Лунная Соната: Nightmare.

Праведный гнев. Артур Кинвуд спокойно спал в своей постели в своём же собственном особняке. Льюис ушёл часа два назад, уложив своего господина, как полагается некоторым дворецким. Граф долгое время после не мог уснуть - больно жгло печать контракта - ромб. Он решил не говорить об этом Льюису, но боль была просто невыносимой. Артур опускал пальцы в прохладную воду, что стояла в стакане на прикроватной тумбочке, а затем прикладывал их к печати на правой щеке. Боль постепенно стихала. - Что же это такое? Раньше такого не было, - шёпотом спросил сам себя Артур, поднявшись с постели. Взгляд его пал на небольшие часы - одиннадцать часов. Мальчик вздохнул, подошёл к окну и, немного повозившись со щеколдами, открыл окно, распахнув его настежь. Ночной майский ветерок обдал прохладой его разгорячённое лицо. Последовал ещё один вздох - вздох облегчения. Печать больше не болела. Постояв ещё немного возле открытого окна, юный граф вернулся в постель и скоро уснул. Всё это происходило час назад. Артур спал в своей постели, забыв о недавней боли. * * * Обычно ему не снятся сны. Если быть точнее, они ему снятся, но он их не запоминает. В эту же ночь он видел сон. Голубое небо, яркое солнце, лёгкий весенний ветерок и красочное цветочное поле, пестрящее всеми цветами радуги. Там были и синие васильки, и красные гвоздики, и голубые английские ромашки, и жёлтые чайные розы, и оранжевые лилии, и фиолетовые колокольчики и просто зелёная трава (это были не все цветы - это лишь малая часть, которую запомнил Артур впоследствии), - и посреди этого великолепия стояла деревянная беседка, украшенная изящной резьбой. А в этой миниатюрной беседке сидели его друзья: Софи и Льюис смеялись над рассказанной Рицуко историей, разливая чай по чашкам, и Саю, улыбающаяся приятному ветерку с Хэппи на коленках. Завидев Артура, друзья оживились. Рицуко вышел из беседки, спустился на траву и громко позвал его, сложив ладони рупором. Вихрем на солнце выскочила Саю и протянула руку мальчишке, приглашая его к ним на чай. Между ними было расстояние с километр, но Кинвуд ясно видел и тех, кто остался внутри, и тех, кто вышел к нему. Артур сделал шаг, и в небе, что было без единого облачка и так приятно голубело на солнце, пронеслась чёрная туча, больше похожая на дым. Где-то позади графа раздался выстрел, и Саю упала ничком. Пуля попала ей в лоб. Следующая предназначалась для Рицуко - блондин рухнул в высокую траву, окрашивая её в красный цвет. Артур закричал, пытаясь как можно скорее добраться до беседки. Но было уже поздно: Софи и Льюис выскочили из неё, и скоро каждого настиг свой конец. Софи упала на лестницу с пулей в сердце. Льюиса же насквозь прошили странные ножи, на концах которых блестели тонкие острые нити, разрубившие его на куски. Белоснежная беседка была запятнана кровью. Артур видел, как менялся пейзаж вокруг: краски пропали с него, оставив лишь белый, черный и красный. Теперь кровь было видно просто прекрасно. Сероватая длинная трава была примята в двух местах у беседки, на некоторых участках были отчётливо видны красные лужи - там лежали Саю и Рицуко. На лестнице, так же в луже крови, лежала Софи, а рядом было то, что осталось от Льюиса. Тела утратили цвета. Они остались лишь на Артуре - он всё ещё был цветным. До беседки нужно было пробежать ещё немного, но он остановился. Обернувшись, он хотел застать стрелка, но там никого не было - лишь чёрный разрыв, словно бездна, стремительно нёсся за мальчиком. Кинвуда воротило от вида останков друзей, но ему нужно было бежать. Бежать, как можно скорее. Он снова возобновил бег, слыша, как ему вдогонку из разрыва выпущена пуля. Как бы он не петлял, пуля летела за ним. - Ты не укроешься от меня, - визжала она, подгоняемая усилившимся ветром. Артур замешкался у останков Саю, пытаясь обежать, но пуля догнала его, прошив тело насквозь. Тело его потеряло краски, став чёрно-белым, кровь хлынула из раны. Артур Кинвуд упал рядом с Саю, и никто из друзей больше никогда не встал. * * * Юный граф ворочался в постели, что-то кричал, морщил лоб, звал поимённо своих друзей, сбивчиво дышал. Но когда во сне тело его прошила пуля бездны, Артур Кинвуд издал стон и затих, сжав рукой рубашку в области сердца. *** Софи встала довольно рано, она сама удивилась этому. Быстро одевшись и немного прибравшись в комнате, она покинула её в хорошем расположении духа. Гости и домочадцы ещё спали, а, значит, подумала София, можно заняться цветами в крытом цветнике - это была огромная застеклённая теплица, пристрой к левой стороне особняка. Там Льюис и Софи выращивали некоторые капризные сорта роз и, чтобы те лучше росли, слуги по очереди ухаживали за ними и раз в три недели обрабатывали пестицидами. Но сейчас же Софи должна была просто полить их, так как обрабатывались розы на прошлой неделе. Опустив лейку в чан с водой, также находящейся в цветнике, она с воодушевлением посмотрела на кусты роз. Артур любил розы, как и все домашние. К обеду, начиная с июня, каждый день срезался маленький букетик и ставился на обеденный стол. И каждый раз составляющие в букете были разные, так же как и расцветки. Поэтому уход за розами являлся большой ответственностью - многие садовники, что приходили устраиваться на работу, были не приняты только из-за того, что понятия не имели, как ухаживать за этими гордыми и прекрасными цветами. Набрав полную лейку воды, Софи приступила к поливу. Стеклянная дверь в цветник дверь в цветник была открыта, чтобы пустить небольшой сквозняк в неё. По ощущениям, на тот момент было где-то шесть утра. - Интересно, Льюис уже встал? - задала вопрос Софи, обращаясь к кустам роз, которые лишь качали ещё не готовыми к цветению бутонами на ветру. - Было бы неплохо, а то я уже проголодалась. Погрузившись в мечты об утренней запеканке, Софи продолжала поливать розы, не обращая внимания на всё остальное ни малейшего внимания. И всё-таки зря. Окно цветника, которое было открыто для проветривания, вопреки всем законам физики закрылось без малейшего на него воздействия. После, когда служанка углубилась в цветник, бесшумно закрылась и дверь, но, в отличие от оконных щеколд, дверную смазать не успели, и та протяжно заныла при сдвиге. Софи резко выпрямилась. Повернувшись к двери, она ожидала увидеть Льюиса, но ни в теплице, ни снаружи никого не было. - Что ещё за шуточки? - вздрогнула Софи, оглядываясь. - Льюис, это не смешно. Выходи нем… Девочка прервала свою недовольную речь. Из трубы, что выходила прямиком из особняка, пошёл газ. Он был невидим, но, как сразу почувствовала Софи, он начал стремительно заполнять закрытое помещение. Поняв, что дело плохо, девочка побежала к выходу, оставив лейку на дорожке. Подбежав к стеклянной двери, она начала стучать по ней то ладонями, то кулаками и звать на помощь. В скором времени девочке перестало хватать воздуха. В последний удар она вложила оставшиеся свои силы. И - вот удача! - именно этот удар разбил стекло, тем самым выпуская газ наружу. Софи прислонилась к двери и высунула руку через образовавшуюся дыру, поспешно открывая защёлку. Ей повезло - щеколда открылась быстро. Вайс всем своим телом налегла на дверь и через мгновение уже лежала без сознания на траве. Льюис МакСоул, как дворецкий семьи Кинвудов, вставать должен раньше всех. Так было всегда, даже при Кинвуде-старшем. Встаёт, одевается, приводит себя в порядок и сразу же отправляется будить свою коллегу - горничную Софию Вайс. Также было и сегодня. Но было небольшое отклонение от привычного распорядка - Софи в постели не было. - Встала пораньше? - усмехнулся Льюис, спускаясь по парадной лестнице вниз. На кухне маленькой леди-горничной тоже не было. - А это уже странно, - нахмурился парень, окинув пустующее помещение взглядом. Здесь её не было с прошлого вечера. Так подсказало ему его демоническое чутьё. - Софи могла уйти с утра пораньше в цветник… да, точно. Сейчас же идёт её неделя ухода за цветами. У Льюиса появился новый маршрут. Выйдя во двор через парадные двери, он повернул направо - именно там цветник был пристроен к дому. МакСоул шёл в приподнятом расположении духа, насвистывая забавный мотив. Но как только он приблизился к цветнику, приподнятое настроение сменилось беспокойством, а очередной звук мелодии застрял в горле. На траве, усыпанной осколками, без сознания лежала Софи, правая рука которой сильно кровоточила. За ней был цветник, наполненный каким-то газом и стеклянная дверь, лишившаяся верхнего стекла (если быть точнее, стекло было, но от него мало что осталось). Через дыру в стекле газ медленно уходил в воздух. Первое, что сделал Льюис - отнёс Софи в дом и перекрыл газ. После он начал обрабатывать руку горничной. Пока он занимался этим, Вайс очнулась самостоятельно. - Что произошло, София? - серьёзно спросил Льюис после вопроса о её самочувствии, перебинтовывая девочке руку. Та долго не могла ничего сказать, вдыхая привычный запах общей комнаты слуг. Юноша, закончив с раной, подал ей стакан воды, который она вскоре с жадностью осушила. - Произошла утечка газа, дверь заклинило, я поливала цветы, - немного глухо и почти шёпотом ответила словосочетаниями Софи, крутя в руках стакан. - Странно. Я хорошо помню, что закрывал так, чтобы никто из вас не смог его раскрутить… но, так или иначе, я должен прибрать газон у цветника, заменить стекло, приготовить завтрак и… что ты так смотришь на меня, Софи? Сегодня ты отдыхаешь. Ты снова повредила эту руку, и в этот раз она будет заживать ещё дольше. Я не могу смотреть на то, как ты работаешь с подобными ранениями. Иди в свою комнату, сними форму слуги, сегодня ты - одна из хозяев дома. Льюис видел, как была возмущена Софи. Она уже была готова возразить ему, но он лишь покачал головой. - Нет, нет и ещё раз нет. И слушать ничего не желаю. Сегодня ты отдыхаешь. Если попытаешься работать - уволю, - строго сказал МакСоул, да так строго, что спорить с ним у Софии желание тут же отпало. - Хорошо, хорошо, - девочка встала с креслица и поспешила уйти из комнаты. - Если я смогу чем-то помочь - зови. Софи ушла, придерживая правую ладонь левой. Это был уже не первый случай ранения этой ладони. Первый произошёл почти год назад в ночь на день рождения Вайс. В ту ночь она разбила стакан и поранилась осколками. Дальше следовали очень и очень странные происшествия, больше склонные к мистике. Тогда она заживала почти полтора месяца. И вот снова - та же рука пострадала от осколков. Льюис, оставшись один в комнате, вздохнул. Очередное ЧП, да ещё и с утра пораньше - не к добру это. - На размышления нет времени. Я должен привести всё в порядок до пробуждения хозяина и гостей, - он отправился назад к цветнику, прибирать осколки. - Софи, разбуди, пожалуйста, Саю и Рицуко. Они что-то сегодня заспались, - попросил Софи Льюис, готовя завтрак. Все остальные дела уже были сделаны. Девочка, сидевшая позади него в своём повседневном платье без передника горничной на стуле, усмехнулась. - Не одни они сегодня заспались. Артур тоже ещё не встал. Как и гости, собственно. - Мне нужны Саю и Рицуко. Я хочу отправить их в Лондон за продуктами. - Но ведь я тоже могу сходить… - Ты не можешь ничего делать, пока рука не заживёт. Софи, фыркнув, удалилась с кухни. Предупреждающе постучав в дверь комнаты Саю, Вайс зашла внутрь. Улыбка на её лице сменилась удивлением: Рицуко стоял в пижаме у открытого нараспашку окна, в то время как Саю завязывала бантик на свои короткие волосы (о, постриглась она ещё в апреле, теперь длина их где-то до плеч), сидя на уже заправленной кровати. - А, доброе утро, Софи, - радостно поприветствовала подругу Саю, поднявшись с кровати. Мальчишка тоже повернулся к вошедшей лицом и с улыбкой поздоровался с ней. - Да, доброе, ребята. Вас там Льюис к себе требует, так что советую поторопиться. Если вы этого не сделаете, гости и мы останемся без обеда, - запугала ребят София, после чего со смешком удалилась из комнаты. Оставшаяся пара переглянулась. - С утра пораньше за продуктами? Звучит интересно, - улыбнулся Рицуко. - Да. Но перед выходом мы просто обязаны выбить из Льюиса печенья на дорогу! - Верно. Не идти же нам голодными?.. Спустя несколько минут Саю и Рицуко уже стояли на кухне и слушали инструктаж Льюиса. - … и помните: будьте начеку! Рицуко, не потеряй Саю. Не хватало мне ещё её потом по всему Лон-дону искать! А ты, Саю, присматривай за Рицуко. Он, конечно, мальчик умный, но мало ли что… Позади демона раздался смешок Софи. - Льюис, ты прямо как папа. - Я чувствую большую ответственность. Четыре несовершеннолетних ребёнка, как-никак, на мне (Саю, Рицуко и Софи переглянулись и издали тихие смешки). Я буду оберегать и заботиться о вас столько, сколько понадобится. Но сейчас я не об этом. Вот список того, что мне нужно. Постарайтесь вернуться как можно скорее, - Льюис подал Рицуко список и деньги, после чего дети, кивнув головами, вышли из кухни прочь. - Саю, мне кажется, выглядела бледноватой, - заметила Софи, когда шаги в коридоре стихли. - Да. Странно всё это. - Стоит ли будить Артура сейчас? - Стоит. Полно ему уже спать. Время восьмой час уж. Буди этого соню. Софи вышла из комнаты, оставив Льюиса наедине с его подозрениями. - Артур, соня несчастный, почему ты всё ещё в постели? - с порога начала возмущаться блондинка. Окно в комнате было открыто, стакан с водой стоял на прикроватной тумбочке, граф мирно спал в постели, укрывшись одеялом. На возмущения Софи он никак не отреагировал, что весьма разозлило девочку. - Да что ты за человек-то такой? - Софи стояла у кровати и вглядывалась в лицо спящего. - Почему ты так бледен?.. - добавила она удивлённо. Прикоснувшись ко лбу друга, она обомлела. Холоден, словно из холодильной камеры достали. Нет, не так. Хладен, словно труп… В спешке достала зеркальце, чтобы проверить дыхание… Такое слабое?.. - Льюис!!! - закричала Софи что есть силы, упав на кровать. Девочка заплакала. Рядом лежал Артур с мирным выражением лица. Он будто всего лишь крепко спал… *** Саю и Рицуко уже добрались до Лондона и теперь шагали по мощёному брусчаткой тротуару в сторону Торговой улицы. - Саю, думаю, мы должны были рассказать о произошедшем ночью, - начал было блондин, но кошатница почему-то остановилась и привстала на носочки, что-то разглядывая вдалеке. - Что-то не так, Саю?.. Ничего не говоря, девочка указала пальцем на толпу людей, которую старательно пытались разогнать полицейские. Там же туда-сюда ходил давний знакомый парочки - местный детектив, одетый в коричневый плащ и забавную кепочку. - Ого, сколько там народу. Думаю, нам следует подойти поближе… *** Льюис осматривал господина в его комнате. Софи сидела рядом, вытирая слёзы здоровой рукой, другой же она сжимала своё раскладное зеркальце. Артур ни на что не реагировал, дышал еле-еле, будто сейчас ещё вздох и… - Я, кажется, начинаю понимать, в чём дело… - сказал после осмотра юноша, уложив графа обратно в постель. - И что же это, Льюис? Вчера вечером всё было нормально. - Это произошло ночью, когда я ушёл… всё ясно. Софи, останься с Артуром. Я сейчас вернусь. Льюис покинул комнату графа и двинулся в сторону гостевых спален. Это, несомненно, была она… Демон, не постучавшись, вошёл в комнату Хортенс Найтмер, которая уже явно ждала его. На лице девушки читалось… сожаление? - Найтмер, ты снова взялась за своё? Какого чёрта ты являешься сюда вместе со своей хозяйкой, и тут же все дети… Софи едва не умерла от отравления газом, Саю тоже пострадала, скорее всего, от неудачной попытки удушения. Да, не стоило тебе пользоваться своей промежуточной формой, я сразу тебя учуял. А Артур… Артура ты и вовсе заперла в кошмаре! Ты ничего не хочешь мне объяснить? - без передышки выпалил Льюис и стал ждать ответа, прожигая взглядом в демонессе дырку. Найтмер вздохнула и хрипловато проговорила. - У меня не было выбора. Или эти детишки, или я умру от голода. - Демоны не умирают от голода. Освободи Артура, а потом расскажи об истинной причине твоего появления в этом доме. Не зря же тут Приспешники ошивались. Артур, лежавший в тёмной пустоте и ощущавший только боль в груди, почувствовал, как будто его кто-то поднимает со дна этого тёмного озера. Преодолев поверхность «воды», он оказался в своей постели. Рядом сидела Софи, внимательно и с замиранием сердца наблюдавшая за его пробуждением. - Ну слава богам, Артур. Значит, Льюис нашёл причину… Граф с изумлением переводил взгляд то на перебинтованную руку девочки, то на неё саму. - С кем-то подралась? Или опять где-то стакан нашла? А мысленно добавил: «Как я рад, что ты жива…» Конец главы.