мы не будем вас в этом винить. Подумайте, Леви, на чьей стороне вы хотите оказаться. С этими словами Джуж поднялся, протянул руку даме и помог встать с дивана. Оборотни галантно проводили Леви до машины и повезли к себе домой, пока Хартфилий внимательно смотрел в окно на удаляющуюся машину. - Ты в своём уме? – грубый голос Жозе раздался со спины, от чего упырь лишь усмехнулся. – Почему ты её отпустил?! Она была готова выложить всю информацию про Совет!!! - Терпение, мой дорогой друг. – снисходительно выдал Хартфилий поворачиваясь к своему не самому терпеливому компаньону. – Мы имеем дело с очень неоднозначным зверем, и тут важен момент времени и терпения. - Что в ней такого неоднозначного?! - Ну, во-первых, она напрямую общается с Зерефом, а это может стать решающим моментом. Во-вторых, она не знает предела своих возможностей и сил, а потому боится их и использует необдуманно. Ну а в-третьих… - Хартфилий очень самодовольно усмехнулся. – Рэдфокс сослужил нам службу. Женщины по своей натуре очень злопамятные и ревнивые существа, и какая бы чистая душа у неё не была, а против природы не пойдёшь. Тут надо найти точку, аккуратно надавить и дать немного времени. - На что? - На то, чтобы в голове укоренилась мысль, как сильно она хочет, чтобы этому ублюдку было в сотню раз больнее, чем ей. *** Ароматный кофе на ночь глядя – что может быть лучше для бессонной ночи? Сколько кофе он пил в неделю? А пива? И кто вообще придумал, что эти твари хоть чем-то отличаются от людей? На милой кухоньке маленького загородного домика, Зереф делал себе уже третью кружку кофе, выглядывая что-то в однотонном напитке. Дешёвый растворимый кофе из супермаркета, порошковое молоко, сплетники-соседи, и казалось за тысячи лет ничего не изменилось. Такова жизнь. - Ты что делаешь? – сдавленный голос Мавис раздался со спины, но Зереф даже не пытался что-то предпринять. Медленно, почти с балетной пластикой облизав ложку, брюнет повернулся к своей сожительнице и немного виновато улыбнулся. Мавис же не разделяла его настроения. Её глаза метались по его лицу в растерянности, с толикой страха и даже какого-то отчаяния, а он был спокоен, как удав. - Зачем ты это делаешь? – рвано выдохнула девушка. - Знаешь. – Зереф отложил кружку с кофе в сторону. – Меня не оставляет мысль, а что бы было, если бы тогда, восемьсот лет назад, мы бы дали Ангелам закончить начатое? - Была бы резня! - Она и так была. Более того, она затянулась на сотни лет, а ради чего? Мы ничего не смогли изменить, никого не смогли спасти, мы обрекли весь мир во мрак на сотни лет… А если бы Ангелы всех перебили? - Зереф, это не шутки. - А я не шучу. – улыбка сошла с лица парня, оставляя только смирение и какую-то досаду. – Мы живём тысячи лет, и с самого начала не изменилось абсолютно ничего. Меняется всё: времена, технологии, границы государств, возможности, а люди как были всего лишь полчищем крыс, так и остались. Они покорили космос, открыли ядерный синтез, воссоздали антивещество, а ради чего они это делают? Правильно… Они делают это ради денег, славы, власти. У людей нет денег провезти воду в засушливые уголки света, но есть деньги вывести оттуда нефть. Пока одни умирают с голоду, другие покупают сотый телефон, просто потому что это модно… И так было всегда, менялись только ценности. Мясо, шкуры, серебро, рабы, девственность, нефть, золото. Три самые древние профессии мира сего: Наёмники, Торгаши и Шлюхи, потому что убивать, торговаться и трахаться люди будут всегда. Вот она, личина человеческой натуры, и это неизменно уже тысячи лет. – Зереф меланхолично отпил кофе и глянул на Мавис самым задолбленным взглядом из всех возможных. – За что мы боремся, Мавис? Какой мир? Ни одного дня не было без войны, даже муравьи выясняют у кого муравейник солиднее. Эти отбитые ублюдки бегут на противника с криком «За Родину!!!», а подыхая вопят «Бог, почему ты нас оставил?!». Знаешь, в такие моменты хочется выйти на поле брани и спросить в лоб «слушай, ты уж определись, что тебе важнее: Родина или Бог. На тебя класть хотели оба, но всё же». Мусульманские радикалы не едят свинину, потому что это грех, зато подорвать детский сад – это нормально, это сразу в рай. Христиане не лучше. Обворовывать прихожан и насиловать детей – порядке вещей, главное у Бога прощения попроси. Вот только есть одно «Но», Мавис. Нет их бога, никакого, а я их прощать задрался. Половина Совета – продажные швали, которые слили информацию врагу, вторая половина трясётся за мир во всём мире, потому что от этого зависит их положение и достаток, всем остальным насрать, они вообще не хотят в этом участвовать, но природа бытия такова, что все они в конечном итоге, либо Торгаши, либо Наёмники, либо Шлюхи. – Зереф отошёл к окну и тоскливо глянул на то, как влюблённая парочка идёт вдоль улицы, и от этого парень лишь гаденько усмехнулся. – Он любит её, а она беременна от его лучшего друга. Скоро она ему даст, чтобы прикрыть свою жопу и выдать пиздюка за его, но на её несчастье, его брательник окажется умнее и прижмёт эту суку сделать тест на отцовство. Она расколется уже на третьем месяце, слишком поздно, чтобы сделать аборт. – тут парень вновь посмотрел на Мавис. – И вот за этих людей мы боремся. За лживых, продажных, дешёвых и никчёмных. Сила действия равна силе противодействия, а потому истинно прекрасные души рождаются лишь в ужасе и от отчаяния. Они так надеются, что я уничтожу детей Тьмы, тем самым вызвав дисбаланс равновесия… Наивные. Я не буду делать ничего и заставлю их захлебнуться в собственной крови от того, что они сами создали. И когда тысячи порванных глоток закричат в унисон «Господь, не ужели ты нас оставил?!», я выйду в центр кровавого побоища и очень тихо, чтоб меня услышали только те, кому надо, прошепчу: «наконец-то, суки, до вас допёрло».