Правила моей кухни

      Миссис Патмор как-то сказала, что любой у кого есть руки, может сделать мусс из лосося. К сожалению, она оказалась неправа. Саймон — никудышный повар, свет которых еще не видал.       Выйдя из такси я, наконец-то, смогла сделать глоток воздуха. Ароматизатор из салона выбил из меня весь дух. Если сам шофер привык к такому, то лучше ему открывать окна — может тогда и появятся клиенты. Мужчина попросил меня вытащить свои сумки из багажа — ну кто так делает? Вообще-то мог бы и помочь. Бурча себе под нос, я открыла багажник.       Демонстративно хлопнув им, я, с гордо поднятой головой, пошла прочь.       Если бы не отец, мне не пришлось бы ехать в этот дурацкий провинциальный городок. Ну, вообще-то здесь даже очень красиво. Не зря Аликанте привлекал глаз туристов. Уютные старинные дома, плотно построенные рядом друг с другом в эпоху XVIII века, узкие переулочки, вымощенные из камня. На улицах почти не было автомобилей, что несомненно меня радует. На узких и небольших балкончиках выставлены горшочки с цветами — фиалки, кустики мяты, веточки оливкового дерева, что должны прижиться и нести плоды.       Мне здесь нравится, первоначальное мое мнение оказалось ошибочным — это место очаровательно. Город стоит в объятиях горных вершин, а к югу расположились прекрасные холмы, зеленеющие на фоне ослепительного солнца. Может быть, отец был прав, что порекомендовал меня сюда, не знаю, но если так, то мне стоит извиниться перед ним за те крики и «Я тебя ненавижу, лучше бы я осталась с Джослин» кинутое мной напоследок, когда я недовольная хлопнула дверью и улетела из Нью-Йорка.       С того момента уже прошел год, мой отец — альфа, поэтому ему было очень тяжко воспитывать меня и брата одному, так наша мать бросила нас с ним и уехала к моему так званому «отчиму» Люку Гэрроуэю. Но сейчас, пробуя на вкус это слово, я понимаю, что и матерью назвать Джослин у меня язык не поворачивается. Просто… отец шеф-повар не мог постоянно быть с нами и воспитывать из нас надлежащих членов общества. Он разрывался между со своей работой и нами — маленькими сорванцами, которым не хватало родительского внимания, поэтому мы жили с бабушкой и дедушкой в Швейцарии. Только в 8 лет мы смогли переехать к отцу. Бабушка часто давала нам прозвища и разговаривала с нами обоими на разных языках, поэтому я свободно говорю на английском и немецком. «Mein kleiner koch»*- любила меня называть бабушка.       И почему же я только через год откликнулась на зов и примчалась в маленькое государство в центре Европы? Здоровье Валентина подкосилось, поэтому, переступив через себя, я решила сделать это и приехала в Идрис.       Я шумно вдохнула свежий горный воздух — просто чудесный релакс, после часового мотания в маленьком душном такси. Потянувшись, я подхватила свои сумки и направилась по заученному маршруту.       Городок тихий, но живописный и сохраняет атмосферу той эпохи, в которой был создан. Запах свежей выпечки только добавил магии в этот городок, растянувшись вдоль узкой улочки, заполоняя мои легкие прекрасным ароматом. О боже, как я соскучилась за круасанами бабушки Серафины. Мечтательно вздохнув я прикрыла глаза.       Будучи пятилетним впечатлительным ребенком и в придачу омегой, я мечтала об идеальной семье — возвращении Джослин к нам. В семь лет мне взбрело в голову выйти за мускулистого пекаря, как принца из сказок, чем очень сильно смешила Себастьяна. А через год и джина из лампы мне захотелось. Я бы и дальше предавалась бы воспоминаниям и детству, но меня отвлек душераздирающий трезвон мобильного. Наверное не стоило ставить на звонок Green Day — они не сочетаются с атмосферой небольшого городка Аликанте.       Я не удивилась, когда на экране высветилось «Мой любимый очкастый пупс». Только Льюис мог позвонить как всегда «вовремя».  — Алло? — закинув одну сумку на плечо, я взяла вторую сумку в руки и продолжила идти по маршруту.  — Дорогая моя, Клэрс, ну как приехала, уже работаешь, красиво в Аликанте, каков шеф? — закидал меня вопросами друг.  — Так, погоди-погоди, Шерлок, я только приехала и сейчас направляюсь в ресторан, а потом уже в гостиницу.  — Ну ты меня знаешь Клэрс, уехала, даже не погуляли это дело, а я весь на ежовых иголках сижу и жду твоего звонка.- Это правда — с самого детства мы спелись в яслях, когда я отобрала у какого-то мальчишки его лопаточку и ведерко и вот теперь друзья — неразлей-вода. И крышу сносит обоим, когда мы надолго уезжаем.  — Да, Саймон, ну как ты там без меня справляешься? Дюморт еще не зачах под натиском Рафаэля, который взял в свои руки бразды правления?  — В Нью-Йорке все отлично, я до сих пор су-шеф — думаю это все еще что-то значит.- Хорошо когда все в порядке.  — То есть бывший тебя не тревожит и божью кару с Олимпа не насылает? — я не смогла подавить смешок. Когда Саймон расстался с ним, весь отель чуть не сравнялся с землей — то еще веселье было.  — Нет, я и не думаю, что Сантьяго будет тревожить старую рану — только хуже сделает себе.- Спокойно произнес Саймон, хотя месяц назад, только как слышал имя Рафаэля — уже бежал в другую часть Манхэттена.  — Я согласна с тобой, Сай…- внезапно врезалась в кого-то и потеряла равновесие, упав на этого самого человека. Боже как стыдно.       Я упала на что-то запредельно мягкое, и нащупав на что именно, то густо покраснела. Большие, размер 3-4, не гиганты — самое то, в моем вкусе. Подняв голову и встретившись с суровым взглядом черных глаз, уткнулась обратно вниз, прерывисто вдыхая аромат дорогих духов, чертовски вкусный аромат.  — Девушка, что вы делаете? — властный, с легкой хрипотцой, голос, недовольной обладательницы сверху.  — Лежу.- ответила я, красная как вареный рак. Дура, а то она не знает, что я лежу на ней?  — Будьте добры, встаньте с меня, — звучало как угроза. Не смотря ей в глаза, я поднялась и попыталась помочь ей встать.       Нечаянно подняв голову, я посмотрела ей в лицо. «Красива» — промелькнуло в голове. Мое сознание право — правильные черты лица, бледная молочная кожа, пухлый губы, намазанные ярко-алой помадой. Высокая, статная, чувствую себя карликом — незнакомка выше меня на голову! Глаза непроизвольно опустились на бюст, с которым я недавно познакомилась. Ощущение, что мои уши заалели, но опустив голову еще ниже — на ноги, я окончательно убедилась, что полгода без секса и явная тяга к людям мне обеспечена. — Извините, я вас не заметила.- Дрожащим голосом я попросила прощения, ну как не надеяться на то, что шикарная девушка простит мне мое невежество? Хотя, с моим характером и едкими высказываниями, которыми я могу обеспечить эту женщину, ставят все на корню. — Не надо было разговаривать по телефону, — она фыркнула, отряхнула свое пальто, и, демонстративно пихнув меня, пошла дальше куда и шла. Меня это возмутило и естественно сдержать язык за зубами я не смогла.  — Вы уж извините, но стоять посреди дороги тоже недурно.- Я гордо вскинула свой острый подбородок, затаив дыхание в ожидании того как она остановится. Реакция последовала незамедлительно.  — Так, так, так, девушка, вы упали на меня, так еще и претензии предъявляете? — Она развернулась и, выгнув бровь в вопросе, посмотрела на меня своими графитами.  — Если так? — я сделала пару шагов к ней, остановившись на расстоянии вытянутой руки. Черт, почему я всегда веду себя как последняя дура с такими шикарными особями?  — Я могу предъявить свои претензии полиции. Я поперхнулась слюной и удивленно переспросила у нее:  — Полиции?  — Да, полиции, детка, поэтому будь добра осунь свой пыл и иди куда шла, желательно подальше от меня.  — Извините, меня за произошедшее. Но нелепая случайность — не повод вызывать копов! — Я не понимаю, кто она такая, чтобы предъявлять мне такое? Естественно мой буйный характер без следа не пройдет. Редкие прохожие уже косо на нас смотрят.  — Американка значит? Вы только и умеете, что хамить и выставляться напоказ.- Стереотипная дамочка мне попалась.  — Ich komme aus der Schweiz*. Но жила я в США.  — У меня нет времени на…- она достала свой телефон и ответила на звонок, совсем позабыв грозную меня — извращенку, и ушла в неизвестном направлении. И тут меня прошибло током — все это время я держала телефон в руках. Я поднесла к уху мобильный:  — Сай? — Дрожащим голосом спросила я. Ну как так можно, черт, хочется провалится сквозь землю, ведь месяц точно мой друг будет донимать меня услышанным.  — М-да…- я слышу как на том проводе мой друг старается не заржать в голос.  — Я премного благодарна, что ты ржешь как конина или индюшатина, ты все слышал?  — Отчасти — да, отчасти — нет, но у тебя здесь весело, может приехать? — Я так хочу придушить Саймона сейчас, но за меня это есть кому сделать.  — Камилла с тебя шкуру сдерет, Льюис, так что не рискуй и не иди на попятную своим «семейным» проблемам.  — Как всегда права, Моргенштерн.  — Ладно, Сай, буду болтать с тобой еще — то точно никогда не найду ресторан.  — Заблудилась в трех соснах, девочка моя? — попытался подколоть меня друг.  — Я отключаюсь, — закончив нашу беседу на этом, я сбросила вызов и пошла прямо. Все-таки Саймон всегда был отличным другом, и они с Рафаэлем были прекрасной парой, но видимо судьба решила распорядится иначе.       В итоге я так и не нашла ресторан. Зато прогулялась по всему городу, сделав несколько кругов, вокруг центральной площади. В итоге бессмысленная ходьба закончилась тем, что я просто села на лавочку, кушая клубничное мороженное.       Я так привыкла к шумным городам. Половину жизни провела в Нью-Йорке, некоторое время в Лос-Анжелесе на кухне под руководством Тессы Грей, а после перебралась в Париж. Где бы я не жила всегда царил шум, хаос, люди каждый день спешили на работу. Кому-то приходилось бежать через весь город, дожевывая свой завтрак по дороге — я сама часто так делала. А здесь… здесь все пошло в разрез с остальным. Спокойствие, улыбающиеся друг другу люди, никто никуда не спешит — такое ощущение, что время в Аликанте застыло.       И самое странное — мне это нравится. Долгое время я жила шумной жизнью, и если бы не прогрессирующая болезнь отца, я бы до сих пор гуляла в самых дорогих клубах Парижа, не задумываясь о последствиях бурной ночи.       Прикрыв глаза, я наслаждалась теплом лучиков солнца, пока кто-то не стал перед мной. Открыв глаза не почудилось, что я увидела самого Апполона. Отогнав наваждение я, уже недовольно, посмотрела на златокудрого и златогоглазого (что довольно странно) парня, улыбающегося мне. Судя по самоуверенному выражению его «уже наглой» рожи и самодовольной улыбке, ну не забывая про запах, перед мной стоит альфа.  — Чего вам надобно? — мое настроение ухудшилось в несколько, как обычно, когда перед мной вырисовываются самовлюбленные альфы.  — Помочь, миледи, соизволите пройти со мной и выпить хорошего брюта? — Пить средь бела дня? Боже упаси…  — Я не пью, и собственно говоря мне бы найти хороший ресторан…  — В плане?  — Я приехала устраиваться на работу, по просьбе кое-кого…  — Погоди, так это ты та, кого мы целый год ждем? — Он удивленно распахнул глаза, как и я. Собственно, это правда, что ждали меня здесь целый год…  — Ты работаешь там?  — М-да, а ты должно быть та самая Кларисса Моргенштерн? — Глаза парня прошли по моим плоскостям груди — оценивать ими нечего.  — А ты…- я сощурилась, делая вид, что вспоминаю ими того, кого впервые вижу.  — Джейс Эрондейл, к твоим услугам, тебе помочь с сумками?  — Было бы кстати, спасибо. День налаживается, несмотря на ужасно сексуальную, злую и недовольную альфу с мягкими грудями, которую я сбила с ног. Такое ощущение, что я с ней еще раз встречусь — не к добру это.