Калейдоскоп пяти сезонов

— Такой? Или побольше? Когда продавец секс-шопа выставил на прилавок фиолетовый вибратор с силиконовыми шипами, Тсузуку и Кейко заржали в голос, сгибаясь почти пополам. — Нет ты представь ее лицо, когда… ооо! — Кейко почти сползла на пол от смеха. — Боже, я так хочу это увидеть, ахаха! Продавец-сан, а покажите тот, что побольше? — не унималась она, и юноша с бейджиком «Коичи» и волосами цвета жевательной резинки, сохраняя абсолютно непроницаемое выражение лица, наклонился и достал еще одну коробку, поставив рядом. — Три режима скорости, — не меняясь в лице, начал пояснять он так, словно рассказывал про велосипед. — Тут кнопка, батарейки заменяются. А также он водонепроницаемый, можно пользоваться в ванной. Еще к нему прилагается смазка, бесплатно, — он потряс маленьким флакончиком прямо перед лицами клиентов. — То, что надо! — обрадованно взвизгнула девушка и начала копаться в сумке выуживая оттуда кошелек. — Мы берем! Упакуйте покрасивее, пожалуйста — это подарок на день рождения! Она толкнула зависшего Тсузуку локтем в бок.  — Видал, какой покерфэйс? Ему уже даже не смешно. Торговать резиновыми членами — это тебе не шубу в трусы заправлять! — веселилась Кейко. — Простите ее, она дура. У вас прекрасная и очень нужная работа! — совершенно искренне сказал Тсузуку, чуть наклонившись ко все замечательно расслышавшему Коичи, пока приятельница возилась, набирая мелкие деньги. Чтобы казаться более убедительным, Тсузуку еще и быстро закивал. Вместо ответа продавец одарил его неожиданно веселым и игривым взглядом. С товаром он обращался так, словно в руках у него не секс-игрушка, а бесценная ваза династии Минь. Длинные пальцы с ярко-розовыми ногтями и массивными кольцами сперва быстро проверили работоспособность вибратора, а затем, вернув его в коробку и тщательно обернув в красивую подарочную бумагу, начали вязать бант из лент двух цветов. Совершенно безумная, но вместе с тем изысканная прическа, украшенная, казалось, тысячей заколок, — и мишки, и звездочки, и Hello Kitty, и макеты разных сладостей, и черт знает что еще, — забавно подрагивала и выглядела довольно-таки увесистой для такой аккуратной головы. У Тсузуку создалось впечатление, что держится она на честном слове, и вообще может рассыпаться в любой момент, стоит лишь чуть посильнее тряхнуть головой. «…Или дернуть», — услужливо подсказал внутренний голос. Сам Коичи был одет в кожаный корсет с лентами и короткий черный пиджак, на руках — перчатки без пальцев из какой-то супер тонкой черной ткани. А вот что было ниже пояса, Тсузуку не видел, но не сомневался — наверняка тоже нечто невероятное. Коичи вдруг поднял глаза, оторвавшись от своего занятия и посмотрел прямо на Тсузуку. Верхняя губа дернулась, на мгновенье явив взору острый клык. — Миа! — громко позвал он. Голос очень приятный — не высокий и не низкий, на удивление гармонично сочетающийся с внешностью. — Ась? — из подсобки высунулся блондин с кукольным лицом и покрытыми нежно-розовым блеском губами. Он быстро окинул взглядом покупателей и уставился на позвавшего его Коичи. — Есть у нас еще золотая тесьма? — Должна быть, сейчас поищу. Тсузуку уже совершенно бесстыже рассматривал накрашенные красной помадой губы, тонкие черты лица, густо подведенные карандашом глаза, длинные ресницы. Стоящая рядом и, к слову сказать, весьма миловидная, не дурная собой Кейко вдруг показалась ему неухоженным, совершенно невзрачным слоном. Еще у Коичи была очень тонкая талия, идеально подтянутый живот… и разрезы с боков корсета явно намекали на то, что сам обладатель этого роскошного тела, в его притягательности и совершенстве не сомневается. Соорудив пышный бант и закрепив его на коробке, Коичи закончил с упаковкой. Подхватив пакет, он проводил клиентов до дверей, отдал ценное приобретение все еще хихикающей девушке и вежливо поклонился: — Спасибо за покупку. У нас найдется все, что пожелаете. Приходите еще. И в тот момент Тсузуку почему-то даже не сомневался, что последняя фраза предназначалась исключительно ему одному. Коичи провожал их взглядом до самого поворота — Тсузуку оборачивался трижды и каждый раз видел неподвижно замершую у дверей магазина высокую тонкую фигуру.

***

— Большой латте без сиропа, пожалуйста, — выдал Тсузуку, остановившись перед прилавком. Коичи, оперевшись ладонью на столешницу, саркастично приподнял нарисованную розовую бровь, даже Миа удивленно выглянул из своей подсобки. — Ты издеваешься? — Нет, я — Тсузуку, — широко заулыбался тот. — И я думал у тебя все тут есть, а ты даже кофе не торгуешь. Я, похоже, ошибся заведением. Но идею я тебе отдаю, бесплатно. Пользуйся! — Кофейня при секс-шопе, каааак это мило, — Коичи улыбнулся, демонстрируя клыки, при виде которых у Тсузуку по позвоночнику прошла волнующая дрожь, а в паху невыносимо заныло. — «Анальное чаепитие», например — как тебе? Божечки мои, да я процвету! В подсобке послышались хрюканье и смех, а Коичи мечтательно подпер щеку рукой, склонившись ниже и опираясь о прилавок уже локтем. Сегодня на нем было длинное красное платье в пол и легкий серебряный пиджак. И выглядело бы это все комично, отвратительно, вызывающе, и вообще черти-как, если бы было надето на ком-то другом. — Знаешь, резиновый член мне не нужен, но я притащился сюда к тебе, и подумал — может мне тут хоть чашку кофе нальют? Тем более, ты в прошлый раз сам меня позвал!.. — Я позвал? — ошеломленно моргнул Коичи. — Ты позвал, — вконец обнаглел Тсузуку, навалившись на прилавок со своей стороны. Их с Коичи лица оказались в паре сантиметров друг от друга. Тсузуку тут же отметил какая у него прелестная кожа — на лице был наложен макияж, но пудры был минимум. — Во сколько ты заканчиваешь? — перешел он на шепот. Коичи, быстро кинув взгляд на настенные часы, так же тихонько ответил:  — Вообще-то в десять. Но сегодня Мето здесь, так что могу уйти пораньше. И, отстранившись, громко попросил: — Миа, там Старбакс через дорогу, деньги у меня в сумке — принеси пожалуйста этому сумасшедшему горячий латте, иначе у меня тут работа встанет. — И без сиропа! — подал голос Тсузуку, и Коичи едва сдержался, что бы не треснуть охреневшего в доску гостя по башке свернутой в трубку фольгой для упаковки. С тех пор, каждый день после шести вечера двери секс-шопа распахивались, являя светлым очам Коичи и всех остальных сотрудников приветливо улыбающегося Тсузуку. Как правило, он торчал до победного, забирая уставшего после трудового дня хозяина магазина. Они ели рамен или запивали пивом купленные в комбини сэндвичи, сидя на железном ограждении клумбы, а потом Тсузуку провожал его до самых дверей дома. — Все переживаю, как же ты такой разряженный добираться будешь, — обеспокоенно бормотал он, пока они традиционно выкуривали по сигарете у выхода и шли вдвоем по улице. — Извращенцев море, а ты такой один. Магазин работал с обеда и до позднего вечера, а офис Тсузуку закрывался в шесть и находился неподалеку, так что ему теперь было куда ходить после окончания трудового дня. К протоптанному маршруту до ближайшего бара добавился теперь еще и маршрут до магазина Коичи. Тсузуку с удовольствием проводил там вечера, отмечая, что такой способ расслабления ему подходит больше, чем тупое надиралово в баре в компании Кейко и остальных. Порой, приходя в магазинчик, он даже порывался помочь Коичи с работой, и тот с удовольствием помощь принимал, гоняя его по торговому залу или заставляя протирать полы. Как-то раз Тсузуку, войдя в небольшой зал, увидел удобный мягкий стул, стоящий рядом с рабочим местом Коичи, и чашку со своим именем. Последнее тронуло его до глубины души. Он взял кружку в руки, повернув ее — на обратной стороне красовался принт большого оранжевого члена с глазами и рукой, показывающей «класс». — Я так и знал, что тут какой-то подвох… — нахмурился он под хихиканье Миа. — На тебя бумажных стаканчиков не напасешься, — непрошибаемо пояснил Коичи, поймав его изумленный взгляд и, пожав плечами, ослепительно улыбнулся. Расставлявший утром следующего дня товар Мето, увидев стул, сделал большие глаза и показал на него пальцем. — Что значит, «что тут делает стул»? — прокомментировал на этот жест Миа. — Это для Тсузуку. Кажется он клеит нашего Коичи! Мето сделал еще пару жестов, и Миа приоткрыл рот: — Что значит, тебя никто не клеит? — не на шутку возмутился он. — А я чем, по-твоему, каждый день тут занимаюсь? «Чем-то»? Ах, я не в счет? Ну, знаешь ли, это уже вообще ни в какие ворота!..

***

— Значит, член тебе резиновый не нужен, — задумчиво повторил Коичи произнесенную Тсузуку в их вторую встречу фразу, когда в один из дней они вдвоем вышли в прохладу ночного города. Тсузуку накинул ему на плечи свою куртку, и они неспеша двинулись к метро. — Раз член не нужен, у меня другой сувенир для тебя есть. — Коичи вцепился пальцами в грозящую соскользнуть с узких плеч куртку. У Тсузуку на кухне он торжественно вручил обещанное — прочный ошейник из тонкой кожи с цепочкой, закрепленной на кольце. — Это для меня? — ошеломленно спросил Тсузуку, которому таких подарков еще никто никогда не делал. — Для тебя. Сразу опробуем или любоваться будем? — Чулки? — путаясь руками в ворохе длинных кружевных юбок, шокированно пробормотал Тсузуку, поднимая на Коичи глаза. — На тебе что, мать твою, чулки? Это же… это же охренеть просто, как круто… — дурея, шептал он, отчаянно стискивая бедра оседлавшего его Коичи. Скользил ладонями по стройным ногам, сжимал и слегка пощипывал неприкрытые прочным нейлоном участки кожи, вызывая приглушенные стоны и совершенно не понимая, за что ему вообще обломился такой прелестный подарок судьбы. Сложная прическа Коичи съехала на бок — треснула, кажется, жемчужная нитка, удерживающая локоны в хвосте. Бусины с грохотом посыпались на пол, длинные розовые прядки повыбивались и при каждом глубоком толчке хлестали по щекам и шее. Тсузуку дернул тонкую ткань, обнажая точеные плечи партнера, и прижался ртом к матовой коже. Кончая, Коичи намотал цепочку от ошейника на средний и указательный пальцы, и потянул за нее, накрыв рот Тсузуку своим, втягивая в трепетный поцелуй и продолжая двигать бедрами, давая партнеру излиться внутрь себя. — А эта? У нее-то хоть скрытый смысл есть? — Коичи осторожно водил пальчиком по груди Тсузуку, пока тот стирал влажными салфетками размазавшуюся помаду и подсохшую сперму с его лица. Одетый в его застиранную домашнюю футболку, окончательно приведенный в порядок Коичи выглядел совсем по-детски и даже как-то невинно, будто бы не его тут только что драли как последнюю давалку, до пропитавшихся потом простыней. — Да не помню я, в говно был, — отмахнулся Тсузуку, швыряя салфетки куда-то в конец комнаты. Сжав узкие плечи Коичи, он подтянул его на себя поближе. — Понятно. Лепишь в пьяном бреду на тело всякую хренотень, а потом и помнить-не помнишь, — лишь хмыкнул он. Тсузуку перехватил его ладонь и поднес пальцы к губам. — Хочу с друзьями тебя познакомить завтра. Придешь? — вдруг сказал он. Коичи лишь улыбнулся, показывая клыки, и Тсузуку подарил ответную теплую улыбку — наверное, самую искреннюю, на которую был способен. Затем протянул руку и толкнул пальцы в его рот, трогая теплый, влажный от слюны металл на языке. — Оденься только… ну… немного… — он помедлил, подбирая слова. -…это, как его… В ресторан идем, короче, в приличное заведение. Вот… Коичи солгасно кивнул, продолжая игриво улыбаться и высовывая язык навстречу пальцам, а Тсузуку слегка царапнул его коротким ногтем и, помолчав, спросил: — Хочешь, дам? — Хочу. Очень. Коичи, склонившись, долго рассматривал его спину, скользил подушечками пальцев по контурам татуировок, зацеловывая и прикусывая теплую кожу на плечах. Распущенные волосы щекотали, а ладони были восхитительными — ласковыми и умелыми. Коичи двигался плавно — так как нужно, тесно прижимаясь бедрами. Терся щекой о затылок Тсузуку, судорожно и рвано дышал, сминал пальцами его бедра — крепко, собственнически, но не до синяков. Прохладный воздух в комнате контрастировал с теплом шелковой кожи тесно прижимающегося сзади Коичи, холодил влажные от слюны дорожки на спине, шее и за ухом. Это невероятное розововолосое существо каким-то поразительным образом умело быть как женщиной, так и мужчиной, и если бы Тсузуку спросили, он непременно бы рассказал что для него теперь существует три типа людей — мужчины, женщины и Коичи.

***

Коичи уже был на месте — макушка цвета сахарной ваты виднелась еще от выхода из метро. Тсузуку быстро вынул из ушей наушники, запихнул их в карман и пошагал к нему. Приблизившись, он с облегчением выдохнул — Коичи действительно в этот раз выглядел прилично. Длинная футболка с розовым принтом, черные джинсы-скинни и очки в черной оправе без диоптрий. И лишь подойдя к нему вплотную, Тсузуку понял, что обрадовался слишком рано — длинные красные накладные ногти и тапки-кеды в виде мохнатых ярко-розовых пуделей напрочь лишили его дара речи. — Чего не так-то опять? — занервничал Коичи, перехватив его взгляд. — Все по твоей милости, я и так одет как на похороны! — Аааатас, — только и смог изречь Тсузуку. — Коичи, а я понял кого ты мне напоминаешь! — вдруг осенило Тсузуку, когда они на следующий день, как и все время до этого, проводили вечер в магазинчике. Коичи сновал туда-сюда, таская новые коробки и заменяя старый товар на только что привезенные новые модели, а Тсузуку откровенно и красноречиво пялился на него, растягивая губы в похотливой улыбочке. Коичи, отчаянно делая вид что не замечает этих взглядов, закатил глаза. Подставив небольшую лесенку к стеллажу, он шагнул на ступеньку, собираясь загнать одну из вещей на самую верхнюю полку. — Да? Ну и кого же? — Ты похож на графа Ди в своих порно-владениях! — громко возвестил Тсузуку на весь магазин. Несколько слоняющихся по торговому залу клиентов удивленно обернулись, а из подсобки донесся ржач: — Ага, точно! — подтвердили оттуда. — Граф Ди и магазинчик вибраторов! Ну все, Коичи, теперь это прозвище на веки вечные твое! Тот от удивления и возмущения лишь приоткрыл рот, и тут же покачнулся, грозясь потерять равновесие. Тсузуку метнулся к нему через весь зал, едва не опрокинув стул, на котором сидел. «Сумасшедший дом», — подумал он, придерживая балансирующего на деревянной стремянке Коичи и утыкаясь лицом в его теплое, обтянутое белым латексом бедро. — «И я здесь главный пациент».