Бумажные сердца

Следующие несколько дней были простыми. И это ещё слабо сказано, если честно. Ты, наконец, призналась себе, что твои чувства к давнему лучшему другу принесли лишь разбитое сердце, недопонимание и боль, которой можно было бы избежать, если бы ты была на шаг впереди. Мало того, у тебя появились чувства к так называемому «другу твоего лучшего друга», отношения с которым были запутаны, наполнены виной и горечью. И теперь, когда тебе удалось остаться одной, всё это, наконец, начало проходить с каждым днём. Ты не говорила ни с Чонгуком, ни с Чимином около двух недель. Чон не был до конца уверен в том, что произошло между тобой и Паком, но он знал достаточно, чтобы позволить тебе побыть наедине с собой. Тебе надоело разбитое сердце, бессмысленные надежды, которые, в конце концов, не сбывались. Ты устала от того, что тебя мотало из стороны в сторону, и от давления того, что «правильно», а что нет. По крайней мере, теперь ты могла посмотреть на всё то, что было сделано ранее. Конечно, было неправильно с твой стороны принимать предложение Чимина, когда у тебя были чувства к Чонгуку, но что бы это изменило? Было ли правильным с его стороны изменять тебе, когда ваши отношения и так трещали по швам? Изменил ли он тебе вообще? Часть тебя хотела верить, что он этого не сделал и всё это было ложью… или же это твоя очередная надежда? В чём бы ни заключалась причина, Пак не объяснился, он даже не попытался. Каждый раз, когда вы оба находились в одном коридоре, ты замечала, как парень ускорял свои шаги. И даже если ваши взгляды пересекались в кафетерии, то он тут же отворачивался и фальшиво улыбался друзьям. Но было бы эгоистично с твоей стороны свалить всю вину на Чимина, потому что тебе даже не хотелось сталкиваться с ним после того дня. Одна часть тебя умирала от того, что ей хотелось узнать мотивы его действий - было ли это из-за его образа жизни или чего-то ещё, - но вторая часть понимала, что вам обоим лучше не знать правды и просто закрыть на всё глаза. Тебе оставалось только верить ему (даже если и не находилось никакой другой причины, кроме как его возвращения к прежнему образу "плохого мальчика"), чтобы избежать разбитого сердца. Мысль о том, что последний человек оставил тебя, постоянно мелькала в твоей голове. Ему чего-то в тебе не хватало? Не слишком ли долго ты сдерживалась? Он вообще понимал, что ты чувствуешь на самом деле? Если бы ты сделала один шаг по-другому или прожила бы один день иначе, как бы тогда всё закончилось? Было бы столько же боли, сколько и сейчас? Но этого никогда не суждено было узнать. По дороге в класс ты делала всё то же самое: игнорировала пристальные взгляды одноклассников и быстро шла к своему месту в конце кабинета, где было два свободных стула. Обычно эти места были заняты тобой и Чонгуком, но теперь ты всегда сидела одна. Так что, чтобы избежать новых слухов о себе или новых историй о том, как Чимин расстался с тобой две недели назад, ты вернулась на своё место, где сидела несколько месяцев назад, до тех пор, пока всё не изменилось из-за каких-то глупых бумажных сердец. К счастью для тебя, Чонгук каждый день заходил в кабинет сразу после звонка, на несколько секунд встречался с тобой взглядом, а затем садился на свободное место в передней части класса. Тебе не нужно было спрашивать его о том, почему он избегал тебя, потому что парень не делал этого. Тебе отчасти хотелось, чтобы он приободрил тебя, но он не делал этого, потому что понимал, что тебе нужно время. Юноша понимал тебя так же, как и ты его, и в эти моменты ты понимала, что это было ошибкой - прекратить дружбу с ним… если не разрушить. Но в этот раз всё было по-другому. Юри зашла первой, врываясь в кабинет с высоко поднятой головой и улыбкой на лице. Вместо того, чтобы ухмыльнуться тебе и направиться к своему месту, девушка решила сесть на свободный стул рядом с тобой. Ты, понимая, что тебя ждут проблемы, закатила глаза и отвернула голову, как вдруг стоявший рядом стул отодвинулся, привлекая твоё внимание. Его присутствия было достаточно для того, чтобы понять, как это связано с тобой. Повернув голову, ты подтвердила свои догадки, как только увидела, что Чонгук сел рядом. — Это место занято, — подметил он, маша девушке рукой. — Аривидерчи. Юри фыркнула, закатив глаза из-за того, что парень помешал её планам. Ты, нахмурив брови, посмотрела на Чонгука, который, избегая твоего взгляда, стал доставать письменные принадлежности. Ты стучала пальцами по поверхности стола, продолжая пристально смотреть на него, до тех пор, пока Чонгук не смог больше молчать. Как и ожидалось, юноша медленно посмотрел на тебя. — Что ты делаешь? Я думала, что ты понял меня, — произнесла ты. — Мне нужно время, чтобы побыть… — …я знаю, знаю. Но разве ты не устала от такого отношения к себе? Я терпеть не могу находиться вдали от тебя. — Чонгук сжал губы в тонкую линию. Заметив его честность, ты ничего не смогла поделать и засмеялась. — Я могу справиться с ней, Чонгук. Что мне терять, если у меня ничего нет? Всё будет хорошо. Он вздрогнул от твоих слов, и в его глазах появились жалость и сопереживание, как только юноша понял, насколько ты была сломлена. — Но разве это является ещё одной причиной, чтобы прекратить всё это? Зачем воевать с ней, если здесь даже нет твоей вины? Ты не думаешь, что тебе стоит отомстить ей? — Отомстить? — Ты тихо засмеялась. — Смешно, как всё изменилось. Ты бы никогда не сказал такого несколько месяцев назад… но он бы смог. Чон моргнул несколько раз, раздумывая над твоими словами, особенно над словом «он», но парень продолжил, обхватив ладонями твою правую руку. — У меня было много времени, чтобы подумать. Надеюсь, что ты не считаешь меня каким-то придурком, раз я решил простить Юри за то, что она сделала с нами. — И что ты предлагаешь? Маленькую «месть»? — Ты приподняла брови. Парень помотал головой. — Ну, я тут думал… — …думал? — Ты наклонила голову. Твое любопытство возросло ещё сильнее, как только ты заметила яркий огонек в его глазах. Должно быть, в его голове появилась какая-то дурацкая идея. — Ну, мне необходимо… — Чонгук приостановился, подбитая нужные слова, — …чтобы он сделал это. — Он? — Твои глаза расширились. Чонгук смирно сидел на стуле, слегка наклонив голову и наблюдая за твоей реакцией. Ты вздохнула, откинувшись на спинку сидения, и повернула голову к двери, ожидая преподавателя. — Как бы сильно мне ни хотелось отомстить Юри, тебе стоит перестать думать об этом. Он не сделает этого. — Почему? Очевидно же, что он ненавидит Юри. Потому что он встречается с ней. — Я — единственная, кого он ненавидит, — пробормотала ты, игнорируя первую мысль, что промелькнула в твоей голове. Чонгук сидел, молча глядя на тебя, нахмурив брови. Эта ситуация была тебе знакомой. Знакомой тем, что лучший друг был рядом, тем, что вас окружали бесконечные шутки и невероятная энергия, которая помогала придумывать новые идеи. Чонгук был доверчивым, глупым мальчиком, а ты — эгоистичной девочкой, и вы оба всё ещё оставались теми же мальчиком и девочкой из прошлого, только у каждого из вас была своя история. История, скрытая за улыбкой. Ты думала о том, сколько всего изменилось, в лучшую или худшую сторону, но как только профессор перешагнул порог кабинета, Чонгук сказал то, что ты ожидала услышать только от себя. — Ты без понятия, как сильно нравишься Чимину. Его слова вызвали у тебя любопытство. Каждая частичка тебя хотела узнать, что именно имел в виду парень, но ты словно была оглушена его словами. Потому что он был прав, а ты — нет. Ты не знала, нравишься ты ему или нет, тебе никогда не удавалось понять кто он на самом деле. Кто такой Пак Чимин?

***

Последний урок прошел очень быстро, и тебе, наконец, удалось научиться погружаться в лекции, нежели чем беспокоиться о вещах, которые произошли в последний месяц. Ученики стали покидать кабинет, затем поток студентов устремился на выход, в то время как остальные толпились у дверей. Понимая, что в общежитии тебе делать нечего, ты решила остаться после занятий и утилизировать все заметки, что ты сделала сегодня. К твоему удивлению, класс решил сделать то же самое, и ты, не в силах ничего с собой поделать, принялась искать взглядом Чимина. Он сидел на своем месте, наклонив голову и смотря на учебники. Парень, скорее всего, задремал, пытаясь произвести впечатление на преподавателя. Ты краем глаза заметила Юри, не отрывающую от него взгляда. Чонгук поболтал с тобой ещё около десяти минут, или, лучше сказать, попытался это сделать первые несколько минут, чтобы избавиться от скуки. Но ты, как и раньше, постучала по его голове карандашом, чтобы он не отвлекался. Пятнадцать минут спустя Чонгук поднялся со своего места, глубоко вздохнул и потянулся. — Я схожу за водой, — сказал он, зевая. — Тебе принести чего-нибудь? Ты взглянула на него и отодвинула ноутбук в сторону, вставая со стула. — Я пойду с тобой. — Оу. — Его глаза расширились от твоего неожиданного поведения. — Ладно, пошли, потому что я вот-вот усну. Ты фыркнула, покачав головой, и последовала за ним. Вы шли по коридору к водному фонтанчику, болтая и смеялись над чем-то, как вдруг ты замерла. Взгляд устремился вперед, в лёгких категорически не хватало воздуха, сердце остановилось, потому что ты заметила того, кого избегала всё это время. — О, Чимин! — позвал его Чонгук, будто между ними ничего не произошло. Чимин поднял голову, отрываясь от воды и смотря на Чона, прежде чем бросить взгляд на тебя. — Забавно, что ты здесь, потому что я, на самом деле, хотел поговорить с тобой кое о чем. — Чего тебе? Выпрямившись, он оглядел вас двоих. Чонгук шёл уверенно, а ты следовала за ним. Что-то билось о твою грудь, тебе было жарко и волнение накрыло тебя, с каждым новым шагом становилось всё труднее дышать. Это был первый раз, когда ты столкнулась с ним за это время. В твоей жизни было время, когда ты могла сказать, что вы с Чимином были близки, что он был тем на кого ты могла положиться, и тем, к кому у тебя были чувства, но то, что ты сейчас не могла посмотреть даже ему в глаза, затрудняло все. — Я скажу прямо. — Чонгук посмотрел прямо в его глаза. — Я не знаю, что произошло между тобой и Т/И, но ты обещал мне, что не обидишь её. — Я знаю? — И? Ты не собираешься объясниться? Или извиниться? — спросил твой лучший друг. Он сжал руки в кулаки, от чего его костяшки побелели. — Чонгук… — Ты схватилась за рукав его футболки, оттягивая её, как бы говоря ему остановиться. Уголком глаза ты заметила, что взгляд Чимина был устремлён туда, где твоя рука держала ткань одежды. — Это между Т/И и мной. — Что? — Чонгук широко распахнул глаза и вцепился в воротник футболки парня, притягивая его к себе. — Повтори. — Чонгук! — воскликнула ты, продолжая тянуть его за рукав, пока тот не отпустил Пака. Тело Чимина было напряжённо. Парни стояли, прожигая друг друга глазами. — И это всё, что ты скажешь? Ты попусту тратишь свое время, — наконец нарушил тишину Чимин. — Нет, но теперь, когда ты ведешь себя так, я отчасти рад, что Т/И не нужно быть с кем-то вроде тебя, — выпалил Чон. — Ты точно такой же, как Юри. Ты широко распахнула глаза, твои руки похолодели, паника накрыла тебя, когда настала тишина. — Нам просто хотелось узнать, не мог бы ты помочь нам с Юри, но я знаю, что ты не станешь этого делать, поэтому мы просто пойдем… — … мы планируем месть.  — Улыбка расплылась на лице Чонгука, как только он произнёс это. — …и я нужен вам, потому что…? — Чимин нахмурил брови. Это была ужасная идея, просто ужасная. Чонгук, наверное, как и остальная часть класса, не знал, что Чимин встречается с Юри, что делало ситуацию еще более неловкой. Почему бы Чимин стал замышлять что-то против своей подружки? — Ты же знаешь, что ты нравишься Юри, да? — задал риторический вопрос Чон. Чимин молча посмотрел на него, потом на тебя, и ты едва не схватила сердечный приступ. — Это безумие, — сказал он. — Ты шутишь, да? Она влюблена в тебя по уши, — Чонгук фыркнул. — Я не знаю, правда ли ты нравишься ей или ей просто хочется заполучить то, что не её… но это не меняет сути дела. Если бы ты правда заботился о Т/И, если бы ты не врал мне о своих чувствах к ней… это меньшее, что ты можешь сделать. Чимин глубоко вздохнул, проводя рукой по волосам, прежде чем посмотреть на тебя. Почему-то ты посмотрела на него в ответ, хотя внутри тебя нарастала паника. Парень оставался безэмоциональным. — Каков план? — Ты знаешь о бумажных сердцах Т/И? Или хотя бы о тех, что Юри украла? — тут же спросил Чон, и волна стыда накрыла тебя. — Тебе нужно сделать тоже самое и отправить ей, предварительно написав на нём своё имя. — И? — Чимин приподнял брови, так же как и ты. Ты ещё больше залилась румянцев, когда услышала о бумажных сердцах. — Я не знаю. Обмани её или ещё что. Скажи ей встретиться после школы и не приди. Не знаю, будто ты не делал этого раньше. Как бы тебе не хотелось, чтобы Чимин согласился на это, ты знала, что он не согласится… — …ладно. — Что? — не сдержалась ты. — Ты сделаешь это? Я имею ввиду, ты правда последуешь глупому плана Чонгука? Ты не обязан, если что. Я думаю, что это нелепо… и-и просто неправильно. — Я сделаю это, — уверил тебя Чимин. — Я не сделаю именно так, как сказал Чонгук, потому что это тупо… — …эй! - …но я сделаю так, как она того заслужила, — пробормотал Пак. Вы не знали, что ответить Чимину. Вы вообще не ожидали, что он согласится на это, но парень сделал это. Ты и Чонгук неловко направились в класс, Чимин же вернулся к прежнему занятию. Все остальное время прошло незаметно, но все несколько часов твое сердце бешено билось от адреналина. Спустя двадцать минут после того, как это всё закончилось, студенты побежали по общежитиям, пока ты и Чонгук стали собирать свои вещи. В это время вы болтали об обычных вещах: видеоиграх, планах на будущее занятие, но потом ты услышала знакомые голоса в коридорке. — Погоди, Чонгук, — прошептала ты, беря его за руку и идя на звук. — Мне кажется или… …но нет, тебе не казалось. Юри стояла с Чимином, записка в форме сердца висела на ее шкафчике, в то время как вы прятались за стеной. Заметив страх в твоих глазах, Чонгук взял тебя за руки и попытался потянуть домой, но ты отказалась. — Пошли, Т/И. Давай оставим его. — Нет, — покачала головой ты. — Думаю, я заслуживаю по крайней мере увидеть это. Чонгук вздохнул и отпустил твои руки. — И что это? Ты же знаешь, что их нужно делать каждый день. Ты не можешь просто дать мне её в руки и признаться в своих чувствах, — девушка наклонила голову, указывая на сердце на её шкафу. — Бумажное сердце? Мне кажется это знакомым. — Я не хочу терпеть неделю, — подметил Чимин, засовывая руки в карманы. — Всё было бы нормально, если бы ты не украла их. — То есть, ты здесь, чтобы признаться в своих чувствах, или для того, чтобы ныть о том, что произошло несколько месяцев назад? — Девушка скрестила руки на груди. — Не думаю, что у тебя есть хоть какие-то чувства. Ты попросил меня стать препятствием для вас, но я думала, что твоя измена и чувства ко мне были ложью, чтобы обмануть Т/И. Чтобы обмануть? Ложь? Значит, Чимин не изменил тебе? Но тогда зачем он соврал? Почему он хотел, чтобы ты начала думать о нем как о плохом человеке? Этот вопрос отдавался где-то глубоко в твоей груди, знакомая боль вновь вернулась к тебе. Юри сжала губы в тонкую линию и слегка засмеялась, когда заметила, как Чимин продолжал не отрывать от неё взгляда своих темных глаз, в которых не было ничего, кроме пустоты. — Полагаю, это даже хорошо. Ты довольно неплохой, привлекательный, преданный, — пробормотала она, глубоко вздохнув, прежде чем признаться. — Ты мне тоже нравишься. Чимин громко усмехнулся, оторвал бумажное сердце от её шкафчика и тыкнул им прямо в её лицо. — Хорошо, потому что я устал от лжи, — парень порвал сердце на две части и бросил на пол. — Что? Что ты хочешь сказать? — Что бы ты сейчас ни чувствовала, это ничто по сравнению с чувствами Т/И, когда ты отняла её бумажные сердца, ничто по сравнению с той болью, которую ты ей причинила, распустив слухи, — сказал он тихим низким голосом. — То есть, это все обман, да? Ты попытался подобраться ко мне, оттолкнуть меня и ранить, и всё это из-за Т/И? Ну, если бы ты не наврал ей, то, может быть, не ранил бы её и вы все ещё были бы вместе! — закричала она. — Я не понимаю! Что в ней такого, чего нет у меня?! Я не нравлюсь тебе?! Я призналась тебе в своих чувствах, Чимин! — Мне не нужно твое признание, Юри, и никогда не будет нужно. По сравнению с Т/И, ты — мусор, — утвердил он, проходя мимо девушки. По сравнению с Т/И? Что он имел в виду? Юри закричала, толкая и пиная шкафчики, почувствовав, как Чимин выскользнул из её рук. Ты и Чонгук были поражены тем, что только что произошло, и никто из вас не заметил, как Пак направился в вашу сторону. Парень остановился напротив вас, смотря на тебя и Чона своими тёмными, полными сожаления глазами, и продолжил идти дальше. Твои глаза расширились, как только его взгляд встретился с твоим, а ноги прилипли к земле, когда ты захотела побежать вслед за ним. К счастью, Чонгук знал о том, что было у тебя на уме, и, взяв тебя за руку, потащил вслед за собой. Как только вы вышли из-за стены, Юри увидела вас и оглядела испуганным взглядом, шокированная тем, что вы были свидетелями этого позорного момента. Было бы ложью, если бы сказала, что тебе не было жаль её. Конечно, она никогда не заботилась о тебе, но использовать её оружие против нее самой? Это вряд ли можно было назвать гениальным или правильным способом преподать ей урок. Но вся твоя жалось испарилась, как только она посмотрела на тебя. — Ты ведь рада, да? Это то, чего ты хотела все это время? — Знаешь, мне бы было тебя жаль, если бы ты хоть немного испытывала угрызения совести из-за того, что сделала со мной. Но нет. Поэтому мне не жаль, — фыркнула ты. — Вы думаете, что вы — пупы земли, но это не так. Чонгук, Чимин… вы никто для меня! — закричала она, шарясь в своем портфеле, пытаясь найти, как тебе казалось, телефон. — Что ты делаешь? Опять хочешь распустить слухи обо мне? Ладно, валяй. Мне все равно. Ты живешь своей жизнью, которая наполнена завистью, а я - своей. Надеюсь, мы больше не будем говорить так же, как сейчас, — отметила ты. Разум был затуманен, и следующее, что ты знала, что ты бежишь по коридору, совершенно не чувствуя ног. Когда перед тобой появилась спина, ты остановилась и попыталась перевести дыхание. Кто это перед тобой? Кто он такой? Кто такой Чимин? — Я оставлю вас, — пробормотал Чонгук, кивая тебе головой, и испарился в конце коридора. — Чимин, — прошептала ты спустя, как казалось, вечность. Парень медленно повернулся к тебе, оглядывая тебя с ног до головы. — Значит, ты видела все, да? Ты кивнула головой. — Зачем ты сделал это? Я не понимаю. Разве я не заслуживаю объяснений? Он молчал, обдумывая, стоит ли говорить правду или нет. — Чимин, ты без понятия, как мне было тяжело последние две недели. Я знаю, что налажала, и я не виню тебя в том, что ты никогда не понимал, как сильно нравишься мне, но это чертовски больно. Притворяться, будто я не знаю того, кого я когда-то знала и о ком я когда-то заботилась, — умоляющим тоном произнесла ты. — Мне кажется, что нам надо уже, наконец, все решить. Или хотя бы изменить то, что мы оставили незаконченным. Может, все станет лучше. Слыша мольбу в твоем голосе, Чимин отвел взгляд в сторону, прежде чем посмотреть в твои глаза. — Я наврал тебе про Юри, — признался он. — Я никогда не изменял тебе или никогда не стал бы, особенно с кем-то вроде Юри. — …но почему? — Звучало бы намного лучше, если бы я сказал, что ты не заслуживаешь такого человека, как я.  — Он тихо засмеялся, потрепав свои волосы. — Но дело не в этом. Я обманул тебя, потому что я попросту не был готов. Я не был готов к отношениям. Я не знал банальных вещей о том, чем занимаются люди, состоящие в отношениях. Не знал, как справляться с эмоциями. Я не понимал любовь, а ты была моей первой. Мне не хотелось ещё больше разрушить то, что я и так разрушил. — Все было хорошо, Чимин… я могла бы помочь тебе. Мы бы справились вместе. Тебе не нужно было лгать. — Но я всё разрушил. Ты же видела меня, Т/И. Ты видела, как я копался в твоем телефоне, каким собственником я был. Мне это не нравится. Впервые в своей жизни я могу сказать, что мне не нравится то, что я делаю, и я не хочу, чтобы ты запомнила меня таким, — он помотал головой. — Я боюсь любить, Т/И. Прошу, пойми. Я хочу запомнить свою первую любовь как что-то чистое и драгоценное. Ты молчала, постоянно кивая головой, потому что Чимин говорил слишком много нового. Пока ты была влюблена в Чонгука, ослеплённая своей первой любовью в лучшего друга, Чимину было тяжело. Он никогда не был в отношениях, парень был без понятия, что это такое — посвящать себя кому-то больше, чем неделю. Кто ты такая, чтобы обвинять его? Критиковать его и заставлять его встречаться с тобой? Если он не хотел этого, то, может, настало то время, когда нужно исполнять его желания, а не свои. — Не плачь, глупая, — проворковал он, вытирая большими пальцем слёзы с твоих щек. — Это не стоит того. — Но ты стоишь этого, — всхлипнула ты, закрывая руками свое лицо. — Если это заставит тебя чувствовать себя лучше, то ты можешь сделать мне бумажное сердце… ну, знаешь, точно такое же, что ты делала Чонгуку? Конечно, ты не должна признаваться мне в своих чувствах, — он усмехнулся. — Но мне всегда хотелось получить хоть одно. Ты кивнула головой, все ещё скрывая лицо руками, в то время как Чимин засмеялся в последний раз и, обвив тебя руками, прижал к себе. Ты зарылась лицом в его теплую грудь и услышала, как сильно бьется его сердце. Но, по правде, тебе не хотелось делать бумажное сердце. Бумажные сердца — это результат человеческого труда; временная подделка, предназначенная для того, чтобы радовать глаз человека. Но Чимину не нужно было оно, потому что… … он уже заполучил твое сердце.