Пока я жив, я буду биться.

POV Реборн По моим данным сегодня должен приехать дымовая бомба Хаято. Мне надо сделать так, чтобы он согласился стать хранителем Тори. Блин, если бы он умел находить общий язык с людьми без помощи силы. Хоть бы повезло. Хотя кому я вру, он точно откажет, ну или Тори скажет, что ему такой хранитель не нужен. Эх, сколько же мороки с этим ребёнком. Лучше уж Занзас, чем этот нахальный и самовлюблённый мальчишка. Хотя нет, они оба плохие, лучше вообще Тсуна, хоть и без пламени, зато нормальный и умный. POV Тсуна. Что же за день такой? Проспал, завтрак сгорел, плюс ещё так и не смог перейти к домашнему заданию. Ну всё, мне не жить, слава богу, что хоть на урок не опоздал. Хотя кросс от «дома» до школы я пробежал, и пускай на входе на меня хмуро глянул Хибари, хотя не чего не сказал, на счёт того, что я бегаю на территории школы. — Класс, к вам переведён новый ученик, знакомьтесь, это Гокудера Хаято. — Парень бы вроде нормальный, но зная, что он киллер, и видя как, он смотрит на всех, становится, немного страшновато. Может он и хороший, хотя он ушёл из семьи и вольный киллер, а такая жизнь тяжкая. Он, пройдя до парты брата, толкнул её и она, разумеется, упала. Ох, как был зол Тори, это точно будет что-то с чем-то. ОН хотел задушить новенького, но его удержали одноклассники, ибо тогда он бы попал к Хибари, а он бы объяснил, как нельзя себя вести в школе. — Страх потерял, — в своём репертуаре. Ну зачем же так разговаривать с киллером? — Он кричал это и вырывался из захвата, а Хаято просто фыркнул, наклонился и сказал ему на ухо. — После уроков, на заднем дворе школы, — шепнул Хаято брату. Надо будет посмотреть на то, что будет там. Никто не услышал этих слов кроме брата, а я понял это по тому, что умею читать по губам, меня Деймон научил, сказал, что пригодится в будущем, а я и против, то не был. Хотя было страшно, ведь испорть они школу хоть чуть-чуть, и Хибари их убьёт и никакое пламя здесь не спасёт. После школы. Я пришёл уже в разгар битвы, когда Тори тушил фитиля динамита. Мне было непонятно, почему Реборн просто не поговорил с Хаято? Зачем вся эта драка? ОН мог просто сказать ему, что бы он сразу отказался или просто не трогал брата. И вообще, это ведь никак не правильно. Ну вот и конец. Мой брат смылся. Реборн глазеет на то, как динамит взрывается, а Хаято отлетает к забору. Я подбегаю и переворачиваю его на спину. Негусто… Ожоги и много крови. — Умеешь обрабатывать ожоги и раны? — cпросил, как ни странно, Реборн. — Да, умею. Мне протянули аптечку и я послушно стал обрабатывать раны. Не знаю почему, но Реборн ушёл. Наверно, ему было стыдно, хотя на его месте я бы свалил ещё раньше. Осуждать я его не могу, ибо Тори воспитать невозможно, он гадкий и всегда спасает только свою шкуру, а на остальных ему глубоко плевать. И пожалуй, я всегда ненавидел эту черту характера в людях, как бы то ни было, если можешь, то помоги, а не сбегай поджав хвост. Погрузившись в свои мысли, я не заметил, как проснулся Хаято. — Больно, что ты творишь? — я обрабатывал ожог, но мою руку внезапно перехватил Хаято, морщась от боли и параллельно ругаясь на итальянском вперемешку с японским. — Пожалуйста, не двигайтесь, Хаято-сан. Вы ранены, а я ещё не все обработал, — я вырвал руку из казалось бы стальной хватки и стал дальше обрабатывать раны, а он лёг на землю и задал вопрос. — Почему ты помогаешь мне? — сказать правду? Я знаю, каково это когда так больно, знаю, что значит, когда никто, не хочет помочь, и только добивают? Нет, я этого не скажу, ведь он не поймёт. — Потому что пройти мимо и не помочь будет как минимум неправильно, да и Тори ведь мой брат. Отчасти из-за него ты в такой ситуации, — я выкрутился, не говоря ничего лишнего, все равно ему ни к чему знать это, да и не надо никому вообще лезть в моё прошлое и настоящее. — Вы совершенно разные. Даже если судить по пламени: его грязное и гнилое, а твоё чистое и светлое, — я впал в шок, так как никто до этого момента не чувствовал моё пламя. — Что? Только не говори, что ты чувствуешь моё пламя, — беспокойные нотки в моём голосе всё же проскользнули, надо к Спанеру и Ирие, срочно. — Я и правда его чувствую, хоть ты его и скрываешь. И кстати, почему скрываешь? Ай! Больно. — Потерпи, я должен обработать все раны. И да, я не хочу ввязываться в дела мафии. — Ты уже ввязался. — И я этим огорчён. — Почему? Ты ведь можешь стать Десятым Вонголой вместо твоего брата. — Меня это не интересует, — не хочу, быть убийцей, не хочу брать на себя ответственность за чужие жизни и за поступки, которые могут привести к смерти. — Ты странный, но тем не менее я хочу быть твоим другом, — он широко улыбнулся мне. — Я не против дружбы. Кстати, я закончил. Где ты живёшь? Давай я тебе помогу дойти? — Я протянул ему руку готовясь помочь встать. — Тебе не будет трудно? Я не так уж и близко живу, — он схватился за мою руку как за спасательный круг и встал. Пошатываясь он попытался сделать шаг, что ему с блестящим успехом удалось — Всё равно, тебе ведь тяжело идти. — Знаешь, а ты истинное небо, я, пожалуй, хочу быть рядом с тобой. — истинное небо да? Я, человек с несчастной судьбой, поэтому эта фраза здесь неуместна. Я никогда не смогу быть таким как брат или тот же Занзас, при этом я не имею того, что нужно боссу, да и страх пересиливает все мои немногочисленные достоинства, и еще не хочется брать груз на сердце. — Я не в мафии. — Я это понимаю, но ведь ты не будешь против, если я буду защищать тебя в школе? — Думаю, отказываться бессмысленно, — он хороший и милый, но уж точно не отлипнет, плюс мне так будет спокойнее, но надолго ли это спокойствие. Дома у Хаято. Мы еле-еле дошли. Я придерживал Хаято, а он шутил и говорил, что может и сам дойти, а ведь и я, и он понимали, что он скорее в обморок на пол пути упадёт, поэтому довести его до дому было однозначно хорошей идеей. — Я дома, — сказал он. — Хаято, надо сходить в магазин. — девушка с бледно розовыми волосами вышла из комнаты и, увидев состояние Хаято, подошла, — Боже, кто тебя так? — Подорвался на своей же мине, — она оглядела его внешний вид и взяла за руку, осматривая весь ущерб и пытаясь понять, как скоро он поправится. — Эх, какой ты всё-таки неуклюжий. А ты кто? — она обратилась ко мне и её глаза сузились, видимо она пыталась понять мои намерения. — Я… Я одноклассник Хаято… Я помог ему дойти, — пытаясь подобрать слова, под тяжёлым взглядом девушки выдал я. — Спасибо тебе. Я, кстати, Бьянки. Сестра Хаято, — она сменила гнев на милость и протянула руку. — Приятно познакомиться, я Тсунаёши Савада, — я пожал руку и снова столкнулся со злобным взглядом. — Эм… Савада? Не ты ли Десятый босс Вонголы? — с пренебрежением и ядом в голосе спросила она. — Нет, это мой брат, — она вздохнула и окончательно успокоилась. Странная девушка надо сказать, но довольно хорошая. — Я так понимаю, твой брат дрался с моим братом, да? — Вы правы. — Что ж, большое спасибо, что помог моему братику. Будешь недалеко отсюда — заходи в гости. Я хочу тебя отблагодарить за помощь Хаято, — она слегка улыбнулась, параллельно давая подзатыльник Хаято и отправляя его к себе в комнату. — Хорошо. До свидания. Хаято, увидимся в школе, — он кивнул и потопал на второй этаж, а за мной закрыла дверь Бьянки, всё так же мило улыбаясь. Дома у Тсуны. — Я дома, — сразу увидел Реборна и понял, что меня ждет долгий разговор. — Ты чего так долго? Где задержался? — он спросил с долей беспокойства, но у меня не было желания с кем-либо разговаривать, так как я устал и сильно хотел спать. — Это допрос? Я помог Гокудере дойти до дома. — Хорошо. Как он, кстати? — Довольно неплохо. — Что ты думаешь о своём брате? — перевёл тему? Что он хочет услышать? — А что думаете вы? — Я думаю, что он слишком эгоистичен. — скудненько, но думаю, он не хочет говорить всех своих мыслей, ибо там будет слишком много мата на нескольких языках. — Он не только эгоистичен. Я, пожалуй, пойду делать домашнее задание, — меня остановили, взяв за руку. Блин, зачем же так останавливать больно ведь, у Реборна хватка железная, а у меня кожа тонкая, и синяки часто остаются. — У тебя нет ненависти к своему брату? — он посмотрел на меня думая, что я отвечу да. — Я не умею ненавидеть, — я побрёл к себе в комнату. Мне не хотелось вести это разговор дальше, поэтому я ответил честно и мою руку сразу отпустили. Он не поймёт моей фразы так, как надо ведь не знает, какая моя жизнь, и через какой ад я прошёл. Смешно, да? Я столько боли получаю, но при этом не могу ненавидеть. За всю свою жизнь я так и не научился ненавидеть. Я жалок, может в этом и причина чистоты моего пламени. Если Хаято почувствовал пламя, значит рано или поздно его почувствует и Реборн. Остаётся только вопрос, когда именно Реборн поймёт что во мне есть пламя? Эх, столько вопросов и ни одного ответа, за что мне такое счастье. Я услышал писк телефона. Кто мне может звонить? Я ведь предупредил что буду «дома». — Алло! — Тсу, у нас беда, — это Спаннер. — Что случилось? — Завтра к нам прибудет Верде, и он хочет познакомиться с тобой. — Что, он же один из аркобалено? — я упал со стула и ударившись локтем зашипел, но разговор был куда важнее боли. Сейчас я точно был в ауте. Нет мне мало Реборна и Хаято? Бельфегор приезжал, теперь Верде, кто дальше будет, сам Занзас? Боже дай мне сил не спалиться и жить спокойно, без всего этого.