you are in my veins

1-6 Лукас никогда не умел правильно извиняться. Разрушенные песочные замки, сломанные игрушки, поврежденные велосипеды, ссадины, царапины, синяки, побеги из дома, разбитая посуда, а позже ложь, истерики, неправильное мнение и куча всего еще, о чем Лукас давно забыл - Уолтенбек извинялся за многое, потому что его заставляли, а потом забывал о происходящем, будто ничего и не происходило. За всю свою никчемную, короткую жизнь Лукас, может быть, произносит это чертово "прости" иск-рен-не только пару раз - в разговорах с отцом. Но когда он приходит к Хелен и вываливает ей всю правду (всю ту правду, которую он так позорно скрывал, заставляя другого человека, любимого человека, страдать), то как никогда раньше чувствует разрушительную силу вины. Она режет по-живому, просачивается в легкие, лишая кислорода, и в кровь, разрывает сердце на маленькие, такие бес-по-лез-ные кусочки и занимает все твои мысли. Она будит в тебе самоненависть и чувство собственной беспомощности, и ты варишься в них, пока, наконец, не извинишься. Лукаса потрясывает от страха и понимания, что он мог опоздать. Уолтенбек передает Хелен пистолет, не заботясь о том, что теперь произойдет (что же теперь будет с ним, с Лукасом), и переводит свой взгляд на машину. 'Прости меня, прости меня, прости меня, черт возьми' - на репите в его голове, и Лукас только надеется, что Филипп понимает. Вот только в таких (не)знакомых карих ни следа принятия его извинений. В некогда теплых глазах - айсберги и безразличие, и Лукасу хочется выть. (Лукас готов сделать все, для того чтобы заслужить чужое прощение. Впервые в своей жизни).