Замок сердца

      Велизар уже понял, что натворил и знал, что поплатится за это. Он подставил весь свой народ на верную погибель. Пусть они и ненавидели ангелов, но взаимных конфликтов не происходило, по крайней мере, таких старались избегать. И, естественно, специально никто не собирался стравливаться. Демоны высокомерные существа, но не настолько, чтобы добровольно идти на войну с другой расой; междоусобицы в своей среде были делом обычным, это даже считалось правильным, но ни в коем случае нельзя было вести весь народ на верную погибель. На это добровольно не пошел бы никто. О чем ты думал, Велизар? Ах да, точно, он не думал. Сейчас одно его действие разрушило и без того шаткое положение мнимого мира. Все должно было быть не так. Войны между ангелами и демонами не было уже несколько сотен лет. По правде говоря, этот мирный договор был всего на всего простой формальностью. Ни одна из сторон не собиралась идти в открытое наступление, это было попросту безумством. Но вот...все испортил один необдуманный поступок. Все должно было быть не так, но что вышло, то вышло.       — Учеником? — уточнил ангел, он слабо улыбнулся. Эта улыбка заставила демона криво усмехнуться и обнажить клыки, он машинально прикрыл Сиэля за своей спиной. Все тело было несказанно напряженно, будто сейчас совершалось что-то откровенно ужасное.       — Я пришел по приказу верховного суда. — как-то брезгливо сказал ангел. Сразу было видно, что ему неприятно это место и находится он тут явно из чувства долга и не более. Сейчас Сиэлю казалось, что ангелы куда более высокомерные и горделивые, нежели демоны. По крайней мере, все именно так выглядело для мальчика. Он поднял глаза на ангела и чуть усмехнулся; Сиэль даже не подозревал, на что он обрек всех демонов. Мальчик только слабо сжал фрак своего покровителя и поднял глаза на ангела. Со стороны все это выглядело по-детски наивно и комично.       — Даже если вы являетесь послом другой расы, крайне невежливо позволять себе подобное. — как бы сильно он не ненавидел ангелов, все же от своей чрезмерной услужливости избавится не мог. Он кинул взгляд на Сиэля. Причиной этому был этот мальчик; пусть они уже давно не общались как слуга-господин, но официально за эти рамки так и не перешли. В такие моменты Сиэль ощущал всю хрупкость их положения, даже из-за косвенной вины Себастьян был готов возненавидеть его. Наверное, поэтому Сиэль лишь сильнее сжал фрак дворецкого.       — Губить невинные души, то, что позволяешь себе ты! Душа этого мальчика...за нее сражался лучший ангел небес, а ты... — ангел уже явно шипел от злости, но как бы Велизар не хотел (а он особо и не хотел), он не смог избавиться от вечных колкостей, что были уготовлены у него в сторону этой крылатой бестии. Он ненавидел это существо всей своей черной душонкой. Велизар кинул мимолетный взгляд на Сиэля, тот мгновенно напрягся. Ощущать этого мальчика за своей спиной было совершенно неожиданно, он так доверчиво к нему жался, так уверенно, будто прося его защиты. Насколько необычно было снова ощущать это?       — А я опорочил ее, испачкал, растоптал! То, чего мог достичь этот мальчик уже никогда не свершится, его удел гнить в этом месте, вместе со всеми демонами и не иметь даже возможности достичь света, вот на что я его обрек! — пусть это и было сказано несколько эмоционально, но голос Велизара все же не срывался на крик; он знал, что всегда нужно держать лицо, всегда нужно быть почтительным и вежливым. Даже здесь, в Аду, нужно быть послушным.       — Вы будто совершенно забыли, где очутились, посол. Здесь Ад, а не чистилище невинных душ, все мы тут грешники, до единого. Уничтожать светлые души нам не впервой. — усмехнулся Себастьян. На это ответа не должно быть заготовлено, самый простой и банальный вариант, как правило, является самым верным. Демон непроизвольно обнажил клыки, а губы его растянулись в победной усмешке. Это был самый настоящий демонический оскал, не та привычная улыбка дворецкого. Сиэлю неожиданно посчастливилось увидеть своего дворецкого как демона, мальчик поднял восторженный взгляд на Себастьяна; наверное, все дети в детстве смотрят такими глазами на своих героев. Сейчас у юного графа был по истине невинный взгляд. К счастью, это укрылось от Велизара. Подобное в своем юном графе он явно воспринял бы неправильно, да и более того, не пристало демону смотреть на кого-то столь восхищенно.       — Посмотрим, что на подобные выходки скажет совет. Вас, господин Велизар, уже давно бы следовало приструнить. — любое сказанное слово выражало высокомерие и презрение, из-за чего глаза демона только больше загорались настоящим цветом. На деле он уже несколько минут мечтал сорваться с места и, приняв истинный облик, разорвать этого гнусного паршивца на несколько частей, но это было непозволительно, тем более для дворецкого. Нельзя было опускаться еще ниже.       — Не вам приказывать мне, посол! — усмехнувшись, бросил демон. Он чуть отвел взгляд и слабо улыбнулся, но улыбка тут же пропала с лица; ангел опешил от подобного заявления.       — А кому же, не уж то мальчишке вы позволяете больше? — в каком-то роде даже оскорбленно спросил ангел. Взгляд Велизара на несколько секунд снова стал огненным, но, что больше удивило, разозлило его не задетая гордость, а те слова, что были брошены про Сиэля. Он когда-то уже клялся всегда защищать графа, и сейчас это сработало как некий щелчок для выдрессированного пса. Секунда. Две. Три. В ангела полетело несколько острых ножей, а облик демона в миг показал себя. Сиэль явно не мог привыкнуть к таким резким переменам, это превращение было слишком необычным и неожиданным.       — Не смей так отзываться о моем контракторе! — голос демона сорвался на хрип, глаза Велизара показали свой настоящий цвет; он резко припечатал ангела к стене с такой силой, что там осталась вмятина. Сиэль, онемевший от ужаса, не в силах был сейчас произнести ни слова. За спиной послышались перешептывания, на которые мальчик лишь повернул голову. Даже в Аду любили собирать сплетни, ну разумеется, от такого некуда деться. Никто из стражи не решился сейчас вмешаться, всем было известно о суровых наказаниях, которыми демон подвергал не повиновавшихся ему. Не решился бы вот только...       — Разнять их, живо! — потребовал голос Сиэля. Стражники, несколько замявшись от услышанного, тут же были награждены строгим взглядом со стороны мальчика и, сами не зная от чего, бросились выполнять поручение. Драки и войны были неотъемлемой частью Ада и разнимать взбучки такого рода никто не собирался, но вот только недовольный взгляд Сиэля сделал свое дело и стража послушно принялась выполнять поручение. Некоторые из них тут же были отброшены в сторону Велизаром, глаза демона предупредительно сверкнули.       — Прочь от меня! — сказано это было на весь зал, казалось, демон совершенно не стеснялся подобных высказываний. Стража покорно склонила головы в почтительном поклоне, они знали, что бывает за непослушание. Себастьян недовольно шикнув и, казалось, не обратив никакого взгляда на стоявшего совсем рядом Сиэля, вышел из набежавшей толпы. Сейчас он не мог прийти в себя, просто сильно злился. И казалось, даже Сиэль был пустым; тот мальчик, из-за которого он, собственно, и подставил весь свой народ. Что творилось с этим демоном, он и сам не знал. Он просто сильно злился.       Оказавшись в одиночестве, Себастьян был рад наконец-то вздохнуть полной грудью свежий вечерний воздух. Казалось, до него только сейчас дошел смысл случившегося. Что он натворил? Если взвесить все интересы в трезвом уме, то между смутной честью своего юного хозяина и жизнью всего своего народа, рационально помыслив, он бы выбрал верный приоритет. Но сейчас Себастьяну явно было не до этого; что бы не случилось, Сиэль будет для него на первом месте. Знал бы демон, чем ему обернется подобный жест преданности. Себастьян знал, что совершил большую глупость и сейчас ему оставалось надеяться только на то, что она не будет расценена так сурово и серьезно. Все-таки у него были высокие заслуги. Неужели Люцифер осудит того, кто буквально взял власть в свои руки, потому что он сам был не в состоянии это сделать?       Этот демон был крайне высокомерен, сейчас Сиэль это прекрасно осознавал и также прекрасно понимал, что ненависть, испытываемая Себастьяном по отношению к нему самому, была более чем обоснованной. Люди должны быть демоническим ужином, а он поднялся до небывалых высот; ему был дан шанс все изменить, стать тем, кто стоял бы выше всей это пищевой цепочки. Люди ― еда для демонов и не более. Еда, но никак не хозяева. То, что испытал Велизар, когда понял, что будет навечно привязан к собственной тарелке с бифштексом, было сложно. Он даже не мог найти в себе силы для ненависти; он смеялся над самим собой, надо же, как его лихо провели. И отвратительно было то, что пленил его всего на всего человеческий мальчишка. Этот гадкий, гнусный ребенок. Как же сильно Себастьян его ненавидел, милый юноша дворецкий, который обещал всегда быть на стороне Сиэля. Чего было ожидать от демона? Но сейчас этот демон был готов преклонить голову перед кем угодно, только бы защитить честь мальчика. Этот ребенок был лишь его. И значит только он имеет право что-либо говорить ему.       — Себастьян! — этот голос ударил по вискам. Казалось, Велизар раздумывал над чем-то важным, но в один момент все, казалось, потеряло смысл; он обернулся на голос юноши, голос этого гадкого мальчишки, которого так сильно ненавидел. Ненавидел, да. Но будет благодарен до конца своих дней.       — Да, Сиэль? — демон совершенно не заметил, как обратился к мальчику по имени. Это вышло машинально, и Себастьян даже не придал значения сказанному, сейчас это казалось совершенно незначимым и пустым. Юный демон, который, по идее, должен был злиться, пропустил такое фамильярное обращение мимо ушей, попросту не придал значения словам. Дворецкий наткнулся на пронзительный взгляд синих глаз. Сейчас они не меняли свой цвет, как происходило обычно. Себастьян не смог скрыть своего удивления. Он никогда не думал, что снова увидит такой цвет глаз Сиэля; наверное, общую картину омрачала только печать контракта, в Аду ее мальчик не скрывал. Парень медлит, сам не зная из-за чего. То, что он хочет спросить, кажется ему глупым, но мальчику уже порядком надоело молчать и делать вид, что ему все равно.       — Что будет, если война между ангелами и демонами начнется? — спросил мальчик с тщательно скрываемым, но все же проскользнувшим интересом, губы Себастьяна тронула легкая усмешка.       — Я поведу армию. — сразу сказал демон. Как это ни странно, но Велизар всегда был тем демоном, который рвался в бой первым. Он любил проливать кровь, любил убивать и наслаждаться чувствами, что переполняли его в тот момент, любил выходить из всех воин победителем. От этих мыслей глаза снова выдали свой настоящий цвет, а губы Себастьяна расплылись в настоящей улыбке, обнажая клыки. Сейчас он впервые увидел, как Сиэль посмотрел на него с испугом и тревогой; демон машинально прикрыл рот рукой, он все еще не был до конца уверен, что мальчик будет принимать его настоящий облик. А поверить в то, что ребенок испугался его настоящего оскала, а не за жизнь Велизара, естественно было проще, что, собственно, дворецкий и сделал. Если у кого-то из них и были проблемы с чувствами, то это явно был не Сиэль. Демон было хотел отойти от графа, но тот, быстро преодолев расстояние между ними, уверенно коснулся скул дворецкого.       — Сколько раз я должен сказать, что не испугаюсь тебя? Я, как никак, тоже демон. Или ты и впрямь считаешь меня настолько ничтожным созданием? Покажи себя и не смей больше прятать лицо! — голос графа сейчас звучал, на удивление, требовательно; Себастьян нервно сглотнул и после недолгой паузы сверкнул клыками, обнажая их. Демон превозмогал в себе желание отстраниться от мальчика как можно скорее, но руки Сиэля сейчас находились на его скулах, не давая возможности даже отвести взгляд.       — Прошу прощения. — спокойно сказал Велизар, снова обнажая острые клыки. Он не знал почему, но был крайне сконфужен. Сиэль неуверенно коснулся щеки демона, от чего тот заметно напрягся, внимательно следя за всеми действиями ребенка.       — Вернись оттуда живым, слышишь!? — голос парня звучал очень требовательно.       Себастьян был ошарашен таким тоном.