Высока вероятность взрыва

      Прескотт никогда особо не любил своего дядю-бизнесмена. Он собирает чемодан для поездки к родственнику только потому, что Виктория сейчас отдыхает на лазурных берегах, а в одиночку тухнуть в Аркадии Бэй совсем не хочется. Он наспех целует мать в щеку и обещает ей не выводить из себя дядю Рафаэля, жмет руку отцу, запрыгивает в такси. Он не знает, что было бы худшим решением: остаться дома в компании докучных предков, которым в общем-то все равно на своего сына; или же один на один оказаться с дядюшкой-психопатом и вести с ним войну на протяжении трех месяцев.       Стоя с чемоданом перед особняком Адлера, Нейтан в очередной раз проклинает Чейз, что оставила его в одиночестве. Он задумывается настолько, что в его мыслях начинают порхать сомнения в социопатической натуре хозяина сего дома. Последний раз они виделись года три назад, если не больше. Семейный ужин, с которого Рейф обязан был уйти довольно рано по работе. По какой именно — Нейт не представлял. Такой большой шишке всего-то надо принимать звонки и давать указания подопечным, как делает Шон Прескотт, сидя в своем кожаном кресле. Парень задумался настолько, что на землю его вернул легкий хлопок по плечу.       — Сэр, вам помочь? — испугавшись, юноша отпрыгнул в сторону, и окинул изучающим взглядом мужчину. На вид ему лет тридцать, невысокий, стройный и в идеально выглаженном костюме. Дворецкий — уж его-то обладатель вышеупомянутого дома мог себе позволить.       — Мне нужен Рафаэль Адлер.       — Вы, видимо, Нейтан. Ваш дядя, к сожалению, в отъезде, передавал свои извинения. Я провожу вас в дом, сэр. Там уже все готово к Вашему приезду.       Новость об отсутствии Рейфа, можно сказать, обрадовала Прескотта. Он будет практически один в огромном особняке, к тому же его встреча с родственником перенесется на неопределенный срок, что даст больше времени и сил для подготовки к «любезным разговорам» и вопросам о жизни и матери.       Спальня оказалась просторной, обставленной по всем стандартам среднестатистической гостевой комнаты: большое окно, двуспальная кровать с белыми простынями, прикроватная тумбочка и лампа на ней, довольно большой шкаф и белый махровый ковер на полу. Стены окрашенные в бледно-персиковый, кажутся голыми, несмотря на картину с изображением какого-то старого корабля напротив кровати. Нейт не сдерживается от едкого замечания по поводу оформления своей спальни, которое адресовано не то дворецкому, не то дяде, не то самому помещению. Уж парень-то тут обставит все по-своему. Он ведь художник в каком-то роде — фотограф. Чувство стиля у него имелось, как и желание увидеть бешенство в глазах дяди, дабы проверить все свои теории по поводу его ментального здоровья.