Ошибки прошлого

Flashback Маринетт боролась со жгучим ощущением внизу живота и каждые пару секунд поворачивала кран в сторону холодной воды, ибо быстро привыкала к новой температуре, и ей становилось жарко. За дверью послышался грохот, потом крики и ругань. Мари не смогла точно разобрать, что происходит в спальне. Она выключила воду и прислушалась к звуку снаружи. — Адриан?.. — ответа не последовало. Шум за дверью становился громче. Похоже, что в комнате был не один и не два посторонних человека, а намного больше. Девушка обмоталась полотенцем. Попытавшись открыть дверь, она не смогла не заметить, что что-то мешало ей выйти наружу. Через маленькую щёлку внезапно приоткрывшийся двери послышался голос: — Мари, ты там? — Алья загораживала вход в ванную. — Да, я. Аль, что происходит? Где Адриан? — Маринетт придвинулась к щёлке. Она искренне не понимала, что случилось и куда делся Адриан. В груди возникла странная тяжесть. — Он… — Алья глубоко вздохнула. Как бы тяжело это не звучало в данной ситуации, но она должна сказать Дюпэн-Чэн, что произошло. — Адриан очень странно повёл себя. Точнее, он ушёл, — Маринетт перестала дышать, следующие слова звучали неразборчивым эхом в голове брюнетки. Как ушёл? Куда? Вот так просто, ничего не сказав? Почему он это сделал? Она не хотела верить в услышанное. — Ты шутишь, Аль… — Мари выдохнула и провела ещё мокрой ладонью по лицу. Сейчас она откроет дверь, выйдет из ванной, её встретит Адриан, поцелует и обнимет. Так ведь кончаются все хорошие сказки? А ещё они обязательно будут вместе. Маринетт начала медленно оседать на пол, хватаясь руками за голову. — У нас ведь… был… мы… переспали… — сквозь слёзы говорила девушка. Алья ошарашено вздрогнула. Посылая подругу в одну комнату с предметом её обожания, с которым той, скорее всего, быть не суждено, она не думала, что всё это закончится сексом, ещё и с такой развязкой. — Я же верила ему, понимаешь, я думала, что всё по настоящему?! — Маринетт начала громко заикаться, жадно глотая недостающий от стресса воздух. Сезер собрала все мечущиеся в её голове мысли. — Отойди от двери, я сейчас зайду, — Мари отползла назад, прислонившись к холодной дверце душевой кабинки. Девушка закрыла дверь на ключ и села рядом с брюнеткой, заключив ту в крепкие объятья. Слова, которые можно было сказать для утешения разбитой и подавленное Маринетт, не существовали. Объятия казались единственным выходом. Молча они сидели некоторое время. Алья убрала мешавшие прядки волос с лица подруги. — Он был груб с тобой?.. — с сочувствием произнесла Сезер. Мари лишь пожала плечами. Откуда ей знать, что есть грубость, а что ласка? — Болит?.. — она попыталась взглянуть в глаза Мари, но те были закрыты. — Угу — кивнула девушка, продолжая хлюпать носом. Она не могла отвязаться от тяжёлого чувства. Ощущала Мари себя настолько плохо, что словами это невозможно передать. Всё казалось таким безмятежным. В конце Адриан даже обнял её. Или это было частью его лжи?.. Всё в её жизни — ложь… Мало того, что Маринетт с рождения неуклюжая, ничем непримечательная девушка, так она умудрилась влюбиться в самого популярного подростка Парижа. Получается, Дюпэн-Чэн — очередная обманутая «звездой» фанатка. Так что-ли? Алья встаёт с пола и подходит к шкафчику около умывальника. Она достаёт большую косметичку и увлечённо что-то старается там найти. Маринетт молча наблюдает за действиями зеленоглазой. — Вот? — Сезер достаёт маленькую упаковку с содержимым для женской гигиены.— Держи, надень. Предупреждаю, чтоб пару дней носила их при себе, ведь после этого дела некоторое время может кровоточить… — Алья присела на колени, вложила в руки Маринетт прокладки и ещё раз крепко обняла её. — Я всегда с тобой! — с доброй улыбкой произнесла Сезер. — Спасибо… — Маринетт начала успокаиваться. Но что-то всё равно заставляло терзать саму себя после случившегося. Она никогда не простит себе этой ошибки. С тех пор Алья презирала Агреста. А он, в свою очередь, остался совсем один. Без родных и друзей, без какой-либо поддержки. Даже без той, кого мог безответно любить. Flashback конец Маринетт ухватилась за руку тонущего блондина. Она звала его, пока не сорвала голос. Адриан не отвечал. Похоже, что алкоголь сделал своё дело — отключил юношу от реальности. Девушка видела смутно, но смогла разглядеть, какой из берегов ближе всего. Течение несло их вниз по реке, и, благо, оно было не сильным. Она притянула парня к себе и положила одну ладонь ему на грудь, чтобы тот не вырвался из её рук. Он уже успел рассечь себе бровь, которая довольно сильно кровоточила. Сила Ледибаг сейчас понадобилась бы как нельзя кстати. Маринетт, стиснув зубы, перебирала про себя всевозможные ругательства. Но мысль о том, что она ещё жива, не давал покоя. Значит, не всё кончено. Она ещё нужна этому миру. Но больше всего в ней нуждается Адриан, который бездыханно лежит на спине уже сильно измотанной девушки. До дома оставалось несколько улиц. Маринетт собрала все оставшиеся силы в кулак и крепче ухватилась за руки Агреста, свисающие с её плеч, и поплелась в сторону булочной. Как девушке удалось притащить парня в свою комнату, не привлекая лишнего внимания, для неё самой останется тайной. Она аккуратно спустила его на пол ванной. После их возвращения остались мокрые следы. Заметив их, Маринетт поспешила схватить тряпку и сбежать ко входу в булочную, дабы убрать все лужи и грязь после «купания» в Сене. Около чёрного входа девушка наткнулась на сломанный мобильник Агреста. Видимо, выпал, когда она чуть не уронила парня в дверном проёме. Стоило ей боязливо поднять гаджет, как тот изверг ещё немного болотистой воды, намочив только что убранный пол. — Так-с, значит, позвонить уже никому не получится… — холодно отметила Мари и, убрав все следы, вернулась наверх. Маринетт обнаружила Адриана на полу в углу ванной, он свернулся в клубок и дрожал, пытаясь согреться. Девушка обреченно вздохнула и принялась стягивать с Агреста мокрую одежду. Он совершенно не сопротивлялся. Просто лежал и бормотал себе под нос что-то нечленораздельное, потом прекратил. Иногда резко вырывался из рук Маринетт. Она еле успевала ловить его голову до того, как он стукнется затылком о кафель. Множество шрамов на теле блондина заставляли возникать кучу вопросов в голове Маринетт. На его груди красовался большой розовый рубец. Его зашивали и довольно неумело. Странно, что тело бывшей модели выглядит именно так. У Маринетт появилась новая проблема. Снимать ли с него трусы? Он ведь не её парень… Но простудиться тоже не лучший вариант. А с другой стороны, что она там не видела? За год уж точно ничего не поменялось. Или поменялось? Сантиметра на три… Маринетт попыталась скрыть своё смущение. Девушка покрылась румянцем и отвела взгляд в сторону. Руки немного дрожали, когда она опускала парня в горячую воду, то ли от тяжести его тела, то ли от чрезмерного волнения Дюпэн-Чэн. От холода губы Адриана приобрели синеватый оттенок, кожа побледнела. Через несколько минут он уже спокойно лежал в воде. Организм перестал стараться обогреть себя, включая дрожь. Маринетт, затаив дыхание, рассматривала до боли знакомые черты лица. Запёкшаяся кровь смешалась с грязью, залив один глаз блондина. Она взяла голубую мягкую мочалку, намочила её в воде и неуверенным движением провела по шее парня. На секунду Маринетт показалось, что он очнулся и сейчас начнёт орать, возмущаться. Потом испугается своей наготы и будет обвинять Дюпэн-Чэн в растлении. Она непроизвольно зажмурилась и напрягалась. Нет, ей всего лишь показалось. Он всё ещё без сознания. Тихий, молчаливый и уже очень горячий. Мужское тело быстро нагрелось. Маринетт приложила руку к его сердцу. Ладонь почувствовала слабую вибрацию. — Бьётся… — прошептала девушка. — Совсем как тогда, словно ничего не произошло… — она вернулась к обмыванию его испачканного тела. Уже уверенно Мари спокойно протирала почти все участки тела Агреста. Она изредка посматривала на него, пытаясь не увидеть, как тот удивлённо уставится на неё, внезапно очнувшись. Не вечно же ему быть без сознания. Маринетт это понимала. В глубине души она скрывала своё волнение, но на лице было ярко выраженное умиротворение. Словно, кто-то наблюдает за её действиями и оценивает, насколько точно будет выполнена работа. Рана над бровью была намного больше, чем казалось на первый взгляд. Будучи Ледибаг, у Маринетт в шкафу под толщей одежды всегда лежала аптечка в виде косметички. Мари была искренне рада достать её, чтобы использовать, ибо боялась, что больше никогда не сможет применить её на деле. Девушка бережно обработала рану и скрепила края рассеченной кожи двумя тонкими пластырями матового цвета, чтобы всё хорошо зажило. — Это для тебя, Адриан, — не надеясь, что её услышали, Маринетт положила рядом с ванной большое махровое полотенце. Её оглушало это молчание, она пыталась разбавить возникшую вокруг тоскливую атмосферу. И об этом думает та, кто ровно два часа назад пытался покончить жизнь самоубийством. Маринетт спрятала аптечку в шкаф и поспешила вернуться назад. Она все боялась, что Андриан утонет из-за своей беспомощности. Послышались звуки воды — кто-то начал двигаться в наполненной ванной. Адриан пришел в себя. Но опорно-двигательная система ещё давала небольшой сбой. Перед глазами возникла лёгкая туманка. В дверях он заметил удивлённую Маринетт. Она с испугом прикрыла глаза и отодвинула один пальчик в сторону, чтобы была видимость действий всё ещё не трезвого парня. Такие действия со стороны девушки показались Адриану умилительными. Он улыбнулся уголками губ. — Дюпэн-Чэн, ты меня похитила?