Голоса демона

(POV Марк) Разве может человек забыть, как он выглядит, забыть свой голос, своё имя, своё прошлое? Может ли он начать всё с чистого листа, просто уснуть и родиться заново там, где бы он хотел родиться? Если бы был такой шанс, я бы всё сделал ради того, чтобы этот шанс достался мне. Как ни странно, сколько бы я не пытался забыть всё это, оно настигало меня каждый день, каждый час, каждый миг, и своим возвращением вновь вскрывало в глубинах души мои гниющие язвы. Я ненавижу своих родителей, из-за которых моя жизнь превратилась в ад. Они оставили мне лишь имя и фамилию. Марк, Марк Пейнрон... Так звучит моё имя. Я родился в Америке, но когда мне исполнилось четыре года, мои родители развелись, и мать, найдя себе нового ухажера, улетела вместе со мной в Японию. Естественно она вышла за него замуж, так как он был такой хороший и добрый, но через несколько лет, он показал свою истинную прогнившую сущность. Он бесконечно бил мать, пил и спал. В конечном итоге, она не выдержала всего этого и однажды ночью убила его. В тот вечер я мирно спал в своей постели и, уже привыкнув к бесконечным крикам взрослых, не обращал на это никакого внимания. Краем уха я услышал громкий хлопок дверью и звук защёлкнувшегося замка, затем шаги в мою сторону, следом громкие удары в дверь моей комнаты и крики матери. Я приоткрыл глаза и вслушался в её слова: - Выходи, скотина! Что ты собрался сделать!? Не смей трогать моего сына! Слышишь?! - продолжая активно биться в закрытую дверь, надрывно кричала мама. В тот момент мне уже было восемь лет, я уже вполне мог здраво рассуждать, поэтому её слова меня крайне насторожили и я приподнялся на кровати. Вглядевшись в темноту, я увидел отчима, стоявшего посреди комнаты и смотрящего в мою сторону. Мне стало откровенно страшно. - Неужели, он меня снова будет бить? - пронеслось у меня в голове, и я спрятался за подушкой в надежде, что хоть она смягчит его удары. Он начал шагать в мою сторону. С каждым шагом я видел, как на его лице появляется странная улыбка. Он был уже у самого края кровати, когда наконец заговорил: - Сегодня я не стану тебя бить, - разя перегаром, проговорил он, - но за это ты мне заплатишь кое-чем другим, хе…хе, раз твоя мать не хочет со мной, то я буду тебя... Он резко наклонился и, встав коленями на кровать, схватил меня, при этом затыкая рот рукой, а другой схватил меня за волосы. Я пытался кричать, но он не давал мне даже вдохнуть. Я вырывался из его рук, но он только вдавливал меня в кровать своим телом. После он отпустил мои волосы, и я услышал звук расстегивающейся молнии штанов. А дальше… Дальше всё было в полумраке, но всё это вырезалось в моей памяти. Каждое движение, каждое прикосновение, каждый звук. Я помню дикую боль, разрывающую меня изнутри. Я кричал о помощи, но мама всё так же билась в дверь и рыдала. Вдруг удары в дверь прекратились, и тогда я потерял последнюю надежду на мамину помощь. Сквозь слезы, я умолял отчима отпустить меня, но тот по прежнему продолжал двигаться во мне, держа меня за горло. Боль. Жгучая боль… Начала кружиться голова. Пытаюсь остановить его руками. Ничего не получается. На моих руках кровь, мои ноги и живот этой мрази в крови. Вдруг в дверь ударили снова, и ещё раз, и ещё. Я повернул голову и увидел в образовавшихся расщелинах, в двери, острие топора. Ещё пара ударов и дверь разлетелась на куски. Последнее, что я помню, так это то, как мать со всего размаху всадила в насильника топор. Кровь хлынула во все стороны, заливая всё и всех вокруг. Его тело мгновенно упало, и я потерял сознание. Очнулся я только в больнице. Я захотел осмотреться вокруг и попытался привстать. Дикая боль парализовала моё тело, и я упал обратно. В палату зашла докторша и сказала мне, что у меня наложены швы, что операция была очень сложной и чтобы их усилия не прошли даром, я должен лежать и не двигаться. Естественно, через некоторое время меня всё-таки выписали. Я был очень рад, что скоро увижу маму, но как мне объяснили, я её больше никогда не увижу. Мне сказали, что после того, как она позвонила в скорую, чтобы меня забрали в больницу, повесилась на дверной ручке. Меня определили в детдом и заставили ходить к психологу. Мне действительно это немного помогло частично забыться, но порой все воспоминания вновь оживали в моей памяти и картинками мелькали перед глазами. Психическая, моральная, душевная травмы, свалились на бедного меня и преследуют до сих пор. Я возненавидел всех без исключения, и пытался сторониться любых контрактов. Я стал беспросветным одиночкой, не имея ни друзей, ни знакомых. Те, которые общались со мной раньше, уже забыли о моем существовании, да мне уже и всё равно. Своим чередом я закончил младшие классы, правда два года подряд я находился на лечении и совсем не посещал школу, поэтому, когда я, более-менее, пришел в себя, пришлось восстанавливаться и дальше продолжать обучение. Затем средние классы, сегодня я уже иду в старший класс, старшей школы «Сейкайхей». В основном в здешних краях учебный год начинается первого апреля, но эта школа отличилась своим переходом на западный манер. Опять год начинается с того, чтобы избежать всех этих знакомств. Мне говорят, что я на мордашку симпатичный, именно поэтому ко мне липнут по любому поводу девки. Хотя, они мне менее ненавистны, чем парни, но всё равно было не очень приятно находиться в их окружении. В итоге моего игнора они со временем отставали, что меня частично радовало. Начало года для меня кажется сущим кошмаром и не только потому, что ко мне лезут знакомиться новенькие, но и потому, что учителям снова приходится объяснять, что я не собираюсь с ними разговаривать, ни сейчас, ни впредь. - Перекличка, ребята, внимание, - мяукнула училка. Когда дошла очередь до меня, и она процедила мою фамилию, я сжал нервы в комок и поднял руку. Ну вот, начинается... Я приезжий, у меня американское и имя, и фамилия. А здесь, как я понял, иностранцы далеко не в почете. Для борьбы со своими страхами, я пытался хорошо учиться. Даже не смотря на то, что сейчас, в более старших классах, люди уже более адекватно реагируют на меня, моё детство было сущим кошмаром. Меня часто избивали те, кто не любил иностранцев, те которым не милы красавчики, отрывались и те, кто терпеть меня не мог за мою молчаливость. Да мне глубоко начхать на них всех, я вот, например, терпеть не могу их узкоглазые морды. И что? Может мне избивать их потом за это? Вот мне одно лишь интересно у них спросить: "Когда вы все уже сдохните?" Во всяком случае, в этом году я попал в другой класс. Ни одного знакомого, ни того, кого бы я мог видеть в том году, хотя я никогда особо не приглядывался к этому серому окружению. Я поднял глаза и обежал взглядом всех сидящих в классе. Училка, навязывала нам чужие точки зрения, сложившиеся на протяжении чёртовой кучи лет. А у меня, как раз нет настроения ничего писать... Да и вообще, зачем я сюда пришёл? Я мог бы спокойно сидеть дома и усом не вести. Да, впрочем все равно, отсижу сегодня, ради приличия. - Извините, я опоздал. Можно войти? - приоткрылась дверь в класс. Получив от училки жест рукой, вошел высокий пацан и, широко улыбнувшись, слегка поклонился классу. Девки сразу же начали шушукаться и хихикать, аж противно. - А он красавчик... - донеслось откуда-то из класса. Вот мелкие шлюшки, ненавижу таких. Класс был заполнен под завязку, оставалась пустовать лишь та парта, что стоит рядом с моей, в самом конце класса. Естественно он бросил туда своё тело и повернулся ко мне. - Привет, я Широойя Йосида, - протянул он руку, приветливо улыбаясь. Отвращение к этому человеку росло с неистовой скоростью. Мне показалось, что я сейчас взорвусь, и, похоже, что это почувствовал не только я, но и весь класс. Они все дружно повернулись посмотреть на нового одноклассника, что только ещё больше вывело меня из себя. Ситуация накипела настолько, что я сам заметил нависшую ауру зла по классу. - Да ладно ты, не расстраивайся... - он легко хлопнул меня по спине. - Что ты себе позволяешь?! - прорычал я сквозь зубы. - Друг, не зависай ты так, я же ничего не сделал такого, - он потянулся рукой к моему плечу, но я предусмотрел это и схватил его за ладонь, сильно сдавив. - Слушай меня! - крикнул я, мгновенно заламывая его руку. Тот слегка прошипел и попытался вернуть законную часть тела, но не тут-то было, я оказался куда сильнее. - Ещё хоть раз ты ко мне прикоснёшься, я лично позабочусь о твоём трупе.- сильнее, на излом, выкручивая руку. - Я понял, понял. Больше не буду. Слышишь? - … - Ну, а хотя бы разговаривать с вами можно? - в какой-то шутливой форме. Он явно не понял намёка. - Можно. Вы даже одолжение мне сделаете. У меня дома, как раз фарш кончился.- цедил я сквозь зубы слова, подсознательно уже набивая его труп, как подушку различной требухой. Его взгляд был выше всяких похвал. - Эй, разговорчики на галерке, живо успокойтесь, пока обоих не выставила за дверь!- проверещала училка, и я отпустил руку пацана. В итоге этот мазохист от меня отстал. Надеюсь, что остаток дня я проведу в спокойствии.