Долг Узумаки

Озеро Канап раскидывается полотном, блещущим яркими красками. На берегу которого двое шиноби сражаются за жизнь десятилетней девочки, готовой уже покинуть этот мир. Жизнь этой малышки висит на волоске. Никому из спасателей неизвестно кто она и как оказалась в воде на глубине 30-ти метров, но позволить ей умереть, даже не попытавшись спасти, они не могут. К сожалению, судьба имеет на неё свои планы, и сердце девочки останавливается, несмотря на все манипуляции шиноби. *** — Ку, что это было, Курама, что со мной. — Я не знаю, не знаю, но могу обрадовать тебя — ты не умер. Но и явно не совсем жив, как будто тебя что-то отключило, но не до конца. Обычно я так себя чувствую, когда тебя по голове кто-нибудь долбанет, так что скоро придёшь в себя, не беспокойся. Вот я уже чувствую как твое сердце ……. — Что сердце? — Ты ещё тут? Просто мне показалось, что оно остановилось, но раз ты тут, то ничего страшного. — Как тебе может показаться, что сердце остановилось? — Откуда я знаю, сейчас оно как будто бы бьётся и не бьётся одновременно, словно я запечатан не только в тебе. Вот как-то так. — А запустить то второе сердце можешь? Так, для надёжности. Не то чтобы я против смерти, но я и не прочь ещё чуточку пожить. — Если ты настаиваешь, то, конечно, запущу. Второе сердце запустится через три, два, один, пошло……. *** — Мы больше ничего не можем сделать, прекрати, она мертва… — один из шиноби-спасателей продолжал делать непрямой массаж сердца девочке, которая больше не должна открыть свои глаза. — Нет, она ещё ребёнок. Это не справедливо, у неё всё впереди. Как бы строго не тренировали с детства бесстрашных и бесчувственных воинов, смерть ребёнка на руках это травма для любого из них, в ком осталась хоть капля чего-то человеческого. — К сожалению, от нас больше ничего не зависит, давай отнесём её в деревню, пусть хотя бы родители попрощаются. Это всё что сейчас в наших силах. — Да, хорошо, я соберу снаряжение и пойдем. Но как же это не справедливо……. Видимо искреннее желание шиноби помочь ребёнку, которого они видят в первый раз дошло до её величества судьбы. Потому что по-другому никак и не объяснишь охватившую девочку ярко алую ядовитую чакру, которой покрылось её тело, и завело, уже было сломанный, механизм внутри. *** — Курама мне охренеть, как больно, что ты делаешь? — То, что ты просил: включаю второе сердце, разгоняю кровь, кстати, сейчас будешь кашлять. Я не успел задать вопроса, почему мне придётся кашлять, как из моих лёгких начала выходить наружу вода. И да, это не самое приятное, что могло бы со мной произойти, но, по крайней мере, я снова уверен, что жив и, это не может не радовать. Я ощущаю, что кто-то наблюдает за мной и мне необходимо тоже его увидеть, а то я как никогда чувствую себя уязвимо. Открываю глаза. Но как ни странно мой наблюдатель вовсе не выглядит устрашающим, даже более того думаю он беспокоиться обо мне. Интересное было то, что я ничего не слышал, ничего, хотя могу поклясться, этот, странно уставившийся человек, что-то говорит, я бы даже сказал кричит. Впрочем, гораздо забавней то, что я не только не слышу, но и ответить не могу ни слова, ни буквы — ничего. Такое ощущение, будто я стал рыбой: ничего не слышу, ничего не понимаю и единственное что могу — молча смотреть и офигевать. И как бы то ни было офигеваю я вовсе не из-за того что оказался глухонемым. Просто ещё ни разу моя техника не действовала столь мощно. Подумать только она не просто вернула прежний влажный климат, но и сделала так, будто бы аномалии и не существовало вовсе: трава снова стала зелёной, деревья стали отчасти покрыты мхом, я уже и не говорю про озеро, вода которого чуть ли не выплёскивается из берегов. За своими мыслями я вовсе забыл про наблюдателей, кстати, их стало двое, и они уже смело меня трясли, что-то говорили, пытаясь привести в чувство. Но вот какой именно реакции они от меня ожидают? Так что беру всё в свои руки и объясняю по старинке: указываю на уши, после открываю рот, пытаясь что-либо произнести, и в завершении пожимаю плечами. Кажется, ребята меня поняли и решили помочь встать, но, к сожалению, ноги просто отказывались ровно держаться на земле.Только представьте степень моего удивления, когда один из этих шиноби-переростков подхватил меня на руки при этом и бровью не повёл. А во мне между прочим 90 кг живого веса. Всё, это меня окончательно доконало, поэтому я просто закрыл глаза, хватит с меня потрясений, по крайней мере, на ближайшее время. Единственный с кем я сейчас могу поговорить и хоть немного разъяснить всю эту ситуацию, это мой любимый, единственный, дорогой демон Курамочка. Блин, с каких это пор я так лестно стал о Ку отзываться, неужели ещё и с мозгами проблемы. — Ку, что это происходит сейчас? Ку? Курама? — Чего тебе? Сам кричал, заведи, заведи сердце вот я и завел, так что всё это полностью твоя вина. — Спокойно я тебя ни в чём не обвиняю. Я просто хочу знать, что происходит? Но твой ответ заставляет меня нервничать, так что объясняй давай? — Значит так, я не знаю, как так получилось, но сразу тебе надо определиться, что мне лечить сразу твою глухоту или немоту? — Что значить лечить? Я думал это временно от испуга или от воды. — Если бы, тогда я даже не напрягался, но, к сожалению, это тело немного дефектно и… — Как понимать твоё «это тело»? — Понимаешь, я могу сказать тебе стопроцентно, что ты это не ты, каналы чакры абсолютно не развиты, а мышцы ещё в более плачевном состоянии. Если бы ты сейчас передо мной не стоял, я бы решил, что ты глухонемая девочка от десяти до тринадцати лет. — Ты думаешь, что я каким-то образом попал в тело, в котором меня не должно быть и это моя вина, да ещё в придачу ко всему, как ты выразился, «это тело — дефектно»? — Да ты всё правильно понял. А чтобы всё это осознать советую тебе поспать, всё равно снаружи ничего в ближайшие два часа не будет происходить. Да и я немного занят. — Мне понравился твой прикол, я даже чуть было не поверил. Но, знаешь, советом я всё же воспользуюсь, а то как-то мне нехорошо……