Пирамидка

Люди — самые беспомощные существа на планете, когда спят. К спящему человеку можно подобраться, сделать с ним все, что угодно — от спрятанных документов до перерезанного от уха до уха горла. Это не пройдет ни с одним диким зверем — тот непременно учует запах врага даже во сне, услышит шаги, почувствует его каким-то своим внутренним чувством, которое людям чуждо, а поэтому они и название-то придумать для него не сумели. А еще ночью выходят на охоту демоны. Хотя это, конечно, глупости. Демонам абсолютно все равно, в какое время суток заключать сделки, в какое время их рассторгать, и когда наказывать должников. Единственное что, людям не все равно. А эти охотники привыкли считаться с мнением жертвы. Билл сидел в изголовье кровати и наблюдал за ровным дыханием спящей Звезды, наслаждаясь ее беспомощностью. Вот сейчас только руку протяни, схвати за тонкую шею, не составит труда ее задушить... Но пока рано. Едва ли Сайфер выглядил, как ценящее знания существо. Но именно знания ему были нужны. Считайте, что россказни о «веселье» — адаптированная сказочка для людей. «Веселится» ради чувств, соответственно, демон чувств. А демону разума, знаете ли, по статусу не положено. Он, конечно, может черпать силу из эмоций, но это чревато последствиями, причем совсем нежелательными. Ему нужны мысли, воспоминания… А с какой эмоциальной начинкой они, по сути, не так уж и важно. Признаем, он наслаждался ощущениями людей. Но это как есть много конфет — в итоге и зубы заболят, и талия потеряется. Звезда чувствовала себя бактерией под микроскопом, но Биллу было как-то все равно. Пока она ему интересна как объект исследований, она будет жить. Закономерно. А когда он и цели своей добьется, и нужные знания получит, там уже можно будет ее убить. Но сперва — семейка Пайнсов. Звездочку он оставит на сладкое. А еще, кстати, он обожал сводить людей с ума и безумие для него — деликатес, который еще поискать надо. Неделя таскания девчонки по мирам дала немногое, но лишь подтвердила некие мысли Билла. Иногда сам себе удивляется — становится занудой почище Шестипала. Словом, он убедился, что у Звезды в голове вместо мозгов — либо второе сердце, либо радуга. Третьего не дано. Она так смешно реагировала на новые места, на каждое — по-разному. То сразу побежит все рассматривать, то сидит на бревнышке и на небо смотрит. Но, на самом деле, чаще всего девчонка убегала — подсознательная попытка скрыться от него подальше. Это его забавляло. «Куда бежишь, глупая, ты же даже выбраться отсюда без меня не в состоянии!» Сайфер носил ее преимущественно по лесам — там было проще наблюдать, чтобы Звезда не чувствовала его постоянного присутствия. К сожалению, невидимость не входила в список его способностей, а физическое тело было вполне осязаемо, так что скрыться в стволе какого-нибудь дерева не представлялось возможным. Как-то он решил, интереса ради, уйти, оставить Звезду одну. Причем не просто спрятаться, а действительно отойти на пару часов. Если что, время отмотать особой проблемы не представляет, пусть возвращение мертвых с того света слегка не в его компетенции. Но ох уж эти нерушимые условия сделки! Как жаль, что он кое-чего не предусмотрел. У девчонки было в крови желание лезть, куда не следует. И когда Билл вернулся, но обнаружил не волны беспокойства, страха, и, может, громких криков на весь лес, а Мэйбл, которая ожесточенно продиралась сквозь заросли в надежде достать «во-о-он тот цветок». Сайфер ничего сделать не успел, и девчонка подцепила на запястье какую-то липкую, кислотно-розовую гадость, похожую на паутину. Вспышка — и перед поминающим всех чертей демоном стояла пятилетняя малышка-Пайнс, смешно хлопая голубыми глазищами. Не, ну это же надо, не заметить боротня, как на людском эквиваленте говорил Шестипал. Привязалось уж, что поделаешь. Розовая дрянь попадалась крайне редко, и то исключительно в немногих лесах Гравити Фолз. Звезда залезла в него голой рукой, и заклятье подействовало, как миленькое. Вот только сейчас Билла это ни капельки не радовало. Боротень, если вкратце, отматывал время своему «хозяину» на стабильные десять лет назад, но всего-то на сутки. Некоторые специально искали эту мутировавшую разновидность плесени в надежде помолодеть. Но таких, к счастью, было немного. Паутинка, развешанная на засохших «этажах» елей, особенно опасна для маленьких детей. Ведь она может перемотать тебе время на тот момент, когда ты еще даже не родился! Впрочем, для Сайфера проблемы людишек были далеко не первостепенны. Невозможно помочь попавшему в боротня. Не-воз-мож-но! Билл ненавидит это слово, сейчас же оно раздражающей вывеской мелькает в голове. Разве что, он сможет пережить эти сутки. Но дети часто совершают неосознанные поступки. К сожалению для них. А нянчиться с малолеткой, тем более с малолетней Звездой… Кажется, кто-то крупно попал. Сайфер спустился вниз, к уже оправившейся от первого удивления Мэйбл. Она ничего не помнит, и сейчас растеряна. В любой момент начнет истерить, но, насколько демон знал, внимание ребенка легко переключить, достаточно знать нужную комбинацию. — Привет! — поздоровалась малышка, ее личико просветлело, когда она заметила хоть кого-то в зарослях. Билл тихо чертыхнулся. Показываться ей в треугольном виде — не лучшая затея. — И вам добрый день, леди. — улыбнулся демон девочке, протягивал истинно джентльменскую руку помощи и помогая встать. Очень полезно, однако, иногда быть почти всемогущим. — Спасибо. — вежливо сказала Звездочка, зардевшись от того, что такой «взрослый дядя» назвал ее маленькой леди. В ее хорошенькой головке витал настоящий сумбур, Билл не успевал уследить за лихорадочным потоком мыслей. Он одернул рукав приглушенно-желтого цвета. Странно быть человеком в своем, им созданном, и подходящем под все его запросы, теле. Пусть и это всего лишь хорошо построенная иллюзия, шоу для маленькой зрительницы. — Ты добрый волшебник? — наконец выловила одну из идей Мэйбл и наивно уставилась на демона. Незаметно поежившись от такого пронзительного, но вместе с тем чистого взгляда светло-карих глаз, Сайфер широко улыбнулся и развел руки в стороны. Надо было встать на землю перед тем, как начинать диалог. Избавило бы Звездочку от поспешных выводов. — Почти. Проще будет считать, что ты спишь. — посоветовал Сайфер, кружа вокруг девочки. Та нахмурилась, мама учила ее не разговаривать с незнакомцами, даже если они ей помогли. Билл едва со смеху не покатился, надо же, пятилетняя Пайнс была куда разумнее! — Да, пожалуй. — недолго думая, все-таки согласилась девчушка. Потом скрестила руки на груди. — Меня зовут Мэйбл. А тебя как? Кто ты вообще? Смешно, когда тебе с серьезным видом задает вопросы бывший пять минут назад несносным ребенок. И совсем нет, когда ты понимаешь, что тебе с ним возиться еще целые сутки гряду. Да дарует ему Создатель терпения, чес-слово! — Я Билл. Друг твоих родителей. — соврал, и глазом не моргнув. Ну, в данной ситуации глазами. Иметь бинокулярное зрение не всегда удобно, но придется потерпеть. «Ну, почти родителей. Родственников». — Да? — лицо девочки расцвело улыбкой, а потом Мэйбл хитро прищурилась - Тогда ответь на вопрос! Пятилетняя Пайнс давно придумала вместе с мамой, папой и Диппером пароль. Это случилось, когда маленькая Мэйбл потерялась в парке и не знала, куда ей идти. Но тут она встретила какую-то старую знакомую матери, как она сама ей отрекомендовалась. Женщина обещала отвезти ее домой, но в свое время малышке тщательно промыли мозги на тему незнакомых людей. Пусть лицо женщины казалось ей смутно знакомым, девочка решила проверить ее, и спросила первое, что пришло в голову. — Как зовут мою любимую игрушку? — Билл усмехнулся. Нелегко было вытащить из кратковременной памяти эдакой мелочи, но удалось же? — Пони по имени Хомячок? — вышло почти удивленно. Но девочка не расслышала интонации голоса (кстати, более человеческого и мягкого) демона и закружилась вокруг него. Вроде это была всю жизнь фишка Билла. В итоге родители говорили этот «пароль», и Мэйбл могла сама без опаски открывать двери часто сменяющимся няням. Звезда во всех своих возрастах испытывает его не бесконечное терпение своими монологами. Вроде бы разговор направлен на Сайфера, но в то же время он выходит абсолютно односторонним. То-то он радовался, когда Пайнс на него страшно обиделась и не разговаривала. Дала ему немного времени понаблюдать за новой зверушкой в тишине. Хорошо, что дуться долго Мэйбл не умеет. Демон, пусть он никогда не признается в этом даже самому себе, терпеть не может когда его игнорируют. Эй, смертный, Великий и Ужасный я почтил тебя своим присутствием!