Замок сердца

      В Аду была одна неизменная традиция ― послушание. Все тут знали толк в подчинении и понимали что будет, если не соблюдать жестких требований. Понятие товарищества и дружбы тут вовсе отсутствовало. Все делали что-то, что помогло бы им выжить. Не жить, а именно выжить.       Но что делать, если жестокий хозяин решил наказать тебя просто так? Так уж вышло, что господа никогда не оправдываются перед плебеями. По сути, это место не отличалось от земного мира практически ничем, всего лишь цена значительно выше, чем в обычном людском мире. Все покупалось и продавалось. Только вот демоны считали свою цену лучше и чище, нежели людские интересы. Они охотились за душами тех людей, которых всячески презирали. Разве не забавные существа? Фактически выживать за счет тех, кого считаешь всего-навсего отбросами этого мира. Глупо и нелепо. Именно поэтому, в тайне для себя, Сиэль все же потешался над Велизаром, он знал, насколько сильно тот желал его души. Понял это еще тогда, когда сам впервые испытал голод и вынужден был признать ― это чудовищное, рвущее все изнутри чувство определенно было не сравнить ни с чем.       Как бы странно это не было, но Сиэль вполне смог понять своего демона, понять те испытываемые им эмоции безразличия, которые после связали двоих. Это была не ненависть, Сиэль просто перестал существовать для дворецкого; ничего кроме любезности и послушания, парень уже не помнил, что выдумывал для того, чтобы добиться от этого существа хотя бы каких-то эмоций, но слышал только дежурные фразы: "Да милорд", он стал ее ненависть со временем, ведь ничего хорошего за ней не крылось. Поэтому юный граф пришел просто в детский восторг, когда сумел выдавить из Себастьяна то, что он чувствовал на самом деле. Пришла ненависть. Да, это определенно была она. Парень помнил те пылающие злостью глаза, когда он ловко изворачивался от ловушек дворецкого, выстроенных на стрельбище, помнил с какой злостью смотрел на него Велизар, если Сиэлю удавалось выполнить какое-то задание безукоризненно. Но это было в прошлом, это хрупкое тело, бледное до синевы, сейчас совершенно не двигалось; Себастьян уже не помнил, сколько своей энергии он успел отдать мальчишке, но признаков жизни не было. Граф и не думал возвращаться в этот мир, слишком далеко сумел уйти, непозволительно далеко. Этот день определенно стоило запомнить. Он ― приемник Люцифера, его заместитель и, грубо говоря, запасной вариант на случай каких-либо неприятностей. Он, тот, кто держит в страхе весь Ад и заставляет подчиниться одним взглядом, сейчас слабо сжимал руку Сиэля, ужасаясь тому, насколько у него были холодные пальцы.       — Чертов выродок! Я же сказал, убить тебя смогу только я! — Велизар сейчас определенно был тем существом, которое позабыло о тактичности. Слишком долго он рвался на свободу, слишком долго мечтал сорвать поводок. И сейчас, когда такая возможность появилась, совершенно не думал о том, что он еще не свободен, было плевать, с Сиэлем они давно перешагнули рамки "слуги-хозяина" так к чему была эта любезность?       — Сиэль! — уже не впервые демон звал мальчика по имени, удивляясь тому, насколько оно все же было сладким. Сиэль ― это бескрайнее непостоянное небо, оно определенно подходило парнишке, никто и никогда не мог догадаться об истинных намерениях цепного пса королевы. Даже Себастьян, с которым мальчик вел эту игру, не был до конца уверен, что на уме у хозяина. Он прекрасный лжец. Определенно. Но мог ли мальчик предугадать такой финал? Чего бы он хотел?       — Как он, господин? — послышался кроткий голос служанки за спиной своего господина. Сейчас все слуги стояли на ушах из-за того, что их господин находился в плохом расположении духа. А всем было известно, что если это так, то к Велизиру лучше не подходить, этот демон и так любил выходить из себя просто так. Казалось, ему только и нужен был повод чтобы сорваться на ком-то, но слуг он никогда особо не щадил. Наверное, из-за этого он и старался выполнять свою работу как дворецкий крайне идеально, чтобы юный господин не имел никакой возможности придраться, и любое непослушание со стороны слуг вызывало у того приступы гнева, из-за чего обычно и страдали эти самые слуги.       — Тебя это не касается... — это был рычащий тон зверя, явно не походивший на тот мягкий баритон юноши-дворецкого. Себастьян проявлял себя как самое настоящее чудовище. Обычно таким тоном он и разговаривал с провинившимися слугами, но самое страшное то, что действительно заставляло у слуг бегать мурашкам по телу.       Демон поднял на слугу злой взгляд карих глаз и девушка, лишь едва успев пискнуть, поспешила быстро ретироваться. Спорить в такой ситуации действительно не стоило. Оставшись один на один с мальчиком, Себастьян на удивление расслабленно выдохнул, его рука коснулась холодного лба ребенка и мужчина ужаснулся, даже он мог уловить дыхание Сиэля с явным трудом. Он всегда знал, что человеческое отродье настолько слабое, что может умереть от пустякового ранения, но сердце мальчика и правда едва билось. Люди бы и вовсе не поняли, что ребенок еще жив, настолько слабо было его дыхание. Время от времени Себастьян подносил руки к его рту, чтобы убедиться присутствии ребенка в этом мире.       — Почему с тобой столько проблем...? — устало вздохнул Себастьян, его рука аккуратно перебралась на влажные волосы Сиэля, который по прежнему не подавал признаков жизни, лишь лежал на кровати безжизненной фигурой. Если не знать, что этот демон жив, то никогда в жизни так не подумаешь. Но Сиэль Фантомхайв не мог так умереть, только не так. Для него было уготовлено что-то более красивое. Наверное поэтому Велизар предпочитал особо не разводить панику, он знал, что этот ребенок выкарабкается откуда угодно, он не умрет вот так. Этого ребенка должен будет убить он лично, и никому больше непозволительно его трогать. Только он. Только его.       Время от времени Велизар поднимал на мальчика глаза, впервые в душе появилось то, чему демон никак не мог дать объяснение. Впервые он, демон, испытывал такое. Но сейчас, сжимая бледные до синевы пальцы своего господина, он начал осознавать, что это и называется чувством вины. То, что буквально разрывало черную душу на части. Каждый раз, клянясь Сиэлю, он понимал, что эту клятву нужно будет нарушить, но не думал, что это произойдет вот так. Он знал, что смерть еще придет за гордым графом, но в ее лице будет он, только он. Никогда и никому он не должен был позволить коснуться этого ребенка. — Глупый мальчишка... — не своим голосом прорычал Велизар, черты его на несколько секунд приобрели звериный оскал и повадки. Если бы Сиэль пришел в себя, то определенно ужаснулся бы, лицезрев эту картину. Еще никогда никому этот демон не показывал себя настоящего и мальчишка не должен был стать исключением.       — Поглощай чертову энергию... — рыкнул Велизар, снова припадая к губам юного господина, буквально проталкивая в того жизненную силу. Со стороны это и правда смотрелось как самый обычный поцелуй и проявление нежности, но ее не было, повадки Велизара оставались такими же звериными. Кто бы что не говорил и каким-бы он сам не пытался казаться, но в этом существе не было ничего, что стоило бы ценить. Казалось, чем больше жизненных сил отдавал демон, тем более уродливым становился его облик.       Уродливый. Скверный. Истинный. В нем не было ничего, что стоило бы ценить, ничего хорошего. Ничего правильного. Подобное зрелище явно было не для детской психики. Даже для закаленного характера этого ребенка. Но то, что он бы не принял Себастьяна таким это было точно. Сиэль не узнал бы в этом монстре своего прежнего дворецкого, существовавшего, чтобы ограждать от всех бед. Сейчас все выглядело так, что самого Велизара стоило опасаться. Настолько чудовищен был этот облик. Настоящий. Вот он. Настоящий демон.       Себастьян продолжал аккуратно проделывать трюк с энергией, но Сиэль только морщился, пытаясь отстраниться, что у него, по понятным причинам, не получалось. Демон знал, что еще никогда не выходил из себя, а если это и случалось, то никогда этого не видел мальчик. Демонический облик при хозяине, это самый настоящий прокол. Ложная оболочка постоянно трескалась; чем больше энергии отдавал Себастьян, тем более "реальным" он становился как демон. Стоило дворецкому отстраниться, как тот не смог сдержать облегченного вздоха.То, что произошло следом, никак не могло охарактеризовать его с положительной стороны.       — Господин... — сорвалось с губ Себастьяна. Мальчик слабо моргал, с интересом вглядываясь в истинный облик своего слуги. Дворецкий резко подскочил на ноги, пытаясь объяснить произошедшее, демон понимал, что подобную оплошность он будет не в состоянии объяснить. Но Велизар был весьма удивлен тем, что не слышал криков и воплей ужаса со стороны мальчика, но это молчание наталкивало на не лучшие мысли. Все должно быть не так. Не так.       Этот облик...уродливый....отвратительный...пугающий...его увидел мальчик, этот мальчик. Казалось, что сердце Себастьяна перестало биться, пропуская удары. Сиэль видит его настоящего. Это конец.