А ты умеешь привлекать самцов.

      Я поворачиваюсь на другой бок, утыкаясь носом в рёбра Алека, и машинально вдыхаю родной аромат. Его рука покоится на моей талии, прижимая меня к мягкому ковру, а спокойное дыхание теряется в спутанных волосах. Откуда-то доносится звук тормозящей машины, множество шагов и чьи-то голоса. Но я ещё не достаточно проснулась, чтобы сообразить, что эти звуки реальны, а шаги и голоса становятся всё ближе и ближе. — Надеюсь, они скоро помирятся, — говорит мужской голос. — И я. Никогда не видел Алека таким счастливым, как с Клэри, — говорит другой, также мужской, голос. Раздаётся звук открывающейся двери, а потом громкий свист. Вот тут-то до меня и доходит, что сейчас происходит. — Помирились голубки! — громкий крик раздается прямо над моей головой. Я резко сажусь, но ударяюсь головой о журнальный столик, поэтому падаю обратно на Алека. — Что такое?! — вскакивает Лайтвуд, пытаясь сосредоточить зрение. — Это называется, не разгромите дом? — смеётся Изабель. Я потираю макушку, на которой сто процентов скоро будет шишка, и так же как Алек сосредотачиваю зрение. — Воу! Воу! Воу! — кричит во весь голос Саймон, хватаясь при этом за голову и осматривая наше с Алеком «поле боя». — Какое же горячее у вас перемирие! — хлопает в ладоши Иззи, едва не скача, как маленькая девочка. — Лайтвуд, да ты зверь! — в гостиную заходит Джейс с его неизменной ухмылкой альфа-самца. — Ты разорвал мое платье? — Изабель смотрит на тряпку тёмно-синего цвета, что оказалась на торшере в углу комнаты. — Я разорвал платье Клэри, — с толикой гордости говорит Александр. — Кто разбил всю посуду? — снова кричит Саймон, который при взгляде на платье ретировался из комнаты. — Клэри, в порыве страсти, — абсолютно серьёзно отвечает ему Алек, чем вызывает смех у Изабель и заинтересованный взгляд со стороны Джейса. — Так это Клэри у нас с огоньком? — подмигивает мне блондин, одновременно громко присвистнув. — Вы говорите о моей сестре! — чуть ли не воет Сай, возвращаясь с осколком вазы. — Ладно тебе, Саймон! Зато они помирились! — Лайтвуд младшая треплет моего брата по голове. — Ещё как помирились, ты посмотри на этих голых голубков! — Эрондейл всё продолжает стебать нас с Алеком. — Что значит "голых"?! — первый раз я вижу Саймона таким растерянным маленьким мальчиком. Он понимал, что я повзрослела, но не хотел принимать этот факт. Он ведь всегда защищал меня, всегда называл маленькой сестрой. — Джейс прав, мы помирились, — я не хочу добавлять, что он прав и в том, что под тоненьким пледом нет и капли одежды. Воспоминания о нашем способе мириться нахлынули на меня. Осознание того, что Алек находится в нескольких миллиметрах от моего тела, полностью раздетый, заставляют меня сглотнуть образовавшуюся слюну. В низу живота распространяется тепло, и в мыслях возникают совсем не детские картинки. — Клэри! — выкрикивает Льюис, хотя на его губах уже играет улыбка. Он ведь парень как-никак, да и с Иззи у них было намного больше страстей, чем у меня с Алеком. — Мне нужно в душ, — я кидаю жадный взгляд на своего парня, и встаю с пола, позволяя покрывалу полностью оголить мое тело перед друзьями. Я бы никогда не сделала подобного, но желание заполучить Алека прямо сейчас было слишком велико, и я выбрала позвать его в душ, нежели наброситься на глазах у всех. — Ух! — я слышу, как тяжело Александр выдыхает воздух, значит, мой план работает. Я подмигиваю ему и грациозным шагом направляюсь к лестнице. — Джейс! — немного повышает голос Лайтвуд. — Прекрати пялиться! — в его голосе слышны рассерженные нотки, которые ещё больше будоражат моё сознание. — Вам стоит включить музыку погромче, — не поворачиваясь, говорю я и ускоряю шаг. Сзади раздается свист Джейса, смех Изабель и тихие завывания Саймона, который бормочет что-то вроде: «За что мне такая сестра?», «Надо всё это забыть». — Куда это ты собралась? — на полпути в комнату меня подхватывают сильные руки. Жар распространяется по телу моментально, вызывая мелкую дрожь желания. — В душ, любимый, — я хитро сощуриваю глаза, смотря в неземные глаза Алека, облизываю губы. — Я помогу, — его голос уже слегка хрипит, и я понимаю, что его желание не меньше моего. Брюнет заходит в ванную комнату и наконец-то скидывает плед с плеч. Не останавливаясь, он несёт меня в душевую кабинку и, закрывая дверь, ставит меня на ноги. Алеку требуется не более двух секунд, чтобы настроить воду, а затем, он притягивает меня к себе, увлекая в жаркий поцелуй. Не смотря на прохладные струи воды, кожа плавиться под его ладонями, которые исследуют каждый миллиметр моего тела. Он срывает стоны с моих губ, прикусывает шею и, не переставая, ласкает меня. За те несколько часов, что мы поспали, я изголодалась по его ласкам, я соскучилась по ощущениям его сильного тела под своими пальчиками. Я позволяю себе трогать его везде, так, как мне того хочется, и я почти довожу его до оргазма, но во время останавливаюсь. Мне хочется, чтобы мы не выходили из ванной целые сутки, пусть мы истратим всю воду Лос-Анджелеса, мне плевать. Окна в кабинке потеют от нашего дыхания, будто окутывая нас ещё более страстной дымкой, ограждая от внешнего мира. Есть только сейчас, он и я, и больше ничего не имеет значение. И если утром мы мирились диким, животным сексом, который был настолько горячим, что мог сжечь половину планеты, то сейчас удовольствие было подобно лаве, которая медленно распространяется и сносит на пути все барьеры. Мы изводим друг друга ласками, рваными движениями и толчками, которые замедляются, не успевая доставить нас до пика удовольствия. Я уверена, что мои крики разносятся по всему дому, но мне всё равно, если их услышат даже соседи. Алек испытывает мою выдержку, а я его, и это придает той остроты и нежности одновременно, о которой я лишь читала в романах. Я скажу вам лишь одно, если вы не занимались сексом в душе, то я настоятельно рекомендую схватить вашего суженного и затащить в это удивительное место. Кажется, спустя целую вечность, мы выходим из душа. На наших лицах играют счастливые улыбки, а сердца отстукивают один и тот же ритм любви. Обмотанная в полотенце, я захожу в свою комнату, и сердце начинает неприятно саднить, ведь после нашей с Алеком ссоры я разворошила кровать и принесла в комнату надувной матрац. Сейчас вся эта картина выглядела очень глупой, но она очень хорошо отражала моё состояние ещё утром. На данный же момент мне хотелось открыть окна и запустить свежий воздух, убрать надувной матрац, заправить постель нежными простынями и проваляться на ней в обнимку с Александром целую вечность. — Что случилось? — за моей спиной появляется Лайтвуд и, выглядывая из-за моего плеча, осматривает комнату. — Думаю о перестановке, — я поворачиваюсь к нему и открыто улыбаюсь, мне спокойно, когда он рядом. На Алеке тёмно-синие джинсовые бриджи до колена, которые открывают вид на загорелые подкаченные ноги и белая майка, плотно облегающая каждый мускул груди и не прикрывающая сильные руки. — Тебе тоже желательно одеться, — шепчет брюнет мне на ухо, — иначе мы не выйдем из комнаты никогда. — Заманчиво, — я прикусываю губу, но всё же отправляюсь к шкафу.       Первое, что бросается мне в глаза, — это белый кружевной топ и светло-голубые джинсовые шорты, также отделанные полосками из кружева. Я подбираю к наряду лёгкий белый кардиган и белоснежные короткие кеды. Алек помогает мне одеваться и перед каждым движением целует меня — то в губы, то в плечо, то в шею. Каждое прикосновение практически невесомое, но посылает мириады мурашек по коже. Одевшись, мы спускаемся на первый этаж, где гремит музыка и не слышно даже собственных мыслей. — Что происходит? — кричу я Изабель. Она берёт пульт и выключает звук, погружая весь дом в сладкую тишину. — Саймон не выдержал после твоего первого стона и сделал звук на максимум, но даже это нас не спасло, — её глаза светятся восторгом. И этот блеск в её глазах означает «Ты расскажешь мне всё. Либо добровольно, либо под пытками, но обязательно расскажешь». — Я рад, что вы помирились, — Джейс выходит из кухни и обнимает меня. — Групповые обнимашки! — кричит Изабель и кидается к нам с Джейсом, утаскивая Алека за собой. — Групповые обнимашки! — откуда-то появляется Саймон и присоединяется к нашим объятиям. Алек и Джейс ворчат, а мы всё смеёмся над ними, наслаждаясь кучкой малой. — Поедемте в парк развлечений! — кричу я, когда мы размыкаем круг любителей обнимашек. Именно сейчас мне хочется окунуться в детство, покушать сладкую вату, поиграть в игры, в которых я никогда не выигрывала игрушку, и покричать на горках. Глаза Сая загораются после моих слов. — Как в старые добрые? — в восторге говорит он, притягивая меня за плечи. — А как в старые добрые это как? — сощурившись, спрашивает нас Алек. — Мы переворачивали всё верх дном! — в голос выкрикиваем мы с Саймоном и начинаем хохотать, вспоминая, как мама делала вид, что мы не её дети. — Что ж, детишки, парк развлечений, так парк развлечений, — тоном папочки говорит Лайтвуд и протягивает мне руку, забирая из объятий брата.       Дружной компанией мы отправляемся в парк развлечений на другом конце города. Я позволяю сесть Алеку за руль своей машины, а сама располагаюсь рядом с ним. Саймон кидает мне колкие фразочки из-за того, что я разрешила Лайтвуду везти машину. А ему говорит, чтобы он смотрел в оба, если не хочет остаться без головы, которую я ему снесу в случае любой царапинки. Джейс быстро подхватывает волну Льюиса и всю дорогу они только и делают, что придумывают разные развития событий, при которых моя машина оказывается покалечена, а после я колочу Алека, сажаю его на травяную диету или не даю спать по ночам своим пением, которое не так уж и ужасно. Под конец мы все подключены в игру «Кто придумает более суровое наказание для Лайтвуда» или «Не царапайте Клэри машину, а то вас ждёт смерть». В парк мы приехали в замечательном настроении, смеясь так, будто обкурились травки. Первым делом я купила себе, только себе, три огромные сладкие ваты и отказалась делиться с кем-то ещё. — У тебя всё слипнется от такого количества сахара! — кричит мне Иззи, в попытках отхватить хотя бы кусочек сладости. — Ничего не слипнется! — я стараюсь убежать от её цепких пальчиков как можно дальше. Саймон успокаивает свою девушку, принеся ей такую же вату, как у меня. И пока Изабель съедает одну, я успеваю поглотить все три. — Я хочу поиграть! — неожиданно для всех говорит Джейс и убегает к первой попавшейся станции с играми. Ему нужно забрасывать мячики в специальные ёмкости, которые во время игры будут трястись. Из десяти попыток он промахивается только один раз и ему дарят большую плюшевую машинку. — Я так давно мечтал о такой тачке! Спасибо! — утирая несуществующие слёзы, Джейс обнимает машинку. — Уооу, — выдыхаю я, заметив огромного плюшевого миньона. У меня слабость к этим маленьким умным существам, и я ни разу не видела игрушку-миньона таких размеров. — Миньоны, — с пониманием произносит Саймон, посмотрев в ту же сторону, что и я. — Теперь я хочу поиграть, — с какой-то хитринкой в глазах говорит Алек и движется именно к той игре, на витрине которой и висит этот гигантский комок счастья. — Вы должны стрелами попасть во все мишени, которые будут вскакивать в разных местах, — объясняет девушка Алеку, когда мы подходим. Лайтвуд берёт лук, вернее что-то похожее на настоящий лук, в руки и взвешивает его на обеих ладонях. Чем это ему поможет, я не знаю, но выглядит интригующе. Брюнет забирает колчан со специальными стрелами и вешает его себе на плечо. — Но так ведь не удобно, — удивляюсь я, ведь по-моему было бы намного легче, если бы колчан лежал перед ним. — Тшш, смотри, — шепотом говорит Изабель.       Я послушно замолкаю и наблюдаю за парнем. Он вдыхает воздух через нос и создается ощущение, что он полностью изолирован от мира. Звучит громкий писк, и железные прутья на противоположной от нас стороне начинают двигаться. Через несколько секунд подымается первая фигурка, а если точнее сказать, она собирается подняться, но не успевает выпрямиться, как в нее попадает стрела. Тоже самое происходит и со второй, и с третьей, и с четвёртой фигурками. Я не могу оторвать взгляд от Александра. В данный момент он сосредоточен как никогда раньше, от него веет уверенностью и абсолютным спокойствием. По моей спине пробегают мурашки от его полного единства с луком, будто это не какой-то предмет, а продолжение его руки. Такое зрелище завораживает не только меня, но и всех вокруг. Некоторые посетители парка остановились и так же, как и я, наблюдают за Лайтвудом, кидая на него восхищённые взгляды. Звучит очередной сигнал, и всё замирает. Прутья остановились, я стою неподвижно и, кажется, даже не дышу, а самое прекрасное, что Алек застыл с луком в руках, натягивая тетиву. Вокруг раздаются хлопки, и все будто отмирает от сказочного сна. Брюнет несколько раз моргает, приходя в себя, я от восторга кидаюсь ему на шею и целую в губы, Саймон стоит с приоткрытым ртом и хлопает в ладоши, а Джейс и Иззи расплываются в широких и довольных улыбках. — Восхитительно, Алек! Почему ты никогда не говорил, что умеешь стрелять из лука? — я все ещё вишу у парня на шее. — Не было момента, это ведь не столь важно, — я замечаю, что на щеках Александра появляется лёгкий румянец, и начинаю смеяться во весь голос. — Стесняшка, — шепчу я, целуя его в щёку и наконец-то спрыгиваю на асфальт. — Побежали, покатаемся! — кричу я, заприметив самые высокие американские горки. — Погоди, а твой подарок? — я выгибаю бровь, забыв, что мы, вероятно, выиграли игрушку. Девушка за прилавком снимает с витрины того самого миньона и протягивает Алеку. — Мисс Фрэй, я к вашим услугам, — Алек вытягивает вперед игрушку и делает ею поклон. — Миньон Боб, я рада вам в наших рядах, — тем же серьёзным тоном отвечаю я игрушке, а потом издаю невероятный писк и скачу на месте. — Спасибо, спасибо, спасибо! — я пытаюсь добраться до своего парня, но игрушка слишком велика и закрывает мне путь полностью. Мои крики и попытки поцеловать Алека вызывают у ребят дикий смех, и они уже чуть ли не катаются по полу, наблюдая за мной. — Вечный ребёнок, — сквозь смех говорит Сай и забирает у Лайтвуда игрушку, позволяя мне поблагодарить его. После моих счастливых визгов по поводу миньона мы катаемся на всех горках, которые есть в парке. Заходим в комнату страха и кричим, что есть мочи, когда скелет в прямом смысле падает нам на голову. Хорошо, хорошо, кричим только я и Иззи. Мы все выигрываем по какой-то игрушке и покупаем себе сувениры в магазине у выхода. На улице уже достаточно темно, но из-за фонарей и неоновых вывесок все вокруг светится, даря нам энергию. С веселыми возгласами и смехом мы пытаемся уместить все игрушки и покупки в багажнике, чтобы они не вывалились по дороге. — Пихай! — кричит Джейс, утирая слёзы с глаз. — Не вмещается! — кричит ему в ответ Алек. — Ты плохо стараешься! — подключается к ним Изабель. Мы с Саймоном стоим рядом и держимся за животы, наблюдая эту картину уже несколько минут. — Отой – хахаха - дите, — говорю я, подходя к багажнику. Я вынимаю несколько игрушек, включая машинку Джейса и плюшевые губки Изабель, и закрываю багажник. Потом прошу ребят сесть на свои места и вручаю им игрушки в руки. Пусть обзор у них закрыт, зато мы всё довезем домой. Всю дорогу это трио ворчит и толкает друг друга, жалуясь на нехватку кислорода. И в таком вот музыкально-ворчливом сопровождении мы приезжаем домой. — Привет, — возле дома стоит красивая невысокая девушка с русыми волосами чуть ниже плеч, аккуратным носиком, небольшими губками и невероятными голубыми глазами. — Привет, — здоровается с ней Джейс, и я вижу, как его щеки розовеют. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы сопоставить все факты — как уход Джейса из дома неизвестно куда, так и его смущение при виде этой очаровательной девушки. — Привет, ты ведь девушка Джейса, да? — неожиданно для всех и для самой себя говорю я. — Я… — девушка смущается ещё больше, чем я, когда разорвала рубашку перед Лайтвудом. — Он говорил о тебе немного, ты ещё красивее, чем я себе представляла, — продолжаю я. Пусть Джейс и не говорил, наверняка боялся всё испортить, но я уверена, что им обоим нужно услышать, что мы рады этим отношениям. — Правда? — она заправляет прядь за ухо. — Конечно. Только я имени твоего не помню. Девичья память, — я стучу пальцем по голове, вызывая у русоволосой улыбку, которая показывает её ровные зубы и милые ямочки на щеках. — Я — Спринг, — она протягивает мне руку. — Клэри. Приятно наконец-то познакомиться с тобой, — я пожимаю её руку в ответ. — Я много слышала о тебе, Клэри, — её фраза удивляет меня, но я ещё успею выведать эту информацию. Я представляю девушке остальных, но она будто уже знает их. Видимо, Джейс много ей рассказал. Пока Спринг здоровается с Изабель, Эрондейл тихо шепчет мне. — Спасибо, Фрэй. Алеку очень повезло, — он дарит мне одну из самых искренних и очаровательных своих улыбок, и я счастлива, что переехала сюда. — А теперь на пляж! — выкрикивает Алек, подхватывая меня на руки и со всех ног несётся к океану. Сквозь смех я пытаюсь кричать, но выходит слишком вяло. — Неет! — сзади слышится выкрик Изабель, и я мельком замечаю, что Саймон перекинул её через плечо и бежит за нами. — Эрондейл! Хватай свою девушку! — кричит Лайтвуд, а через секунду до нас доносится ещё один женский визг. — Мне, правда, повезло как никому на этом свете! — говорит Алек, немного сбавляя шаг. Он нежно целует меня в губы, а затем вбегает в холодную воду.       Теплый ветер баюкает небольшие волны, миллиарды звезд сияют словно бриллианты, яркая полная луна освещает мягкий песок на пляже и отражается в ещё не остывшей воде. Этой ночью по пляжу раздаются весёлые крики, звонкий смех и множество слов любви. Эта ночь волшебна для шестерых абсолютно разных людей. А что же ждёт из завтра?