Дневник Изгнанника

      Меня кинули в клетку как зверя и закрыли дверь на ключ. Я через боль в теле встал и оглянулся. Что ж, клетка как клетка: грязно, воняет и кишит крысами. Не знаю чего я ожидал от клетки, хотя странно. Я мог поклясться что клетка должна была быть чище. Со мной явно что-то не то происходит надо только выяснить что. Тут я услышал чьи то шаги, медленно обернулся и увидел стражника. Я подошёл к клетке и начал стучать и бить по ней, требуя чтобы меня выпустили. Разумеется никто ничего не собирался делать: я добровольно был на территории врага и никто не собирался делать что-то что помогло бы мне при побеге.       — Эй, гавнюки! Выпустите меня отсюда, мне нужно со старым пердуном поговорить! — кричал я и шатал клетку. Тишина. Я начал злиться ни с того ни с сего и хотел что-нибудь поломать.       — Чёрт, как бесит! — процедил я сжимая кулаки добела. Бегло оглянувшись, я встал и ударил со всей силы по стене. От удара об стену я почувствовал как боль прошлась по мне, а из глаз брызнули слезы. Чертыхаясь, я держался за опухший кулак и прыгал по всей клетке чтобы избавиться от мысли о боли. С самого детства я не мог переносить боль и сразу слезы лились от сильной и не очень боли.       — Ну вот почему я решил поиграть в героя и сдаться этому уроду?! Не надо было на амбразуру бежать! Головой надо было думать! Идиот, кретин, даун!       — Слышь, мелочь пузатая! Закрой ебало и дай поспать! Заебало слушать твое нытье! Либо съебись нахуй либо молчи в тряпочку! Мягкотелым слабакам вроде тебя долго не прожить в этой дыре. — грубо отозвался обо мне мой сокамерник. Он что был здесь всё это время и я не мог его заметить? Я конечно хорошим вниманием не обладаю, но я бы заметил этого громилу! Я был так поражен этим фактом, что не мог вымолвить и слова.       — Как ты это сделал? — только и смог спросить я, но в ответ я услышал громкий храп сокамерника. Я громко вздохнул и сдался. Не время задавать такие вопросы. Мне нужно придумать как отсюда убежать и поскорее. Я уверен: пройдет мало времени и я буду на свободе, вернусь к своему брату и друзьям и все снова станет на свои места! Кивнув своим мыслям я пошел к свободному футону и с широкой улыбкой на лице, отправился в мир Грез.

*На следующий день*

      Я был грубо разбужен громкими ударами по клетке и всяческим шумом на заднем плане. Медленно открыв глаза, я потянулся и протерев глаза, встал и подошел к клетке. Я поднял поднос с хлебом и тарелкой с какой-то бурдой вместо еды. Я обернулся чтобы сказать своему сокамернику про еду, но его там не было. Как оказалось он уже стоял рядом со мной и сел в угол чтобы съесть суп. Я с брезгливостью посмотрел на «суп»: он был коричневый как понос, на поверхности плавали то ли кусочки овощей, то ли мясо непонятно какого животного. Решив что я не буду такое есть, я положил поднос на пол и сел обратно на футон. Я не привередлив в еде, но выглядел этот суп ужасно, поэтому я и не собирался это есть. Мой сокамерник похоже заметил что я не собираюсь есть это «что-то» и пожав плечами, убрал поднос со съеденной едой и подошел ко мне.       — Ты не будешь есть этот суп? — спросил он. Я промолчал и он взял поднос с супом и начал с удовольствием его есть. Спустя примерно час я почувствовал как мой желудок скрутило от голода и скорчившись от боли в желудке, я сжал кулаки и зубы и старался не заплакать. Черт, как больно!       — Все идем на прогулку! — услышал я крик моих надзирателей. Я услышал как мой сокамерник встал и дожидался охранника. Звук шагов доносился все громче и громче, а звон доносился в разы быстрее.       — “Должно быть этот звон – звук ключей в кармане охранника.”— подумал я. Вот он подошел к нашей камере и открыв врата, начал отводить нас куда-то. Пока мы шли непонятно куда я рассматривал все что происходило вокруг меня. Большинство заключенных, как я, отводили в некое место «для прогулок», но были и люди, которые сидели в камерах и забивались в угол. Некоторые бежали к прутьям клетки и маниакально смеялись, довольно оскаливались словно нас отводили в настоящий ад на Земле. Я не понимал что происходит и от неведения, паранойя и страх за свою жизнь потихоньку овладевали моим разумом. Я хотел спросить что со мной произойдет у своего сокамерника, но смотря на его предвкушающий оскал, я знал что ничего хорошего.       Мы шли минут 15 и остановились. Передо мной открылся вид на огромную арену, залитую кровью и заполненный оглушающим ревом толпы. Было такое ощущение что я попал на гладиаторские бои древнего Рима.       — Мелочь! Иди сюда, нам места дали. — сказал мой сокамерник, подзывая меня. Я оглядываясь на арену подошел к своему сокамернику и сел на свободное место. Мой сокамерник судя по звукам разлегся по удобнее. Должно быть он также и руки за голову закинул и лежит так. Я решил перевести внимание на то, что происходило на арене.       — Приветствую, уважаемые дамы и господа! Приветствуем вас на ежегодном проведении “Битвы за Жизнь”! Перед вами находятся чемпионы всех возрастов с каждого уголка нашего мира! Для новичков и тех, кто страдает провалами в памяти, поясню правила: убей или будешь убит! Неважно как выиграть, важно лишь выжить сражения с сильнейшими чемпионами со всего нашего мира! Тот кто выживет последним будет дана возможность выйти на свободу! Вы получите свободу, а мы получим шоу! — прокричал на всю арену ведущий и, похоже, организатор этих мероприятий. В ответ я услышал лишь единогласный рев заключенных. От такого единогласного рева мне было не по себе и я не понимал: как можно радоваться тому, что людей убивают ради шоу?       — Почему людям так нравится это? В чем смысл ставить свою жизнь на кон чтобы потом люди радовались шоу? — спросил я у своего сокамерника. Он лишь хмыкнул словно говоря: «Ничего ты не понимаешь, сопляк! Вот подрастешь и поймешь!» Не получив ответа на свой вопрос, я перевел взгляд на арену с ужасом ожидая что выйдет несчастная душа и умрет, так и не увидев конца этой Битвы. Мне было ужасно страшно. Я не знал каково это: видеть смерть человека своими глазами. И от незнания становилось ужасно страшно ведь я боялся не самого убийства, а как оно произойдет и что случится после смерти. Вот я увидел как с громким грохотом открылись врата с двух сторон арены: с левой и правой. И из каждой из них вышли чемпионы.Они смотрели друг на друга, атмосфера сразу стала напряженной и все заткнулись в предвкушении кровавого месива.       Я же старался думать о чем угодно, только не о том, что происходит на арене. Я видел что происходило на арене, это правда, но не хотел смотреть на этот парад Смерти. И все же, я не мог перестать смотреть на эту кровавую битву. Я видел как они сцепились друг в друга словно дикие звери, как пытались убить друг друга тем, что попадалось под руку. Им было неважно что это было: камень, палка, ржавый стилет, песок в глаза. Это не было какой то дракой, это было именно самой настоящей битвой на выживание. Чемпион слева был покрупнее чемпиона справа и я это с самого начала заметил.       — “Должно быть тот что покрупнее – мужчина, а тот что поменьше – либо ребенок, либо женщина. Какой ужас!”— рассуждал я. Чемпион слева бросил песок в глаза сопернику и тот начал протирать глаза с рьяной скоростью. Этого было достаточно чтобы чемпион справа успел нанести решающий удар: она, а я уже был уверен что это была женщина, взяла огромный камень с земли и ударив со всей силы по голове мужчины, дождалась пока мужчина упадет. Когда он с грохотом упал на землю, женщина с размаху начала бить этим самым камнем по голове мужчины и с каждым ударом мужчина неистово кричал от боли и страха, а земля окрашивалась алой кровью. Тяжело дыша, женщина занесла камень над головой и со всей силой ударила по голове мужчины, да так что голова мужчины лопнула как арбуз. Люди ликовали, организаторы радостно подсчитывали денежки, а я смотрел на это с застывшей гримасой ужаса.       Я хотел уйти отсюда как можно быстрее, пока меня не вырвало. Хоть я и сидел на верхних рядах, я все равно видел все четко.       — Терпеть не могу что у меня острое зрение как у орла! То как умер мужчина было бесчеловечно и ужасно! — проговорил я свои мысли вслух, зеленея с каждой мыслью о том, как оно выглядело на первых рядах.       — Трус и слюнтяй! — только и сказал мой сокамерник.       — Идиот и нарцисс! — ответил я ему резко. Даже сам удивился что я посмел это сказать этому громиле. Он лишь довольно хмыкнул и потянулся. Между нами повисло гробовое молчание. Стоит ли мне извиниться? В конец концов он вправе так меня называть: он был рожден в этом мире. Возможно даже рожден здесь, в этой тюрьме!       Меня одолевали противоречивые чувства. С одной стороны он прав: я трус и слюнтяй, слабак! Но с другой стороны я не должен был так говорить о нем, не зная ни кто он такой, ни какой путь он прошел. Тогда мне было 15 лет и оглядываясь назад, я могу сказать что я был наивным простаком. Но не мне судить моего сокамерника, для этого есть Вы, читатели, и Бог. Насчет существования оного однозначно сказать нельзя, но если он и правда есть, то он и будет его судить и меня.       

*Некоторое время спустя*

      Завершился последний бой этой кровавой битвы. Я был подавлен, весь в нервах и мне не хотелось ничего делать. Я почувствовал как кто-то ободряюще хлопнул меня по плечу и ушел. Нас отвели в наши камеры и как только дверь захлопнулась, мы пошли к своим футонам. Я лег на свой футон и попытался уснуть с улыбкой на лице, но ничего не выходило. Я смотрел на потолок своей камеры и думал о том, как я до такого докатился. Был обычным парнем, умер от рук террористов, переродился в этом мире с другой внешностью… Я вел себя так спокойно вокруг моих друзей, но стоило мне остаться один в этом мире, все мое спокойствие исчезло без следа и все что осталось это паранойя и страх за свою жизнь.       — Парень, как тебя зовут? — спросил меня мой сокамерник. Я некоторое время молчал и наконец ответил кто я такой.       — Меня зовут Узумаки Нарави.       — Я Хиро Шинсо. Чувствую мы с тобой поладим, мелочь пузатая — сказал он. Я чувствовал как он скалится и улыбается в предвкушении чего-то. Я не знал что со мной будет завтра и что он имел в виду. Но я морально устал и хотел спать. Поэтому когда усталость начала стремительно приближаться ко мне, я принял её в ожидании того, что я снова вернусь в страну Грёз и забуду об этом кошмаре.