О пользе откровенных бесед

Иногда ночь дарила ей сны о том, как все сложилось бы, если бы Рой хоть иногда видел в ней не старшего лейтенанта, на фронте и в тылу прикрывающего ему спину, а любимую женщину. Утром одной рукой он легонько притягивал ее к себе, а она прижималась лбом к его плечу, а потом, поняв, что проснулась, терлась щекой о его предплечье и открывала глаза. Рой уже не спал. Он лежал рядом и смотрел на нее с таким теплом и нежностью, что хотелось быть к нему как можно ближе, и Риза ткнулась губами ему в шею и прошептала: — Доброе утро… — Привет, — улыбнулся он, пропуская сквозь пальцы ее шелковистые волосы. Риза снова закрыла глаза, наслаждаясь сном… пока в душе не начали появляться смутные сомнения. Она застыла, испуганно уставилась на Мустанга, любовавшегося ее реакцией с улыбкой чеширского кота, и тут же отпрянула. — Ну, знаешь… — буркнула Риза, приподнимаясь на локте и отползая на край кровати. — А что случилось? – притворно удивился полковник. – Проснулись, поздоровались. — Мог бы предупредить. — О чем? — О том, что это не сон! – рыкнула до глубины души возмущенная Риза. — Так вот какие сны тебе снятся? – живо заинтересовался Рой, перекатываясь на бок, поближе к ней. – А что происходит дальше? — Слушай, для удовлетворения физиологических потребностей в твоем распоряжении все девочки мадам Кристмас. Да и в Штабе много кто не откажется, — отрезала Риза, натягивая одеяло повыше. Мустанг пристально уставился на нее вдруг посерьезневшими глазами. — Думаешь, мне нужно только это? — А что еще? Любовь? Большая и чистая? – Риза почувствовала, что слова прозвучали зло и резко, и поспешила исправиться. — Ну, подожди, время у тебя еще есть. Может, встретишь женщину, которую по-настоящему полюбишь. — Риза, ты правда хотела, чтобы я ревновал? – Мустанг не сводил с нее глаз, и это Ризу страшно нервировало. — Хотела. И что? А кто бы не захотел? – решив, что дружба сносит все преграды, поможет справиться и с этой бедой, старший лейтенант полезла на амбразуру. – Рой, от тебя без ума половина женщин в Штабе. Не говори, что я открываю тебе глаза на мир. Мустанг пожал плечами и продолжил сверлить взглядом старшего лейтенанта. Молчать в подобной ситуации было совсем некомфортно, и Риза, немного потерзавшись, решила довести выяснение отношений до конца. — В общем, я бы от тебя тоже не отказалась. Но я – женщина разумная и прекрасно понимаю, что наши с тобой отношения за рамки дружбы никогда не выйдут. Так что, не переживай. Будем работать дальше. — А если выйдут? – не унялся Мустанг и осторожно потянулся к ней одной рукой. Риза суетливо завозилась в складках одеяла, стараясь отползти подальше от алхимика, и зависла на краю кровати. — Я не хочу стать девочкой на одну ночь. Ты со мной переспишь и забудешь. А мне всю жизнь терзаться. — Хорошенького ты обо мне мнения! — вдруг искренне возмутился Рой. – А что, ты думаешь, я должен сделать, чтобы ситуация изменилась? Сразу предложить тебе руку, сердце и обручальное кольцо? — Ну, нет, — смутилась Риза, растерявшись от странного поворота разговора. – Это глупо как-то. — Логично, — одобрил Мустанг и косо пожал свободным плечом. – Тогда что дальше делать будем? — Да что делать-то? – взорвалась окончательно запутавшаяся Риза. – Объясни мне простыми, понятными словами, чего ты от меня хочешь! — Сейчас скажу банальность, но молчать не могу, — вздохнул Рой. – Меня сегодня могут отправить в тюрьму. И я остаток дней буду сожалеть, что проворонил полжизни и ни разу не занимался любовью с женщиной, которая давно стала для меня дороже всех на свете. — Это с кем? – машинально удивилась Риза и замерла, завязнув, как муха в паутине, во внимательном взгляде Мустанга. – Подожди… Только не говори, что ты обо мне. — Я о тебе, — обреченно отрезал Рой, словно ставя окончательный диагноз. Риза села на кровати, по привычке плотно прижимая к груди одеяло. — Ты хочешь… прямо сейчас?.. — Я хочу тебя давно и всегда, — невозмутимо сообщил Мустанг. – Только мне казалось, что тебе нет дела до моих желаний. — Да я… — Риза уставилась на полковника расширившимся то ли от волнения, то ли от испуга глазами, и тихо прошептала: — А если у нас ничего не получится? — В смысле? – не понял Мустанг. — Ну, если окажется, что мы не друг для друга. Что у нас вот здесь, — Риза для убедительности постучала ладонью по простыне, — просто ничего не складывается? Рой выразительно нахмурил лоб, изобразил работу мысли и, выдержав паузу, объявил: — Попытаемся. Не получится - останемся лучшими друзьями. В конце концов, должен у нашей идеальной дружбы быть хоть один недостаток – несовместимость в сексе, например. Но мне почему-то кажется, что если ты и я захотим, все у нас будет хорошо… Риза сморгнула наворачивающиеся на глаза слезы и героически кивнула головой. — Давай попробуем… — шепнула она, и Рой осторожно притянул ее к себе. Риза медленно откинула одеяло и сползла пониже по подушке. Рой навис над ней, еще раз тревожно-вопросительно посмотрел в глаза, но она уже решилась. Ободряюще кивнув Мустангу, Риза медленно начала расстегивать пуговицы на рубашке и замерла, когда ее пальцы перехватила его уверенная рука. — Подожди. Не торопись. Разреши, я сам... Он прищурился, приглядываясь к ней, наклонился, и его губы коснулись ее губ. Сначала легко, дразняще, затем все увереннее, настойчивее. Потом по ее губам скользнул язык, требуя входа, и она послушно открылась ему, повторяя его движения, вдыхая его запах, запустив пальцы в густые черные волосы. Когда дышать стало нечем, Рой оторвался от нее, и робко, кончиками пальцев, она коснулась его лица, провела по скулам, погладила подбородок и снова кивнула. Мустанг опустил голову, распахнул ворот и начал целовать ее шею. Риза запрокинула голову и охнула. Умелый язык лизнул ключицы, зубы игриво прихватили кожу, и Риза рванула пуговицы, торопясь подставить под его ласки все свое тело, но, к своему удивлению, поняла, что рубашка давно расстегнута. Рой понимающе улыбнулся, его широкая рука легла ей на грудь, пальцы уверенно погладили, поиграли с разом затвердевшим соском, и Риза изогнула спину, сильнее упираясь в его ладонь. Ее тело начало наполняться чем-то пылающим, и центр этого то ли наслаждения, то ли пытки постепенно опускался вниз, вслед за губами Мустанга. Он ласкал ее тело жадно, неудержимо, требовательно, и она отзывалась каждому его движению. Рой начал задыхаться — его окружал запах Ризы: аромат ее влажной кожи, горячего дыхания и растущего возбуждения женщины, о которой он мечтал столько лет. Его пальцы скользнули по ее ногам, погладили колени, и Риза послушно распахнулась ему навстречу. Она притянула его к себе, и этого хватило, чтобы отринуть последние сомнения. Сил продолжать прелюдию больше не было, остатки самоконтроля приказали долго жить. Рой накинулся на нее, целуя, облизывая, покусывая кожу, Риза стонала уже непрерывно и все шире разводила ноги, подталкивая его туда, где исходил жаром центр этой пытки. Наконец, его пальцы скользнули между ее ног, и Риза до крови прикусила губу, чтобы не заорать во весь голос, когда мужские руки начали ласкать чувствительную плоть, поддразнивая то нежной, то грубоватой лаской. — Хочешь большего? — шепнул Рой. Говорить она уже не могла. Риза только неистово закивала головой, и Рой накрыл ее своим телом, вдавил в постель и замер на миг, смакуя ее теплоту, а потом медленно, дюйм за дюймом, начал толкаться в нее. — Прости, малыш, я не маленький, — шепнул он, всхлипывая между усилиями, и Риза выгнулась, помогая ему войти. — Тебе не больно? — простонал он, в очередной раз замирая. — Не больно, нет. Только не останавливайся! Мустанг толкнулся сильнее и полностью вдвинулся в нее. Риза запрокинула голову и то ли вскрикнула, то ли застонала, не понимая, приближается она к блаженству, или вот-вот умрет от сжигавшего ее изнутри жара. Рой приподнялся, почти полностью выйдя из нее, и в ответ на протестующий стон резким выпадом снова вошел в нее. Риза охнула и впилась ему в плечи, уже плохо понимая, на каком свете находится. Мустанг стонал, толкаясь в нее все сильнее. Остановиться он бы, наверное, не смог, даже если бы захотел. Она нужна была ему целиком, полностью, вся, и она полностью отдавалась ему. В запале страсти он бился в нее, позабыв про всякую нежность, но она уже ощущала его частью себя и изгибалась ему навстречу, заранее страшась момента, когда это счастье закончится. Он толкался в нее бедрами все резче, погружаясь все глубже, сильнее и быстрее. Еще один удар, и Ризу затрясло. Она прокричала его имя и застыла, глядя на алхимика широко распахнутыми глазами, в которых читались изумление и восторг, и лишь тогда Рой позволил себе ударить в последний раз, до самого конца, впившись губами в ее губы... и выплеснуться. Потом они долго лежали рядом, пытаясь выровнять дыхание. — Так не бывает, — убежденно прошептала Риза, прижавшись лбом к плечу Роя. — Знаешь, малыш, мы с тобой бездарно потратили все эти годы, — согласился Мустанг, приподнимая голову и заглядывая Ризе в глаза. – Что ты там говорила, что у нас не получится? — Лучше не вспоминай. Мне стыдно, — Риза спрятала лицо на груди Роя, рассыпав по его плечам мягкие, теплые волосы. Алхимик обнял ее, ткнулся носом в золотистую макушку и закрыл глаза. Во входную дверь заколотили. Рой вскинулся, растерянно посмотрел на Ризу и, огласив комнату стоном, извлек откуда-то из-под кровати трусы. — Какого же идиота сюда принесло? – мрачно прошипел он, одной рукой хватая брюки, а другой открывая ящик тумбочки, где лежали перчатки из пиродекса. — Сейчас выясним, — мрачно ответила старший лейтенант, с не меньшей скоростью застегивая рубашку и на ощупь разыскивая в сложенной у кровати форме кобуру с пистолетом. — Ты куда? – рыкнул Мустанг, оглядывая полуобнаженную боевую подругу. – А ну обратно в постель. — Тот факт, что мы переспали, не означает, что я теперь не могу тебя защищать, — отрезала Риза, ныряя в коридор. — Тот факт, что мы переспали, не означает, что ты теперь будешь лезть поперед меня в пекло, — объявил Мустанг, хватая Ризу за ворот рубашки и оттаскивая назад. – А ну быстро мне за спину. Диспозиция не изменилась. Риза нахмурила брови, но послушно кивнула. Мустанг приблизился ко входу, коротко переглянулся со старшим лейтенантом и резко открыл дверь. — Ну, вас только за смертью посылать, полковник, — объявили с порога, и в квартиру ворвался красный вихрь. — Ой! – пискнула Риза, увидев в шаге от себя Цельнометаллического, и одной рукой торопливо одернула рубашку. Во второй руке мешался пистолет. — Нифига, — охнул юный алхимик и, не сдержавшись, громко присвистнул. — Не свисти, денег не будет, — машинально посоветовал Рой, по-собственнически вклиниваясь между гостем и своей – уже – женщиной. – И вообще, тебя кто учил заявляться без спроса? Марш на кухню! — Ага, — протянул Эд, выворачивая шею на Ризу. Старший лейтенант метнулась в спальню. — А что случилось, братик? – полюбопытствовал задержавшийся на пороге Ал. — Да тут такое творится… — протянул Эд, насмешливо глядя на старшего товарища. Рой глухо зарычал и ткнул указательным пальцем в сторону кухни: — Марш туда! И сидеть! Сейчас приду. — Ну, кто же знал, — шипела в спальне Риза, торопливо натягивая форму. — Пусть гаденыш только протреплется, до конца дней будет снег убирать вокруг северной заставы, — клялся Рой, застегивая мундир. — Гаденыш все слышит! – донеслось с кухни. – Здесь очень тонкие стены. Удивительно, как в такой квартире вы смогли кого-то изнасиловать. Соседи должны были вызвать полицию в первую же минуту… Рой и Риза переглянулись и одновременно покраснели. — Врет, — убежденно заявил полковник по здравому размышлению. – Соседям ничего не слышно. — А, кстати, жаль, — вспомнив о делах, вставила свои пять монет в разговор Риза и защелкнула на затылке заколку. – Это было бы дополнительным аргументом в твою защиту. — Сказать откровенно, черт с ней, с защитой. Хочу надеяться, что это была не последняя ночь, и пусть никакие соседи нам не мешают, — тихо ответил Рой, притягивая к себе засмущавшуюся помощницу. — Не последняя, — шепнула она ему в губы, и Рой затянул поцелуй по максимуму, не желая расставаться с любимой женщиной. — А чем это вы там занимаетесь? – громогласно заскучал Цельнометаллический. — Убью нахала, — уже спокойно пообещал Рой и, обняв Ризу за талию, повел ее на кухню. Ал стоял у окна практически по стойке смирно. Юный алхимик развалился на стуле и встретил начальство ехидной усмешкой. — Сейчас я напою свою женщину кофе и поговорю с тобой по-мужски, — объявил полковник, снимая с полки чашки. — Ну, вы готовьте, — милостиво разрешил старший Элрик, — а я пока расскажу вашей женщине, как провел ночь в машине генерала Эштона. Чашки с грохотом рухнули на пол, Рой проводил их взглядом и обернулся к алхимику.