Черный лед

Мы создадим новый мир! Наполненный тьмой и страхом, дивный черно-ледяной мир!       Питч двигается почти театрально, и хотя слова его звучат довольно искренне, ему трудно поверить. Джек сжимает посох и отступает на шаг, еще труднее слушать повелителя кошмаров, когда он словно действительно понимает парня, его чувства, его страхи и переживания.  — Ты же видел? Ты не нужен им! Что они сейчас сделали? Разве ты нужен им?  — Я нужен! Они говорят, что я — хранитель, — Фрост чувствует, как дрожат пальцы, он совершенно не уверен в себе, он смотрит то на Питча, то на черную глыбу за его спиной. — Но ты сам, сам отказался, Джек, — движения плавные, но дерганые, хищник перед прыжком, — ты всегда был сам по себе, нейтральная сторона, разве не лучше выбрать ту сторону, где тебя оценят по достоинству?! — Нет…  — В нас будут верить все! Каждый! Не только дети, нет, все до единого люди на земле! Мы будем как одно целое, сольемся в единую мощь…       Питч делает несколько шагов к юноше, немного пугающе улыбаясь. Исчезает, тенями рассыпается по снегу, появляется у Джека за спиной. У него сейчас одна яркая цель, мальчишка силен, так легко победить с ним всех этих хранителей, разобраться уже окончательно с надоедливым Северянином, добить всю команду. Сам Луноликий будет страшиться его… Нет, не его, их. Джек совсем ребенок, но ведь над ним можно поработать. Капельку злобы, и все уже будет иначе. Его забавы станут жестокими, улыбка превратится в ухмылку, а глаза запылают льдом. Это будет прекрасно. — Давай, Джек. Тебе ведь нечего терять?       Джек разворачивается к нему и смотрит, Питч уже видит смятение. Это приятно. Значит, все работает. Фрост действительно растерян. Эта коробочка, ее ведь дал ему Питч. Когда он загорелся мечтой узнать свое прошлое, свою настоящую жизнь… Все были заняты. Все эти поиски… Он просто был не нужен. По телу пробегает дрожь. Им всегда было на него плевать. А Кромешник хотя бы обратил на него внимание. Они не пересекались раньше, но теперь он так яро уговаривает его объединиться. Это любого заставит усомниться. — Тебя… тоже не видят? — Никто, — в голосе Питча такое сожаление и горечь, что хочется утешить, обнять его, секунду назад казавшегося чудовищем, — много веков. У Зубной Феи, Пасхального Кролика, Северянина… ты видел, как они живут, и все только ради того, чтобы в них верили?! А мы… разве ты хочешь жить так же?! Нет, все должно быть иначе… Хочешь, все будет иначе?! Существовать… Чувствуя, как сотни, тысячи, миллионы человек думают о тебе?!       Джек выдыхает, Питч уже очень близко. Ладонь кошмара на его плече. Один из пальцев касается его шеи. Кожа у него тоже холодная, как у самого Джека, он еще не встречал такого, думал, он один такой, избранник холода. Кромешник почти любуется им. Огромными голубыми глазами, белыми, как снег, волосами, светлой-светлой кожей. Они полные противоположности. Контраст всегда смотрится вместе хорошо. Серые пальцы Питча уже на щеке Джека, юноша смотрит в желтые глаза с непониманием и легким смущением.  — У нас слишком много общего. Джек, ты можешь пойти со мной и найти славу, силу, я понимаю тебя, твои мысли и чувства, — едва ощутимо он касается подушечкой большого пальца теплых губ-странно, весь ледяной, а губы теплые, — а можешь остаться с ними. И тогда тобой или пожертвуют, бросив против моей мощи, как самого сильного, как их маленького желтого друга… Или же ты выполнишь свое предназначение, уничтожишь единственного, кто хоть немного понимал тебя и опять… Останешься. Ни. С. Чем.       Питч смеется и отходит от него, намеренно поворачиваясь к нему спиной, показывая, что доверяет, не боится удара в спину. Легкий жест руками, и перед ним из темного дыма и песка возникает его конь-кошмар, его создание прекрасно, когда он в первый раз сотворил — радовался как ребенок, вышло идеальное воплощение ужаса в силе и грации. Мгновение, и он уже подъезжает к Фросту, окончательно потерянному и так пристально наблюдавшему за ним, протягивает ему руку.  — Ты со мной? Джек молча хмурится, замирает, а потом решительно сжимает его ладонь. Питч помогает ему забраться на кошмар и смеется, приобнимает его за талию.  — Ты не пожалеешь! Это будет идеальный союз. Идеальное партнерство. А может и гораздо, гораздо большее…