on the doorstep (V-version)

      Я не заметил как скоро оказался на пороге своей квартиры. Обычно дорога от дома Намджуна до меня занимает около часа-часа полтора. Но сегодня я добрался в два счёта, погруженный в свои мысли и раздумья.       Я тихо отворил дверь и квартира встретила меня безмолвной тишиной. Возле порога стоят женские туфли, лакированные и противного телесного цвета, а рядом любимые тимберленды Чонгука. Идти куда-то уже совсем не хочется. И я решаю, что смогу аккуратненько запереться у себя в комнате и отоспаться еще пару часиков. Медленно пробираясь к двери и бесшумно запирая ее, как-то судорожно выдыхаю, чувствуя себя в свой же квартире как вор.       Из-за стенки раздается женский смех и рычание Чонгука. Мое воображение всегда играло со мной злые шутки, и сейчас не исключение. Я даже сквозь стену вижу Чонгука который ползает по ней, оставляя на ее извивающемся теле поцелуи, от которых она начинает смеяться и ерзать под ним еще больше. "Айщ! Лучше смирись я этим Тэхен! Будь мужиком! Твой брат никогда не посмотрит в твою сторону и тебе лучше бы не давать ему поводов узнать о твоей тайной страсти к нему! Просто выдохни. Переоденься. И ляг спать. Спать. Ты поспишь и все пройдет! Как и обычно!" Разве что, это "обычно", обычно не работает.       Я стягиваю с себя футболку, кидаю ее на пол, прямо под ноги. Из соседней комнаты доносится возня и громкий хохот этой дурной девицы, затем он приближается, покрывая мою спину мурашками отвращения и злости, подступающим к самым нервам. Я разворачиваясь к шкафу, пытаясь найти там футболку еще более легкую, чем та, в которой я пришел. Дома так душно, что хочется даже кожу снять с себя. В ванной включается вода, режущая слух и оповещающая о том, что вовсе не ты сейчас находишься под этими прохладными струями. Она кричит что-то вроде того, что в ванной нет полотенца и тяжелый топот проносится по квартире, но почему-то он замирает возле самой двери ванной. Наступает тишина. И в этот момент раздается режущий слух, такой же тяжелый, как топот, голос. -Хён? Ты-ы дома?- дверь тихонько приоткрылись.       Каждый раз когда я ухожу из дома, я оставляю открытой дверь в свою комнату. Еще с детства у меня осталась такая привычка. Мама заставляла нас так делать, чтобы когда она поднималась на верх, где располагались наши комнаты, она могла сразу определить, кто из нас дома. И вот, привычка оставшаяся у меня с детства, даже спустя полтора года, сыграла со мной еще одну очередную шутку. Я, хотевший остаться незамеченным, сам себя разоблачил.       Сейчас Чонгук стоял на пороге моей комнаты с полотенцем в руках. В одних боксерах, с подтрёпанными волосами, сверлит меня каким-то потерянным взглядом, маняще приоткрыв рот в еще одном немом вопросе. Моя голова сама наклоняется набок, губы сами прикусываются и глаза оценивающе разглядываю его. Совсем забываю себя одернуть, изучаю каждый кусочек его тела, впиваясь в каждый сантиметр. Я застываю взглядом на гуляющем кадыке и кажется схожу сума. - Хён?-подает голос Чонгук, явно сам себе подписывая этим приговор. Потому, что голос его сухой и хриплый. И от этого у меня закипает кровь и срывает голову совершенно. Я быстро измеряю шагами расстояние до Чонгука. Как бы давая себе последний шанс одуматься, останавливаюсь в паре сантиметрах от него. Но его верхняя губа, что так похожа на аккуратный, острый, завязанный бантик, говорит мне совершенно об обратном. Я стискиваю кулаки и зубы, но сил не остается совершенно и я подаюсь.       Люди всегда срываются, когда что-то долго в себе хранят, закапывают и прячут от чужих глаз, стараясь оставить "свою прелесть" под семью замками, поросшими пылью. Но в конечном итоге, это всегда выходит наружу, находя выход порой совершенно не в адекватных поступках.       Я хватаюсь рукой за его шею и больно впиваюсь в его губы. Но на боль мной сейчас глубоко плевать, она слишком блаженна, как сорванный запретный плод. Я подминаю его губы, так же с силой надавливая ему на шею. Чонгук не шевелится, не пытается меня оттолкнуть или ударить. И это пугает меня еще больше, от чего я жадно хватаюсь зубами за его нижнюю губу и оттягиваю ее. Я в полном наслаждении, несмотря даже на то, что мне не отвечают. Я отпускаю ее и аккуратно посасываю, напоследок мазнув языком по острым уголкам верхней губы.       Чонгук смотрит на меня широко распахнутыми глазами. По-моему, не один мускул на его лице не дрогнул, что не скажешь о его руках, на которых выступает бессчетное количество вен, от сильно сжатого полотенца в кулаке. Я провожу большим пальцем по его губам, стирая следы своего поцелуя. Набираюсь всё же храбрости посмотреть ему в глаза и легонько похлопав ладонью его по лицу, отстраняю от него: - Отнеси уже ей полотенце, а то она заждалась тебя!- Произношу эти слова с ухмылкой на лице, а самого всего трясет. Не сказав ни слова и наконец таки моргнув, Чонгук разворачивается и выходит из моей комнаты. Слышу как он легонько стучатся в ванную и судя по звукам скрывается за дверью. А я издаю сдавленный вой схватившись за собственные волосы. Все что мне сейчас хочется, так это сбежать с этой чертовой планеты! Чтобы прямо сейчас с неба спустился луч света и чей-то голос сказал что,всё, мои мучения окончены и я могу наконец-то вернуться домой, к своим внеземным родным и близким, что так меня заждались с этой безумной земли!       Я хватаю первую попавшуюся футболку из шкафа и выбегаю вон, подальше от этого безумия созданного мной. Ноги и руки трясутся, слезы сами по себе катятся ручьями по лицу, от одного осознания, что секунду назад я был в раю, а теперь просто падаю в самую пучину ада. И этот ад, моих рук дело. Сейчас и более никогда больше, мне нет пути назад. Я сделал все, чтобы разрушить привычный ход жизни. Теперь я сам по себе, но дышать легче не стало. С сегодня начинается новый круг ада- "Презрение младшим братом"! Добро пожаловать, Тэхен!