JUST CHILL

      Время бежало с невероятной скоростью, заметая мысли метелями февраля и даря надежды апреля. Они работали бок о бок почти перестав разговаривать. Роза все так же старалась оставаться незаменимым помощником, и у нее успешно получалось.       Дней, когда он что-то делал без помощи и совета девушки, Малфой уже не помнил. Она разбирала его почту, самостоятельно совершала обходы и назначала лечение, причем умудрялась делать так, что это не привлекало никакого внимания. Для окружающих она по-прежнему была лишь ассистенткой колдомедика Малфоя. Она занималась делами Драко и в клинике магглов с молчаливого согласия Азара Харда, не упустившего, однако, в разговоре возможности вставить едкий комментарий, что бизнес становится «семейным». Когда Драко и Роза появлялись в операционной, Малфою хватало лишь беглого взгляда, чтобы заключить:       — Этим займетесь вы, мисс Уизли.       Сам он, в таких случаях предпочитал бесследно исчезнуть.       Казалось, что теперь можно успокоиться и радоваться жизни, и, наверное, так и случилось бы… Вот если бы не одно «но». У Драко совершенно перестало получаться с женщинами. Впервые это произошло с Асторией и, в общем-то, мало удивило Драко. В конце концов, они вместе уже не первый десяток лет и досадное недоразумение в виде опущенного флага можно было легко перенести и списать на усталость, но это повторялось из раза в раз, стоило только миссис Малфой обнажиться.       Драко далеко не святой, и он попробовал найти утешение в объятьях других женщин… результат оставался прежним. И что бы не предпринимали эти кудесницы в изощренных ласках пытаясь возбудить мужчину, у Драко пропал интерес. Он гадал, что же могло произойти и предположил, что виной всему Роза, но на прямой намек на близость, девушка сделала вид, что не поняла мужчину. И это, признаться, здорово его задело.       И все же в глубине души он понимал, в чем дело, вот только признаться себе в этом он не мог, увы, никак. С тех пор, как произошел эпизод с рыжей красавицей в маггловской клинике прошел почти год, но легче не стало. Он видел ее и то, что между ними произошло во снах так ярко, будто то было вчера. Драко понимал: его возбуждают смертельные раны, то, что едва не стоило человеку жизни.       Однажды, выйдя в обед на улицу, Малфой увидел чуть впереди удаляющуюся фигурку Розы. Он окликнул ее и осторожно спросил:       — Вы обедать, мисс Уизли?       Теплая улыбка в ответ и кивок. Нет, эта девушка слишком мила. Так, что он решительно подходит и поддев ее под локоток вопрошает:       — Не разделите ли со мной трапезу? Давненько мы не проводили время в неформальной обстановке.       — С удовольствием, мистер Малфой. Я знаю милое кафе в паре кварталов отсюда.       И они шагают рядом. Сегодня слишком близко, и Драко чувствует ее сбивчивое дыхание. Так, что хочется задать ей вопрос, и сделать вторую попытку. Но она молчит, не подавая никаких знаков.       Их путь лежит через торговый квартал, где наряду с продуктовыми и книжными лавками расположились магазины, в витринах которых выставлены платья. Драко замечал, что теперь Роза выглядит не так элегантно, как раньше, но не задавал вопросов, а сама Уизли в последнее время мало о чем говорила. Тем не менее, взгляд девушки то и дело задерживался на ярких плащах и модных юбках, выставленных за блестящими стеклами.       И вдруг, внимание Драко привлекает платье, натянутое на безликий манекен в одном из магазинов. Темно-синее, обтягивающее, с узкими бретельками. В воображении моментальный взрыв — рыжая девушка на столе, и под белой простыней такое же платье. Оно же. Чародей помнит, тонкую лямочку, увязшую в крови.       И тогда он без слов тянет Розу за собой. Боковое зрение мужчины ловит лишь яркую вспышку волос. Рыжую.       — Куда мы? — недоумевает Роза.       — Ты должна примерить кое-что.       — Что? — вопрошает она, нисколько не насторожившись.       — Девушка хочет вот это, — обращается мужчина к торговке, указывая на выставленное в витрине платье.       — Драко, — шепчет Роза, чуть прикрыв рот, — оно слишком дорогое для меня.       — Будет подарок, но ты должна примерить его немедленно, — Драко слышит холодный приказ в собственном голосе.       И Роза подчиняется.       Девушка пожимает плечами и исчезает в примерочной. Продавщица возится, снимая с манекена синюю ткань, а Драко смотрит, как обнажается кукла из черного пластика. Копия человеческого тела.       В голове нестройный хоровод обрывков мыслей: «Роза в этом платье живая, настоящая, рыжая… если… она… наденет… это… платье и согласится… на маленький порез на груди. Это будет почти одно и то же. Ведь нужно совсем немного. Иллюзия смерти. Она даже может просто закрыть глаза…так мало…».       Торговка, наконец, справляется с нарядом и готова передать его Розе.       — Не надо, я сам, — нетерпеливо бросает мужчина, буквально вырвав из рук женщины наряд.       В кабинке Роза все еще одета. Он подает ей платье, и девушка, стыдливо зажимаясь, закрывает дверь. Томительные минуты ожидания, и он слышит, как сбивается дыхание, когда она натягивает на стройное тело узкий плотный футляр.       — Уже можно посмотреть?       Молча, она открывает дверь…       Стоит на расстоянии вытянутой руки. Синее платье, наманикюренные, накрашенные красным лаком ноготки на руках и ногах. Волосы всклокочены в борьбе с воротниками и вырезами, так, что лица почти не видно. Будто та девушка из маггловской клиники перед ним. И тогда Драко толкает ее в грудь, чтобы ему тоже хватило места в этом маленьком импровизированном мире воображения, ограниченном теснотой, тонкими стенами примерочной. Наспех произносятся запирающие и заглушающие чары, а он уже разворачивает ее спиной к себе, чтобы видеть это сказочное отражение в зеркале. Повторить то, что они не закончили тогда, оставшись один на один в кабинете.       Теперь они трезвы, но не ведают того, что вытворяют вырвавшиеся на волю желания.       Драко жарко ласкает ее, опешившую от такого поворота: губы, язык, настойчиво увлекают девушку в бесконтрольный мир Драко Малфоя. Он грубо сдавливает, пощипывает ее грудь, сквозь плотную ткань и не знает, как сказать ей, что не хватает одной детали.       Тем не менее, он продолжает. Опасаясь, что возбуждение снова пропадет, он тянет подол платья вверх, и…       Руки Розы резко перехватывают его на полпути, и она шепчет с отчаяньем в голосе: «Нет, нет, не раздевай. Трахни меня одетой!!!».       — Но почему? — изумляется он.       — Я урод! У меня под платьем такое! Ты, не выдержишь, никто не выдержит! И тогда Драко с силой отнимает руки и, прижав ее к холодной поверхности зеркала, одним рывком задирает подол до талии. Чисто, только идеально гладкие ноги и спина. Со злостью, рычанием он рвет бесполезную тряпку.       Живот… ребра…много сбоку, снизу левая грудь — бело-розовая пена морская, перетяжки, впадинки. Все ее тело впереди — гигантский шрам, и от страха Роза вся съеживается и закрывает глаза. Дрожит, в ожидании приговора: «Уродина», но Драко лишь со стоном разворачивает ее к себе лицом и падает перед ней на колени. Он целует ее шрам, неисследованную, неизвестную историю жизни, взявшей верх над смертью. Колдомедик в нем сразу диагностировал старый ожог. Кончик языка нежно пробегает по грубым рубцам, заставляя ее вздрагивать и извиваться, умоляя остановиться.       — Неужели тебе это нравится?       — Я влюблен в это, — тонет голос в новых поцелуях.       — Это странно, но… мне хорошо от того, что это видишь ты.       Он нетерпеливо освобождается от лишней одежды, стремясь прикоснуться к шраму, наконец, всем телом.       Роза мягкая и податливая в его руках. И как положено: где-то очень теплая, где-то мокрая. Она задыхается, когда произносит его имя в просьбе замедлиться или ускориться.       Ему очень нравится, когда Роза прикрывает глаза и перестает наблюдать за ним. Тогда она кажется ему спящей. Но потом широко распахиваются темные глаза, стон наполняет жизнью тело.       Мужчине надо немного, и скоро все заканчивается.       Для Драко это чистая страница, которую можно исписать по своему разумению. Он наслаждается, как обмякшая в его объятьях Роза приходит в себя и смотрит на него с надеждой.       — Это правда?       — Что именно?       — Что тебе нравится это… это уродство.       — Шрам — лишь граница… жизни и смерти… …       Они покидают магазин, расплатившись с прячущей глаза продавщицей. Наверное, несмотря на чары, она все поняла по тому отрезку времени, что эта пара отсутствовала.       — Расскажи, — требует он, когда они оказываются на улице.       — Ветрено сегодня, — зябко кутается в пальто Роза, пытаясь сменить тему.       — Я обниму и согрею, — он кладет руку ей на талию на виду у всех, — только прошу у тебя эту историю.       И тогда девушка улыбается: — Знаешь, а расскажу… вот только одна деталь… мы слишком незаметно перешли на «ты».       — Нарушили все границы, — отвечает он тихо, еще крепче прижимая девушку к себе.