Всё меняется, ничто не исчезает

«Бог мертв» Фридрих Ницше

      «С каждым новым днем, люди начинали видеть мир таким, каков он был на самом деле — серый и невзрачный. Когда на Землю обрушился апокалипсис, все так глупо верили, что этот конец станет началом, до определенного момента… Почти каждого из нас коснулась своей бледной, костлявой рукой смерть. Люди видели, как движимые голодом существа убивают на их же глазах родного человека. Мир медленно, но верно катился в пропасть. Со временем, мы стали забывать, что значит ценность человеческой жизни, когда вместо дружеского приветствия наставляли друг на друга оружие. Если ты стар — ты мертв, если ты слишком молод и остался один — почти с полной вероятностью, что ты сейчас, либо поедаешь других, либо кормишь своим телом червей, если от него, конечно, хоть что-то осталось. Ходячие, так их прозвали, изменили всех и всё, так, как не смогли изменить ни войны, ни катастрофы. И сейчас, та прежняя, светлая жизнь, стерлась из памяти, заменив счастливые моменты невыносимой болью.»

***

Пронизывающий холод окутал темный бесконечный лес. Её руки и ноги сводило судорогой, а в голове яркими вспышками всплывали одни и те же кадры, которые девушка предпочла бы забыть. Она потеряла всё, что было дорого ей в этой никчемной жизни, и сейчас, идя сквозь тишину весенней ночи, Джессика уповала только на удачу, смотря своими зелеными, цвета изумруда глазами, в лицо смерти, уже не боясь с ней встречи. Джесс не бежала от толпы ходячих, она пыталась скрыться от прошлого, которое преследовало её везде, где бы она ни была, о чем бы ни думала, но с каждым новым разом оно ранило сильнее обычного. Ей казалось, что этот кошмар длится бесчисленное количество дней, а из этой зеленой ловушки нет выхода. Девушка вновь прокручивала в своей голове, как звучит ее имя из уст маленькой сестры, которая последний раз взглянула на неё невинным, но окутанным мертвой пеленой взглядом. Милосердие — единственное, чем она смогла отплатить ей. Громкий выстрел, и темнота, наверное, именно так встречают свой конец? Если бы год назад кто-то сказал ей, что от той жизнерадостной и веселой Джессики останется только контраст, она бы приняла это за шутку, в которой теперь доля правды обрела смысл. Она не знала, что будет дальше, находясь где-то между призрачной фигурой с заплаканными глазами и множеством шрамов, имя которой было — прошлое; и образом человека в черном одеянии скрывающимся от глаз, имя которому было — будущее. Джесс медленно двигалась в объятия неизвестного, с иллюзией на то, что хоть кто-то найдет блуждающую средь деревьев, испуганную и потерявшую надежду девушку. Она отрезками будет вспоминать тот алый, едва видимый рассвет и звук мотора, когда почти обессилив, она вышла на дорогу, ослепленная светом фар. Ей тогда было всё равно, станет ли она пешкой в руках нашедших её людей или сможет обрести новый дом, в мире, который трещал по швам.

***

Нельзя было сказать рада ли Джессика своему пробуждению в относительной безопасности. После произошедшего всё вокруг приобрело иное значение, сравнимое с чем-то пустым, холодным и безрадостным. В её взгляде появился тот самый потухший холод, описываемый многими авторами, как шаг на встречу к собственной погибели. Счастливое прошлое девушки будто бы ярким пламенем горело перед её глазами, сжигая из памяти, родные лица и оставляя лишь пепел, частички которого неуловимо разлетались по ветру. Джесс очнулась наедине со своими мыслями, которые стали единственным и главным врагом, неторопливо разрушая её изнутри. Резко ударившая головная боль, мгновенно бросила тело в жар, а сон тяжким грузом навалился вновь, окутывая в темное царство Морфея. — Эй, вставай, ты уже дня два дрыхнешь, — рука парня требовательно трясла плечи Джессики, отчего та с неохотой открыла глаза, готовясь к очередному приступу режущей боли. Девушка увидела перед собой немного взволнованного молодого человека, часть лица которого когда-то сильно пострадала. Джесс попыталась сесть на кровать, уже заранее готовясь к пыткам, которые ей наносил её же организм; но к удивлению, она чувствовала себя вполне хорошо. — Где я? — сонным голосом поинтересовалась она, оглядывая комнату в дневном свете. — В безопасности, — кротко ответил незнакомец и взяв стакан воды, протянул девушке. — Эм… Ладно, а как тебя зовут? — Джессика надеялась узнать немного о новом месте, но ответ парня видимо намекал на то, что ей либо не надо знать, либо слишком рано для этого. — Можешь звать меня Дуайт. — Понятно… — протянула она. — А ты? Что насчет тебя? — Джессика, но чаще меня называют Джесс, точнее… Называли, — девушка опустила голову, пытаясь побороть нахлынувшие эмоции. — Ладно, Джесс, ты что-нибудь помнишь? Потому что, тебе очень повезло, что мы нашли тебя, ещё пару минут и ты оказалась бы одна на пустой дороге. — Смутно, — соврала Джесс. — Потом вспомнишь. А сейчас, приведи себя в порядок, он хочет тебя видеть. Я зайду к тебе через полчаса. — Кто он? — Узнаешь.

***

Перед Джессикой стоял мужчина, который внимательно за кем-то следил из окна, не обращая внимания на гостей. С улыбкой, он, по-видимому, смотрел на какое-то веселое действо, крутя в руках биту, обмотанную в колючую проволоку, которая выглядела довольно устрашающе. — Кхм, здравствуйте, — тихо произнесла девушка, пытаясь обратить на себя внимание. — Дуайт, это она? — мужчина с неким восхищением и заинтересованностью посмотрел на Джесс. — Да. Ты просил — я привел. Можно идти? — Иди, и проследи за теми двумя, иначе у нас на пару человек станет меньше. А ты, — обратился лидер к девушке, — Можешь присесть. Нас ждет долгий разговор. После того, как Дуайт покинул комнату, Джесс в нерешительности села на кровать, подумав, что кресло будет занято его хозяином. — Даже так? Познакомиться не успели, а ты уже — с усмешкой спросил мужчина. — Я думала, что туда сядете вы, — кивнув в сторону кресла и отведя взгляд, ответила Джесс, чувствуя себя очень глупо. — Да ладно, я пошутил, — лидер уселся на свое место и всё так же улыбаясь, продолжил, — Что ж, привет, я — Ниган.

"Such a lonely day Should be banned It's a day that I can't stand Such a lonely day Shouldn't exist It's a day that I'll never miss"