О пользе откровенных бесед

— Бросьте пистолет, генерал, — мягко попросил Мустанг, опасливо оценивая шансы на успех и еще надеясь, что не придется привычно щелкать пальцами и наблюдать потом, как в доли секунды здоровый, дышащий человек вдруг превращается в живой факел. — Опустите руку, полковник, — не менее снисходительно посоветовал Эштон, поглаживая рукоять пистолета. – Я быстрее успею поднять оружие и нажать на спусковой крючок. Эд высунул голову за край платформы, изучил открывшуюся ему картинку и в два счета совершил преобразование. Комната сотряслась, внизу что-то ощутимо сдвинулось. В ответ сначала послышались крики, потом вновь началась пальба, и Эд благоразумно вжался в пол. — Хотите, чтобы я приказал своим людям не стрелять? – любезно предложил генерал. — Опустите руку. — Чтобы вы потом убили всех разом? – собирая остатки выдержки, чтобы не сорваться, поинтересовался Мустанг. – Не смешно, генерал. Комната снова дрогнула. Судя по тому, что Эд по-прежнему лежал у края, периодически пытаясь приподнять голову и не попасть под выстрелы, преобразование совершил оставшийся внизу лейтенант, отвечая на действия Цельнометаллического алхимика. Эд выругался себе под нос, повторив что-то из словарной сокровищницы полковника, которой тот щедро делился в воздуховоде, и упрямо пополз к краю. — Неужели вы вот так спокойно запустите человеку пламя в лицо, а, полковник? – с наигранным недоверием поинтересовался Эштон. — Вспомните Ишвар. Вам хорошо спится ночами? — Я очень постараюсь разойтись с вами мирно, — пообещал Мустанг, стараясь убить в памяти толстую пачку фотографий, раскопанных Эштоном в архивах, — но если вы меня вынудите, не рассчитывайте, что совесть не позволит мне сжечь вас в пепел, генерал, — Огненный алхимик нахмурился и чуть сместился в сторону, стараясь держать в поле зрения Цельнометаллического. Ситуация с Эштоном заходила в тупик, мысли о Ризе мешали думать связно, а как остановить мальчишку в случае, если его действия станут откровенно рискованными, Мустанг вообще понятия не имел. — Да, трудновато с вами, — вздохнул Эштон. – Знаете, полковник, вы как кость в горле кое-кому из сильных мира сего. Лучше бы вам давно смириться с поражением – не пришлось бы рисковать жизнями дорогих вам людей. Ну, да ладно. Повторяю в последний раз – опустите руку и немедленно! Эд коротко зыркнул за край, хлопнул ладошками и снова преобразовал что-то внизу. Ответ лейтенанта пришел с обычным запозданием – похоже, в отличие от старшего Элрика, заглянувшего за створки вечных врат, Тедди преобразовывать человека никогда не пытался и вынужден был терять время на классическое начертание на полу преобразовательного круга. — Вижу, по-хорошему вы не понимаете, — вздохнул Эштон и, демонстративно набрав полную грудь воздуха, вдруг прокричал: — Пристрелите девку! Мустанг даже представить не мог, что именно увидел Эд после команды Эштона, но Цельнометаллический вдруг охнул, быстро совершил очередное преобразование и, кинув на полковника не по-детски серьезный взгляд, внезапно ссыпался вниз, за край платформы. Мустанг похолодел и сжал пальцы. Судя по сузившимся в ту же секунду зрачкам генерала, тот тоже понял, что противостояние подошло к концу, и решительно поднял пистолет. Щелчок и выстрел прозвучали практически одновременно. Мустанга что-то толкнуло в плечо, он машинально развернулся, но тут же выправился, чтобы увидеть на месте генерала живой, пылающий факел, который с криками заметался по краю платформы. Огненный алхимик, не сводя глаз с дела рук своих, едва не застонал, но заставил себя снова щелкнуть пальцами. Пламя взвыло, и то, что осталось от Эштона, рухнуло на бетонный пол, рассыпаясь клочьями пепла. Мустанг бросился к краю платформы и уставился вниз. Детишки, отчаявшись понять, что происходит, и не имея пути к спасению, скучковались в дальнем конце зала. Вернее, того, что осталось от зала, потому что дуэль алхимиков превратила помещение в горы криво посаженных друг на друга бетонных блоков, которые возвышались над полом, торчали из стен, кривили потолок. Там, где раньше проходила граница круга, невзирая на мешающие наручники, пыталась приподняться с пола очнувшаяся Риза. Сжавшийся рядом Цельнометаллический что-то быстро объяснял ей, периодически поднимая голову над окружившей их свежесозданной невысокой стеной. Тедди что-то лихорадочно рисовал карандашом на полу, видимо готовясь к очередному преобразованию. Двое оставшихся военных с винтовками поглядывали наверх и разом вскинули оружие, едва заметив полковника. Мустанг уже не медлил. Он швырнул в сторону солдат широкий веер пламени, и те, сообразив, что расстановка сил изменилась, живо выскочили из зала. Второй язык пламени сорвался в сторону увлеченного созданием очередного преобразовательного круга лейтенанта. Алхимик, живо отскочив от незаконченного рисунка, кинул взгляд наверх, и, видимо, не обнаружив поддержки начальника, так же поспешил метнуться в сторону дверей и ретироваться. Мустанг спрыгнул вниз. — Эд, убери стенку, — приказал он, и Цельнометаллический легко сравнял с полом закрывавшую его и Ризу бетонную преграду. Полковник бросился к девушке. Растерянный взгляд старшего лейтенанта сразу изменился, едва она увидела подбегавшего к ней Мустанга. Плечо, похоже, не давало ей подняться, но, едва завидев рядом Роя, она снова попыталась оттолкнуться от пола, застонав и сморщившись от боли. — Не двигайся, малыш, — шепнул Мустанг, торопливо поддержав подругу за плечи и щелкнув пальцами где-то рядом с наручниками. На секунду кисти Ризы обдала волна жара, а потом металлические браслеты распались. — Я боялась, что ты сдался, — прошептала она, заглядывая в любимые черные глаза. — Что с рукой? – забеспокоился Рой, осторожно подхватывая девушку, помогая приподняться и прижимая ее к груди. Он разрывался между желанием покрепче обнять подругу и страхом причинить ей боль. Риза ткнулась подбородком в плечо Мустангу, с облегчением погрузившись в тепло и защищенность родного человека. Полностью расслабиться и забыться ей мешала лишь годами выработанная привычка зорко отслеживать все, что происходило за спиной полковника. Пальцы левой руки скользнули по предплечью, коснулись чего-то мокрого, и Риза охнула: — Рой! Это кровь! — Чуть зацепило... — шепнул он, не в силах оторваться от женщины, которую любил больше жизни и едва не потерял. – Главное, что ты цела... — Да ты совсем... – разом ожила Риза, возмущенно отстраняясь от Мустанга и торопливо осматриваясь в поисках чего-нибудь, что можно было использовать в качестве перевязочного материала. – Совсем с ума сошел! Ты сейчас кровью истечешь! — Прижгу... – устало шепнул Мустанг, утыкаясь лбом в грудь Ризы, и девушка зарылась губами в густые черные волосы. — Так зачем они сюда эту мелочь понабирали? – прервал идиллию взрослых Цельнометаллический, осматривая испуганно жавшихся друг к другу детишек. — Хотели сделать из них философский камень, — тихо сказала Риза. Полковник мигом отстранился и, похолодев, уставился в глаза подруге. — Это и есть тот самый эксперимент, который проводил Эштон? – не желая верить в услышанное, ужаснулся он. Риза кивнула и снова прижалась щекой к шинели Мустанга. — Надо убираться отсюда, — вздохнул он, поднимаясь и помогая подняться Ризе. – Идти можешь? Старший лейтенант кивнула. Цельнометаллический тем временем решил взять инициативу на себя и, засунув руки в карманы, промаршировал к детишкам. — Эй, алхимики малолетние, слушаем сюда, — начал он, — случилась накладочка, нам надо отсюда сматываться. Все быстренько собираемся в кучку и идем за мной. Идти все могут? Детишки, растерянно осматриваясь, начали неуверенно обступать Эда. Старший Элрик хмуро осмотрел ребятню, тяжело вздохнул и протянул настоящую, живую руку открытой ладонью к ближайшей девочке. — Привет. Цепляйся, — предложил он. Малышка осторожно взяла его за пальцы и шагнула поближе. — А нас все-таки будут учить алхимии? – тихо спросила она. Эд присел на корточки и заглянул девочке в лицо: — А ты хочешь стать алхимиком? Та кивнула со всей серьезностью: — Мне очень нужно. — Зачем? Карие глаза на секунду затуманились, девочка несколько секунд размышляла, а потом, обняв Эда за шею, едва слышно прошептала ему на ухо: — У меня умерла мама… А алхимия ведь все может... Так говорил тот генерал... Эд отпрянул и в тихом ужасе уставился на малышку, но, быстро сообразив, что испугал ее своей реакцией, понимающе кивнул и положил ладони на плечи девочке: — Тебя как зовут? — Эйя. — Меня — Эд. Понимаешь, в этом мире все не так просто. Даже для алхимии. Хотя кое-что алхимия все-таки может... Эд хлопнул в ладоши, коснулся пола, и из бетона мигом выросла маленькая лошадка, гордо изогнувшая шею и поджавшая переднюю ногу, готовясь к прыжку. Эйя восхищенно охнула и подхватила игрушку. — Он даже не рисовал преобразовательный круг... – пронесся по толпе детишек потрясенный шепоток. — Все, ребята, маршируем за мной! – решительно приказал Цельнометаллический на волне произведенного им эффекта. Мустанг усмехнулся, по достоинству оценив организаторские способности младшего коллеги, понадежнее обхватил Ризу за плечи и сделал шаг к двери: — Может, разрешишь мне пойти первым? – ненавязчиво поинтересовался Огненный алхимик, вдруг решив, что совершенно не желает покушаться на авторитет Цельнометаллического в глазах спасенной мелкотни. — Если возникнут проблемы, мне будет проще зачистить коридор. Эд обдумал предложение под уважительными взглядами детишек и соизволил дать полковнику разрешение. Риза, полюбовавшись на двух лучших алхимиков Аместриса, быстро чмокнула Мустанга в щеку и деликатно спрятала улыбку.