Snowdin
1 декабря 2016 г., 11:27
Санс: На фоне моего классного братца меня особо никто не замечает. Я ленивый, несносный, своевольный и не занимаюсь своими обязанностями. Большой Босс же крутой, он придумывает лучшие ловушки в Подземелье, столь смертоносные и хитрые, что мало кто может их обойти. Он обожаем и уважаем всеми монстрами, да ещё и глава Королевской Стражи. Я очень горжусь им, но моё собственное положение меня не особо волнует. Чем меньше ответственности лежит на мне, тем чаще я могу ходить в Гриллбиз, чтобы перекусить и чего-нибудь выпить. Когда эта девчонка прошла мимо меня в первый раз, я не сильно заинтересовался, хоть видел человека всего второй раз в жизни. Просто послал её в ловушки Папайруса, зная, что он потом найдёт её душу во время обхода, парящую где-нибудь там же. Братец начал бы пользоваться ещё большей славой, глава Королевской Стражи поймал последнего человека и освободил монстров. Я люблю Папайруса, думаю, он заслужил это. Но девчонка прошла вновь. Сначала мне показалось, что с головой непорядок, но нет, это точно была она. Странная, покрытая цветами, благодарит меня, улыбается и уходит на верную смерть. Похоже, она использовала "сброс" после смерти и возвращалась к точке сохранения. Я наблюдал за ней из осторожности, думая, что не буду вмешиваться. Папайрус и Андайн всё равно её скоро поймают, Альфис со своими камерами знает обо всех её передвижениях и в случае опасности сразу предупредит. Но чем больше я следил, тем сильнее она почему-то западала мне в душу. Единственный человек, монстр, существо, который сказал мне спасибо, который видел меня, а не тень брата. Я наблюдал, как её убивают раз за разом, ничего не предпринимая, но потом кипел от ярости и мечтал порвать тех, кто посмел взрастить на её теле новый цветок. Ради её улыбки я встал против всего Подземелья, осознавая, что ради защиты этой девчонки готов пожертвовать собственной жизнью. Я пошёл даже против собственного брата, мечтая лишь о том, чтобы довести это маленькое наивное существо до выхода, пытаясь спасти её.
Фриск поёжилась от холода, несмотря на свитер, а Флауи так вообще сидел под ним, выглядывая из ворота. Он объяснил, что им нужно в Сноудин, но пройти туда очень трудно, так как везде должны стоять ловушки одного надоедливого и очень опасного типа. Девушка в ответ лишь грустно вздохнула, обняла себя за плечи и направилась вперёд, опасливо оглядываясь, чтобы не быть пойманной врасплох, если вдруг откуда-нибудь выскочит монстр. Прямо на дороге валялась палка, она просто переступила её, но стоило ей пройти несколько метров вперёд, как сзади раздался хруст. Палка лежала на том же месте, но сломанная, словно на неё наступил кто-то очень тяжёлый, но Фриск никого не увидела. Флауи что-то испуганно прошептал, только больше нагнетая атмосферу. "Оставайся решительной" — мысленно повторила девушка, на мгновение прикрыв глаза. Эту фразу она слышала вновь и вновь, когда умирала. И это действительно помогало не падать духом. — А в Подземелье водятся животные?.. — осторожно спросила она. — Нет, только монстры. — Точно? Даже белок нет?.. — Какие белки будут жить в Подземелье? Да и что за белка должна быть, чтобы сломать такую палку... — Я на неё не наступала, может она была совсем гнилая, вот и рассыпается от каждого прикосновения?.. Цветок не ответил, не желая говорить, что гнилые палки с таким треском не ломаются, и пара тут явно не одна. Он бы хотел помочь подруге, вернувшись в землю, но в снегу Флауи очень сильно мёрз и не мог свободно передвигаться. Немного покрутив головой, внимательно всматриваясь в просветы между деревьями, девушка прибавила шагу, уже чуть ли не бегом двигаясь по тропинке вперёд. Прошло несколько минут, прежде чем она наконец снова сбавила темп, пытаясь выравнять дыхание. На неё никто так и не напал, так что нет повода для беспокойства... — Человек, — Фриск только сделала шаг по направлению к деревянному мосту, как сзади её окликнул низкий бас, заставив испуганно вздрогнуть и робко обернуться. Поблёскивая золотым зубом, на неё, улыбаясь, пустыми глазницами с горящими в них красными точками, смотрел скелет. — Куда ты направляешься? — В Сноудин... — тихо ответила Фриск. Она уже вся напряглась, готовясь к битве, но монстр не спешил нападать. Оно и к лучшему, ибо на этой узкой тропинке с двух сторон окружённой деревьями маловато места для уклонений. — Чтобы пройти туда, нужно обойти все ловушки моего братца. Это нелегко, да путь туда не близкий, но мне немного по пути с тобой. Пройдёмся? Фриск робко кивнула, но похоже скелету не требовалось разрешение и вопрос был чисто риторическим. Убрав руки в карманы, он смерил девушку безразличным взглядом и прошёл мимо неё. Шаги у него широкие, Фриск с трудом успевала, в то же время, это позволяло держаться от монстра подальше, если он вдруг решит напасть. После Ториэль и Флауи, он оказался первым, кто не вступил с ней в бой, как только увидел. Можно ли считать его... дружелюбным или типа того? Хотя бы мирным. — Ты человек, милая, верно? — вновь заговорил незнакомец, впрочем, вопрос скорее снова был риторическим, и он просто рассуждал вслух. — Занятно, занятно. Меня зовут Санс. Скелет Санс. Я вообще-то страж этого места и должен высматривать людей здесь, но... знаешь, я немного ленивый и мне немного пофиг. Но вот мой брат, Папайрус, не отличается подобным... милосердием, скажем так. Он очень кровожадный и давно мечтает поймать человека, чтобы стать тем самым монстром, освободившим нас из Подземелья. Ох, а вот и он кажется. Ну что же, рад был познакомиться. Фриск услышала чьи-то тяжёлые шаги по снегу и в страхе кинулась прятаться за сугробы. Это глупо, конечно, Санс её выдаст, но вдруг... вдруг есть какой-то маленький шанс, что всё обойдётся? Или это поможет ей сбежать? На заснеженную поляну вылетел ещё один высокий скелет, вызвавший у прятавшейся девушки ряд мурашек одним лишь своим видом. Если Санс казался вполне равнодушным, то Папайрус сверкал красным огнём в злобных глазах и щёлкал острыми, словно кинжалы, зубами. Похоже, он был в ярости: скелет нервно теребил красную бандану на шее, другой рукой поигрывая заострённой костью. — Санс! — заорал он, высоким голосом. — С какого ты здесь прохлаждаешься?! — Я просто любовался сугробом. Он классный, не хочешь ли ты... — Нет! Я не настолько тупой, чтобы тратить время на подобную белиберду! Что, если придёт человек?! Вдруг он проскочит мимо нас?! — Босс, никто не обойдёт твои ловушки. — Нельзя полагаться лишь на это! Я должен быть готов! Я захвачу мерзкое человеческое отродье и преподнесу его душу Азгору! И тебе бы тоже не мешало работать, идиот! — Хм-м-м, точно уверен, что этот сугроб тебе не поможет? — Заткнись, Санс! Ты не помогаешь! Ты постоянно бездельничаешь и не можешь справиться даже с настолько лёгкой работой, как просто стоять на своём, чёртовом, мать его, посту! Ты ленивый кусок костей! — Хэй, да расслабься ты. Я выполнил тонны работы. Скелетонны, ха-ха. Или ты хочешь, чтобы работа свела меня в могилу? — Санс рассмеялся, что ещё больше разозлило Папайруса. — Прекрати уже шутить, словно у тебя мозгов нет! — Ну, костный-то точно есть. — Санс, ты бесишь! Я иду осматривать окрестности Сноудина, ведущие к Водопаду! А тебе стоит хорошенько поработать! — скелет унёсся так же быстро, как и появился, оставив всё ещё посмеивающегося Санса. Как только его шаги затихли, монстр обернулся к сугробу, за которым она пряталась. — Вылезай, милая. Он ушёл. Фриск не знала, как реагировать, не сводя взгляда со скелета. Он не выдал её местоположение Папайрусу, но ведь намекал ему, так что... она не представляла, как реагировать. Санса её выражение лица насмешило. Спрятав руки в карманы, он направился куда-то вперёд, чуть обернувшись перед тем поворотом, за которым исчез его брат. — Слушай внимательно, милая. Здесь у тебя нет друзей. Я просто лентяй, которому лень гоняться за тобой и отнимать славу у Босса. Встретятся те, кто просто не захочет с тобой связываться. Но количество монстров, желающих лично растерзать тебя, намного больше чем нас — нейтральных. И во главе мой братец, который не даст тебе и шанса на побег. Впереди ждут несколько десятков смертоносных ловушек, которые ты вряд ли пройдёшь, но если такое и случится, то за ними лежит Сноудин. Там тебя никто не тронет, да и Папайрус не часто бывает дома, у него много дел, он ведь глава Королевской Гвардии как-никак. Не знаю, куда ты направляешься, но можешь остановиться на какое-то время в городском отеле. Но учти, если ты кого-нибудь хоть пальцем тронешь... — искра в правом глазу Санса вспыхнула красным пламенем, — я лично выпотрошу тебя и намотаю твои кишки на ветки сосен. И он просто ушёл, оставив её слабо подрагивать от пережитого потрясения и холода. Флауи выглянул из под ворота, прячась там всё это время, и покачал головой, снова предупредив насчёт Папайруса. Именно он и был тем "очень опасным парнем", про которого ранее говорил цветок. Фриск вздохнула, не зная, что ей делать дальше. Рядом стояла небольшая наблюдательная будка, так что пока девушка села на стойку, решив отдохнуть. Она только-только вышла из тяжёлой битвы с Ториэль, а тут уже встретились "весёлые" братцы-скелеты. И цели одного из них для неё оставались загадкой, делая его ещё опаснее. За всеми этими мыслями Фриск уснула, прижавшись головой к балке. Флауи разбудил её через несколько часов, испугавшись, что она замёрзнет и умрёт. А лишний цветок ей ни к чему. Если они не смогут обойти Папайруса, лишние попытки ей будут необходимы как глоток воздуха. Фриск очень надеялась, что больше этих двух монстров не встретит, но их дороги с Сансом вскоре вновь сошлись. Перед этим Фриск пощадила собаку, убежавшую из боя со счастливым лаем после того, как девушка её погладила, и встретила сохранение. Каждая золотая звёздочка не только заставляла её почувствовать себя бодрой и решительной, но и приносила облегчение. В следующей наблюдательной будке, лениво подперев голову рукой, сидел скелет, хрустя суставами. В этот раз он вообще почти не обратил внимание на девушку, так что ей пришлось самой подойти к нему. — Там развилка, не подскажешь, куда точно идти, чтобы попасть в Сноудин? — На восток, — бросил Санс. — Спасибо, — Фриск улыбнулась и продолжила путь. Она не оглянулась, так что не узнала, как скелет недоумённо расширил глаза и отвернулся, немного смущённый. Никто не говорил ему спасибо.***
С первым пазлом Фриск справилась легко. На узком проходе отчётливо виднелись чьи-то следы, идущие витиеватой гусеницей — какой-то умник протоптал им верный путь. Решив не рисковать, пара прошлась в аккурат по ним. За таинственной головоломкой её ждал столик, на котором стояла тарелка "чего-то" очень страшного. Девушка даже не решилась к ней подойти, дабы узнать состав блюда. По нему и так видно, что разложением в воздухе не пахнет только благодаря морозу. Вот дальше ей не повезло: Фриск вышла к тупику с очередным странным пазлом. Осмотревшись, они с Флауи согласились, что другого пути, как вперёд, просто нет, а вот между тупиковым утёсом и ледяным мостом достаточно небольшое расстояние, которое можно хотя бы попробовать перепрыгнуть. Но стоило ей подойти ближе, как её нога заскользила, она упала на спину и докатилась до обрыва, упав вниз. "Сохраняй решимость! Ты надежда людей и монстров!" Фриск резко открыла глаза и ухватила руками пустоту, словно всё ещё падала. Но нет, она твёрдо стояла на земле, лишь слегка подрагивая от холода. Через пару поворотов всё так же сидел Санс, подперев голову рукой, хрустя суставами на пальцах, но в этот раз что-то было не так. Его взгляд метнулся к девушке, он удивлённо прищурился, на мгновение прекратив своё занятие. Но всего на долю секунды, прежде чем снова вернулся к воспроизведению этого противного звука. — Там развилка, не подскажешь, куда точно идти, чтобы попасть в Сноудин? — снова поинтересовалась девушка. — На восток, милая, — ответил Санс. Он упорно делал видимость сосредоточенности и занятости на своих длинных пальцах, но Фриск понимала, что скелет внимательно за ней наблюдает. Она снова улыбнулась и поблагодарила его, а когда они отошли на приличное расстояние, то тихо спросила у Флауи, точно ли они единственные, кто знает о сбросе. — Ну, скорее всего сам Азгор в курсе, но, кажется, это всё. А что такое? — Нет, ничего... — Фриск задумчиво оглянулась, на наблюдательную будку Санса. Снова пошла череда смертей. То Фриск падала с обрыва, подскальзываясь на льду, то её убивали электрические ловушки, если она куда-то не туда ставила ногу. Добравшись до моста, который вроде бы уже вёл в Сноудин, ей пришлось проходить ужасную полосу препятствий, где в неё кидали стрелы, пытались спалить огнём, трясли мост, желая, чтобы она упала. Самая ужасная головоломка! Фриск прошла её только с десятого раза, буквально упав на снег, тяжело дыша. Какое-то время она просто лежала, ощупывая свой живот, на котором образовалась уже целая клумба. Около тридцати новых цветов. Хорошо, что они решили цвести и на других частях её тела и пока не трогали голову, ибо она и так плохо видит одним глазом, но была и другая проблема: почти всё её левое плечо заросло лютиками, и рука плохо двигалась. Как же хорошо, что перед самым Сноудином оказалось очередное сохранение, дав ей решимость тем, что эти ужасные головоломки наконец-то остались позади! За то время, что она проходила возле Санса, Фриск окончательно удостоверилась в понимании скелета того, что происходит. Он знал о "сбросах", о том, что она возвращается во времени, но молчал, играя свою роль. Вот только каждый раз, в отличие от остальных монстров, он вёл себя по-другому: слова, действия, взгляды. С каждым разом монстр менялся, то ли намеренно, то ли случайно намекая ей, что он всё знает. Да и сама Фриск начинала вести с ним себя более раскрепощённо. После их нескольких встреч, она остановилась возле маленького домика и принялась расспрашивать его о Сноудине. В другой раз они говорили о короле Азгоре. Несколько раз о Папайрусе, о самом Сансе, о жителях Подземелья. Сначала скелет упрямился, грубил, но потихоньку начинал привыкать к ней, иногда он даже смеялся низким басом, когда она говорила что-то странное, заставляя её краснеть, непонимающе склонять голову или дуться. Сказать честно... ей очень нравился Санс, что-то в нём такое было. Он утверждал, что является кровожадным монстром, но Фриск видела добродушие. И ей нравились его шутки, она искренне недоумевала, почему Папайрус называл их такими плохими. Однажды, где-то на предпоследней или пред-предпоследней попытке пройти головоломки, когда девушка отошла на приличное расстояние, Санс вдруг окликнул её. — Эй, милая, не хочешь ли сходить со мной в бар, когда пройдёшь головоломки? Фриск удивлённо оглянулась, но лишь улыбнулась и кивнула, подумав, что его поведение забавное, и скелет даже не пытается скрыть свою осведомлённость. Он не сказал "если", а прокричал ей вслед "когда". Девушка пыталась поговорить об этом с Флауи, но тот лишь растерянно пожимал листьями, неспособный объяснить это. Ну, с них хватило головоломок. Сейчас Фриск мечтала лишь об отдыхе, так что она сняла комнатку в отеле на пару дней. Деньги не малые, зато она сможет наконец-то отдохнуть. Если в городе ей действительно ничего не угрожает, значит можно не спешить уходить отсюда. Монстры косились на неё подозрительно, но не предпринимали попытки забрать её душу, а две сестрицы, заведующие отелем и магазином так вообще оказались очень приветливыми. Когда Фриск впервые оказалась в лавке с товарами, её встретили улыбкой. Милая торговка охотно отвечала на все вопросы и даже сделала девушке небольшую скидочку на сладости. — Почему вы не желаете мне зла, как другие? — робко поинтересовалась Фриск, сидя на скамейке возле прилавка и наблюдая, как женщина раскладывает товары на полках. — Для меня ты обычная путница, которая пришла за покупками. Если я хочу быть хорошим продавцом, то не должна делить своих покупателей на монстров и людей. И ты ничего мне плохого не сделала, чтобы вызывать мою ненависть. Лишь купила пару булочек с корицей. Я плохо разбираюсь в людях, но ты не похожа на злого человека. Кстати, кажется, на улице тебя кое-кто ждёт. Фриск от души поблагодарила добрую крольчиху, улыбнувшись от всего сердца, и вышла на улицу. Ей стало немного легче. Тут есть монстры, которые не желают убивать её. Даже если они выглядят неприветливо. К её удивлению, на улице стоял Санс, спрятавший руки в карманы чёрной куртки и поблёскивая своим золотым зубом. — Привет, милая, — он, кажется, то ли улыбнулся, то ли усмехнулся, завидев её. — Ты обещала сходить со мной в бар к Гриллби, помнишь? Внутри девушки что-то возликовало. Это было не последнее сохранение, но скелет помнил! Радостно улыбнувшись, она кивнула и направилась за ним. Пара сидела прямо перед барменом, от которого приятно тянуло теплом. Сказать честно, Фриск мёрзла в своей одежде, но в магазине не нашлось ничего подходящего, потому что в Сноудине жили преимущественно монстры с густой шерстью. Хорошо хоть в зданиях всегда тепло даже для неё. Санс заказал им по бургеру с картошкой, задумчиво смотря куда-то вдаль, похоже, о чём-то размышляя. — Сказать честно, — вдруг начал он, — не понимаю, что ты задумала. — Прости?.. — Ты никого не убиваешь. Живёшь в Сноудине уже второй день, но все отзываются о тебе вполне неплохо. Вежливая, никому не угрожаешь, стараешься близко ни к кому не подходить, чтобы не пугать. Даже ворчунья из магазина отзывается о тебе с теплотой. Я пытаюсь понять, чего ты добиваешься. Когда наша бдительность уснёт, ты вонзишь нам ножи в глотки? — Я... никогда не убивала, — тихо пробормотала Фриск, опустив глаза. Флауи недовольно посмотрел на скелета, про себя обозвав его бестактной грудой костей. — Тогда зачем ты идёшь к Азгору? Разве не отомстить за остальных детей и убить его? — Я очень надеюсь, что Азгор позволит мне уйти... я хочу домой. — Как ты вообще сюда попала? — пока они ждали, Гриллби принёс девушке чай, а Сансу что-то такое, состав чего она решила не узнавать. Отпив глоток горячего, Фриск шмыгнула носом, гадая, поверит ли её знакомый. — За мной гнались соседские мальчишки. Они всегда меня задирают, а я прячусь на горе. Но в тот раз они почему-то всё поднимались и поднимались, хотя обычно не решаются следовать за мной туда. Я устала и не могла больше бежать, начала пятиться куда-то, не заметила корень и упала в расщелину. Ну... и очнулась уже здесь. — Тебя обижают другие люди? — Санс удивлённо глянул на неё, отчего девушка слегка покраснела. — Угу. Мои глаза. Все говорят, что они проклятые. — Почему это? — Они красные. — Ну и что? Мои тоже красные, — Санс ткнул себя в скулу, огонёк в его глазах разгорелся чуть сильнее. Фриск тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью, почти заросшей лютиками. — Наверное, у монстров это нормально. Но у людей глаза не могут быть... такими. — Так... почему ты тогда хочешь домой? В тот мир, где над тобой издеваются? — Санс подпёр голову рукой. Он смотрел на девчонку и не мог оторвать взгляд от её худенького лица, покрытого жёлтыми цветами. Она всё ещё слегка улыбалась, а потом выдала шутку в его стиле. — Ну, в отличие от монстров, нелюбовь людей не доводит меня до гроба, — Фриск рассмеялась, но в смехе слышалась печаль. Флауи так вообще опустил голову. — Давно ты поняла, что я знаю о сбросах? — Да уже на второй раз. Ты удивился, а ещё добавил "милая" в конце. Почему ты сам ничего не сказал? — Мне... было лень, — Санс всё же отвернулся от неё, снова уткнувшись взглядом в стену. — Ты делаешь это нарочно? — Нет... похоже, моя решительность возвращает меня. И каждый раз, когда я умираю, постоянно появляются эти цветы. — Так это из-за того, что ты умираешь? Я-то думал, что... ну, у людей такое бывает, — Санс потёр шею, не зная, как подобрать слова. Он видел эту девчонку столько десятков раз, что запомнил каждый цветочек на её лице. И сразу замечал, когда появлялся новый, но... — Ты второй человек, которого я видел, так что... — Кажется, когда их станет слишком много, я умру. Вот и хочу поскорее выбраться. — Если бы ты убивала монстров, не тратя время, то очутилась уже во дворце, разве нет? — глухо поинтересовался монстр. Показалось ли ей, или в его зрачках потухли огни? — Но я так не могу. Все они заслуживают доброты и понимания. Даже если кто-то издевается надо мной, я не обязана отвечать тем же. Как бы темно здесь не было, монстры не забывают свет. Они хотят мою душу, потому что желают выбраться. Я могу их понять. Ведь даже находясь в этой тьме, они не забывают о свете и тянутся к нему. Я верю, что доброта спасет их сердца, ведь иногда это всё, что нам нужно. Сначала мне казалось, что монстры безумны, но встретившись с Хранительницей Руин, с хозяйкой лавки, да даже с тобой, я осознала, что вы просто одинокие, всеми забытые существа, закрытые тут по глупости людей. У вас есть семьи, друзья, любимые, вы охотитесь за моей душой не ради бессмысленного убийства, а чтобы спасти и защитить ваших родных и близких. Поэтому я хочу дойти до дворца и поговорить с Азгором. Если он мне поверит, то я вернусь к людям и попрошу их выпустить вас. Санс молчал, обдумывая её слова. Когда им принесли еду, они какое-то время молча трапезничали, погружённые в свои мысли. Фриск иногда добавляла кетчупа в картошку, довольно улыбаясь: Она давно не ела сытной и горячей еды, так что чувствовала себя превосходно. И... она никогда вот так вот не ела с друзьями за одним столом. Наверное, скелет бы не согласился зваться её другом, но что-то тёплое между ними определенно было. Если бы они встретились при других обстоятельствах, то, наверное, могли подружиться. Сказать честно, Фриск вообще почему-то быстро привыкла к жизни в Сноудине и думала, что она бы осталась тут навсегда. Неожиданно, Санс вылил в себя целую бутылку горчицы, запив её остатками кетчупа, и встал. — Как ты думаешь, могут ли люди измениться и быть добрее к нам? — поинтересовался он. Фриск какое-то время непонимающе смотрела на него, но затем улыбнулась. — Конечно. — А могут ли монстры? — Монстры или люди... какая разница? Все мы живые существа. По мне так, мы похожи больше, чем многие думают. У нас одни и те же ценности, мы даже едим похожую еду. Вы имеете другой облик, умеете пользоваться магией, но больше между нами нет различий. — Гриллби, запиши на мой счёт. Если она ещё будет приходить сюда, накорми её всем, что она захочет, я всё оплачу, — Санс на мгновение обернулся, смерив Фриск долгим и задумчивым взглядом, чуть улыбнулся и ушёл. У девушки внутри на мгновение сжалось сердце, когда она провожала взглядом его широкую спину.***
В тот день Фриск больше не видела Санса. Всё свободное время она гуляла по Сноудину и его окрестностям, наблюдая за монстрами и их жизнью. На улице стоял ужасный холод, так что ей приходилось часто заходить в бар, а заодно спрашивать у Гриллби о скелете. Похоже, бармен не говорил и лишь отрицательно качал головой, а когда расстроенная девушка садилась рядом с ним, он приносил ей что-нибудь вкусное и горячее. Похоже, посетители к ней тоже привыкли, так что больше они не кидали на неё злобные и настороженные взгляды, словно она может в любой момент броситься на них и начать геноцид. Интересно, что Санс делает сейчас? И почему Фриск вдруг это волнует? Когда она лежала в отеле, рассматривая свою руку, заросшую цветами, Флауи мягко оплёл её предплечье, положив голову на грудь. — Почему ты доверяешь этому скелету? Вдруг он просто пытается получить твоё доверие? — Он бы убил меня сразу, если хотел. Какой ему смысл тратить деньги, чтобы кормить меня? — Флауи не сразу нашёлся, что ответить, но всё же продолжил спор. — А вдруг скелет просто пытается тянуть время? Ждёт, когда вернётся его братец? — Но я и так не уходила. Говорю же, ему не было смысла тратить на меня время и деньги. Да и я могла уйти сегодня вечером, а его нигде не было видно. — Он просто следит откуда-нибудь! — Мне... нравится Санс... — пробормотала Фриск, неловко отвернувшись. — Я считаю его хорошим. Если бы не всё это, думаю, мы могли бы подружиться. Ты и Санс первые, кто так заботится обо мне. И вы мне оба очень нравитесь. — Заботится? Фриск, он просто сидел и смотрел, как ты идёшь на смерть! — Но он не знал, что это как-то на меня влияет. Цветок снова не нашёл, что на это ответить. Этой ночью Фриск впервые за долгое время так спокойно спала. Сказать честно, сначала она боялась, что кто-нибудь прокрадётся и убьёт её, но что-то ей подсказывало, что если Флауи прав насчёт слежки скелета за ней, то её никто не тронет. Когда девушка вышла на улицу на следующее утро, слегка ёжась от холода, похоже, в Сноудине стало ещё холоднее, Флауи даже в комнате остался, Санс стоял возле отеля, ожидая её. — Утречка, милая, — усмехнулся он. — Чем планируешь заняться сегодня? — Даже не знаю, у тебя есть предложения? — Фриск, улыбаясь, приблизилась к нему, чуть склонив голову набок. — Уже нет. Пока тебя ждал, весь окостенел. Прогулка по Сноудину вместе с Сансом оказалось намного приятнее. Да и забавнее с его шуточками. Они прогулялись по окрестностям города, избегая ловушек, уж монстр знал их всех наизусть, так что легко помогал девушке их обходить. А потом даже предложил посидеть у него дома. Флауи это точно бы не одобрил, но Фриск как-то совсем забыла о какой-либо осторожности, пока гуляла с ним. Домик у братьев-скелетов оказался очень даже уютным и милым, а главное, тёплым, ибо девушка вся продрогла до мозга костей, ха-ха. И Санс заварил ей чайку. Он много расспрашивал её о мире наверху, о людях, о самой Фриск. Наконец, она не выдержала и недовольно надулась. — Ты спрашиваешь обо мне, но никогда не рассказываешь о себе! Даже тогда, когда я расспрашивала тебя, пока мы говорили перед ловушками, ты всегда уходил от ответа! — Что ты хочешь узнать о таком ленивом скелете как я, милая? Лучше бы поинтересовалась о жизни своего собственного, он ведь поддерживал тебя столько лет, — Фриск тихо прыснула, покачав головой и снова дёрнула его. — Эх, у меня действительно скучная жизнь, я же не Папс. Просто сижу на страже, иногда хожу в бар. На меня мало кто обращает внимание, я словно тень Босса. Хотя, со своей ленью я даже до этого не дотягиваю. Я просто скелет Санс, вот и всё. — Мне не кажется, что это так, — возразила девушка. — Ты не тень Папайруса, потому что сам по себе выдающаяся личность. Я... была бы очень рада, если бы ты согласился со мной дружить, — Санс удивлённо посмотрел на неё, даже не зная, что ответить, но, кажется, Фриск сама оказалась слишком смущённая собственными словами, так что резко перевела тему. — Кстати, Гриллби вчера накормил меня пирожными. Кто бы знал, что они продаются в баре... они были очень миленькими, в виде зайчиков. Ты когда-нибудь пробовал их? — Я не люблю милые вещи, — отозвался скелет. Кажется, он всё ещё был смущён её словами. По каким-то неведомым для Фриск законам анатомии на его белых щеках отчётливо виднелись красные пятна, словно он покраснел. — Но... ты всегда зовёшь меня "милой". Ты и меня ненавидишь?.. — эта мысль оказалось настолько неожиданной, что у девчонки невольно на глаза выступили слёзы. — Нет, нет! Не ненавижу я тебя! — Санс запаниковал, чуть не упав с дивана, размахивая руками. — Я тебя не ненавижу! Ты мне нравишься! Теперь настала очередь Фриск покраснеть и уткнуться взглядом в чашку. Повисла неловкая пауза, которая разбавлялась лишь её дыханием. Наверное, нравится как человек, но не то, как она того желала, не так ли? Девушка иронично улыбнулась, опустив плечи. Она же человек, не так ли?.. Разве могла бы она понравится Сансу также, как он понравился ей, не так ли? — Знаешь, вообще-то завтра Папс должен вернуться в Сноудин. И тебе лучше поскорее уйти вперёд, так как я не уверен, все ли будут молчать о живущем тут человеке. Ты могла бы просто не выходить из отеля, но я волнуюсь, так что... давай зайдём за твоим жёлтым другом, а я провожу тебя до Водопада, хорошо? Вчера он отправился в здание Королевской Гвардии, так что не будет сторожить переход между этими землями и Ватерфолом. Это твой единственный шанс уйти. Тебе нужно быть очень осторожной, чтобы не попасть на Андайн, но я уверен, что ты справишься. Девушка расстроено посмотрела на него, слегка кивнув. Санс говорил это, чтобы спасти, но чувство такое... словно он вдруг решил прогнать её. И огни в его глазах не горели, придавая его взгляду пугающий вид.***
Тёплая атмосфера оказалась безнадёжно испорченной. Флауи так вообще испугался спешки и действий подруги, удивлённо интересуясь в чём дело. Девушка отмахнулась, сказав, что позже объяснит. Санс ждал на улице, он выглядел очень мрачным, и всю дорогу до водопада они молчали. Фриск дрожала от холода и тщетно пыталась согреться, обняв себя за плечи. Скелет ни разу не обернулся на неё. Они прошли остатки ловушек, очередную дозорную будку, когда вдруг из леса показалась высокая фигура, лениво щёлкающая суставами. Девушка замерла, услышав, как Флауи сдавленно вскрикнул. Перед ними стоял Папайрус, прожигающий девушку насквозь взглядом кровавых глаз и злобно улыбающийся. — Так-так, Санс, — просипел он. — Папс... ты... разве не должен быть сейчас в Гвардии?.. — выдавил Санс, словно ему не хватало воздуха. Огонь в его глазах потух, он беспомощно отшатнулся, отчаянно смотря на брата. Фриск видела, как его трясёт. — Ты же должен был вернуться завтра... — Я освободился раньше, так что вернулся в окрестности Сноудина ещё утром. Решил проверить, как дела с ловушками, откалибровать их, а вечерком заскочить домой, чтобы проверить, как там поживает мой братишка, которого я не увидел на своём посту. Но я вижу причину, ты ведь вёл мне в подарок человека, не так ли? — Нет... я не... это неправда... — он оглянулся на сжавшуюся от страха Фриск, отрицательно мотая головой. — Неправда? Значит ты якшаешься с человеком? — Папс расплылся в угрожающей улыбке. — Может ты хочешь сказать, что мой дорогой брат — предатель? Ты хочешь меня ещё больше расстроить? — Нет... Всё не так! — несчастный паниковал, не зная, какую сторону ему принять. — Тогда докажи мне, братец, что я могу тобой гордиться. Убей человека, и мы оба получим славу и уважение. Братья-скелеты забрали душу у последнего нужного человека и освободили монстров из Подземелья. Ну же, Санс, действуй. Скелет повернулся к Фриск, уставившись на неё пустыми глазницами, но возникало чувство, словно он смотрел куда-то поверх её головы. Девушка отчаянно сжалась, попятившись назад, не в силах поверить в происходящее. Санс поднял руку. Он ведь не сделает этого, не так ли? Он же сказал, что она ему нравится... Фриск считает его своим другом. Сейчас скелет спасёт её, не так ли?.. — Санс, пожалуйста... — прошептала Фриск. — Ты же не ненавидишь меня... — Санс, убей человека! В левой глазнице скелета разгорелся настоящий огонь, взгляд стал жестоким, но каким-то... пустым. Возле него появилось несколько черепов каких-то клыкастых тварей с горящими красными глазами. Их взгляды были устремлены на девушку. Она сделала ещё несколько шагов назад, прижимая к себе Флауи. Последнее, что предстало её взору, это красная вспышка, текущие из глаз скелета слёзы и... Фриск резко вскочила, снова оказываясь на кровати в отеле. Точно, она не сохранялась со вчерашнего дня... Хорошо, что во сне ей снова привиделась золотая звёздочка. Но сейчас... всё это было неважно. Фриск горько плакала, обняв себя за плечи, чувствуя себя преданной и обманутой. Флауи ласково обвил её стеблем, пытаясь успокоить. Хорошо, что он держал язык за зубами и не повторял "ну я же говорил". Цветок просто дарил ей поддержку. Её правый глаз больше не видел, лютик пророс прямо из глазницы. Конечно, когда она вышла из отеля, Санс не ждал её возле входа. Его вообще не было видно. Фриск попробовала постучаться к нему домой, но никто не ответил. Она стучалась несколько минут, прежде чем Флауи поторопил её: им нужно уходить, ведь есть вероятность, что Папайрус ещё не пришёл и им удастся проскользнуть возле него. Девушка чувствовала себя так, словно внутри неё не сердце, а камень. И от его тяжести она с трудом могла дышать, изредка утирая слёзы, что скатывались из её глаз. Цветок иногда что-то ворчал про "скелетам нельзя доверять", Фриск не возражала, просто потому что не слушала. Она-то помнила его красные слёзы, застывшие в глазницах, помнила дрожь руки, когда он атаковал. Вместе с Флауи они прошли все ловушки, хорошо, что Санс показал, как это сделать, и дошли до будки, на которую Фриск долго смотрела. Её костяной друг вообще-то ужасно прятался. Она отчётливо видела белую макушку с той стороны стойки, похоже он сидел на земле. Он был здесь. Интересно, что скелет сейчас чувствует? Плачет ли, сидя там, думая, что она его не видит? Настолько стыдится, что даже не может показаться ей на глаза? — Ты всё-таки хороший... — одними губами прошептала девушка, направившись дальше.***
Папайрус уже стоял там, Фриск попала прямо на него. Он ликовал и напал без какого-либо предупреждения, мгновенно пронзив тело девушки острыми концами костей, настолько чётко, что не задел жизненно важные органы: Фриск оставалась жива ещё какое-то время, чувствуя, как из глаз текут слёзы, по подбородку стекает кровь и всё тело настолько сковано болью, что она не может даже кричать, лишь слабо хрипеть. Наконец, наступила темнота, и Фриск вскочила на кровати. Теперь она не тратила время, а сразу побежала к проходу в Ватерфол. Какое-то время девушка действительно могла передвигаться без труда, но ей снова не повезло. В этот раз Папайрус убил её сразу, когда она предприняла попытку сбежать. В третий раз, избежав несколько атак, он просто всадил ей кость в лоб, словно ему надоело играться. Цветы начали появляться на ногах, мешая ей двигаться. Фриск не видела правым глазом, цветы медленно, но ощутимо парализовали её тело, она не могла выиграть у Папайруса, как бы ни старалась. Правая сторона — её слепая зона, а плохо двигающееся тело не даёт возможности для манёвров, снижает ловкость. Несколько раз они вместе с Флауи искали другой выход, пытались обойти скелета, но ничего не получалось. Если идти обходным путём, то пара попадала в ловушки, а если по главной дороге, то натыкались на Папса. Можно было переждать в гостинице и проскользнуть вечером, но скелет установил на дороге ловушки, и в темноте Фриск угодила в одну из них, снова просыпаясь в своей кровати. Поменять тактику не удалось, идти напролом тоже. Что ей остаётся? Ждать в Сноудине, пока Папайрус снова не отлучится? Никто не знает, когда это произойдёт, а у неё кончаются деньги. Ещё немного и Фриск придётся жить на улице, а уж так-то Папс точно её найдёт! Так что теперь делать? Просто глупо идти на смерть, пока она не сможет двигаться? Сейчас любая атака может привести к её слепоте, даже с помощью Флауи девушка не сможет уворачиваться от нападения врагов. И если скелет не самый сильный из них, то она может спокойно терять решимость и умирать прямо здесь. "Что же делать?.. что же делать?.." — Фриск ходила из стороны в сторону, сжав голову руками. Два пальца на её левой руке не двигались, она с трудом двигала руками, не могла ходить также быстро как раньше и не видела правым глазом. Её шансы выжить в подземелье примерно... около восьмидесяти процентов. Минус восьмидесяти, конечно. Где ей брать решимость, чтобы пройти все эти испытания? Где?! В голове мелькнуло изображение звёздочки, болтающейся на красной груди.***
Сколько раз Санс слышал эти лёгкие шаги, идущие на верную смерть? Он ничего не делал, просто слушал, не в силах даже голову повернуть, чтобы увидеть её. Его душа рвалась от боли, раскаяния и отчаяния. Он всё задавался вопросом, где теперь появился цветок? Может ли она всё ещё видеть? Санс слышал, что её шаги становились всё скованнее, ещё немного и Фриск потеряет возможность ходить. Но что монстр мог? Пойти против брата? Его и так никогда не замечали за "Великим Папайрусом", а запомниться всем как предатель?.. В конце концов, кто такая эта девушка, чтобы он жертвовал собой ради неё? Она просто человек. Если её убьют окончательно, то они наконец-то выйдут отсюда. Там на поверхности миллиарды людей. "А как много там таких как она?" — спросил голос в его голове. В груди что-то больно кольнуло. Скелет пытался убедить себя, что поступает верно, но всё, о чём он думал это: "Прости меня, милая, прости". Босс никогда не замечал в нём кого-то, лишь ленивого скелета, который не выполняет свою работу, но эта девчонка... для неё он не должен был лезть из костей, чтобы она заметила его. Санс нравился ей таким, какой он есть. Хоть кто-нибудь ещё в этом чёртовом мире улыбался ему? Кто-нибудь говорил "спасибо"? Кто-нибудь принимал его таким, какой он есть? Он не делал абсолютно ничего для её спасения, но Фриск всегда улыбалась ему. Из раздумий его вырвали шаги, в первый раз приближающиеся к нему, а не идущие дальше. И стучание зубов, она ужасно замёрзла. И, как Санс догадывался, всё это время Фриск знала, что он сидит здесь. — Как мне пройти его? — она не корит его, не просит помощи, а спрашивает, как может справиться сама. — Можно попробовать подождать, когда он уйдёт в лес, а потом попытаться проскользнуть. Я не знаю. — Спасибо. Сансу не нужно оборачиваться, чтобы по голосу понять, что Фриск улыбнулась. Улыбнулась вновь, хотя именно он был тем, кто вырастил один из цветов. Нет, просто сидя и наблюдая, как она гибнет раз за разом, он вырастил несколько десятков цветов. Внутри что-то сжалось, шаги девушки удалялись, но Санс больше не ждёт очередного "сброса", чтобы вновь вернуться сюда. Он буквально перелетел через стойку и побежал за ней, схватив её за руку. Фриск непонимающе оглянулась, и Санс виновато сморщился, настолько, насколько позволяли его кости, видя, что цветок пророс сквозь белок её глаза. Но он сжимал хрупкую тёплую ладонь, думая про себя о том, что больше не хочет никогда отпускать её. И о том, что он не скелет, а тупая груда костей, которая не могла взять себя в руки и идти действовать. — Вдвоём... с ним будет проще справиться, — Фриск в растерянности, но в следующее мгновение широко улыбается, сжимая его ладонь. Санс скорее снимает куртку и набрасывает её на плечи девушки, на мгновение обнимая её, прижимаясь лбом к её лицу и, тихо прошептав: — прости, милая. Прости меня. Как же давно он хотел это сделать. Теперь в его груди поселилось спокойствие, чувство гнева и паники прошло. Они шли к Папайрусу, и Санс ни на мгновение не отпускал её руки. Проскользнуть у них не получилось, а брат, если сказать, что выглядел слегка ошарашенным, значит не сказать ничего. Эмоции на лице Босса сменялись одна за другой. Сначала он удивился, потом разозлился, затем, видимо о чём-то подумав, сменилось на подозрительное, в конце он... улыбнулся. Правда, добрее от этого Папс выглядеть не стал, наоборот, улыбаясь, скелет становился ещё более жутким. — Санс! Ты привёл ко мне человека! — Нет, Папайрус. Я веду этого человека от тебя, — больше Санс не чувствовал страха или неуверенности, его переполняла решимость. — От всех вас куда подальше. — Решил предать нас? Якшаешься с человеком? Хочешь, чтобы мы остались тут до конца своих дней? — Скажу честно, мне плевать, что станет с остальными людьми, кто попадет сюда! Но забрать душу этой девушки я не позволю. Придется вам подождать ещё пару десятков лет. Она должна выбраться отсюда! Папайрус без какого-либо предупреждения вдруг послал в девушку десяток материализовавшихся костей, но Санс успел отбить их всех и вызвать черепа как щит для Фриск. Быстро разобравшись, что она отлично защищена, пока Санс в строю, Папс сменил тактику и начал атаковать брата. Но скелет просто исчезал и появлялся в воздухе, мгновенного уклоняясь или отбивая атаки, да ещё и умудряясь следить, чтобы ничего не достигло Фриск. Его младший брат начинал всё больше и больше злиться. — Что ты творишь, Санс?! — взвизгнул он. — Ты предаешь всех своих друзей, брата, ради человеческого отродья?! Когда ты будешь спать, она всадит тебе нож в грудь! — Ты не знаешь её, Босс. — Ох, точно. А ты, видимо, у нас скелет-рентген, раз уже знаешь, из чего она состоит. — Мне не нужно особое зрение, чтобы видеть её улыбку или действия. Она прожила в Сноудине несколько дней и никто не пострадал! Фриск никого не убивает! Она всего лишь хочет выбраться! — Эта девчонка запудрила тебе мозги, чёрт тебя дери, Санс! Что ты будешь с ней делать?! — Отведу к Азгору! Пусть она поговорит с ним! Но ей нужно выйти! — К Азгору?! Ты совсем с ума сошёл, костяная твоя башка?! Теперь понятно, почему эта девчонка никого не убивала! Нацелилась сразу на Короля! Снова началась жестокая битва. Скелеты обменивались атаками: постоянно мелькал луч бластера, а вся земля, куда не ступи, усыпана обломками костей. Они сражались в полную силу, но Фриск с удивлением начала замечать, что Папайрус уступает в силе Сансу. Меньший скелет выигрывал и по атаке, и по защите, учитывая, что он-то ещё оберегал девушку. Неуловимо мелькавший по полю битвы, он почти что насмехался над братом, не атакуя всерьёз, но пытаясь изморить его. И наконец, Папайрус не вынес натиска и отлетел на несколько метров назад из-за очередной атаки. Он сел, но вставать не спешил, грустно засмеявшись. Санс приблизился к нему, убрав кости, но не спешил отзывать черепа, защищавшие Фриск. Подняв руку, он материализовал одну-единственную кость, нацелившись брату в грудь, заставив Папса еще громче рассмеяться. — Какой потенциал. Ты бы мог занять моё место главы Королевской Стражи, мог бы сам стать любимцем Подземелья, его защитником, его освободителем, но всё, что ты делаешь, это спишь, ешь и бездельничаешь. Я никогда не мог победить старшего брата в боях. Так давай, убей меня. Иначе я последую за вами, натравлю на вас всю армию, выкопаю вас из-под земли, — Папайрус снова засмеялся и добавил, — если вы захотите зарыться еще глубже. Мы нуждаемся в этой душе, Санс. Возможно, она наш последний шанс на свободу. — Я не позволю вам забрать её. Эта душа и эта девушка принадлежат мне, — кость уже сделала движение по направлению к скелету, как между ней и Папсом вылетела Фриск, широко раскинув руки. — Нет! — закричала она, замотав головой. Монстр за её спиной непонимающе хмыкнул. — Не убивай его! — Фриск, немедленно отойди! — Нет! Не причиняй ему вреда! Если он умрёт... — девушка быстро наклонилась, подобрав кусок заостренной кости, и приставила его к собственной шее. — Я не хочу жить ценой чужих жизней! Если ты собираешься убить его, то я совершу сброс! — рука Санса дрогнула, но он опустил её. — Милая, ты думаешь, я действительно убью собственного брата? Но надо его вырубить. Это даст нам немного времени! Фриск не успела ничего ответить. Неожиданно, Папайрус встал и легко поднял её за шиворот, поднеся малышку к своему лицу, ибо девчонка с трудом достигала ему до груди. Санс что-то закричал, создав несколько бластеров, но... Папс не спешил нападать или причинять ей вред. Какое-то время он просто рассматривал её лицо, почти скрытое цветами, потирая подбородок и задумчиво хмыкая, ткнул пальцем в живот и... отпустил, поставив на землю. Испуганная Фриск сразу же кинулась к другу, спрятавшись за его спину, на что высокий скелет только рассмеялся. — Что? И эта клумба твой выбор, брат? Хм-м-м, у тебя странный вкус на женщин, — этой фразой, он заставил пару покраснеть, но бдительности они не теряли, готовясь к атаке Папса в любую секунду. — Я впервые вижу человека, но вообще-то слышал, что вы монстры. Иронично, не правда ли? Но ты полезла защищать меня, ты смогла расшевелить этот ленивый кусок костей, чтоб его. Странно, очень странно. И удивительно. Скажу честно, мне очень хочется выбраться, я устал от этой дыры, так что я не буду предупреждать Андайн или других, чтобы они были к вам... как это там люди зовут? Такое противное слово. Ах, да. Милосердны. Так что разбирайтесь с ними сами, но я вас преследовать не буду. Веди её куда хочешь, всё равно не могу до неё добраться, чёрт возьми. И да, Санс, домой можешь больше не возвращаться. Папайрус просто встал и проследовал возле них по направлению к Сноудину под удивленный взгляд старшего брата. Он всё не мог поверить в реальность, но... Папс сейчас действительно их отпустил? Точно? Или у Санса заехали кости за скелет? Или может он его сильно ударил? Фриск, испуганно вцепившаяся в его руку, вроде, вполне материальная, да и атаковал он не очень сильно, тогда... что произошло? Впрочем, виновата в этом явно девчонка, у неё талант... на подобные вещи. Менять расположение монстров к себе. — Знаешь... — пробормотал Санс, погладив её по голове. — Не знаю, что за магию ты используешь, но Папайрус никогда не слышал никого кроме себя, то же самое относится и к "не замечает". Но, похоже, ты смогла достучаться до него. Флауи осыпал их обоих лечебными лепестками, исцелив мелкие ссадины, и вся компания отправилась дальше. Впереди уже слышался грохот водопада, стало немного теплее, да и снег начал пропадать под ногами, вскоре они шли по твёрдой земле. Фриск почти ничего не видела в темноте, да и цветы закрывали ей обзор на левом глазу, так что ей приходилось держаться за скелета, впрочем, он, похоже, не был против. Они почти не разговаривали, в основном Санс был занят спорами с Флауи. И Фриск просто шла вперед, чувствуя, как бешено бьется сердце. Темнота вокруг потихоньку начала рассеиваться, появились источники мягкого голубого цвета, Флауи наконец-то снова опустился на землю, радуясь нормальной почве. — Добро пожаловать в Ватерфол, милая.
