Замок сердца

      Ровными шагами Велизар выносит демона на руках из комнаты, голова мальчика опущена вниз и свисает с плеча Себастьяна, глаза закрыты, губы бледные до синевы.       Демоны не отличаются особой теплокровностью, но тело Сиэля сейчас было ледяным, что вызывало у Велизара до ужаса разнообразные чувства: с одной стороны, какая-то часть его желала, чтобы мальчишка умер ― это не было бы нарушением контракта, но с другой, он — существо, рождающее страх и держащее в ужасе весь Ад. Даже Владыка и тот подчинялся ему. Наверное, не было тех, кто осмелился бы перечить ему. И сейчас он — существо с неограниченной властью и силой, он имеет права уничтожить графа, разорвать на куски, вырвать то, что ранее называлось душой, как же он желал этого!       Признаться, с самого начала его посещали такие мысли, еще тогда, когда Сиэль заикнулся, что отпустит его. Пусть в договоре и было сказано, что Себастьян никогда не должен лгать, но никто не сказал, что это не было ложью с самого начала.       Разве человек способен держать демона в узде? А тот с самого начала должен сделать свои услуги более приемлемыми, никто не будет платить просто так. Они оба играли друг с другом, будто споря, кто сильнее затянет ошейник на шее другого. Поначалу это было увлекательно, но игра зашла слишком далеко, такого поворота не ожидал Велизар. Пусть мнимым королем и оставался Сиэль, но демон совершенно не допускал шансов своему неопытному маленькому хозяину на победу. Этого просто не могло произойти. Но все-же... в жизни не было правил.       Себастьян, снимая на ходу с себя фрак, входит в лазарет. Несколько бесовок, работающих там, почтительно кланяются при виде демона, но Велизар не обращает на них никакого внимания. Он на удивление бережно опускает тело графа на кушетку. Дыхание так и не было слышно, мальчик был мертв.       — Принесите воды, теплой, много — кратко сказал демон. Это не было приказом, точнее, по тону не соответствовало. Но бесовки знали, если их действия не устроят повелителя, то так просто они не отделаются. Минимум что их ждет ― несколько столетий без возможности поглощать души, что было поистине ужасной пыткой, ведь чудовищный голод захлестывает сознание и мутит разум уже на первых десятилетиях.       —И тряпки, все, что сможете найти. — также кратко бросил Велизар. Несколько девушек так и продолжали заинтересованно смотреть на демона, что сейчас был бледнее смерти. Демонесса отправилась выполнять поручение, когда поймала на себе полный ненависти взгляд господина. Видно, случись что с мальчишкой, обвинят во всем ее. Ее господин не любит непослушания и оплошностей, девушка расплатится за все сполна.       Себастьян взял руку мальчика. Она была ледяной. Демон не отрываясь смотрел в бледное, искажённое страданием лицо, на кровь, запёкшуюся у мальчика на губах, и внутри разливалась боль. Это было странно, но Себастьян не хотел его муки. "Сиэль..." — сорвалось с губ демона едва слышно, он просто не знал, что нужно было говорить или делать в таких ситуациях. Он впервые назвал этого мальчика по имени, обычно даже в мыслях он не позволял себе столько дерзостей. "Сиэль..." — сорвалось с бледных губ дворецкого. Нет, демона. В произнесенном имени была нежность. Себастьян как-то неумело и очень робко, будто думая, что мальчик воспротивится, коснулся его волос. Но, к ужасу, демона, Сиэль так и продолжал лежать без чувств. Сердце не билось. Велизар даже не дышал, чтобы, не дай дьявол, не пропустить вздох мальчика. Спасительный вздох.       Служанка явилась быстро, принеся таз с водой. Демон взял один из кусков ткани, смочил его и принялся осторожно смывать кровь с груди Сиэля. Тот даже не вздрогнул — слишком далеко уже сумел уйти. Себастьян нахмурился. Дело плохо. Он прислушался — мальчик дышал очень слабо, с прерывами. Так же стучало и сердце.       Велизар никому бы не доверил ухаживать за Сиэлем, этот ребенок... если он и умрет, то только от его руки. "Кто разрешил поступать тебе столь самовольно, гаденыш, только я могу убить тебя! Только я!" — яростно думал демон, разрываясь в себе от желания прижать ребенка к своей груди.       — Сиэль... — прошептал Велизар, этот шепот был чем-то на подобии стона, настолько жалобно это звучало, настолько сипло. Демон слабо сжал тонкую худощавую руку Сиэля, ужаснувшись, насколько та холодная. Велизар склонил голову, будто пытаясь услышать, а дышит ли мальчик вообще? Грудь его не двигалась, ни одного спасительно вздоха. Ни одного. Глаза демона удивленно бегали по телу мальчика, стараясь не пропустить ничего важного, ничего из того, что могло бы спасти их. Спасти его. Сейчас Себастьян мыслил так, как и должен был, как заботливый дворецкий. Он должен был быть для мальчика щитом и мечом, но вышло только наоборот, от него и исходила самая настоящая угроза. Рядом с Велизаром для новообращенного демона было больше опасности, чем с кем бы то не было.       — Господин вы... — удивилась девушка. Она впервые видела, чтобы ее хозяин проявлял к кому-то столь трогательную заботу, она вообще впервые увидела на лице демона что-то помимо агрессии и злобы. Однажды она осмелилась повысить на Велизара голос, за что тут же поплатилась. Никогда еще девушка не испытывала такой боли, как в тот день. Служанка даже зажмурила глаза, по телу пробежались мурашки.       — Что вы собираетесь делать, милорд? — уточнила девушка, она чуть сжалась от подобного взгляда. С руки ее господина тут же слетела белоснежная перчатка, эта привычка осталась у демона еще с тех пор, когда он был дворецким. И как бы не старался, не смог от нее избавиться. Пока перепуганная служанка накручивала круги вокруг Велизара и мальчика, демон уже склонился над ребенком, слабо целуя в губы, со стороны это и выглядело как самый обычный поцелуй.       Велизар удивленно распахнул глаза, не собираясь отстраняться, демоны никогда не видели в плотских утехах ничего не обычного или возвышенного. О какой возвышенности можно было говорить в Аду? От этих мыслей Велизар был сам готов разразиться хохотом, но это не позволили сделать губы мальчика и наверное его слишком болезненный вид.       "Глухие удары..." — яростно думал демон — "Всего несколько глухих ударов" — мысли промелькнули в голове так, будто это было каким-то яростным признаком не послушания, за что мальчишку требовалось выпороть, как самого последнего уличного воришку в Лондоне. В Аду не было Себастьяна, в Аду был строгий полководец и приемник самого Сатаны.       — Поглощай же, чертов ты ублюдок! — прошипел сквозь зубы демон. Мальчик забился, понимая, чью энергетику он ощущает в себе; предпринял попытки отстраниться. Но сделать это было невозможно по многим причинам и наверное самой главной из них было нежелание самого Велизара. Глаза демона горели, он явно не собирался любезничать с мальчишкой и чего-либо добиваться от него. Он заметно устал от своей прошлой жизни и Сиэль должен бы смириться с тем, что перед ним не милый юноша дворецкий, а самый настоящий демон. Его удел нести страдания, а не возиться с человеческим отродьем.       На очередной отказ Велизар отреагировал более чем остро. Сильный удар заставляет Сиэля отлететь к стене, мальчик больно ударяется о стену. Настолько больно, что с губ его едва срывается тихий стон. Но демон быстро ориентируется и подлетает к своему хозяину, смотря на него с таким презрением, будто тот является дворовой собачонкой, а не демоном.       — Если ты и умрешь от чего-то, то причиной буду я, слышишь, только я! — решительно заявил Велизар, но в ответ не получил ни слова. Несколько секунд и в глазах демона читается самая настоящая паника, зрачки бегают по изуродованному телу мальчика. "Это я виноват" — неожиданно мелькает у него в голове, но эти мысли улетучиваются также быстро, как и появляются. Слишком быстро, Велизар даже не успевает сосредоточиться на них. Он снова припадет к губам мальчика, медленно проталкивая в него энергию.       Сейчас в голове мелькают разные мысли. Настолько разные, что Себастьян даже начинает корить себя за то, что не сделал этого раньше. Будто сожалея, что уже может быть поздно. Сиэль медленно и без какой-то особой охоты принимает нужную ему сейчас энергию и закрывает глаза. Слишком был слаб. Как бы странно это не было, но с каждым глотком силы будто наоборот покидали тело, юный граф совершенно не знал, от чего это происходит. Но осознание того, что он снова был зависим от Себастьяна, будто забирало все набранные силы. Он резко открывает глаза, кидая взгляд на демона, смотрит на него с какой-то ненавистью и злобой. От подобного Велизар как-то быстро отпускает своего хозяина и смотрит на него с должным почтением и какой-то виной, будто сделал что-то непозволительное и ужасное. Но что еще более странное, не хотелось, чтобы Сиэль снова закрывал глаза, хотелось разговорить мальчика, чтобы тот снова и снова доказывал, что он здесь. Что второй раз смерть за ним так и не придет.       — Сиэль... — сорвалось с бледных губ демона. Это имя прозвучало в пустоту. Повеяло холодом. Мальчик...он что, умрет?