Добро пожаловать в мой дом, мисс Перегрин

— Мама! Танцуй! — маленький темноволосый мальчик вбежал в освещенную кухню сжимая в руках сразу несколько конвертов из белой бумаги, и что-то прямоугольное, завернутое в пергаментную. Алма изобразила быстрый танец, вокруг своей оси и быстро выдернула из цепких маленьких рук почту. — Спасибо, Алекс! Она распечатала первый конверт, и тут же перевела взгляд на горящие серо-голубые, такие схожие с ее, глаза, поверх письма. — Что? Тоже хочешь прочесть? Алекс кивнул, но тут хлопнула входная дверь, и он резко изменился в лице, а затем снова засиял, — Папа пришел! Прочтем вслух вместе! Джейкоб вошел в двери и тут же опустил несколько больших пакетов на ближайший стул. — Ну что, много пустот убил? — поинтересовалась Алма, заодно наливая Джейку чай. — Нет, мисс Перегрин, в магазине их не было, — Якоб сделал глоток и перевел взгляд на стол. — Почта пришла? На что получил два одновременных кивка, и взял в руки одно из писем. В нем была вырезка из газеты с фотографией Оливии и Еноха. Завораживающий кукольный театр О`Конноров Скоро в Лондоне. Дальше прилагался листок с аккуратным красивым почерком.

Здравствуйте, дорогие Джейкоб, Алма и Алекс! Пишу вам письмо одна, потому, что Енох снова сидит со своими куклами и заставляет их сердца биться. У нас постоянные переезды с театром, поэтому мы никак не можем отдать Викторию совету имбрин, ведь ей уже сейчас требуется подготовка, Енох все еще не верит, что его дочь Птица. Мы стараемся называть ее «мисс Гриф.» Она такая маленькая и непохожая на хищную птицу, что мне даже иногда страшно, когда она превращается. Да и сами вы скоро все увидите, мы будем в Лондоне в следующий четверг, надеемся увидеть вас на нашем выступлении.

С любовью, Оливия. Алекс раскрыл другое письмо, и все трое начали с интересом вчитываться в строчки.

Приветствую вас, Портманы! И отдельное от всех нас: «Мисс Перегрин, мы безумно скучаем, и каждое утро ждем Сапсана на своем окне.» А если по делу, то я влюбился. И представляете, все взаимно! Я прилагаю фотографию, чтобы дать вам получше нас рассмотреть. Вообще, я думаю, что это любовь. Когда она касается моего лица, изучает его руками, она говорит, что я самый красивый. Но загвоздка в том, что она не видит его и не знает, как я выгляжу. И я тоже, но готов поклясться, что не знаю женщин красивее (вы, мисс Перегрин, конечно, не в счет). Эмме тут тоже хорошо живется, все время летает, стала правой рукой мисс Ворон, и передает вам воздушный привет, Гораций неисправимый модник, это вы, наверное, знали, Близнецы по-прежнему неразлучны, а Бронвин с Фионой украсили весь наш сад. Тут всегда лето, и я начинаю скучать по снежным боям, думаю Птица не будет возражать, если мы отметим с вами следующее Рождество и встретим зиму. А этот сверток, в пергаментной бумаге — подарок Фионы, цветок. Я знаю, что у вас их уже много, но она твердит, что этот особенный.

Ваш Миллард. На фотографии стоял автор письма, обнимая девушку в светлом платье, оба были прозрачные, но счастливые. — Они ведь правда невидимые, да? — осторожно спросил Алекс. — У них ведь такое же тело, только прозрачное? — Конечно, — Алма взъерошила ему волосы. — Ты разве этого не знал? — Знал, просто хотел уточнить… Быть странным, это ведь неплохо? — Ну, разумеется, неплохо. Алекс молча снял тапки, а затем стянул носки с обоих ног. Джейк и Алма уставились на его стопы. Невидимые стопы. — Это началось несколько дней назад. Я становлюсь невидимым, как Милл. В это время из тостерницы выпрыгнул хлеб, заставив Алму вздрогнуть.