Внимание, вопрос!

Тайминг - 20.11.16. Где-то в музыкальной паузе. Бить или не бить - вот в чём вопрос. Руки у Козлова, конечно, чесались. Да и момент подходящий. Ведущий, словно нарочно, объявил музыкальную паузу, как бы давая господам знатокам, не на шутку разгорячившимся, время и возможность разобраться самостоятельно, за пределами Охотничьего домика. Тут уж сам Бог велел... Да и всё элитарное общество едва ли не ставки делает на то, подерутся два главных скандалиста клуба или нет. И ставят, конечно, на Козлова... Аскеров не на шутку струхнул, когда объявили паузу, но вида, конечно, не подал. Хотя и постарался с самым независимым видом сбежать подальше от хранивших неловкое молчание знатоков. Объясняться с кем бы то ни было, тем паче - с Козловым, не хотелось. На душе поселилось странное, немного гадкое чувство, порождённое непоколебимой уверенностью в собственной правоте, изумительно сочетающейся с омерзительным послевкусием мести. Мелкой, противной, детской мести. И пускай многоуважаемый Андрей Анатольевич не говорит потом, что не понимает, за что Ровшан (хорошо, подлец Ровшан!) ему мстит! Он знал! Не мог не знать. Не мог не помнить, как давным-давно ещё совсем молодой, едва вылупившийся из многострадальной команды Мухина Аскеров пел уже тогда легендарному Козлову дифирамбы, называл одним из лучших капитанов клуба, во всеуслышание говорил, как мечтает играть именно в его команде... Не мог не замечать, как год за годом Ровшан пытается стать лучше, играть всё совершеннее, доказать, что он достоин стать членом легендарной команды... Не мог не вспомнить о нём, когда та самая команда, "Хор имени Козлова", лучшая команда клуба сначала дала трещину, а потом постепенно обновилась окончательно... Но нет! Даже в таком аховом положении Козлов приглашал в команду кого угодно, только не того, кому это было на самом деле нужно. Необходимо! Не хочешь по-хорошему? Ну так получи, фашист, гранату! Аскеров вполне отдаёт себе отчёт, что после подобного конфликта, после того, как он стал в глазах Козлова "подлецом" (тихо, спокойно, презрительно, уверенно), ни о каком сотрудничестве речи быть не может. Тут бы нормальные отношения сохранить... Да пропади он пропадом! Век бы с ним не общаться... Ровшан стоит поодаль, с противоположной от сцены стороны, исподлобья наблюдая за бродящим кругами Козловым, нервно курящим, как будто не решающимся приблизиться, но Аскеров уверен - Козлов докурит и подойдёт. Не в его характере отмалчиваться и молча дуться. Вполне и врезать может... Ровшан невольно сжимается, когда Андрей приближается к нему, но гордость не даёт трусливо сбежать. Он даже не двигается с места. Козлов долго думает, как начать и что он вообще хочет сказать Аскерову, и хочет ли... И вообще - бить или не бить? - Вот объясни мне - на хрена? Аскеров храбро пожимает плечами и нагло смотрит Козлову прямо в лицо. - Потому что так было справедливо. Потому что я был прав. - Да это тебя вообще не касалось!- Козлов вновь начинает закипать, из последних сил удерживая себя в руках. - Ещё как касалось,- холодно парирует Ровшан, понимая, что пока он хранит спокойствие, он на шаг впереди,- А тебе должно быть стыдно. - Мне?! - глаза Андрея лезут на лоб, он едва сдерживается, чтобы не схватить наглого щенка за шиворот и не встряхнуть как следует, чтоб знал, с кем разговаривает. Показушное спокойствие бесит особенно. Невероятным усилием Козлов усмиряет бурю негодования в душе, с шумом выдыхает. - Мы, видимо, так и не договоримся. Потому что мы оба - упрямые бараны. Ровшан усмехается, видно, совсем не обидевшись. - А Вы,- Козлов вновь становится подчёркнуто и отстранённо вежливым,- Вы не только баран, вы ещё и подлец. - Я это уже слышал!- кричит Андрею в спину Аскеров, не желая, чтобы последнее слово оставалось за Козловым. Я прав, я безусловно прав. Только чувства удовлетворения это не приносит. Аскеров не уверен, что явится на следующую игру.