Лунная Соната: Nightmare.

Там, где живут кошмары. Дневник Льюиса МакСоула с пометкой "XVIII" век. Запись от 14 мая 1785 года. "Сегодня я покинул Лондон. Мой давний друг попросил меня проверить одно место - деревню, не имеющую лорда-покровителя. Почему же от неё отказались? Год назад она ещё была владением некоего лорда Рейнфорда. Что его побудило отказаться от деревни? Это весьма интересное дело. Бадж сказал, что оно по моей части. Но... какое мне дело до деревень и их бывших покровителей? Чем же я занимаюсь, - спросите вы когда-нибудь, прочитав мои записи. А я отвечу просто. Я - охотник. Демон-охотник. Странно, правда? Но ничего странного в этом нет. Англичане всегда были оккультистами, будь они простыми крестьянами или же знатными вельможами. Они вызывают духов, фей, которые на самом деле таковыми не являются, пытаются войти в контакт с потусторонними силами и делают множество других вещей, которые им делать не положено, тем самым вредя всем. И я, переступая черту между веком семнадцатым и восемнадцатым, решил, что этот век посвящу борьбе с теми, кто вредит людям. Многие могут подумать: "Ха! Да ты же сам демон! Как же ты можешь сражаться против своих?". Я скажу так: "Нечисть мне не подружки. Здесь у меня нет своих и чужих". Я расправлюсь с каждым, кто посмеет искоренить род человеческий, будь то демон или простая нежить на побегушках. В моём распоряжении мои верные клинки и демоническое чутье, развитое куда лучше человеческого..." Льюис МакСоул, сделав запись в своём дневнике с немного потёртой обложкой, вздохнул и вышел из небольшой таверной комнаты, в которой остался на ночь. До той деревеньки ему оставалось день-два пешего пути. Но пеший путь - это долго. Бадж его точно не дождётся. Придётся снова покупать лошадь, что весьма затратное дело даже сейчас, в наше время. Я бы сказала, лошадь теперь стоит ещё дороже... раз в пять-шесть? Да, определённо. Может, даже больше. Разобравшись с транспортом, Льюис вернулся в свою комнату и растянулся на деревянной кровати с тонким истёртым матрасом, из которого тут же выскочили потревоженные пауки и блошки. - И так каждый раз, - устало вздохнул юноша, подложив руки под голову. - Нужно было попробовать попроситься переночевать у местных жителей. Конечно, ему никто не отказывал, ведь этот милый молодой человек мог и беседу поддержать, и по хозяйству помочь. В домах жителей были относительно чистые постели и потрясающая простая домашняя еда. Но тут, в этой деревне, в таверне которой он остановился, к нему относились с недоверием. Даже маленькие дети, всегда любившие повисеть на Льюисе независимо от того, в какую деревню он приходит, обходили его стороной. Наверное, это из-за его немного порванного плаща... пострадавшего из-за когтей огромного демонического волка, орудовавшего в деревне лорда Рэмпола. Подумаешь, всего-то весь подол изорван к чертям~ Но на детишек это действует очень впечатляюще. Думают, будто какой-то замученный бродяга явился просить милостыню под окнами их домов. Проходя по грязным улицам деревушки, он слышал звук хлюпающих в грязи маленьких босых ножек и тихие перешёптывания у него за спиной. Похоже, они не на шутку заинтересовались, но подходить всё равно боялись. Размышляя о маленьких любопытных сорванцах, преследовавших его вплоть до самого входа в таверну, Льюис МакСоул не заметил, как уснул. Утро выдалось серым и мокрым - шёл моросящий холодный дождь, не прекращавшийся ни на минуту. Позавтракав и оплатив свою комнату, Льюис вошёл в конюшню при таверне забрать своего скакуна. С виду конь был неплох. Оседлав его, юноша поскакал прочь из деревни на встречу своему другу в таинственную деревню, которая должна была стать ещё одним местом борьбы с нечистью. Путь в деревню обошёлся без происшествий. Останавливался Льюис только дважды и только для того, чтобы конь мог немного отдохнуть. Сам же юноша в то время перекусывал скромным провиантом, который уже был почти на исходе. Таким образом, охотник на нежить прибыл в нужную деревню через полтора суток. - О, смотрите-ка, кто приехал на мой вызов. Это же сам Льюис МакСоул! - с дружеской издёвкой произнёс молодой человек, вальяжно рассевшийся на диванчике в комнате таверны. Выглядел он странно: чёрные волосы длинной до плеч были завязаны сзади потёртой красной лентой, одет он был в необычную красно-бело-чёрную пародию на форму британской армии восемнадцатого века. Глаза сине-фиолетового оттенка встретили гостя с привычным лукавым прищуром. Льюис поприветствовал юношу лёгкой улыбкой. - Как же не приедешь, когда вызывает сам Баджевиклз. Тем более, когда он упоминает о странном деле. Бадж, услышав своё настоящее имя, на мгновение нахмурился, сдвинув брови. - Льюис, я же просил не называть меня так. Или ты забыл? - немного грубо спросил он. - Хорошо, хорошо. Бадж Виклз, рад встрече, - рассмеявшись, МакСоул протянул руку для приветствия. Его собеседник сменил положение на более менее сидячее и крепко пожал ему руку. - Другое дело, - улыбнулся он. - Ну так что тут за нечисть обитает? - сразу перешёл к делу Льюис, присев на кресло рядом с диваном. Баджевиклз со вздохом снова откинулся на спинку дивана. Лицо его приняло озадаченный вид. - Когда я приехал сюда месяц назад, это место мне показалось совершенно нормальным. Но, пожив здесь немного, я понял, что здесь что-то происходит. А знаешь, что меня насторожило больше всего? Раз в неделю здесь, в этой деревне, во сне умирает один человек. Похороны здесь - обычное дело. И что ещё интереснее - в списках ЛД эти души не числятся - я спрашивал у Вилберна. То есть, можно сказать, кто-то убивает человека, когда тот спит и забирает его душу. Но куда - неизвестно. Да и зачем ему души обычных крестьян тоже не понятно. А ещё жителей этой деревни мучают кошмары. Раз в неделю. Именно в тот день, когда кто-то умирает. - Да, действительно, странное дело, - задумчиво потирая подбородок, сказал Льюис. - Что думаешь делать? - поинтересовался Бадж. МакСоул долгое время не отвечал. Лишь спустя пару минут он произнёс. - Всё как обычно. Допрос. Кто был последней жертвой? - Минуту... как же её зовут... а! Анна Гир. Она жила в доме у местного кладбища. - Из семьи кто-то есть? - Когда я ходил туда, дом был пуст. Но, думаю, у неё есть или супруг и/или дети. Она была уже немолода. - Прекрасно. Займусь этим сейчас же... а ты, Бадж, чем займёшься? Останешься здесь или... ? Баджевиклз рассмеялся и покачал головой. - О, нет-нет, хватит с меня этой странной деревеньки. Свалю во Францию. Там наверняка тоже есть "любители" оккультизма. - О, наша встреча была так коротка. Надеюсь на скорую встречу. Бадж хитро улыбнулся. - Мы встретимся раньше, чем ты предполагаешь. Постучавшись в дверь домишка, расположенного на краю деревни почти у самых ворот кладбища, Льюис терпеливо ждал ответа. Небо было всё такое же серое и унылое, на крыше дома с соломенной крышей кричали вороны, повсюду пахло сыростью. Юноша поёжился на прохладном ветру, получше закутавшись в свой порванный плащ. В доме послышались осторожные, тихие шаги. Вскоре дверь открыла девушка приятной наружности. Увидев Льюиса на пороге, она попыталась захлопнуть дверь. - Постойте! - демон рукой вцепился в дверь, и девушка не могла ему воспротивиться. - В... вам что-то нужно? - с запинкой спросила та, испуганно глядя на гостя своими ярко-голубыми глазами. - Да. Я хотел расспросить вас о женщине, что умерла в этом доме недавно. Вы... вы ведь её дочь? - Нет, - покачала головой девушка. - Я её племянница. Меня зовут Хортенс. Хортенс... Найтмер. - Я Льюис МакСоул. Хортенс, позволите мне войти? - учтиво спросил Льюис. Девушка как-то пристально взглянула на него, особенное внимание уделив его порванному плащу, и только после этого открыла дверь шире, а сама отступила внутрь грязного коридора, позволяя МакСоулу войти. Пройдя по тёмному грязному коридору, девушка привела Льюиса в не менее тёмную и грязную гостиную. Судя по виду, хозяйка старалась держать дом в порядке, но по каким-то причинам у неё это плохо получалось: милые вязанные салфеточки с сальными пятнами, бутылка из-под рома вместо вазы, сухие ветки вместо цветов, вместо ковра посередине лежала какая-то шкура, быть может, медведя. Хортенс пригласила Льюиса сесть за стол, стоявший неподалёку от той самой шкуры и покрытый одной из салфеточек, и вежливо предложила ему что-нибудь выпить, отчего он так же вежливо отказался. - А... есть ли у Анны Гир ещё какие-нибудь родственники, помимо вас? - спросил юноша. - Нет. Был муж, но его на прошлой неделе нашли мёртвым в лесу, - ответила Хортенс, увлеченно снимая слой за слоем с единственной свечки в доме воск. - Местный врач сказал, что его убил медведь. - А почему вы жили с тётей, а не родителями? - Мои родители погибли, когда я была совсем маленькая. - Сожалею. Теперь вы сирота. Неужели у вашей тёти не было детей? - Нет. - А мучают ли вас по ночам кошмары? Хортенс отвлеклась от свечки и внимательно посмотрела на своего собеседника. Свечка, ставшая совсем тоненькой, переломилась. Девушка вернулась из раздумий и продолжила своё занятие уже на её маленьком огрызке. - Да. Раз в неделю, как и всех в этой деревне, - ответила она. - А зачем вы всё это спрашиваете? Вы из полиции? - Можно сказать и так. - Если вы пришли узнать о смертях, то для деревни это вполне обычное дело. Заболевания, антисанитария и прочее... - Раз в неделю? Вам самой это не кажется как минимум странным? - Совсем нет, - покачала головой Найтмер, и на этом разговор был окончен. Он встретил её снова уже на следующий день, и теперь она казалась ему старше. Вчера она была совсем юной, ступившей во взрослую жизнь совсем недавно. А сегодня Льюис заметил, что Хортенс явно старше его года на два-три. Может, испуг молодит?.. - О, мистер МакСоул, чем обязана? - спросила девушка, когда он подошёл ближе. - Никаких вопросов. Я просто прогуливаюсь по окрестностям. - Вот как. Ну и как вам местная грязь? - с еле уловимой издёвкой поинтересовалась Хортенс, отряхивая своё изодранное платье цвета пыли. - Кстати, о грязи. Она у нас здесь затягивает, подобно зыбучим пескам. Будьте осторожны. И с тихим смешком она удалилась прочь. Две ночи Льюис МакСоул провёл в засаде, ожидая появления чего-нибудь из ряда вон выходящего, и две ночи ему не везло. Лишь на третью над одним из домов нависла чёрная-чёрная туча, по крайней мере, так казалось Льюису с его места. Подобная аномалия заинтересовала его, поэтому он решил покинуть своё укрытие. Была тёмная беззвёздная ночь, серые тучи ходили туда-сюда по небу, подгоняемые ветром, и лишь чёрная туча оставалась неподвижна. Она закручивалась, будто воронка, предупреждая об опасности, нависшей над жителями домишка. Льюис не мог терять ни минуты, он спрыгнул с могучего дуба, служившего ему смотровой башней, и не успел сделать и пары шагов, как почувствовал, что его затягивает. Затягивает... грязь. Коричневая жижа противно булькала, таща парня куда-то вниз. Откуда здесь грязь? Когда Льюис карабкался на дерево, грязи на этом участки не было - здесь было абсолютно сухо. До интересующего его дома было где-то метров тридцать, но он не смог сделать и шага - чем больше он шевелился, тем недовольнее булькала грязь и тем быстрее тащила на дно. Даже демоническая выносливость не помогла ему, спустя пару минут он был по шею в грязи. А между тем туча начала рассеиваться... и Льюис не видел, когда она исчезла. *** Утро было пасмурным, но сухим. Удивлённые детишки образовали круг у старого дуба и тихо перешёптывались. На сухой земле на животе без сознания лежал молодой человек в изодранном плаще. Его каштановые волосы были спутаны и приобрели сероватый оттенок от пыли, дыхание было ровное. Дети наклонялись к нему, трясли за плечи, щекотали, но он не просыпался. Один мальчик склонился к самой земле и осторожно подул человеку в ухо. И тут спящий зашевелился. Ребятишки засмеялись и разбежались в разные стороны, оставив юношу одного. Он медленно открыл глаза и попытался понять, где он и что он. Сев на землю, Льюис осмотрелся. Дуб, на котором он вчера сидел, наблюдая за домом, сухая земля под ним... почему земля сухая? Почему он сам сухой, но пыльный? Мысленно выругавшись на французском, МакСоул осмотрел место, где его нашли маленькие бесенята. Прощупав почву, даже пару раз попрыгав на ней, он пришёл к выводу, что грязи здесь вчера и быть не могло. - Наваждение? - пробурчал себе под нос он, устало помассировав виски. Он бы ещё долго стоял так, нахмурившись, но тут его взгляд пал на дом, в который он так и не попал ночью, и тут его посетила пугающая мысль. Виновата ли та «туча» в появлении «зыбучей грязи» и смертях людей?.. Проверить это можно было только одним способом. Льюис решительным шагом направился в сторону того дома. Когда Льюис был в десяти метрах от дома, его слух уловил женский плач, больше похожий на истерику. МакСоул не любил подслушивать чужие разговоры, но он прильнул к боковой стене дома и начал вслушиваться в беседу женщины и мужчины. - Успокойся, Мина, прошу, - говорил мужчина за стеной, стараясь успокоить свою жену. - Он мёртв, ты слышишь меня?! Он мёртв! - продолжала рыдать та. - Мой сын, мой помощник... что теперь будет... что?! - А ты думаешь, мне легко?.. - Он не мог умереть так просто... такой крепыш был всегда, - продолжала убиваться женщина. - Нужно сходить за доктором... может быть, он определит, что послужило причиной смерти... Не в силах больше слушать эту драму незнакомой ему семьи, Льюис отошёл от дома на приличное расстояние. Туча висела над этим домом, и именно в эту ночь умер ребёнок. А Льюис... его не спас. - Что за чертовщина... - задал вопрос в никуда он, уронив голову на руки. - Не спас. Я не спас его... Из-за дома вынырнул женский силуэт и поспешил убраться восвояси. Льюис не мог его заметить, так как продолжал мысленно винить себя в смерти ребёнка. А если бы там не было этой грязи... спас бы он его? Не думая ни о чём, кроме как о своей оплошности, Льюис встал и покачивающейся походкой отправился в таверну. Там он рухнул на кровать в своей комнате и крепко заснул. Проснулся он лишь тогда, когда за окном на тёмном небе зажглись звёзды. Сидя на кровати, он перелистывал свой дневник, размышляя над новой записью, но тут из него выпал белоснежный листок. Льюис поднял его. На листе с другой стороны аккуратным почерком, не характерным для мужчины, было написано: «Ты не сможешь спасти всех людей. Иди вперёд и разгадай загадку. Тем самым ты предотвратишь последующие убийства. Бадж». Послание от давнего друга заставило Льюиса улыбнуться. Бадж был прав. Только разобравшись с нечистью, можно спасти людей. Льюис бодрствовал всю ночь, размышляя над своими дальнейшими действиями. Утром он был чрезвычайно бодр, будто проспал всю ночь. Сегодня Льюис мог заняться чем угодно, но как только он переступил порог таверны, на крыльце его поймала старая знакомая - Хортенс Найтмер. После приветствия, голубоглазая блондинка пригласила Льюиса к себе на ужин. МакСоул с содроганием вспомнил ту тёмную пыльную гостиную, но предложение принял с превеликим удовольствием. Получив утвердительный ответ, Хортенс с милой улыбкой удалилась в дом своей покойной тётушки, бросив напоследок, что ждёт Льюиса на ужин ровно в пять. Весь день Льюис провёл в ожидании вечера. Ему было интересно, почему Хортенс решила пригласить его к себе на ужин? Ради такого случая он даже решился достать свой новенький чистенький плащ - копию изорванного чёрного плаща, причесался и создал с помощью бытовой магии небольшой букетик. Еле дождавшись подходящего времени, Льюис с букетом под мышкой радостно спрыгнул с крыльца таверны и направился на ужин к прекрасной селянке. Юноша вернулся в комнату в восемь вечера весь хмурый и задумчивый. Затворив за собой дверь, Льюис повесил своё пальто на спинку стула и сел за стол, подперев рукой щёку. Льюис долго сидел так, хмуря брови и о чём-то лихорадочно мысля. Ужин прошёл просто отлично, но было одно обстоятельство, не дававшее ему покоя. А именно то, что когда Хортенс приблизилась к МакСоулу, чтобы поблагодарить его за цветы, юноша почуял до боли знакомый запах… от Хортенс пахло демоном. Но почему? Эта молодая крестьянка заключила сделку с демоном, попав в его искусные сети? Кто её контрактник, и есть ли он вообще? У Льюиса не было ответов на эти вопросы, поэтому ему ничего не оставалось сделать, как написать Баджу во Францию. Так же он решил, что завтрашний день нужно посвятить опросу жителей о прошлом мисс Найтмер, чтобы выяснить, какие перемены и когда произошли в её характере и поведении. Только так можно было понять, в какой промежуток времени она заключила сделку, а если повезёт, то и с кем. Письмо вышло ранним утром с резвым молодым человеком, которому пришлось хорошо доплатить за его скорость. С ним письмо будет доставлено получателю как можно раньше. А отправитель того самого послания отправился в люди только ближе к девяти, так как ему нужно было ещё немного поспать. Когда Льюис подошёл к одному из домов, во дворе которого трудилась крестьянская семья, он заметил, что жители его не боятся. Мало того, они охотно согласились ответить на его вопросы. Но как только юноша задал свой один-единственный вопрос, опрашиваемые мужчина и женщина посмотрели на него с удивлением. - Вы бы не могли рассказать мне о племяннице погибшей миссис Гир? - Но… но у Анны не было племянницы. - Вы ничего не путаете? Её зовут Хортенс Найтмер. - Нет, моя супруга ничего не путает. У Анны не было племянницы. - Вот как… Спасибо вам за уделённое мне внимание и простите за беспокойство. «Нет племянницы… кто же ты такая, Хортенс Найтмер?..» - со скрипом зубов спросил Льюис, направляясь в сторону дома, где обитала самозванка. С ноги открыв дверь, он направился прямо в тёмную гостиную, что и стало его главной ошибкой. Не успел он ступить на порог той комнаты, как в живот ему угодил круглый тёмный уплотнённый сгусток, и Льюис оказался пригвожден к стене коридора, а тот сгусток медленно разделился на два потока, поднялся по рукам и, застыв, образовал замки на запястьях. В гостиной послышался смех, и через мгновение на пороге стояла Хортенс Найтмер. Не та девушка, которая недели две назад испуганно пыталась закрыть дверь перед носом Льюиса, а какая-то совершенно другая, злая и коварная… Её голубые глаза хищно блеснули, осматривая тело новой жертвы. - Быстро же ты всё понял, Льюис МакСоул. Раньше охотникам нужно было больше времени, чтобы вычислить меня. Ты такой умница, - говорила она совершенно другим голосом, не тем нежным и милым, а каким-то сильным и хитрым. Льюис внимательно осмотрел настоящую Хортенс. - Так вот почему от тебя несло демоном. У тебя нет контрактника, ты сама демон. Демонесса засмеялась. - Ты абсолютно прав. И, к твоему сведению, я такая уже больше пятисот лет. Кошмары - мой способ питания человеческими душами. И порой мне позволяют есть демонов, которые младше меня. А сегодня именно тот день. Так что сегодня ты будешь моим деликатесом, - в подтверждение своего намерения, девушка облизнулась. Льюису не понравилась роль ужина для престарелой леди, поэтому он вспомнил старую добрую магию своего учителя. Прочитав машинально небольшое заклинание, он призвал луч ослепительного света, заставившего зажмуриться его противницу и исчезнуть странные крепкие замки. - Извини, Хортенс, я вынужден отказать тебе. Мало того, сегодня тебе придётся попрощаться со своим привычным рационом питания, потому что демонов в Аду не кормят, - вернувшись на твёрдую землю, Льюис призвал свой клинок. Найтмер, оправившаяся от светового шока, злобно посмотрела на него и, не задумываясь, швырнула в него очередной сгусток тьмы, от которого тот отбился своим клинком, подпитанным светом. В коридоре завязалась драка, медленно переходящая в гостиную. Сначала в бой шли клинки: сияющий золотым Льюиса и чёрным Хортенс, поднесённый ей какими-то щупальцами, состоящими из нестабильной чёрной материи, похожей то ли на дым, то ли на грязь. Затем клинки сменились предметами обстановки. Во время такой перестрелки, Найтмер, воспользовавшись каким-то промедлением Льюиса, призвала те самые щупальца, которые схватили демона и начали медленно его сжимать. Вымотанный продолжительным боем Льюис уже не мог рассеять их, а между тем воздуха перестало хватать, и демон начал задыхаться. Хортенс, почувствовав слабость юноши, подошла ближе и долго смотрела на него издевательским взглядом. Когда шатен уже почти терял сознание, демонесса поцеловала его, забрав последний воздух из лёгких. Льюис МакСоул потерял сознание. И он не слышал, как смеялась и плакала одновременно та, которая обманывала его на протяжении нескольких недель. *** Прошло три недели. Льюис МакСоул сидел в повозке, везшей его обратно в Лондон. Сегодня он разобрался с очередным делом, в котором был замешена очередная адская тварь. Перед отъездом из той деревни, в которой он вёл дело, ему вручили письмо от Баджа. Произошла какая-то задержка, поэтому ответ был доставлен тогда, когда в нём уже не нуждались. Льюис развернул письмо и приступил к чтению уже в повозке. «Мой дорогой друг, Спешу тебе сообщить, что Хортенс Найтмер не является племянницей погибшей миссис Гир. Так же она не является родственницей кому-либо из деревни. Она - демон, возраст которого трудно определить, но некоторые предполагают, что ей около 650-700 лет. Её сила - это тьма и кошмары. Она пугает людей во сне, вселяя в их сны ужасы да такие, что некоторые умирают прямо там, в сновидениях. Она питается душами тех, кто умирает от её кошмаров. За это Хортенс дали фамилию Найтмер. Думаю, тебе не стоит пояснять, что это значит? Будь осторожнее с ней. Твой друг Баджевиклз». Сложив письмо, Льюис спрятал его во внутренний карман пальто, после чего провёл рукой по шее. Там остался еле заметный след удушья, который остался после неудачной попытки Хортенс Найтмер задушить Льюиса его же шейной лентой во время их последней встречи. Ещё бы чуть-чуть и… где бы он оказался? Ведь демоны не умирают, а воздуха не хватало сильно. Кстати… к чему был этот поцелуй? В тот момент глаза Хортенс выдавали сожаление, или же это было просто видение перед провалом в памяти? Отогнав все посторонние мысли, Льюис обратил свой взор в окно повозки. За окном его ждали тёплые лучи солнца, мягкая зелёная трава… и ещё много-много интересных мистических дел. Конец главы.