Свадебный переполох

Вечер в клубе был в самом разгаре, у бара стояла очередь жаждущих получить свою выпивку, и Йен как никогда был рад отвлечься и хоть ненадолго перестать думать о Микки. Ему всё ещё было больно после их недавней ссоры, но он справится с этим позже. Сейчас он просто был не в силах думать об этом. Разливая напитки, Йен глянул на шумную и взбудораженную компанию, которая только что вошла. Из-за громкой музыки было не разобрать, о чём они разговаривают, но слова «копы» и «кровавое месиво» привлекли его внимание. – Что происходит? – спросил он, когда вся эта толпа подошла к стойке. – В квартале отсюда копы, – сообщил высокий парень с розовым боа вокруг шеи. – Какого-то парня жёстко избили. Они думают, что это преступление на почве гомофобии. – Чёрт, – Йен нахмурился и начал мешать очередной коктейль, когда компания продолжила общаться между собой. Он задумался о бедном парнишке, которого избили. Это не первый такой случай в этом районе и наверняка не последний. Йен вернулся к работе и больше не вспоминал о несчастной жертве избиения. Он, конечно же, надеялся, что с парнем всё будет в порядке, но сейчас у него и своих проблем хватало.

***

Когда той же ночью Йен вернулся домой, он удивился (и немного расстроился), когда обнаружил, что Эйден ещё не спал, а сидел на кровати с ноутбуком на коленях. – Привет, – настороженно поздоровался Йен, не зная, в каком настроении может сейчас быть мужчина. Он снял с себя футболку и стянул джинсы. Обычно он спал голым, но в этот раз решил остаться в нижнем белье. – Привет, – ответил Эйден, бросив на него взгляд из-за крышки ноутбука. – Как дела на работе? – спросил он без особого интереса в голосе. – Хорошо. Ты чего ещё не спишь? Уже начало четвёртого. – Не могу уснуть, – ответил мужчина. – Слишком много всяких мыслей в голове. Йен подошёл к кровати и быстро залез под одеяло, намереваясь притвориться, что жутко устал, если Эйден решит что-нибудь сделать. Он перекатился на бок, спиной к своему жениху и некоторое время слушал тихий стук клавиш, а затем, впервые за всё время после ссоры, Йен позволил мыслям о Микки вновь заполнить его голову. Он совершенно потерялся в своих мыслях, когда вдруг почувствовал, как рядом прогнулся матрас и мужчина прижался к его спине, обняв его одной рукой. Йен прикрыл глаза и задержал дыхание, когда Эйден начал покрывать нежными влажными поцелуями его шею, вжавшись своим уже твёрдым членом в его ягодицы. И было бы так легко поддаться – развернуться и отдаться другому мужчине – забыть о прошедших полутора месяцах и потеряться в поцелуях Эйдена. Было бы легко позволить своей злости на Микки взять верх. – Что ты делаешь? – спросил Йен, когда Эйден уже запустил свою руку ему под боксёры, обхватывая ладонью его мягкий член. – Я хочу тебя, – пробормотал мужчина ему в шею. – Хочу, чтобы ты меня трахнул. – Я устал, – прошептал Йен, претворяясь, что смертельно вымотался за целый день. – Сегодня в клубе была жаркая ночь. – Ничего, тебе даже не придётся напрягаться, – предложил Эйден. – Давай не сегодня? Я хочу просто поспать. – Понятно, – мужчина обиженно отстранился и повернулся на другую сторону. Йен почувствовал облегчение от того, что Эйден не стал настаивать на своём. Облегчение от того, что ему не придётся прикасаться к собственному жениху. Именно в этот момент он понял, что всему между ними и в самом деле пришёл конец. Эйден выключил свет и вскоре уснул, а Йен так и остался лежать с открытыми глазами; все его мысли снова занял Микки.

***

Утром Йен прошаркал на кухню, потирая глаза, и сразу же потянулся к кофейнику. Он оглянулся на Эйдена, который уже сидел за кухонной стойкой над чашкой с кофе и читал газету. – Доброе утро, – буркнул Йен и достал из шкафчика свою любимую чашку с бейсбольной символикой. Эйден так же неразборчиво буркнул что-то в ответ, не отрываясь от раздела с новостями из сферы бизнеса. Йен налил себе кофе и, прислонившись к столу, принялся разглядывать мужчину напротив себя. Он вспоминал, как когда-то – не так давно – любил Эйдена, как хотел провести с ним остаток жизни. Когда же всё пошло не так? Когда Эйден перестал смотреть на него? И не просто смотреть, а видеть его? Когда Йен начал испытывать облегчение от того, что они не будут заниматься сексом? Когда их общение превратилось в обмен односложными предложениями и звуками? Йен не знал ответа ни на один из этих вопросов. Изменилось ли это с появлением Микки или всё к тому бы и пришло со временем? Или всё это изначально было фарсом? Йен понял, что время пришло. Всему конец. – Эйд, – начал Йен, – мы можем поговорить? Это важно. Прежде, чем обратить своё внимание на парня, Эйден дочитал абзац и только потом глянул на него. – Да, только давай быстрее. Через час мне нужно быть в офисе. – Тебе… – Йен вдруг понял, что не может найти нужных слов. Он чувствовал себя так неловко под испытующим взглядом другого мужчины. – Тебе никогда не казалось, что мы… – тут телефон Йена, который лежал позади него, завибрировал. Он вздохнул, взял в руки аппарат и отклонил вызов, увидев неизвестный номер. – Что мне казалось? – переспросил мужчина с явным раздражением в голосе. – Просто, – Йен прочистил горло, стараясь избегать его взгляда. – Я тут недавно думал кое о чём. Может нам… Телефон Йена завибрировал снова. – Да, господи, – воскликнул он и в очередной раз отклонил вызов. – О чём ты, Йен? – нетерпеливо спросил Эйден. – Выкладывай. Я не могу ждать весь день. – Я многое обдумал и мне кажется нам… – Йена снова прервал сигнал телефона, оповещающий о том, что он получил голосовое сообщение. Когда он отвлёкся, Эйден встал со стула. – Я иду в душ. Поговорим позже, когда ты не будешь ни на что отвлекаться. Йен с долей облегчения смотрел вслед уходящему мужчине; можно ещё хоть ненадолго отложить неизбежное. Он взял в руки телефон. «Привет, Йен? Надеюсь, это твой номер. Я нашла его в телефоне Микки». Йен тут же встал ровно, когда понял, что это Мэнди, сестра Микки, пыталась ему дозвониться. У него даже сердце забилось чаще от плохого предчувствия. «Надеюсь, это ничего, что я звоню тебе», – продолжила Мэнди дрожащим голосом. – «Микки… на него напали, когда он возвращался из клуба в Бойзтауне прошлой ночью. Его… его пиздецки сильно избили. Мы сейчас в больнице Лейкшор, на третьем этаже. Я подумала… подумала, что ты хотел бы знать». Йен убрал телефон и невидящим взглядом уставился на него. Сердце билось у него где-то в самом горле, а на глаза наворачивались слёзы. Эйден вернулся в кухню в одном полотенце, обёрнутом вокруг талии. – Забыл свой… – он замер на месте, когда увидел выражение лица Йена. – Что случилось? Кто звонил? Йен просто смотрел на телефон, пытаясь сморгнуть подступающие слёзы. В один момент на него снизошло осознание ситуации. Это Микки был жертвой вчерашнего избиения. Жертвой, от которой Йен так быстро отмахнулся вчера; и которой он не придал никакого значения. – Йен, – Эйден подошёл к нему и положил руку ему на плечо. – Что случилось? Что-то с твоей семьёй? – Это была… Мэнди. – Мэнди? – переспросил Эйден, нахмурившись. – Кто такая Мэнди? – Сестра… сестра Микки, – ответил Йен. – Ты видел её на моём Дне рождения. – Зачем сестре нашего свадебного организатора звонить тебе? – монотонно поинтересовался Эйден. – И почему ты выглядишь так, будто тебя сейчас стошнит? Йен ничего ему не ответил. Он метнулся прямиком в спальню и принялся торопливо одеваться, хватая первые попавшиеся вещи, не задумываясь о том, как это всё будет смотреться на нём со стороны. – Что ты делаешь? – спросил Эйден с порога. – Куда ты? Йен, скажи мне хоть что-нибудь! Что, чёрт возьми, происходит? – Микки… его вчера ночью сильно избили, недалеко от «Феюшки», – объяснил Йен, стараясь унять дрожь в голосе. Он чувствовал, как глаза Эйдена прожигают его насквозь, но сейчас он не был готов ответить на так и не заданный вслух вопрос. Ему нужно увидеть Микки и как можно скорее. – Наш организатор был вчера в «Феюшке»? И его избили? Ты из-за этого так распсиховался? – сердито спросил мужчина. – Йен, ты ничего не хочешь… – Слушай, – резко прервал его Йен, – я не могу сейчас об этом говорить. Я просто… Увидимся позже. С этими словами Йен прошёл к входной двери. Эйден пошёл следом за ним. – Хочешь, я тебя подвезу? Да, блядь, Йен! – Нет, – ответил тот, открывая дверь. – Нет, я поймаю такси. Его отправили в Лейкшор, так что я быстро доберусь. Я… я позвоню тебе. – Йен, – обратился к нему Эйден, пока он не успел уйти. – Почему ты выглядишь так, словно тебе сказали, что сейчас наступит конец света? Йен сглотнул и пару раз моргнул влажными глазами. Он уже хотел всё ему рассказать; покончить со всем раз и навсегда, но решил пока этого не делать. Он просто должен сейчас добраться до больницы. Добраться до Микки. – Поговорим позже, ладно? Эйден только и мог, что молча смотреть на закрывшуюся дверь.

***

Как только такси притормозило у больницы, Йен всунул водителю несколько мятых купюр и залетел в здание, устремившись прямо на третий этаж. Он притормозил у регистратуры, чтобы спросить, куда ему идти, но Мэнди быстро оттащила его в сторону. Йен с болью в сердце смотрел на побелевшее лицо девушки и на её красные глаза. – Чёрт, Мэнди. – Прости, что позвонила тебе, – сказала девушка дрожащим голосом. – Больше никого нет. Я не знала, кому звонить и решила, что ты должен знать… – Эй, – прервал её Йен, положив руки ей на плечи, – я рад, что ты мне позвонила. Мэнди кивнула и стёрла со щеки слезу. – Я не хотела, чтобы у тебя были проблемы с твоим парнем. Йен сморщился, показывая, что это последнее, что его сейчас волнует. – Как… как он? Он в порядке? – глухо спросил Йен, пока Мэнди вела его в комнату ожидания. – Не очень хорошо, – ответила она. – Несколько сломанных рёбер, рука, лицо сильно разбито… но врачи говорят, что опасаться нечего. Серьёзных травм нет. Я просто… – Эй, – Йен притянул девушку к себе и позволил ей разрыдаться, уткнувшись носом ему в грудь, – всё хорошо. Йен пытался успокоить Мэнди, а сам чувствовал, как по его щекам бегут слёзы. – Он сильный. Он со всем справится. – Он всегда так боялся, что с ним произойдёт нечто подобное, – сказала Мэнди, разрывая утешительные объятия. – Когда он был моложе – до того, как признался в том, что он гей – Микки боялся того, кем он был. Со временем всё прошло, он больше себя не ненавидел. Блядь, за что с ним вообще такое сделали! – Я не знаю, – прорычал Йен. От одной мысли о тех ублюдках его затопила неистовая ярость. – Да и кто, блядь, вообще знает, что их заставляет так поступать. – Микки любит тебя. Я это точно знаю. Он бы хотел, чтобы ты был здесь, – сказала Мэнди после продолжительной паузы. Йен кивнул и потёр шею, его сейчас переполняло такое множество эмоций. – Могу я его увидеть?

***

Йен остановился у двери палаты и заглянул в небольшое прямоугольное окошко. Он вдохнул и толкнул дверь, мысленно готовясь к худшему. – Привет, – нерешительно поздоровался Йен, прикрывая за собой дверь. Вид Микки, лежащего на больничной койке – всего такого побитого, в синяках и с кровоподтёками – произвёл на него сильное впечатление и не в хорошем смысле этого слова. Ради самого же Микки он изо всех сил сдерживался, чтобы снова не начать плакать. – Чёрт, Микки. – Что ты здесь делаешь? – спросил парень, отводя взгляд в сторону; ему было стыдно, что его могут увидеть в таком состоянии. – Мэнди мне позвонила, рассказала, что случилось, – глухо сказал Йен. Долго не думая, он схватил Микки за руку, переплетая их пальцы, и тут же прикусил нижнюю губу, когда она начала дрожать. Он принялся рассматривать его перебинтованную голову, синяки под глазами, разбитую губу. – Блядь, Микки, посмотри на себя… – Я в норме, – тихо отозвался Микки, легонько сжимая ладонь Йена в ответ. – Правда. Просто пара синяков и царапин. Бывало и хуже. – Как раз после того, как я ушёл, кто-то подошёл к бару и рассказал, что случилось, а я не придал этому никакого значения, – сказал Йен надломленным голосом. – Я продолжил работать, как ни в чём, блядь, не бывало. Если бы я знал, что это ты… – Ты никак не смог бы это предотвратить. – А вот и нет! – воскликнул Йен. – Если бы мы не поссорились, ты бы не ушёл из клуба. Ты остался бы в баре со мной! – Йен, это не твоя вина, слышишь? Я врал тебе. У тебя были все причины для этой ссоры. Йен посмотрел на него и тут, не в силах больше сдерживаться, снова позволил слезам покатиться из глаз. – Мне плевать, что ты не грёбаный свадебный организатор, Мик. Мне просто важен ты сам. – Я рад, что ты здесь, – Микки ещё раз сжал руку парня. Йен склонился к нему и осторожно коснулся его лба губами. – Я здесь… и никуда уходить не собираюсь, – прошептал он практически в губы Микки. – Я брошу его сегодня. Я хочу быть с тобой, Микки. И мне плевать на всё остальное. Только ты, слышишь? Микки запустил пальцы Йену в волосы, удерживая его на месте. – Только я, да? – прохрипел Микки. – Ты теперь от меня не избавишься, так что лучше бы твоя задница была готова, – Йен широко улыбнулся и нежно чмокнул парня в губы. – Когда дело касается тебя, моя задница всегда готова, – Микки рассмеялся, но тут же охнул и скривился от боли. Йен перестал улыбаться и с каким-то отчаяньем втянул Микки в новый поцелуй. Ни один из них не заметил, как за ними в дверное окошко наблюдал Эйден.

***

Позже тем же вечером – после того, как Йен и Мэнди ушли, пообещав вернуться утром – Микки смотрел телевизор и лопал своё лимонное желе. Тут он увидел, как к нему в палату входит Эйден. Микки медленно опустил ложку и с участившимся пульсом смотрел, как мужчина прикрывает за собой дверь. – Какого хуя ты тут делаешь? Эйден прошёл ещё немного вперёд и, засунув руки в карманы, взглянул на экран телевизора. Микки с опаской наблюдал за ним, сердце его стучало так часто и так сильно, что было почти больно. Неужели Йен уже во всём признался? И теперь Эйден пришёл надрать ему задницу? Эйден ещё несколько секунд смотрел на экран, а потом перевёл взгляд на Микки. – Йен не знает, что я здесь, – сказал, наконец, он. – Ладно, – протянул Микки. – Ещё раз… Какого хуя ты тут делаешь? Молчал мужчина довольно долго. – Я знаю Йена лучше, чем кто-либо, – начал он. – Я знаю всё о его ебанутом семействе. Ты знал, что его сестра, Фиона, чуть не убила его младшего брата, оставив на столе кокаин, который тот потом вдохнул? Ты знал, что его мать пыталась покончить с собой, аккурат на День благодарения, на кухонном полу? Вскрыла себе вены на обеих руках. Йен всё это видел и это заметно на нём отразилось. Микки молча отвёл взгляд. – Ты знал, что когда ему было пятнадцать, он трахал своего тридцатипятилетнего босса? Или что когда он был уже практически на самом дне, он позволил трём парням одновременно трахнуть себя, просто чтобы заработать на наркоту? – продолжил он. От одной мысли о том, через что пришлось пройти Йену, Микки сделалось дурно. – Я знаю его. Я был с ним в худшие моменты его жизни, когда все другие его бросили. Я заботился о нём, я спас его, – сказал Эйден жёстко. – Ты, в самом деле, полагаешь, что я отпущу его без боя? Микки, наконец, осмелился посмотреть мужчине в глаза. – Решение принимать ему. – Он сейчас в замешательстве, – ответил Эйден. – Где-то глубоко в душе он знает, где его место. – Ты не видишь его, – заметил Микки ровным голосом, но пальцы его сжались в кулаки. – Ты не любишь его. Ты не даёшь ему смеяться, не даёшь ему жить. Ты тянешь его, блядь, на дно. – Я забочусь о нём! – возразил Эйден. – Уже два грёбаных года забочусь! Может я и собственник, может я и не одобряю многое из того дерьма, что он делает, но я всё для него делаю. Я стараюсь защищать его от всего плохого, что может с ним случиться. – Он не любит тебя, – резонно заявил Микки после небольшой паузы. Эйден невесело хохотнул и прошагал через всю палату к окну. – А ты думаешь, что он тебя любит? – он развернулся и посмотрел на Микки. – Ты, в самом деле, думаешь, что сможешь о нём позаботиться? Думаешь, ты хорош для него, простой свадебный организатор из захолустного района Южного Чикаго? Скажи мне, сколько у тебя есть денег на банковском счету? – Ему всё равно, сколько у меня, блядь, денег, – огрызнулся Микки. Слова Эйдена задели его за живое. Мужчина снова с горечью усмехнулся. – Ему всё равно, сколько у тебя денег? Ты совсем слепой? Ты видел его одежду, Ролекс у него на руке? Ты хоть представляешь, сколько стоят его лекарства? А именно я покупаю ему все необходимые медикаменты. Это я оплачиваю больничные счета после его срывов. Это я о нём забочусь! Ты сможешь делать всё это для него? Сможешь выкладывать тысячи долларов ежемесячно на всё это? Сможешь о нём позаботиться? Микки отвёл глаза в сторону, чувствуя, как они начинают пощипывать от подступающих слёз. Он и так всё это знал: что он недостаточно хорош для Йена, что никогда не сможет дать ему всё, что тот захочет, чего он заслуживает. Озвученные Эйденом мысли были ему как удар под дых. – Я хочу, чтобы ты держался от него подальше, – продолжил мужчина. – Уйди от него. Ему место со мной, с тем, кто любит его и будет его беречь. Ваша бессмысленная интрижка окончена. Хватит. – Я не могу этого сделать, – ответил Микки, глядя на свои руки. – Я не могу от него уйти. – Ещё как можешь, – ядовито выплюнул Эйден. – Йен просто запутался. Ты дразнишь его идеей о такой себе весёлой беззаботной жизни, которой он не сможет жить со своей болезнью. Ему нужна стабильность, опора. Ему не нужно всё это твоё дерьмо. – Это какое же? – вспыхнул Микки. – Ему не нужен тот, кто по-настоящему его любит? Тот, кому нравится смотреть, как он смеётся? Тот, для кого он всегда на первом месте? Мне насрать, что ты там хочешь, я его не брошу. Пусть решает он! Эйден холодно глянул в ответ. – Ну, правда, что ты можешь ему предложить? Допустим, он решит и выберет тебя. Как думаешь, долго ли он пробудет с тобой, когда спадут розовые очки? Когда секс будет уже не так хорош? Мы тоже поначалу оторваться друг от друга не могли. И смотри, чем всё кончилось. Микки сглотнул и хотел уже потянуться к кнопке вызова медсестры. – Я знаю, что ты никакой не свадебный организатор. Микки вскинулся, гадая, не Йен ли ему всё рассказал. – Я многое о тебе знаю, Михайло. Знаю, что это твоя сестра свадебный организатор и что этот бизнес – дело всей её жизни. Будет так жалко, если кто-то всё это разрушит. – Ты, блядь, не посмеешь, – выплюнул Микки. – Понадобится всего лишь некоторая сумма денег и несколько негативных отзывов. Я разрушу её бизнес ещё до того, как она поймёт, что произошло. Микки тяжело дышал и смотрел на мужчину перед собой взглядом, полным чистой ненависти. – Уходи от Йена, и я оставлю твою сестру в покое. Я даже подброшу тебе немного наличности для оплаты больничных счетов, так как знаю, что твоя работа в той дерьмовой забегаловке не предполагает наличия медицинской страховки, – Эйден говорил всё это с явным самодовольством, уверенный в своей окончательной победе. – Хотя погоди, у меня есть идея получше: я даю тебе двадцать пять тысяч – прямо сейчас – и не трогаю твою сестру и её маленький бизнес, а ты уходишь от него. Раз и навсегда. Микки отвёл глаза и просто уставился в никуда. – Ты и сам знаешь, что так будет лучше для всех, – продолжил Эйден. Тон его голоса был по-прежнему угрожающим. – Поступи правильно. Позволь ему быть с тем, кто сможет о нём позаботиться. Микки сглотнул и опустил голову на подушку, чувствуя, как в уголках глаз начинает собираться влага. Эйден подошёл к небольшому столику у кровати и достал из своего кармана чековую книжку. Он быстро что-то черкнул и положил чек на одеяло в районе ног Микки. – Мы поняли друг друга? – Вали нахуй уже, – прошипел Микки. – Мне оставить чек? – Оставь свой ебучий чек и проваливай, господи! – выкрикнул Микки, глядя, как мужчина идёт к двери. Как только он остался один в палате, Микки откинулся на подушку и ударил кулаком по кровати сбоку от себя. – Блядь! – выкрикнул он, когда горячие горькие слёзы потекли по его щекам. Он взял в руки чек и смял его, собираясь уже порвать бумажку, но потом остановил себя. Глубоко в душе он знал, что Эйден был прав. Он не тот, кто нужен Йену. И никогда не будет достаточно хорош для него. Он не сможет обеспечивать его всем тем, что даёт ему Эйден, и уж точно не сможет покупать все необходимые парню лекарства. В конце концов, он решил поступить так, как считал, будет лучше для Йена… даже если ему самому это принесёт невыносимую боль.