О пользе откровенных бесед

— Плоховато у вас, полковник, с физической подготовкой, — гнусно посетовал утомленный медленным передвижением по вентиляционной трубе старший Элрик. Рой Мустанг, с трудом вкручиваясь широкими плечами в крутые повороты узкой бетонной конструкции, не смог даже обернуться, чтобы подпалить нахалу челку. — Видишь ли, здесь только такая мелкота, как… — начал злобно рыкать в ответ полковник, но вовремя прикусил язык, сообразив, что воздуховод может элементарно не выдержать истерического припадка Цельнометаллического алхимика. – Короче, труба узкая, лезть тяжело, — заключил Мустанг и пополз дальше. Юный алхимик двинулся следом, не особо стесненный в движениях в силу своего бесспорно не внушительного размера. — Может, нам тогда время не терять и где-нибудь из нее уже вывалиться? – снова заскучал старший Элрик минут через пять, когда Мустанг застрял в очередном повороте. — Хочешь рухнуть прямо на головы солдат прямо в центре казармы? – подпустив в голос яда, осведомился полковник. – Вылезем рядом с ангарами. Если здесь и построили лаборатории, то, скорее всего, где-то в той части базы. Планировка в армии всегда стандартная. Борясь с желанием преобразовать трубу во что-нибудь более удобное для передвижения, Эд пополз дальше. Полковник откровенно пыхтел и, уже не сдерживаясь, матерился себе под нос так, что даже выросший в простом деревенском окружении юный алхимик узнавал не все слова. Еще пару раз пришлось неестественно изогнуться в поворотах, и, наконец, Мустанг уткнулся лбом в сразу заинтересовавшую его решетку. — Кажется, сюда, — прошептал он, под всеми углами оглядывая проходящий внизу коридор. – Справа должен быть вход в ангары, слева центральная лестница. — Ну, наконец-то, — обрадовался Эд, напирая сверху и пытаясь заглянуть за плечи полковника, занимавшие весь объем воздуховода. — Никого, — убедился Мустанг и вжался в стенку, давая пространство Цельнометаллическому. – Убирай решетку… Эд, пихая полковника локтями, кое-как сложил ладони и коснулся железной сетки, разом обеспечив обоим алхимикам вожделенное жизненное пространство. Оба, словно в приступе клаустрофобии, рванули вперед и кулями вывалились на пол коридора. Полковник живо поднялся, попутно вытаскивая из кармана и натягивая на руки белые перчатки из пиродекса. Эд отряхнул от пыли челку и плащ и осмотрелся: — Направо? К ангарам? — Точно. Идешь за мной, вперед не вылезаешь, — приказал полковник и короткой перебежкой метнулся к двери. Эд, мрачно нахохлившись, как обычно в случаях, когда у него перехватывали инициативу, промаршировал следом. Мустанг замер у створки, несколько секунд прислушивался, потом рывком распахнул дверь, как-то замысловато перекатился в коридор и уже оттуда рявкнул: — Стоять! Здраво рассудив, что приказ относится не к нему – всю бессмысленность военной муштры применительно к семейству Элриков Мустанг усек уже давно — Цельнометаллический, на всякий случай пригнувшись, высунул голову в дверной проем. Справа и слева от двери стояли два охранника, оторопело прижимая к сердцу винтовки. Перед ними, готовый накрыть противников волной пламени, замер полковник. Судя по тихому ужасу на лицах военных, слава Роя Мустанга долетела и до них, и официального представления Огненному алхимику не требовалось. — Эд, мне за спину, — коротко приказал Мустанг, и Эд метнулся к полковнику, пригибаясь пониже, чтобы ненароком не оказаться на пути готового вырваться в любой момент языка огня. – Оружие на пол, — продолжил Мустанг, убедившись, что коллега по алхимическому цеху оказался под его прикрытием. Охранники разжали пальцы, винтовки лязгнули об пол. Мустанг сделал короткий шаг к военным и внезапно жестко рубанул ближайшего ребром ладони по шее. Парень охнул, потерял сознание и тяжело осел на пол. — Теперь поговорим, — полковник повернулся ко второму, снова поднимая руку в белой перчатке. – Кто здесь главный? — Генерал Эштон, — деревянными губами ответил охранник, не сводя наполненных ужасом глаз с пальцев полковника, готовых щелкнуть пиротканью. — Чем он тут занимается? – в темпе продолжил допрос алхимик. — Какими-то экспериментами. Вот там, в лабораториях, — парень поднял дрожащую руку и показал на другой конец коридора. – Какими — не знаю. Нас туда не пускали. — Генерал Эштон здесь? — Да. Со вчерашнего вечера. На сегодня запланирован очередной эксперимент. — Спасибо, солдат, свободен, — завершил разговор Мустанг. Охранник вжался в стену и ссутулился, явно уменьшая площадь мишени в ожидании струи пламени в лицо, но полковник, так же быстро и непредсказуемо, как и раньше, вдруг крутанул парня за плечо, двумя пальцами быстро нажал пару точек на шее, и невольный союзник прилег на пол рядом с коллегой. — Идем дальше, — скомандовал Мустанг. Цельнометаллический только хлопнул глазами и кивнул. Знамо дело, он давно убедился в умении начальника избавляться от врагов легким движением руки, но то, что полковник способен расправиться с противником тем же легким движением, только без помощи преобразовательного круга, старшему Элрику даже в голову не приходило. Мустанг посмотрел на часы и помрачнел: — Ребята вот-вот начнут пальбу. Надо торопиться… Алхимики как раз успели добежать до следующей двери, когда, приглушенные расстоянием, затрещали выстрелы. — Сейчас понесется, — поморщился Мустанг. Цельнометаллический, приняв нетерпение начальства за команду к действию, уже нацелился прижать ладошки к очередной двери, преграждавшей путь, чтобы красиво разнести препятствие, но был пойман полковником за плащ. — Мне за спину! – рявкнул Огненный алхимик. В этот момент из-за двери отчетливо донесся вскрик. Мустанг выругался, за шкирку метнул Эда к дверному проему, тот, уже не задавая вопросов, быстро сложил ладони и шлепнул ими по железу, и в тот же миг полковник снова задвинул Эда себе за спину, а за исчезнувшей дверью перед алхимиками, как по заказу, предстал генерал Эштон. Он стоял на коленях, корчась от боли, и, тщась добраться до края обрывающейся вниз платформы, орал: — Быстрее! Начинай преобразование! — Девка в круге! – донеслось откуда-то снизу. — Плевать на нее! Давай! – взвыл Эштон, и Мустанг бросился к краю, торопясь понять, что происходит. Платформа обрывалась в огромный зал, на дне которого толстыми черными линиями был начерчен преобразовательный круг. В центре круга сидели-стояли-толкались несколько десятков перепуганных детишек. У двух дверей, ведущих в зал, мялись охранники с винтовками, явно сторонившиеся черных линий на полу. Чуть поодаль, задрав лицо вверх, в нерешительности замер молодой лейтенант. Мустангу его физиономия показалось знакомой — возможно, они встречались в Штабе, и надо было бы вспомнить, когда и где, но внимание полковника уже зацепилось за женскую фигуру, неподвижно лежавшую в круге, на самом его краю. Он видел только спину и светлые волосы – и мог бы засомневаться, потому что мало ли было в Аместрисе блондинок в военной форме – но дешевую дурацкую заколку он опознал бы из десятка таких же. Внизу, то ли живая, то ли мертвая, лежала Риза Хоукай. Сердце надрывно заколотилось, душу наполнил страх за единственного родного, близкого, любимого человека, и в ушах застучала кровь. Мустанг ошеломленно замер, с трудом оторвал взгляд от девушки и вдруг понял, что за всплеском эмоций упустил те драгоценные пару секунд, за которые все еще можно было исправить. Потому что лейтенант внизу уже начал опускаться на колени, расставляя ладони, чтобы начать преобразование — наполнить силой тот самый круг, в котором толкались растерянные дети и лежала Риза. Даже самая мощная струя огня уже не успевала долететь до алхимика. Рой в ужасе осознал, чем заплатит за промедление, когда совсем рядом раздалось истошное, по-эдовски искреннее: — Не-е-ет! И Цельнометаллический, опередив врага на один волшебный миг, грохнул ладонями по краю платформы. Острые пики, вылетевшие из бетонного пола, отбросили лейтенанта назад и сломали контур круга. Дети испуганно завизжали, охранники нацелили винтовки наверх, и Эд даже не успел перевести дыхание, чтобы набраться сил для следующего преобразования, когда над его головой засвистели пули. Мустанг рванул к подростку, оттолкнул от края платформы и прижал к полу. Теперь, когда Цельнометаллический был в безопасности, полковник мог спрыгнуть вниз, чтобы узнать, что с Ризой, защитить ее, и лишь бы она была жива, потому что иначе Эштону конец. И плевать, генерал он или... Эштон... Мустанг обернулся как раз в тот момент, когда генерал сумел-таки выпрямиться и дотянуться до пистолета. Алхимик застыл с поднятой рукой, понимая, что ему нужны две драгоценные секунды, чтобы Эштона накрыла струя пламени. Эштон застыл, схватившись за пистолет, понимая, что ему нужны две драгоценные секунды, чтобы поднять оружие и выстрелить. Внизу, всего метрах в пяти от них, метались люди с винтовками, и среди них лежала на полу беспомощная Риза. Мустанга начало ощутимо потряхивать. Эд зашевелился. Рой скорее ощутил, чем увидел его движение. — Лежи! – приказал он. — Там… в круге… старший лейтенант, — упрямо процедил старший Элрик, поднимаясь на четвереньки. — Я видел, — выдавил Мустанг, не понимая намерений Эда. — Так занимайтесь Эштоном, а я разберусь с теми, кто внизу, — потребовал Цельнометаллический с такой непреклонностью в голосе, что полковнику оставалось лишь кивнуть и переключить все внимание на генерала. Эд ужом скользнул к краю платформы и заглянул вниз.