Шагай как египтянин

      Когда Баки впервые встретил Тони Старка, то не мог отделаться от ощущения, что с этим мужчиной что-то не так. Он пожал Тони руку, и Тони смотрел так, словно мог смотреть сквозь него в саму суть. Его влажные карие глаза рассказывали о невообразимых глубинах. Это было, мягко говоря, странно. К счастью, Тони, казалось, не оттолкнул не очень радушный приём со стороны Баки. Он просто улыбнулся острой, как лезвие, улыбкой, словно знал что-то, чего не знал Баки, и вернулся к верстаку.       Баки не мог избавиться от этого чувства даже недели спустя. Что-то было не так, но он не мог определить, что именно. Но, когда он поднял эту тему, остальные просто пожали плечами и обещали, что он привыкнет. Это просто Тони.       Если не считать того странного чувства, то Тони был отличным парнем. Баки знал: он наблюдал за ним (нет, не так, Клинт, ну и пошлости у тебя в голове). Тони был как нечто из романа Жюля Верна. Он был олицетворением будущего с блестящими технологиями и стремлением сделать вещи лучше, быстрее, эффективнее. Маниакальная улыбка, которая часто освещала его лицо, обещала все круги ада, и Баки был абсолютно уверен, что хотел бы присоединиться.       В дополнение к этому он был добрым, щедрым, умным и очень сильно заботился обо всех, кого считал друзьями. Тони был единственным, кто смог вытащить Баки из раковины. Он втянул его в мир кинематографа и заставил сидеть на марафонах сериалов. Тони разжёг его и ожидал, что Баки ответит тем же. Это было освежающе, и он чувствовал себя… хорошо. Он чувствовал себя человеком. Тони был единственным, кто заставил его понять, что можно жить дальше, несмотря на всё, что случилось с ним, и это было так много для него. Для них обоих.       Баки, наверное, не понял бы, как в этом было много для Тони, если бы не Клинт. Потому что, разумеется, это была вина Клинта…       — Итак, мы знаем, что скандинавские боги существуют, — начал Клинт однажды утром за завтраком. — Значит ли это, что и другие боги тоже настоящие?       Повисла коллективная пауза, когда остальные задумались об этом. Брюс заговорил первым.       — Это теоретически возможно, — предположил учёный. — Существует несколько пантеонов, хотя… прежде всего греческий, римский и египетский.       — Я не знаком с египетскими богами, — вмешался Стив. — Никто не хочет просветить меня?       — Посмотрим, — начал Брюс. — Там есть Ра, бог солнца. Исида, Осирис…       — А что насчёт Имхотепа? — перебил Клинт.       — Имхотеп — персонаж фильма «Мумия», не бог, — возразила Наташа. И невзначай щёлкнула по уху Клинта.       Тони выбрал этот момент, чтобы переместиться на кухню, мчась прямиком к кофейнику. Пока Тони наполнил чашку и выпил её содержимое, Баки отметил его внешний вид: мешки под глазами, взъерошенные волосы и ожоги с масляными пятнами от того, над чем он работал. К счастью, не было никакой напряжённости в глазах и губах, что бывает, если у него ночные кошмары. Баки задумался, сколько времени прошло с момента, когда Тони в последний раз спал или употреблял что-то, кроме протеиновых батончиков и кофе.       — Эй, это не то, что я когда-либо должен был знать, — заспорил Клинт. — Единственные, кого я знаю из Древнего Египта, — это Имхотеп и один бог с головой собаки.       Баки в замешательстве нахмурился.       — Голова собаки? — повторил он.       — Он имеет в виду Анубиса, — сказал Тони. — И это шакал, а не собака.       — Откуда ты знаешь? — спросил Клинт.       — Эм, гений, помнишь? — сказал Тони, словно это всё объясняло. Справедливости ради, так оно и было. — Египтяне на самом деле не очень интересные. Вам знаком греческий пантеон? — Все были знакомы с греческими богами только потому, что «Геракл» был одним из фильмов на той неделе. Когда разговор зашёл о греческих божествах, никто, кроме Баки, не заметил, в какой момент Тони выскользнул из кухни.

***

      На этом дело не закончилось.       — Ты знал, что сын Осириса, Гор, был зачат после того, как тот умер? — спросил Клинт во время обеда на следующий день. Баки прекратил делать свой сэндвич, чтобы обдумать это.       — Как, чёрт возьми, это получилось? — спросил он. — Я хочу знать.       — Нет, — ответил сразу же Тони, откусывая от бутерброда.       — Осирис был убит его братом, Сетом, — объяснил Клинт. — Сет разбросал тело Осириса по всему Египту, и его жена должна была собрать его останки. Единственное, что они не смогли найти, — это член, потому что его съели рыбы или типа того.       — Это всё ещё не объясняет, как он обрюхатил жену после смерти, — настаивал Баки. — На самом деле теперь это имеет ещё меньше смысла, чем прежде.       — Не, это круто, потому что Исида сделала ему новый член из золота, — добавил Клинт.       — И-и-и-и-и-и мы закончили! — объявил Тони. Он преувеличенно поёжился. — Новая тема, пожалуйста!       — Чувак, ты отпускаешь шутки про член всё время! — запротестовал Клинт. — Ты не можешь справиться с членом как кормом для рыб?       — Кэ-э-э-э-эп! Клинт говорит про члены, когда я ем! — заорал Тони через плечо.       — Не за столом, Клинт, — ответил Кэп. Тони высокомерно ухмыльнулся.       — Зануда, — пробормотал Клинт. Тони просто сменил тему.

***

      — Хэй, ты знал, что Осирис и Исида были братом и сестрой? — спросил Клинт. Тони застонал со своего места на диване, а Наташа закатила глаза.       Баки моргнул:       — Разве они не женаты?       — Ага! — ответил Клинт, кивая.       — Вообще-то, это не редкость, — добавил Тони. — Многие королевские семьи женились и плодились между собой. Осирис и Исида, Зевс и Гера, Тутанхамон, Клеопатра, Генрих VII вроде, Ланнистеры… Эй, ребята, вы ещё не смотрели новый эпизод Игры Престолов?       — Никаких спойлеров! — взвыл Клинт.       Тони ухмыльнулся очень острым, хищным оскалом:       — Так вы не видели, как…       Наташа перевела ровный, опасный взгляд на Тони:       — Никаких. Спойлеров.

***

      Сэм как раз появился на киновечере. Стив, Наташа и Брюс набирали закуски, пока Баки, Тони и Клинт рассаживались на разных диванах и подушках. Баки удалось придать совершенно случайный вид тому, что он сидел рядом с Тони. К счастью, Тони не возражал. Он даже немного наклонился к Баки, утверждая, что поглощает его тепло. Пока они ждали, когда другие присоединятся, Клинт добрался со своим исследованием мифологии до Сэма.       — Итак, главного, верховного бога зовут Ра, — объяснял Клинт. — Он бог солнца, большой парень, типа как Один. — Сэм кивнул в знак понимания. — Потом есть Осирис, и он ястреб. Так что это я, потому что, фух, Хоукай*. — Сэм кивнул ещё раз. — Ещё есть Гор, и он бог неба. У него голова сокола, так что это точно ты. — Сэм рассмеялся, а Баки фыркнул. — И тот парень, Анубис, он бог мёртвых, и он шакал.       — Анубис — бог мумификации, а не бог мёртвых, — вставил Тони, качая головой. — У древних египтян были проблемы с шакалами, которые выкапывали трупы и поедали их. Так что они боролись огнём с огнём, Анубис — шакал. Он страж могил и кладбищ.       — Значит, он и правда не связан со смертью? — захотелось знать Клинту.       — Не столько с самой смертью, — ответил Тони. — Он по большей части имеет отношение к похоронным обрядам и охране могил.       Клинт внимательно посмотрел на Тони.       — Ты разве не оплачивал расходы на похороны тех, кто погиб во время сражения в Нью-Йорке? — отметил он.       — Понятия не имею, о чём ты говоришь, — усмехнулся Тони.       — Да, он оплачивал, — подтвердила Наташа, входя в комнату. Она держала в руках миску с попкорном. Тони злобно посмотрел на Наташу и провёл пальцем по шее. Наташа его проигнорировала. — Он с тех пор делал это для всех, кто погиб во время сражений Мстителей.       — Спасибо, Романофф, — прорычал Тони. — Разрушить моё подлое имя, почему бы и нет.       — Нет ничего плохого в том, чтобы люди знали, что ты хороший человек, Тони, — оспорил Стив. Он поставил на журнальный столик поднос с напитками.       — Я ничего не делаю, — настаивал Тони. — Фонд Марии Старк делает.       — Ты владелец этого фонда, — напомнила ему Наташа.       — Это, безусловно, достойное занятие, Тони, — добавил Сэм.       — Так что мы согласны, что Анубис — это Тони, — настаивал Клинт.       — Это абсурд, — ответил Тони слишком быстро. — Можем мы оторваться от египтян, пожалуйста? Я думал, что мы смотрим «Бегущий по лезвию»? Джарвис, запускай!       Фильм начался, и остальные устроились поудобнее. Тони, однако, выглядел напряжённым и задумчивым весь фильм. Никто ничего не сказал, так что и Баки молчал. В конце концов, он не хотел, чтобы кто-нибудь расценил его дружеское беспокойство как нечто большее.

***

      Когда Тор вернулся из поездки к Джейн, Клинт, конечно же, спросил его про существование жителей пантеонов.       — Они реальны, правда, — подтвердил Тор. — Насколько я знаю, они живы и в порядке.       — Скольких из них ты встречал? — с любопытством спросил Клинт. Тони, стоящий рядом с Баки, напрягся. Баки немного наклонился к нему и почувствовал, что Тони снова расслабился.       — Немногих, — признался Тор. — Локи знал гораздо больше. Я не путешественник, как Локи. Он был в хороших дружеских отношениях с другими божествами-трикстерами.       — Так, подожди, типа отряд трикстеров? — Лицо Клинта говорило о том, что он не уверен, должен ли быть взбудоражен или нет.       — Ага, — Тор покачал головой. — Гермес у греков, Ананси у африканцев и Анубис у египтян. — Баки почувствовал, что Тони вздрогнул. Он нахмурился, глядя на него с любопытством. Тони просто немного неловко потёр колено. — Локи и Анубис были особенно близкими друзьями. Хоть я не встречал его лично, они проводили много времени вместе. Дети Локи даже называли Анубиса дядей.       — Подожди, я думал, что Анубис — парень мумификации, не трикстер, — перебил Сэм.       — Так и есть, — ответил Тони. Это Баки просто показалось или его голос звучал немного оборонительно? — Кто сказал, что у богов не может быть хобби? Шалости — это весело, особенно если тебя принимают за идиота-подростка с друзьями!       — Отряд трикстеров, — повторил Баки. — Это… звучит немного пугающе. Думаю, шалости войны…       — В самом деле, — согласился Тор. — Я сомневаюсь, что хоть кто-нибудь знает, сколько пакостей они учинили на протяжении веков. Однако после инцидента с Вавилонской Башней пантеоны решили держать трикстеров подальше друг от друга, когда было возможно.       — Что?! — подавился Клинт. Ему немедленно требовалось услышать всю историю целиком.       — Я, кажется, забыл, что у меня дела в лаборатории! — взвизгнул Тони. Он спрыгнул со стула и практически выбежал из комнаты. Баки только нахмурился ему вслед.

***

      Интерес Клинта к мифологии продолжался. Баки, потому что наблюдательный (а не потому что сталкер, Стив!), заметил закономерность. Всякий раз, когда кто-то упоминал о египетских богах, Тони закатывал глаза, жаловался и менял тему, особенно когда кто-то поднимал тему о боге с головой шакала, Анубисе. Он не делал этого во время греческих, римских, ацтекских или скандинавских легенд. На самом деле тот, казалось, предпочитал говорить обо всех легендах, кроме египетских. Когда он обратился с этим к Стиву, друг просто пожал плечами и списал это на то, что Тони был Тони.       — Возможно, Говард увлекался египетскими мифами, — предположил он. Баки пришлось признать, что это имело смысл. От чего угодно, связанного с Говардом, Тони, как правило, рычал. Тем не менее Баки не смог найти ничего о том, что Говард был бы заинтересован египетской мифологией и культурой…       Всё это достигло апогея однажды, когда Клинт рассказывал про какой-то новый факт, который узнал. Он и Сэм обменивались мнениями, так как оба провели исследование и нашли разные версии истории. История Клинта утверждала, что Анубис — сын богини-коровы, Хатхор. В истории Сэма его матерью была богиня с головой кошки, Бастет. На протяжении всего разговора Тони становился всё более и более напряжённым, и челюсть, казалось, сжималась сильнее с каждым мгновением.       — Сдавайся, приятель, — сказал Сэм Клинту. — У Бастет голова кошки, сходство очевидно!       — Только то, что Хатхор — животное травоядное, не значит, что она не могла родить шакала, — утверждал Клинт. — Анубис должен был быть способен превращаться из обличия шакала в человека, так что голова ничего не значит. Плюс! Она была богиней-коровой, так что я уверен: она была замечательной матерью!       Сэм собирался возразить, когда Тони внезапно поднялся:       — Анубис — внебрачный сын Осириса и Нефтиды, — сказал Тони. Его голос тщательно контролировался, но Баки смог заметить злость. Его глаза немного блестели. — Сестра Исиды, Нефтида, переоделась Исидой и обманом заставила Осириса переспать с ней. Она забеременела Анубисом, но, когда он родился, отказалась от него. Позже Исида нашла ребёнка и усыновила его. Ни Хатхор, ни Бастет тут не при чём. — С этими словами он покинул комнату. Остальные могли только ошеломлённо смотреть ему вслед.       — Что… чёрт возьми, только что произошло? — наконец, спросил Клинт. Баки нахмурился, глядя на дверь, через которую вышел Тони. Что-то было не так.       — Может… покончим с мифологией, все мы, — предложил Стив. — По крайней мере, рядом с Тони.       В тот вечер Тони не пришёл на ужин. Когда ребята спросили, Джарвис просто ответил, что Тони начал новый проект и не желает, чтобы его беспокоили в данный момент. Баки был обеспокоен, потому что не знал ни одной причины, чтобы Тони так заводился из-за древних мёртвых ребят. И всё же это было нормальным для Тони — потерять себя в работе, так что никто не казался встревоженным.       Позже, тем же вечером, Баки направился в лабораторию Тони с сэндвичами и кружкой свежего кофе. Джарвис открыл ему дверь. Тони был за верстаком, пока роботы слонялись тут и там. Дубина зависал рядом с Тони, с любопытством наблюдая за тем, что он делал. Музыка, которая играла на привычной, лопающей перепонки громкости, утихла. Тони оглянулся, и, когда его взгляд остановился на Баки, дыхание Баки перехватило. Взгляд инженера словно имел физический вес. Это прошло мгновение спустя, когда Тони улыбнулся и подозвал его ближе. Баки не обратил внимания на тёплую нежность, расцветшую в груди, и приблизился.       — Привет, — наконец, поздоровался он.       — Привет, — ответил Тони. Он казался усталым… Баки поставил тарелку с едой на стол рядом с тем, где Тони работал. Тони увидел кофе и потянулся к нему руками. — О-ох! Дай мне! — Баки протянул кружку, не в состоянии остановить тёплую улыбку, которая появилась на лице. Тони сделал глоток и испустил стон, почти неприличный. — Ох, мне это было нужно. Ты мой любимый.       — Ты говоришь мне или кофе? — спросил Баки.       — Хм, не уверен, — ответил Тони. Он сделал ещё один глоток, и его глаза закрылись. — М-м-м… Вообще-то, кофе. Безусловно, кофе, — он посмотрел на Баки. — Прости, ковбой. Ты, определённо, следующий.       Баки просто рассмеялся. Тони отставил кружку и сосредоточил всё внимание на Баки. Их глаза встретились, и дыхание Баки сбилось снова. У Тони были такие красивые глаза… Он опустил взгляд на губы Тони на полсекунды, прежде чем заставил себя начать говорить. У него были более важные вещи, на которых надо сосредоточиться, чем губы Тони, которые очень хотелось поцеловать, прямо сейчас…       — Ты в порядке? — Баки хотел знать. — Ты казался очень расстроенным.       — Я в порядке, — уверил Тони, пренебрежительно махнув рукой. — Не о чем беспокоиться. Правда, не о чем.       — Это не так, Тони, — надавил Баки. — Что-то в разговорах о египетской мифологии расстраивает тебя. Ты не раздражаешься, когда упоминаются другие боги, только египетские, — он остановился, смотря на Тони мгновение. — Что случилось?       — Просто… плохие воспоминания, — Тони вздохнул, облокотившись на верстак и проведя рукой по волосам. Они уже торчали во все стороны. — Старые воспоминания. Старые чувства. Которые я на самом деле предпочёл бы оставить погребёнными.       Баки нахмурился. Теория Стива казалась всё более и более правдивой. Баки не хотел спрашивать о Говарде напрямую. Это могло заставить Тони молчать.       — Мне не нравится видеть тебя несчастным, Тони, — признался он. — Если ты захочешь поговорить об этом, я рядом.       Губы Тони изогнулись в лёгкой улыбке.       — Возможно, когда-нибудь, — уступил он. — Сейчас у меня работа и ты в моём пространстве.       — Ты должен поесть, — напомнил Баки.       — И я поем, — возразил Тони. Баки приподнял бровь. — Что это за взгляд? Не смотри так на меня. — Другая бровь Баки присоединилась к первой, и он наклонил голову в сторону тарелки, которую принёс. Тони посмотрел на него, затем вздохнул. Он взял сэндвич и откусил от него. — Ну вот. Счастлив?       — Не говори с набитым ртом, — поддразнил Баки. Тони фыркнул и показал средний палец, но напряжённость в плечах немного ушла. — Я пока ещё не устал. Не возражаешь, если поиграю с твоими роботами? — Дубина издал взволнованный свист и покружился. Бот сразу же подъехал с довольно потёртым теннисным мячом в клешне. Он нетерпеливо протянул его в направлении Баки.       — Ты избалуешь его, — хмыкнул Тони. — Флаг тебе в руки. Это удержит Дубину от забрызгивания меня из огнетушителя.       Баки взял мяч у Дубины и забросил его в мастерскую. Робот радостно помчался за ним. Они играли несколько часов, Баки незаметно наблюдал за Тони, пока тот всё это время работал.

***

      Жизнь продолжалась в том же духе. Баки наконец признал, что по уши влюбился в местного инженера, и решил найти способ пригласить его на свидание. Стив практически сиял от гордости, когда узнал об этом. Он предложил подарить Тони цветы, чёртов романтичный сопляк…       Прежде чем что-либо могло произойти, кто-то спустил на город целое полчище странных животных, и Мстителей вызвали, чтобы разобраться с ними. «Что за чертовщина?» — спрашивал Клинт. Баки, честно говоря, понятия не имел. Эти штуки были похожи на собак, борзых, если быть точнее. Однако у этих уши стояли вертикально, а не висели, как обычно бывает у борзых, и были плоскими в верхней части. Их носы тоже казались неправильными: загнуты вниз, а не вверх. Их зубы и когти были слишком острыми, скорее, напоминали волчьи, а не собачьи.       К счастью, они, похоже, не интересовались большинством гражданских. Они просто метались по улицам, повреждая имущество и вызывая всеобщий хаос. Животные двигались группами по три и четыре, очевидно, охотясь. Баки очень хотел бы знать, что они искали…       — Эй, Кэп, может, если ты бросишь щит как фрисби, они погонятся за ним, — сказал Сэм в коммуникатор.       — Что-то я в этом сомневаюсь, — прозвучало возражение Брюса. Он остался в квинджете, ожидая вызова в случае необходимости. — Схема их передвижения предполагает, что они охотятся.       — Барнс, группа движется в твоём направлении, — предупредил Клинт. Баки хмыкнул в знак подтверждения. Несколько минут спустя животные вышли, обойдя угол, и двигались вниз по улице прямо к нему. Баки прицелился и выстрелил. Этим штукам, похоже, требовалось минимум четыре выстрела, чтобы уложить их. Он успел снять только двух к тому времени, как ему нужно было двигаться. Один из них прыгнул на него. Баки поймал его и использовал импульс от прыжка, чтобы бросить существо через голову.       Животное сильно ударилось о землю. Как только оно поднялось на ноги, то начало выть. Остальные животные присоединились. Звук был тревожным. Он разносился по городу и заставил Баки немного дрожать.       — Они нашли то, на что охотились, — сказал Брюс. — Баки, есть идеи?       — Хм… — ответил Баки. Животные начали подкрадываться к нему с намерением в глазах. — Я думаю, что это мог бы быть я.       — Что? — спросил Стив.       — Они сходятся к нему, — добавил Клинт. — Может быть, тебе следует бежать?       — Если я побегу, они начнут преследование, — возразил Баки. Он вскинул оружие на животных, когда те приблизились.       — Но, если ты останешься на месте, они окружат тебя, — отметила Наташа. Баки открыл рот, чтобы возразить, но, прежде чем успел, Железный Человек приземлился перед ним. Он оказался между Баки и животными. До того, как Баки смог спросить, какого чёрта он делает, часть костюма на шее начала двигаться. Она обернулась вокруг головы Тони и начала формировать новое очертание. Оно было шире и имело острые уши и длинную морду. Глаза Баки расширились, потому что он знал это очертание. Это была голова Анубиса… Броня повернулась к нему, и Баки уставился на неё. Он смутно слышал голоса, кричащие в коммуникатор, но не мог их разобрать. Глаза шакала светились таким же цветом, как и у Железного Человека.       — Не психуй, — приказал Тони. Он повернулся к животным. Существа перестали наступать, как только Железный Человек спустился с неба. — Прочь, мерзкие исчадия. — Баки поёжился. Голос Тони был наполнен силой и властью. Он едва ли звучал похоже на себя. — Вам здесь не рады.       — Срань господня! — практически взвизгнул Клинт.       Животные скалили зубы и рычали, двигаясь вокруг Баки и Тони. Правая рука брони изменялась, пока Тони не стал удерживать египетский цеп. Он потрескивал энергией.       — Кыш! — приказал Тони, замахиваясь на существ. — Этот город мой. Я утвердил это. Если Сет хочет моего внимания, он может прийти как нормальный человек. Покиньте это место, иначе я, не задумываясь, перережу вас всех.       Животные попятились, всё ещё рыча. Наконец, они развернулись и побежали, исчезая в городе. Тони подождал, пока они не скрылись из виду, прежде чем расслабиться. Голова шакала расплывалась в своём очертании и начала собираться обратно в кольцо вокруг шеи Тони. Цеп исчез в руке брони. Баки, в свою очередь, не переставал пялиться…       — Какого, собственно, хрена произошло?! — спросил Клинт.       — Эм… — Тони запнулся. — Я могу объяснить?

***

      С окончанием битвы ЩИТ примчался провести очистку. Мстители были свободны и могли покинуть сцену. Тони улетел, игнорируя Стива, который его звал. Баки добрался обратно на квинджете с остальными. Когда они вернулись в Башню, Тони исчез в мастерской. Джарвис сообщил им, что пицца уже заказана и будет доставлена в ближайшее время. Тони присоединится к ним потом.       Пиццу доставили, и Тони появился перед ними. Тишина, повисшая в то время, пока все собрались перекусить, была неловкой. Наконец, все уселись, поедая пиццу. Баки заметил, что Тони не ел. Вместо этого он нервно ёрзал.       — Итак… вопросы? — в конце концов спросил Тони.       — Ты на самом деле бог? — мгновенно потребовал Клинт.       — Да, — ответил Тони. — А именно Анубис.       — Сколько тебе лет?       — Чертовски много, правда, — вздохнул Тони. — Что-то около четырёх-пяти тысяч лет.       — И ты называл меня старым, — фыркнул Стив.       — Эй, для человека ты старый, — парировал Тони. — Я для бога, честно говоря, нет.       — Что это были за штуки, которые напали на нас? — спросил Сэм.       — Твари Сета. — Тони застонал. — Противные мелкие существа. Они его творения. Он использует их в качестве посыльных, служебных собак, что бы ему ни было нужно. Они, вероятно, охотились на меня, пытаясь выманить.       — Так почему они пошли за Баки?       — Наверное, потому, что Баки и я проводим много времени вместе, — догадался Тони, пожимая плечами. — Они учуяли мой запах на нём, и это всё, что их волновало. — Он издал ещё один стон. — Сет вытворяет сплошную хрень, вроде этой, когда хочет моего внимания. Он, возможно, нанесёт визит в ближайшее время. Это будет катастрофа…       — Почему ты не раскрыл себя, друг Тони? — спросил Тор.       — Не было времени, — сказал Тони, пожимая плечом. — Мы были практически посреди вторжения, когда впервые встретились. Мне пришлось наблюдать, как лучший друг пытается захватить мой мир. И, прежде чем я смог понять, что с ним было не так, ты утащил его обратно в Асгард. — Страдальческое выражение мелькнуло на лице Тони, и Баки пришлось приложить все силы, чтобы не подойти и не обнять его. — А потом он умер. — Лицо Тони снова стало нейтральным, и он пожал плечами. — А потом это стало не важно.       — Почему я ничего не ощущал от тебя? — удивился Тор. — Даже теперь, зная, кто ты такой, я всё ещё не чувствую ничего необычного.       — Я скрываюсь, — объяснил Тони. — Мне это нравится. Максимум, который кто-либо ощущает, — это необъяснимое чувство неловкости, а большинство людей не ощущает даже этого, — Тони пожал плечами. — Они списывают всё на то, что я эксцентричный миллиардер. Так мне многое сходит с рук. В этот день и век быть Анубисом для меня менее важно, чем быть Тони Старком.       — Как это работает, кстати? — хотел знать Брюс. — Это как «Сумерки»?       — Брюс, ты ранишь меня! Я должен пристрелить тебя за то, что сравнил меня с этим ужасающим подобием литературы, — усмехнулся Тони. — Нет, это не как «Сумерки», мне не постоянно сорок пять. Это форма инкарнации. Как бог я менее восприимчив к смерти, чем средний человек, но это всё ещё может случиться. После смерти моя душа переместится в другое живое существо, и жизнь начнётся заново. В этой жизни я был рождён Говардом и Марией Старк. Я Тони Старк. Просто ещё и Анубис.       — А что дуговой реактор? — спросила Наташа.       — Это правда произошло, — подтвердил Тони. — И палладий тоже. Как я и сказал: менее восприимчив, но не застрахован.       — А твои чувства к Говарду? — спросил Стив.       Тони лишь кивнул.       — Говард был… не самым лучшим отцом, которых я имел. — Он не стал вдаваться в детали, и каждый знал, что лучше не давить.       На несколько секунд повисло неловкое молчание, прежде чем Клинт снова спросил:       — Что ты имел в виду, когда сказал, что с Локи было что-то не так? — Его взгляд был настойчивым, пока он ждал ответа.       — Локи и я были лучшими друзьями на протяжении тысячи лет, — объяснял Тони. — Я знал его лучше, чем кто-либо, и наоборот, но он не признал меня, когда я столкнулся с ним. Что-то с ним было не так. Я думаю, что он мог быть под каким-то контролем, вроде того.       — Есть ещё какие-либо доказательства, кроме шестого чувства? — спросил жёстким голосом Клинт. — В конце концов, ты перевоплотился.       — Я выгляжу так же, — ответил Тони, небрежно махнув рукой. — Всегда. И да, вроде того. Когда я подобрался к нему ближе, увидел, что глаза Локи голубые. — Тор напрягся, но Стив нахмурился.       — Почему это так важно? — спросил он.       — Глаза Локи зелёные, — сказал Тор.       — Я отправил весть в Асгард так скоро, как смог, — продолжил Тони. — Но было не достаточно скоро. — Он провёл руками по волосам. — Что-то ещё?       — Та история, где Исида сделала Осирису золотой член, — правда? — немедленно спросил Клинт.       — Ладно, я хочу, чтобы ты никогда больше не упоминал член моего отца. Никогда больше.       

***

      Позже, тем же вечером, Баки спустился в мастерскую Тони с чашкой кофе. И опять Джарвис впустил его. Тони стоял, прислонившись к верстаку и спрятав лицо в ладонях. Он выглядел опустошённым… поднял взгляд, когда Баки подошёл к нему. Баки поставил чашку на стойку и двинулся в направлении Тони. Тони слабо улыбнулся ему, но взял напиток и сделал глоток.       — Так какова позиция египтянина на свидание со смертным? — спросил Баки.       Тони чуть не подавился кофе.       — Э… что? Я имею в виду, серьёзно…       — Потому что я хочу сказать, что уже давно хотел пригласить тебя, и я не очень склонен позволить факту, что ты бог, испортить это, — продолжил Баки.       — Ты правда хочешь… то есть… — пролепетал Тони. — Ты уверен? Я имею в виду, у меня много багажа. Типа тысячи лет багажа. И я ужасен в отношениях. Я не помню дни рождения и юбилеи, и мне срать на обеспечение комфорта и стабильности…       — Ты идеальный, — настаивал Баки. — Я должен сказать тебе, куколка, но и у меня тоже тонна багажа. Может, не тысяча лет, но тонна… — Он подошёл к Тони ближе и взял его руки в свои. — Я едва могу вспомнить, кем был несколько месяцев назад. Я совершил множество убийств. Я — это сплошной хаос из кошмаров и осколков… но я не чувствую себя сломанным рядом с тобой. И я бы хотел увидеть, как мы будем идти по жизни вм… — Внезапно оказалось, что Тони в его объятиях, а губы Тони на его губах. Он растерялся на секунду, прежде чем мозг заработал снова и он ответил на поцелуй.       Когда они оторвались друг от друга, оба были тяжело дышавшими и с покрасневшими щеками от возбуждения. Баки усмехнулся:       — Это да?       — Да, это да, — ответил Тони, затаив дыхание. — Ты ведь знаешь, что это значит, что тебе придётся встретиться с моими друзьями и семьёй со стороны богов, верно?       Усмешка Баки была немного дикой, он знал.       — Не могу дождаться.