Сказано - сделано.

— Уолкер, мать твою! — шаги слились с шумом дождя. Сдержанный самурай, потеряв своё самообладание, выбил дверь на крышу и окликнул того, кто нарушил его душевное равновесие. Аллен даже не оглянулся, по видимому, из-за шума грома он совершенно ничего не слышал. Только стоял на самом краю пропасти, равномерно покачиваясь, словно застрявший зонтик во время урагана. А погода стремилась именно к этому. — Мояши!!! Я кому сказал?! — громче рыкнул Юу. Но его снова проигнорировали. Чёртов ливень! На улице стало очень холодно, и ледяной воздух проникал в лёгкие, грозя мечнику ангиной. А если учитывать, как он вскрикнул в следующий миг, то стопроцентным воспалением. Зрачки сузившись стали совсем звериными. Сердце сорвалось ужасом, разрывая внутри все швы, за которых прежде держалось. И на это лишь одна призрачная причина, схожая со снегом, солнцем, жаворонками, аномалией… Аллен сделал шаг в пустоту. — Аллен!!! Не смей! — ухватить мальчишку почти в воздухе, дёрнуть на себя, ловя и отбрасывая на поверхность крыши — это совсем не сложно когда время заинтригованно замирает, оглядываясь на вечных соперников. — Ты с ума сошёл?! Придурок! — поднять за шкирку белой кофты, ударить в солнечное сплетение и отбросить в стену, чтоб скрючился, чтоб разбил позвонки об кирпичную поверхность! Чтоб не повадно было с крыш бросаться! Идиотина! С дьявольской аурой подойти к сползающему мальчику. Запустить руку в мокрые короткие волосишки и с силой сжать кулак. Заставляя шипеть. Но это ещё не всё! Свободной рукой ударить по лицу, разбивая нос. А когда Стручок упадёт в лужу, добить пинком под дых. Заставляя плевать кровь. Стоять и смотреть, как этот дохляк с каждой секундой становится тебе всё нужнее и нужнее. С ужасом понимая, что ещё немного и этого Горохового Стручка больше не было бы. И пусть сейчас он в крови от твоих рук, но он хотя бы живой. И осознает своё наказание за попытку умереть. И это правильно! Ни одна скотина не стоит того, чтоб класть за неё свою жизнь! Упасть на колени рядом с этим недотрупиком. Смахнуть белокурую чёлку с лица. — «Хм, спит. Ну и правильно!» — бережно взвалить на руки и обомлеть. – «Господи, да он же почти ничего не весит! Как такое возможно?» Махнуть с вызовом хвостом, неведомой опасности. Шагнув обратно в помещение. Хотя почему «неведомой»? Вот же она, высокая тощая старушка стоит в тёмном плаще, рядом с лотосом.