Порабощенная непорочность

песня: Ruelle — Monster Грязные переулки Нью-Йорка, окутанные зловонием и плесенью, сменялись один за другим. Лишь тусклые фонари дешевых забегаловок освещали путь, создавая иллюзию защищенности. Скрытый под покровом ночи, он все ближе подбирался к своей цели, сплетая их тени в едином немом танце. Едкий дым сигарет и запах отходов, выбрасываемых прямо на дороги большого города, сжимали своими тисками горло юноши, лишая права на последний вздох. Парень прокладывал свой путь через тёмные переулки, иногда озираясь по сторонам. Лишь вой бездомных собак и звук бьющегося стекла бутылок об асфальт нарушали тишину. Вот на дорогу вываливается из очередной забегаловки кучка громогласных граждан, под руку ведя опьяневших барышень, чьи платья длинными полами скользили по грязным лужам, окрашиваясь в коричневые и серые цвета. От них так и веет развратом, похотью и алкоголем. Юноша, незаметно для вышедших, припал к стене здания, прячась в тени, дабы потенциальные жертвы не видели бледного лица, капелек пота на лбу и висках, и озверевшего взгляда ужасающе ярко-красных глаз. В ушах звенит и пульсирует, а обилие звуков вокруг убивает своей какофонией. Он слышит громкий смех и пьяные разговоры, но вместе с тем он слышит и их дыхание, и как сердце часто бьется в их грудных клетках, качая кровь по всему организму. Схватившись за голову и зажмурив глаза, он медленно оторвался от стены и побрел в сторону желаемого, но тут же болезненно взвыл от яркого света, что слепил глаза, отдаваясь дикой болью в голове. Боль, словно миллион острых иголок, проходит по всему телу, напоминая, что жажда сильнее, и что она неумолима. Жажда крови. Девушки со своими спутниками разразились громким хохотом, режущим слух, и одна из девиц внезапно вскрикнула, устремляя взгляд в темноту переулка. — Софи, что ты увидела? Очередного бродягу? — усмехнулся мужчина в синем кафтане и расстегнутой у горла рубахой. Девушка проигнорировала издевательский тон мужчины и указала пальцем в темноту, прикрывая ладошкой открытый от ужаса рот. Все, повинуясь ее указанию, посмотрели в том направлении. Вдоль стены, чуть крадучись, шел высокий мужчина. С первого взгляда можно подумать, что ничего примечательного в нем нет, чтобы вызвать подобную реакцию, но присмотревшись, можно заметить, насколько бледно его лицо, а огромные глаза чуть ли не светятся в темноте. Его черный с золотой дорогой вышивкой кафтан разодран в одном месте, а кружевной манжет рубашки в чем-то испачкан, очень сильно напоминающем кровь. Кудрявые длинные волосы распустились из хвоста, спадая на плечи спутавшимися прядями. — Кто таков? — крикнул один из мужчин, прикрывая собой рядом стоящую барышню, в попытке казаться мужественным. Юноша в темноте дернулся и остановился из-за громкого голоса. Тишина. Через несколько секунд он вновь двинулся вперед, уже быстрее, а стоящие граждане в страхе попятились назад, когда темнота показала скрывающего в ней поистине ужасно-прекрасного человека. — Стой, где стоишь! — крикнул кто-то, но юноша, даже не думая остановиться, двинулся вперед с большей скоростью. Глаза налиты кровью, а зубы скалятся в злой ухмылке, показывая во всей красе пару острых клыков. Вот и попалась мышка в мышеловку. Девушки закричали, а мужчины с последней надеждой пытались хоть как-то остановить надвигающегося на них монстра. Звать на помощь бессмысленно, все люди мирно спят в своих постелях, забегаловки закрыты, а ближайший пост полиции в пяти кварталах отсюда. Остается только бежать. Мужчины сорвались с места, утягивая за собой до смерти напуганных девушек, и побежали прочь от исчадия ада, но за доли секунды одна из отстающих барышень была зажата со спины в сильных руках, истошно крича от ужаса и пытаясь ослабить хватку человека, что с желанием глядел на хрупкую добычу в своих лапах. Жизнь проносится перед глазами, которые наполняются горькими слезами неизбежности смерти. — Стой! Что тебе нужно? Деньги? Я дам тебе все, что хочешь, но прошу, отпусти ее, — взмолился юноша, выбежавший из застывшей в ужасе компании, и упал на колени перед монстром. Девушка заплакала еще громче, когда почувствовала на своей шее горячее дыхание. — Умоляю… — прошептал парень и закрыл лицо руками, скрывая слезы. Белоснежные чулки окрасились в темный из-за грязи на брусчатке. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь всхлипами девушек и плачем несчастной жертвы, но внезапно она вскрикнула, когда ее толкнули в спину, и упала перед парнем, стоящим на коленях. Он тут же сгреб ее в сильные объятья, облегченно заплакав. Через пелену слез он увидел стремительно удаляющуюся и скрывающеюся за первым углом от них фигуру того ужасного человека, который чуть не убил любовь всей его жизни. Что еще за сюрпризы может преподнести им ночной Нью-Йорк?