Ошибки прошлого

Flashback Со школы Маринетт ушла раньше обычного. Она смогла отпроситься от дополнительных, ссылаясь на сильную головную боль. По доброте и наивности своего учительского сердца Мисс Бюстье безоговорочно отпустила Дюпэн-Чэн. Но не забыла напомнить ей о снижении её успеваемости. Маринетт смиренно выслушала все наставления учителя, ведь наградой будет возвращение домой раньше других учеников. «Скорее, скорее!» — думала Мари. Из-за нервов она с недавнего времени часто грызла ногти. — Ты поняла меня? — закончила Мисс Бюстье. Маринетт убрала руку от рта и встрепенулась. — Я надеюсь, что да… — улыбнулась женщина и, взяв с учительского стола классный журнал, вышла из кабинета. Маринетт с минуту смотрела на бантики своих балеток. Она снова преподнесла пальцы ко рту и прикусила наполовину содранный ноготь. Было больно, когда он отрывался, а окровавленное мясо ещё больше краснело. «Одна боль сменяет другую» — убеждала себя Маринетт. Она не спеша перешла дорогу. В след сигналили автомобили, ведь шла она на красный. До конца учебы оставался месяц, долгий жаркий июль. Считанные дни, именно этот факт успокаивал. Она остановилась перед парадным входом в булочную и взглянула на палящее солнце. В глаза ударил яркий свет. На секунду она почувствовала такую боль, что подумала, будто ослепла. Опустив голову, Мари почувствовала, как перед глазами всё плыло и мелькали серые вспышки, напоминающие телевизионные помехи. Придерживаясь за дверную ручку, она аккуратно вошла в булочную, всё ещё часто моргая, стараясь привыкнуть к нормальному освещению. Приветствие родителей Маринетт проигнорировала, как и их вопросы о раннем возвращении из школы. Она чуть не забыла взять упаковку печенья для Тикки, пришлось попасть под строгий взгляд матери повторно. — Мне было плохо, отпустили пораньше, — холодно отчиталась Маринетт, сопровождая свою фразу вялой физиономией. Если бы люди могли видеть внутреннюю боль других людей. Поголовно все были бы несчастны. Но мы учимся всё скрывать. У Маринетт разыгралось лёгкое недомогание. Она аккуратно поставила рюкзак на стол, открыла упаковку печенья и произнесла: — Тикки, мы дома, можешь не прятаться, — почти промычала девушка. Она не взглянула в сторону квами, не проследила за тем, покушала ли малышка. Маринетт поднялась к кровати. С каждой новой ступенькой, снимая с себя по одной вещи, кидала её на пол. На подушке её ждала балахонистая майка, в которой обычно спала Мари. Но сил надеть её не было. Маринетт просто плюхнулась на кровать и заснула, убаюканная тишиной и шелестом листьев деревьев, доносившегося с улицы. Сон — это своеобразное исцеление. Так считала Маринетт. Но просыпаться всё же приходится. Было уже за полночь. Шумел сильный ветер. Она быстро поднялась с кровати, чтобы закрыть окна, которые почти вылетали из пазлов. Сегодня должен был быть патруль. Она совсем забыла. Плохое самочувствие и желание поспать оказались сильнее долга. И почему мама не разбудила её? Она всегда заходит в комнату Маринетт, чтобы проверить, чем занята её дочь. Видимо, сегодня было много клиентов и мало времени. Сабин устала или решила не беспокоить своё раздражённое чадо. — Тикки? — Маринетт нащупала выключатель настольной лампы. В комнате было неестественно тихо. Квами не показывалась. —Тикки, где ты? — только сейчас Маринетт заметила, что упаковка печенья не тронута. Дюпэн-Чэн начала нервничать, в глубине души успокаивая себя, что Квами просто где-то спит, именно по этому не отзывается. Маринетт перерыла весь дом, даже пошла на кухню. Может, Тикки уснула в коробке из-под кексов? Она открыла холодильник, все ящики. Шкафы с одеждой. Пересмотрела самые дальние уголки дома. Ничего. Ее нет. Тикки пропала. Маринетт уже готова была звонить в полицию, но что она им скажет? — Здравствуйте, у меня пропал мой талисман удачи. И да, я Ледибаг… — Маринетт остановилась посередине комнаты. Она пыталась вспомнить, может, есть что-то, что она забыла? Вдруг, Тикки застряла где-нибудь в школе? Она влезла в окно женского туалета, которое всегда было открыто. Пробежалась по всем классам. Заглянула в мужские и женские раздевалки. —Тикки, моя Тикки… — сквозь слёзы бормотала Маринетт. В её голове происходили самые ужасные вещи. Собственные мысли заставляли желать своей же смерти. — Кот Нуар! — вспомнила девушка. Он точно должен ждать её на Триумфальной Арке. Пусть узнает, что Ледибаг — это Маринетт. Пусть всё полетит к чертям в их отношениях. Но, может быть, он знает, что случилось с её квами, он точно поможет найти её. — Тикки, где же ты?! — Маринетт пробежала пару километров, прежде чем достигнуть нужного места встречи. Лёгкие сильно болели, она не привыкла к такому без перевоплощения в Ледибаг. Маринетт бежала и думала, что она скажет Коту Нуару? Как попросит его помощи? Плевать, выдаст всё, как есть. Маринетт была больше чем уверена, что он не откажет ей. А как он отреагирует на её признания, она боялась себе представить. Нога за что-то зацепилась: Маринетт упала. Невзирая на боль разбитой коленки, она поднялась и побежала дальше. Хотелось кричать, но она уже плакала, слёзы размывали картинку и неприятно щипали глаза, когда Маринетт старалась перестать реветь. Она никогда не боялась так, как сейчас. Сердце билось настолько сильно, что казалось, будто оно остановилась вовсе. Если бы можно было вернуть все назад. Это ужасная ошибка, она допустила ещё одну ошибку. Почему Маринетт не проследила за Тикки? Ещё утром малышка мирно посапывала на подушке. А сейчас её просто нет. Маринетт ни к кому, кроме Кота Нуара, обратиться за помощью не может. Она быстро поднялась по лестнице и оказалась на крыше Триумфальной Арки. Хорошо, что смотровая площадка не закрывалась летом. Маринетт на секунду замирает, ослепленная сиянием городских огней. Вокруг тихо, ветер совсем пропал. Будто все живое умерло, а сердце единственной оставшийся на земле Маринетт начинает выравнивать своё биение и отдаваться громким стуком в ушах. — Кот? — она вдруг понимает, зачем сюда пришла. В груди всё та же тяжесть вины, кричать, кажется, нет сил. — Кот! — хрипит Маринетт.Его нигде нет. Девушка собирается крикнуть ещё раз, набирая побольше воздуха в лёгкие. Но её перебивает еле слышимый, до боли знакомый голос: — Чего разоралась? — она невольно разворачивается и видит перед собой Адриана. Он сидит на каменистом строении, опустив глаза вниз и сильно схватившись за голову руками, постукивает ногой о землю. — Ты тут не одна и что вообще забыла в такое время в таком месте?! — он поднял на неё глаза. В этот миг они показались Маринетт особенно холодными и равнодушными, по телу прошлись мурашки. Маринетт вытерла слёзы и села рядом с Агрестом. — Я потеряла кое-кого и пришла сюда в надежде найти помощь, — тихо и робко произнесла Маринетт. Она давно не оставалась с Адрианом наедине. Всего пару недель, но и этого было достаточно, чтобы каждый день изводить себя. — Я тоже… — громко выдохнув, произнёс Адриан. Он взглянул на небо. Маринетт тоже посмотрела вверх. Слишком яркий город, его огни не позволяют звёздам проявлять свою красоту. Небо в ночное время казалось бездонной чёрной дырой, от которой невозможно оторвать взгляд. Маринетт вздохнула. Она решила успокоить себя. От паники ещё никому не становилось лучше. — А… — она хотела позвать Адриана, чтобы спросить, кого он ждёт. Но он резко встал с места, отряхнул штаны и произнёс: — Я разве просил говорить со мной? — всё также равнодушно произнёс парень. У Маринетт стал ком в горле. Она не знала, что и думать об услышанном. Почему он так с ней поступает? Она потупила взгляд и пожала плечами. Всё внутри сжалось от досады и обиды. Адриан пошёл к выходу и остановился у дверей, последний раз оглядев Маринетт с ног до головы. — Знаешь… — он сжал переносицу двумя пальцами. — Та, кого я ждал… Она, похоже, не придёт… — с полным разочарованием и безразличием в голосе, выдал Адриан. Он пнул ногой маленький камушек, наблюдая как тот падает с крыши, затем громко вздохнул и вошёл на лестничный пролёт. Маринетт его больше не видела. Услышанное почему-то принесло ей столько боли и радости одновременно. Это был их первый «разговор» после вечеринки у Сезер и единственный, когда он так грубо и безразлично ответил Маринетт. Она просидела на месте всю ночь. Верила, что Кот Нуар придёт и обязательно поможет ей. Но этого не случилось. Он не пришел. Маринетт встала на ноги и молча поплелась домой. В глубине души она знала, что всё кончено, но не хотела в это верить. — Это не я… — шептала девушка, идя по людной торговой улице в сторону дома. — Надо просто проснуться. Ну же, открой глаза, Маринетт… Конец Flashback Адриан и Маринетт потеряли счёт времени. Они пробыли не меньше трёх часов на балконе, разговаривая на разные темы. Им было хорошо и никто не скрывал этого. Маринетт улыбалась после каждой шутки Адриана, даже если она не всегда выходила смешной. Адриан внимательно слушал все рассказы Маринетт. Как ни странно, им удалось пооткровенничать между собой. Он рассказывал ей о своём поведении в прошлом. Поведал все свои проблемы. Сам не замечая того, излил Маринетт душу. Молчаливая и заворожённая искренностью парня, она сидела на тёплой плитке крыши, поджав под себя ноги, и слушала его истории. Теперь она знает как и чем живёт Адриан. Его помощница — Натали — помогает Адриану со школой, будущем бизнесом и многочисленными мелочами. Ещё она живёт в особняке Агрестов и следит за образом жизни Адриана. Единственное, что очень удивило Маринетт — это его ночная жизнь. Неужели он правда так ведёт себя? — Лишь алкоголь отвлекает меня от боли, которую приносит реальность, — произнёс Адриан и перевёл взгляд в сторону: ему стало не по себе от того, как сильно поменялось выражение лица Маринетт. — А как же спорт, работа и всё остальное? — с надеждой в голосе поинтересовалась Мари. — Это не отвлекает тебя? — Не так, как раньше… — он мял в руках кончик полотенца, нервно перебирая его пальцами. Маринетт заметила, как его безмятежное состояние быстро улетучивается. Она развязала ленточку на своих волосах и подала её Адриану. Он с недоумением взглянул на девушку. — Можешь поиграться, если тебе будет от этого легче, — она улыбнулась, наблюдая за тем, с какой странной реакций Адриан принимает ленточку. Через несколько минут он уже во всю теребил её пальцами и ухмылялся, когда она почти выскальзывает из рук, но он вовремя успевал ловить её в нескольких сантиметрах от земли. — Скажи, Маринетт?.. — начал Адриан, останавливая свой взгляд на волосах, которые беспорядочно лежали на её хрупких плечах. И почему он раньше не замечал, какие красивые у неё черты лица? Как выразительны глаза, и насколько завораживает этот глубокий синий оттенок, который так подходит ей? Только сейчас ему стали видны все проявления хрупкости Маринетт. Тонкая талия, длинные и нежные руки. Всё в ней привлекало и вызывало трепет восхищения. Видимо, нужно напиться, потом, взглянуть в глаза смерти, чтобы заметить перед собой такое сокровище. Внезапно Адриан осознал, каким он был мудаком, что поступал так с ней. В голове произошёл внезапный всплеск эмоций, порождающих совесть. Он был готов биться головой об эту самую плитку, на которой они сидели. И почему осознание пришло только сейчас? И на том спасибо, главное, что он понял свои ошибки и постарается их исправить. — Адриан?.. — Маринетт склонила голову в бок, в её взгляде выражалось полное недоумение. Ведь после того, как он назвал её имя, чтобы что-то узнать, сразу же замолчал и принялся о чем-то самозабвенно раздумывать. — Я хотел спросить… — он снова затих, но, погодя немного, продолжил. — Кого ты искала в ту ночь на Триумфальной Арке? Маринетт зажала локон волос между двумя пальцами и начала задумчиво перебирать кончики. — Я искала Кота Нуара… — с лёгкой ухмылкой, произнесла она. — Ведь, я — Ледибаг… — уже смеясь во всю, продолжала Маринетт. У неё получилось превратить секрет всей своей жизни в шутку. Теперь Адриан знает, кто такая Ледибаг, но не уверен в этом наверняка. Ему слишком тяжело в такое поверить. — А ты? — подавляя смех, поинтересовалась Маринетт. Она пыталась успокоить дрожь в коленках. И прятала свой испуг от сказанного за нелепой улыбкой. — Я — Кот Нуар и ждал Ледибаг, — ответил Адриан, совершенно не мешкая. Он тоже начал смеяться, подавляя тот же испуг тем же нелепым смехом. Несколько секунд оба сидели в полной тишине и обдумывали сказанные слова. Никто не решался заговорить. Адриан исподлобья косился на Маринетт и рассматривал недавно полюбившиеся ему черты лица и красивую, изящную фигуру. Она молча встала, и подошла к люку, собираясь уходить. Её лицо исказилось в странной улыбке, будто только что съела горькую конфету. Маринетт снова начала винить себя в потере Тикки. Эти воспоминания заставляли думать об ошибках прошлого. Буквально несколько секунд, и она снова ненавидела себя. Глаза неприятно щиплет. Мари не выдерживает и падает на колени, начиная плакать навзрыд, останавливая взгляд на удивлённым лице Адриана, вдруг замолкает. Эмоции, которые она так давно в себе держала, разорвали её на части. Адриан срывается с места и подходит к Маринетт. Он молча обнимает её, целуя в макушку и нежно гладит по волосам. Прижимая девушку к себе, он чувствует, как Мари начинает успокаиваться, как выравнивается её сбитое дыхание. Словно бездомный, испуганный котёнок, она жмётся к Адриану, успокаивается от тепла его тела и чувствует себя в безопасности. Вокруг спокойно и тихо, через несколько минут Маринетт засыпает на его руках.