Свадебный переполох

У Йена случилась маленькая проблемка. Он не мог перестать думать о своём свадебном организаторе. Прошло три дня с тех пор, как он побывал в квартире у Микки. Три дня с тех пор, как Микки признался ему в своей симпатии. Три дня с тех пор, как Йен по глупости наклонился и поцеловал те чёртовы восхитительные губы. Прошло три дня, а он до сих пор не мог выкинуть из головы события того дня, не смотря на то, как сильно он старался это сделать. Он пытался отвлечься при помощи работы, но каждые пять минут смотрел в сторону входа, чтобы убедиться, что это не Микки только что вошёл в клуб. Он пытался отвлечься бегом, но каждый раз, когда его ноги касались земли он вспоминал, как его сердце так же гулко стучало в груди, когда они целовались. Даже когда он неистово вбивался в своего жениха, крепко вцепившись в его бёдра, с каждым новым движением приближая свой оргазм, он думал о чёртовой идеальной заднице другого парня. Он думал о том, как своими голыми бёдрами касался бы идеальных крепких и бледных – как ему представлялось – бёдер Микки. – Да, Йен, вот так. Чёрт, малыш. Как хорошо, – выкрикивал Эйден, когда Йен попадал по его простате. Йен зажмурился, представляя, что это Микки сейчас говорит ему эти слова и тело его сотряслось в оргазме. Когда он выжал из себя всё до последней капли, Йен вышел из мужчины, рухнул на спину, пытаясь восстановить дыхание, и протёр рукой свой потный лоб. Он едва заметил, как Эйден выкатился из кровати и ушёл в ванную. Тот никогда не хотел просто полежать рядом, ему не нравилось быть грязным. Он никогда не хотел задержаться в постели и понежиться со своим партнёром после оргазма. Йен же, напротив, обожал так делать. Ему нравилось чувствовать, как его тело постепенно расслабляется после интенсивной нагрузки. Ему нравилось лежать потным и покрытым спермой, постепенно впадая в дрёму, вытянув в стороны все свои конечности. Сейчас же всё, о чём мог думать Йен, это о всепоглощающем чувстве вины за то, что всё время пока он занимался сексом с мужчиной, за которого он через месяц выходит замуж, он думал о совершенно другом человеке. И если это не было точным определением полного пиздеца, то Йен не догадывался, как ещё можно назвать данную ситуацию. Эйден вернулся через минуту и выглядел слишком собранным, как для человека, которого только что хорошенько отымели. – Что на тебя нашло в последнее время? – спросил он, укладываясь на спину. – О чём ты? – спросил Йен, пробегая кончиками пальцев по своему голому животу. – Ты кажешься таким… озабоченным. Больше, чем обычно, – пояснил мужчина, накрываясь одеялом. – Озабоченным? – переспросил Йен, слегка раздражённый таким определением. – Пошёл ты. – Не драматизируй. Ты знаешь, что я имел в виду… похотливый, заведённый, – перечислял мужчина, небрежно взмахивая рукой. Йен сглотнул, нарочно избегая зрительного контакта с мужчиной, потому что он точно знал, почему именно он такой заведённый в последнее время. – А что? Ты жалуешься? – Нет, ни капельки, – ответил Эйден и, наклонившись, чмокнул Йена в щёку. – Просто делюсь наблюдениями. Кажется, что тебе всё мало. Мне всё труднее за тобой успевать. Он потянулся и выключил лампу, стоящую на прикроватном столике. – Мне нужно поспать. Завтра важная встреча. Йен очертил взглядом изгиб спины своего жениха. Он закрыл лицо руками и выдохнул. Пора исправлять ситуацию, пока не стало слишком поздно.

***

Как только Эйден ушёл на работу, Йен плюхнулся на диван и принялся копаться в своём телефоне. Он занёс большой палец над именем Микки. Его сомнения длились лишь несколько секунд, после чего он нажал на вызов. После третьего звонка Микки ответил запыхавшимся голосом. На долю секунды Йена затопило непередаваемое чувство ревности при звуках тяжёлого дыхания Микки. Уж не позвонил ли он в самый неподходящий момент. Ему совершенно точно не хотелось сейчас слышать то, как Микки там трахается с кем-то. – Алло? – снова спросил Микки, когда Йен не ответил. – Йен? – Ой… привет, Мик. Что такое? – спросил Йен подавленным голосом, и тут же стукнул себя по лбу. Что за дурацкий вопрос? На другом конце весело фыркнули. – Ты мне скажи. Это же ты мне звонишь, придурок, – удивлённо ответил Микки. Йен откинулся назад на подушки, его губы помимо воли растянулись в широкой улыбке, когда он услышал, как Микки засмеялся. Чёрт. Он мысленно отвесил себе хороший подзатыльник и тут же настроился продолжить серьёзный разговор. – Ты не занят сегодня? Мне очень надо с тобой поговорить. Это важно. – Прости, чувак, сегодня никак, – ответил Микки, параллельно отвечая кому-то на заднем плане. Утихшая было ревность вновь начала набирать обороты, когда Йен услышал, как Микки что-то шепчет кому-то. – Я не вовремя? – резко спросил он, стараясь, впрочем, безрезультатно, сделать голос мягче. – Да, вроде того, – ответил Микки. – Я застрял в закусочной на весь день. У нас несколько человек отпросились, так что я сегодня на смене. Если повезёт, вернусь домой часов после одиннадцати. Йен тут же расслабился, понимая, что Микки был на работе, а не голый, задницей кверху лежит сейчас под кем-то. Он уткнулся лбом в кулак, понимая, что пора бы уже собраться с мыслями. Он не имел права ревновать. Микки может хоть со всем Южным Чикаго перетрахаться, его это не должно волновать. – В какой закусочной ты работаешь? – спросил он. – Гриль «Белый замок», на Южном Канале, – сказал Микки и снова прикрыл трубку рукой, чтобы кому-то ответить. – Ага, слышал. – Слушай, мне, правда, пора. Тут сегодня просто сумасшедший дом какой-то. Напиши мне позже, ладно? – Хорошо, – ответил Йен и отсоединился. Не будет он позже писать. Ему нужно было как можно скорее увидеться с Микки. Пора расставить все точки над «i».

***

Около полудня Микки увидел, как вошёл Йен. Обе его руки были заняты тарелками, но Микки застыл на месте, когда их глаза встретились в шумном помещении закусочной. Он тут же встряхнулся и поспешил отнести заказ нетерпеливым клиентам. Он остановился у другого столика, долил клиентам воды в стаканы и подошёл к Йену, который всё ещё околачивался у входа. – Привет. А ты что здесь делаешь? – Да так, был здесь рядом, – ответил Йен, пожав плечами и улыбаясь Микки, явно флиртуя с ним. – Решил зайти, перекусить. – Был рядом, да? – спросил Микки, выгнув бровь, не на секунду не веря ни единому его слову. Йен просто снова пожал плечами и улыбнулся. – А я подумал, что тебе меня увидеть захотелось, – флиртом на флирт ответил Микки. Он увидел, как Йен слегка опустил голову и робко улыбнулся. Это что, румянец у него на щеках? – Ну да, и это тоже, – сказал Йен. – Пошли, – Микки махнул головой. – У нас людей под завязку, но тебе повезло. Есть один пустой столик в моей секции, – он провёл Йена к угловому столику и вручил ему меню. – Что посоветуешь? – Завтраки здесь офигенные. Банановые блинчики охуенно вкусные. И наш черничный пирог всем очень нравится, – ответил Микки, занеся ручку над блокнотом. Он смотрел куда угодно, но только не на другого парня, который выглядел просто невероятно в своей зелёной облегающей футболке с v-образным вырезом, подчёркивающей его глаза. – Тогда я буду пирог, с шариком ванильного мороженого, – сказал Йен, закрывая меню и возвращая его Микки. – Что-нибудь выпить? – Кофе, с сахаром. – Сладкоежка, да? – спросил Микки, посмотрев, наконец, Йену в глаза. – Что тут скажешь? Люблю, чтобы было сладко, – ответил Йен, глаза его светились игривым блеском. Микки кашлянул и развернулся, чтобы пойти выполнять заказ Йена, даже не подозревая, что в это время тот смотрел на его зад, пока он уходил.

***

Вот же пиздец. Йен решительно настроился на то, что сегодня он поговорит с Микки и сообщит ему, что ничего не получится. Он настроился на то, чтобы сказать Микки, что тот больше не может быть его свадебным организатором. Потому что всё стало слишком запутанно, сложно. Он не мог находиться рядом с Микки, ведь это могло поставить под угрозу его отношения с Эйденом. Но как только он переступил порог закусочной и увидел Микки, который выглядел так мило в своей белой футболке, чёрном фартуке и с карандашом, заткнутым за ухо, он знал, что ничего ему не скажет. По крайней мере, не сегодня. Он знал, что стоило тут же развернуться и уйти до того, как Микки его заметит, но вместо этого вот он, идёт за парнем к дальнему столику в углу и провожает его зад восхищённым взглядом. Пока он дожидался своего пирога, зазвонил телефон. Йен вытащил его из кармана и увидел, что пришло сообщение от Эйдена. «Привет. Чем занят?» Большой палец Йена застыл над клавиатурой, чувство вины взыграло на полную силу, отдаваясь тошнотными ощущениями где-то в желудке. Ну что он может ответить? «о, привет. Я на работе у нашего свадебного организатора, практически преследую его. А ещё я таращился на его зад и я вроде как хочу затащить его в какой-нибудь проулок и трахнуть его у стены, вылизав его всего перед этим. А как проходит твой день?» Вместо этого он напечатал «на пробежке. позже зайду повидаться с семьёй». Как только Эйден ответил «ок, люблю тебя», вернулся Микки с пирогом и кофе. Йен таращился на сообщение, а потом поднял глаза и увидел, что Микки проскальзывает на свободное сидение напротив. – Через каждые несколько часов я могу делать перерыв на пятнадцать минут, – пояснил он. – Решил присесть на минутку. Ты хотел со мной о чём-то поговорить? Йен засунул телефон в карман. Он знал, что нужно закончить всё это прямо здесь и прямо сейчас; лучшего времени может потом и не представиться. Ему просто нужно открыть рот и сказать Микки, что он не может находиться рядом с ним, что ему нужно сосредоточиться и попытаться наладить свои отношения с другим мужчиной. Но вместо этого он посмотрел Микки в глаза, задерживая взгляд дольше, чем того полагают правила приличия, и притянул ближе к себе тарелку с пирогом. – Да так, ничего важного.

***

Микки как мог старался не смотреть на рот Йена, пока тот ел свой пирог. У парня вправду были офигенные губы. Микки не мог не задуматься о том, каково было бы почувствовать эти губы в настоящем, глубоком поцелуе. А как бы эти губы чувствовались на его… – Пирог и вправду очень вкусный, – сказал Йен, перебивая поток пошлых мыслей. Микки поёрзал на месте и отвёл взгляд от рта парня. – Я, э-э, слушай… вообще-то, кое о чём я хотел с тобой поговорить, – как только Микки убедился, что внимание Йена приковано к нему, он продолжил. – Я хотел извиниться за ту ночь. Я перегнул палку, мне не стоило ставить тебя в подобное положение. В смысле, блядь, ты же скоро замуж выходишь. И каким бы я не считал Эйдена придурком, то, что сделал я было тем ещё мудацким поступком. Это больше не повторится, ладно? Не переживай, что я буду снова к тебе клеиться. Он увидел, как Йен опустил глаза в тарелку. Микки нахмурился, глядя на парня. Тот выглядел немного… расстроенным его словами. – Да, всё нормально, – наконец подтвердил Йен. – Никаких обид. Ты был пьян, мы оба накурились, и вышла такая ошибка. В жизни всякое случается. Микки позволил себе на мгновение почувствовать разочарование от того, что для Йена это всё было лишь ошибкой, но он быстро стряхнул с себя эти ощущения. – Так что, у нас всё хорошо? – Да, – ответил Йен с улыбкой, которая, тем не менее, не коснулась его глаз. – У нас всё хорошо. – Отлично, – кивнул Микки, постукивая костяшками по столу. – Я рад, что мы всё выяснили. – Ага, всё ясно. Микки посмотрел на него и был удивлён, заметив, что улыбка парня пропала, так же как и его собственная. Именно в этот момент у их столика остановилась Эйприл. – Прости, Мик, – она ласково улыбнулась Йену и посмотрела на Микки, – Кажется, вдобавок к нашим двойным сменам нам всем придётся сегодня ещё и мыть посуду. Дерек свалил только что. – Что за хуйня, – застонал Микки, откидываясь на спинку сидения. – Э-э, – подал голос Йен, переводя взгляд с Микки на Эйприл, – я могу помочь? Мне сегодня заняться нечем и у меня есть определённый опыт. Не то, чтобы это было так уж сложно, не ракеты строить ведь. Я работал посудомойщиком в одной забегаловке, когда мне было семнадцать. Микки посмотрел на Йена, вскинув брови вверх. – Серьёзно? Ты это сделаешь? Тот пожал плечами. – Да, почему нет. Это же всего на несколько часов, так? У вас, ребята, кажется работы по уши. Я буду тем ещё козлом, если не помогу. Микки понял, что улыбается. Ему хотелось перегнуться через стол, взять лицо Йена в ладони и зацеловать его, пока тот не смог бы дышать. Но он, конечно же, воздержался от столь бурного проявления чувств. Эйприл пожала плечами. – Я, конечно, поговорю с Доном, но не думаю, что он откажет. Оплата минимальная, не официально. – Хорошо, – ответил Йен, пожимая плечами. – Я это делаю не ради денег. Просто помогаю другу. Микки поймал взгляд Йена и смотрел на него, не отводя глаз.

***

Был самый разгар наплыва посетителей и Йен начал подумывать, не совершил ли он ошибку, согласившись на всё это. Новые горы посуды воздвигались быстрее, чем он успевал справиться со старыми, а официанты то и дело прикрикивали на него, когда им не хватало чистых тарелок или столовых приборов. Он устал и вспотел, вся его футболка спереди была мокрой. А ноги его просто убивали. Он поднял голову как раз в тот момент, когда Микки вошёл на кухню. Они встретились глазами, и Йен вдруг перестал себя чувствовать таким несчастным. – Ну, как ты тут? Микки посмотрел на Йена, удивлённый его промокшей футболкой и взъерошенным внешним видом. Может Йену и показалось, но глаза Микки чуть дольше положенного задержались на его мокрой груди. – Всё хорошо. Даже замечательно. У меня всё под контролем, – соврал Йен, не желая признавать поражение. – Ну, что ж ты за пиздюк такой, – хохотнул Микки и встал рядом с Йеном. – Мои столики пока в порядке. Нужна помощь? – Я совершенно точно не откажусь. Микки улыбнулся, схватил пустую подставку для посуды и стал загружать в неё грязные тарелки. Йен смотрел, как Микки моет посуду, как напрягаются его бицепсы и не мог отвести глаз. Они мыли тарелки, стоя бок о бок, и тут Микки толкнул Йена плечом от чего тот споткнулся. – Эй, козлина, – воскликнул Йен и сделал то же самое. Микки рассмеялся и, схватив шланг, обрызгал Йена водой. – Ты что, бля, творишь! – кричал Йен, весело смеясь. Он схватил мокрую губку и запустил её Микки в грудь, от чего его футболка намокла. – Эй, придурок, мне ещё клиентов обслуживать! – выдавил Микки сквозь собственный смех. – К тому же мокрым ты выглядишь намного лучше меня. Он снова направил струю воды на Йена. И ни один из них не обращал внимания на то, с каким любопытством на них смотрят повара и официанты. Йен зачерпнул ладонями немного мыльной пены, размазал её Микки по лицу и буквально согнулся пополам от смеха. Как же давно он так не смеялся… и это было чертовски приятно.

***

Как только основной поток посетителей схлынул, Микки и Йен взяли такой долгожданный перерыв, чтобы покурить на заднем дворике. – Спасибо ещё раз за помощь, – сказал Йен, затягиваясь. – Ты, бля, шутишь что ли? – спросил Микки, не вынимая своей сигареты изо рта. – Это я должен тебя благодарить. Если бы ты не остался помочь, всем нам была бы крышка. На минуту между ними воцарилась мирная тишина. – Знаешь, мне кажется, что той ночью всё было не совсем по-честному, – Йен заметил непонимающий взгляд парня и пояснил. – Я тебе душу излил; рассказал про биполярку, про Эйдена, про то, где я вырос. И я понял, что о тебе я не так и много узнал. – Что ж, что ты хочешь знать? – Расскажи мне то, что знают не многие. – Хм, хочешь узнать какую-нибудь тёмную грязную тайну, да? – хрипло спросил Микки, стряхивая пепел с сигареты. Йен и хотел бы притвориться, что от голоса парня у него едва не встал, но не смог. – Ага. – Да нечего особо рассказывать. Я рос в самых отвратительных условиях, какие только можно представить, в Южном Чикаго. Ужасная семейка, папаша – жуткий гомофоб. Были у меня и криминальные наклонности. Ну, знаешь, типичный подросток из гетто. – И как же ты решил стать организатором свадеб? – поинтересовался Йен. – Ты, кажется, не из тех, кто наслаждался бы подобным занятием. Микки посмотрел на него, приподняв уголок губ. – Ну, не знаю, чувак. Я, наверное, просто грёбаный безнадёжный романтик. Йен глянул на него и улыбнулся. Он прочистил горло и выкинул окурок. – Так ты не очень ладишь со своей семьёй? – Только с Мэнди. Иногда общаюсь со своим братом Игги, когда он соизволит объявиться, а так нас только двое. Йен, что-то обдумав, покосился на Микки. – У вас есть какие-то планы на Четвёртое июля? – Кроме того, чтобы напиться, заказать еды и, сидя на диване, смотреть дерьмовые фильмы по телевизору? Нет, других планов нет. Мы редко когда что-то отмечаем. Йен оттолкнулся от кирпичной стены и уставился на свои ботинки. – У нас будет семейный пикник. Много еды, много выпивки, будет даже бассейн. Соседи запустят фейерверки. Будет весело. Приходи. Ты и Мэнди. Микки перебросил сигарету из одного уголка губ в другой, глядя на Йена, и пытаясь поймать его взгляд. – Что подумает твой парень, если ты пригласишь вашего свадебного организатора на семейный пикник? – Его там не будет, – ответил Йен. – У него сейчас новая рекламная компания в разгаре, так что он будет работать. Он не жалует наши семейные праздники. Они для него слишком утомительные. – Ты скажешь ему, что там буду и я? – Зачем ему об этом знать? – ответил Йен, отрывая взгляд от своей обуви. Он, наконец, посмотрел на Микки. Они оба знали, что это не самая лучшая идея; и что Йен не будет ничего говорить Эйдену тоже по вполне определённой причине. Но Микки всё равно согласился, на что Йен кивнул и искренне улыбнулся.

***

– Напомни-ка мне ещё раз, почему мы здесь? – прошипела Мэнди в сторону брата. – Потому что у нас не было планов получше, вот, бля, почему. – Скажи мне, и почему же эта идея не самая ужасная из всех возможных? – Заглохни, а? Это просто пикник. Мэнди закатила глаза. Они как раз подошли к крыльцу дома Галлагеров. – Точно. Мы здесь ради бесплатной еды и выпивки, да? А не потому, что у тебя стоит на Йена? – Говори, бля, тише. Господи, – огрызнулся Микки и постучал в дверь. Несколько секунд спустя дверь открылась, и на пороге показался Йен, жующий гамбургер. Он круглыми глазами посмотрел на новых гостей. – О, привет, ребята! Микки сглотнул, глядя на голый торс парня. Ну, блядь, конечно, тот обязательно должен был быть в шортах, которые низко сидели на его бёдрах и при этом по его телу стекали капли воды. Микки ну просто везунчик по жизни. – Э-э… привет, – Микки протянул парню тарелку, которую держал в руках. – Мы принесли желе. – Круто, спасибо, – Йен взял тарелку и посторонился, приглашая гостей в дом. – Добро пожаловать в штаб-квартиру Галлагеров. Вы взяли купальники? – Конечно, – ответила Мэнди, похлопав по сумке, которая висела у неё на плече. Йен провёл брата и сестру на кухню. – Все уже во дворе. Мэнди, ты можешь переодеться там, – он кивнул, указывая головой на ванную комнату, пока пытался пристроить тарелку с новым угощением на кухонную стойку, заставленную всевозможными блюдами. Как только Мэнди ушла и они с Микки остались наедине, Йен повернулся к нему и улыбнулся. – Я очень рад, что вы, ребята, пришли. Я не был уверен, что вы согласитесь. Микки почесал большим пальцем кончик носа, всё ещё стараясь не смотреть на торс Йена. – Всё в порядке, – сказал Йен после небольшой паузы. – Смотреть не запрещено. Микки непроизвольно вскинул брови вверх, чувствуя, как его щёки начинают загораться. – Что, прости? Йен рассмеялся. – Совершенно очевидно, что ты пытаешься не смотреть. Просто хочу, чтоб ты знал, что всё нормально. Смотреть можно. Микки уставился на Йена, желая сказать, что он охуеть как хотел бы сделать нечто гораздо большее, чем просто стоять и смотреть. Но вместо этого он произнёс: – Ты не должен говорить такие вещи. Это должно было звучать как предупреждение, но слова вылетели из его рта тихо, со страстным придыханием. Йен прислонился к стойке, поднёс бутылку, которую держал в руке ко рту и сделал глоток воды, не прерывая зрительного контакта. Микки же отпустил себя и долгим взглядом окинул тело Йена, сдерживая сильнейший порыв подойти и прикоснуться к нему. Именно в этот момент Мэнди вышла из ванной. Из одежды на ней было лишь крохотное неоново-зелёное бикини. – Твоя очередь, Мик. Микки опустил голову и, развернувшись, устремился в ванную, чтобы переодеться в шорты. Как только дверь за ним закрылась, он прислонился к ней спиной и спрятал лицо в руках. Он повёл себя очень неосмотрительно. Если бы его сестра не прервала их, он даже боялся представить, что могло бы быть. Он всё же переоделся и решил присоединиться к вечеринке, хотя буквально всё в нём кричало о том, чтобы он уходил и как можно скорее.

***

Шёл второй час празднования и Йен охуенно хорошо проводил время. Все веселились и плескались в бассейне, наевшись до отвала слегка подгоревшими (но всё равно очень вкусными) бургерами и хот-догами. Взрослые были уже слегка навеселе, передвигаясь с присущей не совсем трезвым людям неуклюжестью. Основная причина хорошего настроения Йена стояла сейчас на другой стороне двора, вовлечённая в разговор с Кевином и Вероникой. Микки всем понравился и ему, кажется, тоже все понравились. Он шутил и общался со всеми и даже играл в какую-то странную игру в бассейне вместе с Дебби, Фионой и Липом. Микки отлично вписывался в окружающую обстановку. Так, как никогда не вписывался Эйден. Улыбка Йена медленно сползла с его лица, когда он понял, что всё это в совокупности нисколько не умаляет степени его влюблённости в свадебного организатора. Всё стало только хуже. Йен поднёс бутылку пива к губам и сделал глоток, не сводя глаз с Микки и любуясь тем, как всё его лицо озарялось, когда он так открыто смеялся.

***

Как только стемнело, Кевин принялся устанавливать фейерверки. Микки, пошатываясь, подошёл к Йену, который сидел на стуле и выглядел ничуть не лучше его самого. – Как оно, рыжик? – спросил Микки, плюхаясь на соседний стул. – Привет, – ответил Йен. Щёки у него покраснели от солнца, а влажные волосы были в полном беспорядке после игрищ в бассейне. Микки казалось, что Йен выглядел чертовски милым. – Веселишься? – Ещё как. У тебя не такая уж плохая семья, Галлагер. – Ну, ты им тоже очень понравился. – Ты не видел мою сестру? – спросил Микки, оглядываясь вокруг. – Видел, как она недавно говорила с моим братом Липом. – И почему мне не нравится, как это звучит? – И не должно нравиться. – Чудесно, – пробормотал Микки, откидываясь на спинку стула. Вдруг в воздух взлетела ракета и взорвалась снопами ярких искр над их головами. Дети запищали и радостно захлопали в ладоши. – Я правда очень рад, что ты пришёл, Мик, – сказал Йен, когда взорвался следующий фейерверк. Микки перевёл взгляд на Йена. Они просто сидели и смотрели друг другу в глаза, пока вокруг взрывались праздничные фейерверки. Микки облизал губы и непроизвольно глянул на рот парня. После напряжённой паузы он отвернулся и поднялся на ноги. – Пойду, э-э, пойду за пивом. – Ага, – тихо ответил Йен. – Хорошо. Микки взлетел по ступенькам и скрылся на кухне, чувствуя, что ему нужно как можно скорее уйти подальше от Йена, пока он не сделал что-то необратимо глупое, типа не наклонился и не поцеловал его. Как только он оказался в темноте кухни, он подошёл к холодильнику, открыл его и взял бутылку пива. Он отставил бутылку, отошёл к стойке и схватился руками за её край, делая глубокие вдохи и выдохи. – Блядь, – пробормотал Микки, в который раз задаваясь вопросом, как такое с ним могло приключиться. Ещё месяц назад он даже не догадывался о существовании Йена Галлагера. Сейчас же он на грёбаном семейном празднике парня, смотрит с ним на фейерверки и сдерживается из последних сил, чтобы не наклониться к нему и не втянуть его в головокружительный поцелуй. Микки услышал, как кто-то вошёл на кухню через заднюю дверь. Он повернулся и увидел Йена. Они не сказали друг другу ни слова. Йен, опустив голову, поплёлся к холодильнику и тоже достал себе бутылку пива. Он повернулся и подошёл ближе к Микки, всё так же не поднимая глаз. Микки поглядывал на него с ожиданием. После короткой паузы Йен произнёс слова, которые изменили буквально всё. – Ты… Ты тоже мне нравишься. Микки всё ещё стоял, прислонившись к стойке. Сердце в его груди пропустило удар. – Да? Йен сглотнул и кивнул. – Да. Не желая больше думать о возможных последствиях, Микки нерешительно потянулся и прикоснулся пальцами к тазовой косточке Йена. Он зацепился пальцем за пояс его шорт, и потянул парня на себя. Йен сделал шаг вперёд и вот они уже стояли в считанных сантиметрах друг от друга, каждый ощущал кожей жар чужого тела. Приглушённый смех и голоса раздавались где-то вдалеке, но они слышали только их одно на двоих сбившееся дыхание. – Я не могу перестать думать о тебе, – пробормотал Микки. – Блядь, Йен. Я всё время думаю о тебе… о том, как я хочу прикоснуться к тебе. Йен прикрыл глаза и рвано выдохнул. Микки заметил, как Йен покрылся гусиной кожей, и ничего сильнее ему не хотелось сейчас, чем наклониться вперёд и вылизать каждый миллиметр этой кожи, утянуть Йена на пол и исследовать его тело своими руками, языком, зубами. – Микки, – еле слышно прошептал Йен. – Я… тоже всё время думаю. Микки внимательно смотрел на парня перед собой. Они только что ступили на очень опасную территорию. Одна мысль о женихе Йена вернула Микки с небес на землю. На него словно ведро ледяной воды опрокинули. – Блядь… мне нельзя здесь быть, – он прижался лбом ко лбу Йена. – Не стоило приходить. Я, блядь, знал, что это хуёвая идея. Йен кивнул, всё ещё не открывая глаз. – Да, наверное тебе стоит уйти пока… пока мы не сделали то, о чём оба будем жалеть. Микки кивнул, вдохнул полной грудью и неохотно отступил на шаг назад, понимая, что так будет разумно поступить, пусть даже он меньше всего хотел это делать. Как только он отошёл, Мэнди и Лип спустились по лестнице, громко смеясь и перешёптываясь. Они застыли на месте, когда увидели Йена и Микки неловко стоящих друг напротив друга в тёмной кухне. – О, привет, – сказала Мэнди, понимающе переводя взгляд с одного парня на другого. – Что происходит? У вас, ребята, всё хорошо? – Да, – резко ответил Микки, стараясь не смотреть на красноречивые следы от ногтей на груди брата Йена. – Ты готова идти? – Уже? – Да, бля, уже. – Ладно, господи, – фыркнула Мэнди. – Дай я только вещи свои заберу. Микки провёл рукой по своим влажным волосам и покосился на Йена, который даже не смотрел в его сторону. Как только Мэнди ушла в сопровождении Липа за вещами, Йен первым решил нарушить тишину. – Я не хочу, чтобы что-то менялось, – глухо сказал он. – Я всё ещё хочу, чтобы ты был моим свадебным организатором. Я всё ещё хочу, чтобы мы были друзьями… – И как, по-твоему, это будет работать? – Я не знаю, ладно? Я, блядь, не знаю, – воскликнул Йен, взмахнув руками. – Я только знаю, что хочу, чтобы ты был в моей жизни. Хоть кем-то. Если не организатором, то кем? Будем делать вид, будто мы не знакомы? – Галлагер, не знаю, как тебе, но мне становится всё сложнее держать свои руки и губы при себе, понятно? Блядь! Ты только посмотри на себя, – вспыхнул Микки. – Ну, как мне просто сидеть и делать вид, что я тебя не хочу? Йен несколько секунд обдумывал слова Микки. – Ты просто… просто должен, ладно? Мы должны вести себя как взрослые разумные люди. Микки горько усмехнулся. – И как это будет выглядеть по отношению к твоему жениху, а? Йен покачал головой. – Между нами ничего не будет. – Так что, ты не думал ещё две минуты назад о том, чтобы трахнуть меня на этой самой стойке? – Нет, – просто ответил Йен. Но неубедительно. – Пиздишь. – Не знаю как ты, а я в состоянии контролировать свои позывы. Микки снова усмехнулся. Они оба знали, что Йен врёт. – Неужели? Я что, по-твоему какой-то похотливый подросток, который не в состоянии удержать свой член при себе? Я могу себя контролировать, придурок. – Так в чём проблема? – спросил Йен, пожав плечами. – Никаких проблем, – парировал Микки. – Я буду твоим свадебным организатором, и я буду держать свои грёбаные руки при себе. Не такой уж ты и неотразимый. Были и лучше. – Вот и хорошо, – отрезал Йен. – Ага, хорошо. В этот момент как раз подошла Мэнди. – Наконец-то, бля! Пошли, – рыкнул Микки, прошёл мимо Йена и устремился на выход. – Я что-то пропустила? – спросила Мэнди. – Что случилось? – Я и сам не уверен, что случилось, – вздохнул Йен, чувствуя, что на этот раз окончательно всё похерил. Он знал, что так будет лучше, пусть Микки злится на него. Но тот взгляд, полный боли, который на него бросил напоследок Микки, давил на его совесть сильнее, чем вина перед Эйденом за всё то, что он натворил.