Это лишь наружность, в душе— ты добрый

Pov Автор Юля нашла какой-никакой, но довольно большой заработок, работая на нескольких работах. На первой работе, она работала барменом; на второй, она преподавала детям игру на пианино и гитаре; на третьей, она преподавала детям рисование; так же, фотографируя местность вокруг, Юлия смогла продать несколько годных картин и получить… Довольно большие деньги. Юра… Плисецкий, как и предполагала Юля, приехал и собрался забрать Виктора обратно в Россию, но… Упёртый Никифоров, как-то разрубил ситуацию, но… Юру такой расклад событий не устроил. Pov Юля Юра не так уж и много разговаривает. Ведёт себя, как упёртый баран. Юри и Юра очень плохо ладят, что я поняла по угрозам Юры. И вот однажды, когда Юра, очередной раз обязывал Кацуки, произошёл такой инцидент: — Эй, свинья! Кацудон! Жалкий поросёнок, слушаешь меня, а?! Плакса-неудачник! Тупой очкарик! Грёбанный девственник! — орал Юра на Кацуки. — Да, именно. Я легко толстею, ношу очки и плачу, чуть сразу что, но, — Кацуки повалил Плисецкого на пол, схватив его за кисти рук и руки Плисецкого оказались над его же головой, — Ещё я выше и тяжелее тебя. И явно сильнее. Ну что, можешь двигаться? — Отпусти меня, свинья! — в панике орал Юра. Я хотела было помочь ему, как Юли остановила меня и продолжила смеяться. Я же, блять, человек с совестью. Конечно. — Давай, сбрось меня, — говорил Юри и Плисецкий заскрипел зубами, — Итак, ты назвал меня девственником, не так ли?.. Сделаем это? В зелёных глазах Юры, появились слёзы. Не ну посмотрите на ситуацию: Вы виноваты перед мужиком и он валит вас на пол, потом она нависает над вами и скрытым текстом говорит, что изнасилует вас. Какая у вас будет реакция? — А?! Что?! Прости, я не хотел заставить тебя плакать!.. — истерика Юры, всё усиливалась. — Вау~ Ты довёл Юрио до слёз, — сказал Виктор…глупая кличка… Юрио. — Д-да! Так и есть! Простите!!! — в панике извинялся Юри. Я проскочила к Юре. Меня долго не удержишь. Инстинкты. Юра всё так же находился в истерике. Когда я подошла к плачущему Юре, я, кажется поняла в каком положении была я тогда… В Санкт-Петербурге. Тогда, в школе. Он выглядит таким жалким. Такого Юру, я ещё не видела. Я не знаю, что мной управляло, но я села над головой Юры и положила его голову на колени. Материнский инстинкт? Возможно, я не знаю. Руками, я повела по его щекам и тем самым, убрав слёзы. Он смотрел на меня. — Успокойся, Юр, — я, начала гладить Плисецкого по волосам. Он покраснел, мне это нравится и я улыбнулась не надо напрягаться, надо улыбаться (я упоролась, когда проснулась и узнала, что света всё ещё нет: <) Он испугался сильнее, чем предполагал. Сейчас, у Юры решается судьба. Виктор поедет с ним или Виктор останется с Юри. Всё решит его выступление. Сжав кулачки, я стала ждать своего мальчика в перьях. Он был действительно в костюме с… Перьями. Его объявили, я уже не слушала, лишь смотрела. Всё было хорошо, если не то, что он запнулся. Когда он ушёл со льда, объявили уже Юри и некоторое время по смотря на него, Юра развернулся и ушёл. Я пошла за ним. Пробиваться сквозь толпу — очень сложно. — Юра! — парень повернулся ко мне, — Ты же даже не услышал результатов. — Я знаю их заранее, — поникший Плисецкий, это ужасно. — Ты же всё равно знаешь, что ты лучший, — усмехнулась я, — Поехали в Россию. — А ты же… — он было, хотел что-то сказать, но. — Всё закончилось. Я хочу домой. Меня достала эта Япония. Если я ещё раз увижу тот мост, то клянусь, спрыгну с первой же возможностью, — я смахнула с лица свою чёлку. Юра и я, шли с чемоданами к аэропорту. Никому ничего не сказав, я спокойно шла. Было тепло. Ну, это мне не Россия.