Другая история: В новом свете

Баки пришёл к выводу, что, устроив истерику на пустом месте, рискует предстать и так не в самом лучшем свете. Он как можно спокойнее бросил односложное «оʼкей» и тронул машину, чтобы забрать с занятий ребёнка. Времени оставалось не так много, молчащий и напряжённый Брок прожигал его взглядом. И как только они остановились, вынув из бардачка пачку сигарет, выскользнул на улицу, чтобы в салоне не пахло. Джеймс не сразу понял, что ради здоровья ребёнка, а не из-за попытки игнорировать его самого или придавить авторитетом. Он вышел следом. Встал рядом. Брок молчал. Но так показательно молчал, что от души хотелось как-нибудь глупо пошутить, лишь бы снять повисшее в воздухе напряжение. — Я больше не буду, ладно, — сказал он и улыбнулся своей кошачьей улыбкой, зная, что Рамлоу точно проймёт. — Не буду — что? — Брок и сам хотел успокоиться, так что легко принял правила игры. — Ты сам понимаешь. Я просто не буду больше. — А говорил, что ты не маленький, — отклоняясь от Баки, попытавшегося незаметно коснуться его ладони пальцами, буркнул Рамлоу. — Хочешь зайти со мной? — Можно, — не придавая значения жесту, кивнул Барнс, хотя в опустившихся сумерках никто бы и не подумал, что в этом движении было хоть что-то интимное, да и прохожих рядом не наблюдалось. Внутри светлого холла им пришлось ждать совсем немного, Виктор вышел полностью одетым из одного из залов, сразу взяв отца, поставившего свою подпись в журнале посещений, за руку. Баки кивнул ребенку, получив тёплую улыбку в ответ, после чего они вместе отправились на ужин в один из уютных спокойных ресторанчиков неподалёку. Прямо при Броке, хотя тот на этом не настаивал, Джеймс сделал звонок на свою неудавшуюся работу и извинился, сославшись, что получил лучшее предложение, после того, как расстроенная неожиданным отказом девица-менеджер начала предлагать альтернативы, резко повышая предложенный оклад и чуть ли не лично гарантируя чаевые. Рамлоу усмехался, оценив удивление любовника, и пояснил по окончании телефонного разговора, что сейчас так дела и делаются: сначала тебе говорят, что незаменимых нет, а потом, когда ты готов всех послать, оказывается, что лучше тебя не найти. Особенности бизнеса в России. — Что у тебя с телефоном? Я всё, как на громкой связи, слышал, — спросил он у Джеймса, а тот просто ответил, что иногда так бывает. Может, обновления как-то криво встали, хотя это вряд ли. Ночевать было и в этот раз решено не за городом, Брок сказал, что дело даже не в руках, просто раз выходные, почему бы уж их не догулять с ребенком здесь. После того, как Рамлоу уложил сына и вышел из детской в гостиную, он замер с улыбкой, прислонившись к стене, глядя на Джеймса, растягивающегося прямо перед зеркалом шкафа-купе. — Я сегодня не успел утром, — вытягивая мысок, сказал Баки, — а если пропускаю — могу скатиться. Лень. И ноги потом сводит, — он улыбнулся сам себе, прежде чем медленно перетечь на тёплый пол и продолжить растяжку. — Магния не хватает, — не спуская с него взгляда, пояснил Брок. — Шоколад, — продолжил он, отлипая от стены, — и орехи. Баки остановился было, кидая на него взгляд снизу вверх, но Рамлоу и не пытался его тревожить — смотрел, не касаясь, на своего балетного мальчика и терпеливо ждал рядом. Ночь была безумно горячей, полной поцелуев и спрятанных в них же стонах, Брок затискал его, комментируя каждое движение ног, вспоминая название экзерсисов и позиций, а вылизывая Баки, перед тем, как тот смог его принять, и вовсе не сдерживаясь, тёрся лицом о его бёдра, шутя, что этими ногами можно с лёгкостью сворачивать шеи, и его собственную в том числе. Брок тогда не остался, но зацеловал и укатал Джеймса так, что тот заснул, едва Рамлоу успел добраться до своей постели в детской.

***

Всё свободное время вечерами и на выходных они проводили вместе. Втроём выходили гулять по центру, а если у ребёнка были тренировки, Брок нёсся к Баки, врывался, брал и надышаться им не мог, тем более, что ночевать он с сыном всегда уезжал домой. — Ближе к его детскому саду, — пояснил он практически в самом начале их встреч наедине, регламентированных парой часов, едва появлялись силы. — Там занятия тоже. Не к чему пропускать. Баки и не спрашивал. Глупо было думать, что даже в отсутствии супруги Рамлоу будет делить с ним постель каждую ночь. Не получилось. Вместо этого Брок изредка появлялся с ужином на вынос в руках, когда его сына с занятий должна была забирать няня, но и тогда он уезжал домой, за город. Баки не требовались объяснения и оправдания. Он просто пытался жить сегодняшним днём, более вдумчиво искал работу, но ничего так и не цепляло взгляд, хотя время всё шло и шло. В один из вечеров заглянувший после работы Брок, прежде чем пойти в душ, принёс Баки коробку с новым телефоном. — Что это? — Джеймс не ожидал подарка, который вполне был в состоянии купить себе сам. — Седьмой, — раздеваясь прямо в гостиной, бросил Рамлоу. — Давно пора было сменить, тем более ты говорил, что он подтормаживает. — Спасибо, конечно, но, если ты хотел сделать мне подарок… — Баки отложил коробку на стол и отвернулся к панорамному окну. — То? — Брок застыл, оставшись в одном белье. Сегодня был тот ещё денёк, он устал, хотел спокойно пожрать, потрахаться, расслабиться и, возможно, прямо отсюда поехать завтра на работу. Няня точно должна была справиться без него, но он чувствовал себя виноватым прежде всего перед сыном. Одно дело — задерживаться по делам «Гидры», другое — вот так, потому что у него теперь есть любовник. Прямо скажем, херовым он считал это оправдание, прежде всего для себя. — Я хочу что-нибудь посерьёзнее, чем аттракционы для малышей и семейный обед, — Баки, поджав губы, повернулся. — Это не капризы, я всё понимаю, но можно ведь и что-нибудь другое попробовать, так? — Так, — согласился Брок, расслабленно выдыхая, он уже всерьёз был готов предположить, что ему перед сексом и сном и тут попробуют поиметь мозг.