Верни мои крылья

~BTS — Butterfly~

      Эта неделя для Тэхёна, как ни странно, прошла сказочно. Чего только не делали он и Лиён! Чонгук думал, что его дом не выдержит такого шума, однако он был рад, что Тэхён за эти семь дней стал улыбаться довольно часто. Девочка каждый день уговаривала Небесного поиграть с ней в прятки или догонялки. А что? Комнат много — это отличная площадка для различных игр. Однажды малышка спряталась так, что Тэ пришлось просить помощи у прислуги. Как оказалось, девчушка прирождённая скалолазка, раз уж сумела со своими 116-ю сантиметрами роста залезть на шкаф. Они даже умудрились вместе порисовать на обоях рядом с детскими рисунками Чонгука. Брюнет, вернувшись с работы и увидев новые каракули на стене, сначала ругался, но потом, заметив подступившие слёзы на лице рыжего чертёнка и голубые глазёнки ангела, похожие на взгляд грустного котика, остановился и предупредил, чтобы впредь они были благоразумнее. Потом, правда, пошёл ругать прислугу, ибо, почему они не следят за порядком в доме? И вообще, пора бы уже заклеить эту стену новым слоем, но отчего-то, он этого делать не хотел. А позже, указывая на прямоугольник и находящихся рядом три кружочка с точками внутри, похожих на лица, он спросил Лиён: — Что ты тут нарисовала? — Это Чонгук-ши, я и Тэхён-ши в домике, — довольно заулыбалась рыжеволосая. — Лиён, дай-ка мне свой фломастер. Девочка безоговорочно слушалась Чона и, отдав фломастер, наблюдала, что же ещё изобразит брюнет на обоях. — Вот, теперь очень даже похоже, — произнёс Чонгук, подрисовав третьему кругу крылья.       В один из таких дней Лиён предложила Тэхёну заняться серьезным делом, на которое способен не каждый, а именно: оригами. Но… Ангелу бумага поддаваться совсем не хотела! Она сминалась, складываясь как угодно, только не так, как было нужно. Бумага шуршала под невероятно неуклюжими пальцами, совсем не для того предназначенными. — Лиён, объясни мне, как ты это делаешь? — сказал на распев ангел, смотря, как девочка закончила мастерить восьмого журавлика. -Хах, ну ты чудо! Смотри, — она взяла лист красной бумаги, и начала рассказывать, что необходимо делать, — возьми квадратный лист цветной стороной вверх, сложи его по диагонали, затем распрями обратно. Да, вот так! Так, а теперь вот эту часть вот сюда, затем согни. Молодец! У тебя получился капкан. Значит ты на правильном пути. Теперь сложи, согни… Да! Вот так! И теперь надуй. Молодец! — захлопала она в ладоши, — у тебя получился журавлик. — Красиво, — прошептал Тэ, держа в руках маленькую бумажную алую пташку. — Знаешь… В Японии бумажные журавлики считаются символом удачи… — И долголетия, — добавил вошедший к ним Чонгук, — есть традиция, в основе которой лежит красивая легенда: «Если с любовью и тщательностью свернуть тысячу бумажных журавликов, подарить их окружающим, и получить в ответ тысячу улыбок — исполнятся все Желания» -Оу, но, тогда…чего желаешь ты, Лиён? — спросил Небесный, переведя взгляд на девочку. — Я желаю…чтобы между ангелами и людьми воцарился мир.       Когда Чонгуку срочно пришлось доделывать некоторые документы по работе, малышка позаботилась о нём и принесла ему в кабинет, держа в ручках поднос, чашечку чая и печенья, приготовленные Джином. И в тот же день Небесный только встал у порога, чтобы надеть обувь и полить кусты роз на улице, как к нему прибежала уже готовая Лиён с маленькой леечкой. — Я хочу помочь, — заявила она, и Тэхёну дала понять, что отказы не принимаются. Когда же наступала ночь, Тэхён, по просьбе Лиён, читал ей книгу «Таинственный остров», где главные герои путешествуют на воздушном шаре и после крушения попадают на необитаемую землю. Мужество, знания и неустанный труд помогают им выжить в самых трудных ситуациях. Но история была слишком интересна, и спать вовремя малышка не ложилась, так как любопытство полностью овладело её разумом, и сон как рукой снимало. Тогда Тэ взял справочник о высшей экономике, а их тут навалом, ведь отец Чонгука занимался финансовой фирмой, а теперь и сын заведует этим. Читая скучные предложения, Небесный сам пару раз засыпал, чего уж говорить о девочке, которая мило посапывала от одного лишь прочитанного абзаца.

«Волки спят в глухом лесу Мыши летучие спят на ветру Одна лишь душа во тьме бредёт Нечисти страшную гибель несёт»

Да, неделя определенно была лучшей за последние годы в жизни Тэхёна, но ведь всё хорошее рано или поздно кончается. И очень жаль, что на этот раз Небесный не был исключением из правил.       Чонгук рассказал ангелу, почему Лиён тогда находилась в больнице. Её отца убил Небесный по имени Хосок, и Тэ вспомнил рассказ Джина о двух лучших друзьях. Теперь всё встало на свои места истории нескольких жизней сплелись в единый поцелуй Смерти. Гук оформил попечительство над ребёнком, за что Ким ему благодарен, но слов с этой благодарностью ему не сказал. Он вообще не понимает что между ними происходит, и происходило ли? Наедине с хозяином он не оставался, кроме того разговора о Лиён, Вроде бы и хочется что-либо сказать, обсудить, но подходить к брюнету страшно.

«А с ладошку крошке не уснуть, Не оставь её ночью одну. Убийцы наемного страшнее нет: За горсть златых монет Придёт, и больше никого, ничто не спасёт. Не спасёт».

      Рыжеволосая принцесса сидела на кухне и помогала Джину с приготовлением сегодняшней стряпни. Ну как помогала, мешалась только больше, лепя из теста своеобразную кривую пирамидку. Однако повару было приятно присутствие юного маленького недопомощника. Они мило беседовали, пока девчушка не произнесла следующее. — Как вы думаете, что такое рай? — Почему ты спрашиваешь об этом? — Удивился Джин. — Я почти каждого спрашиваю, и каждый отвечает по-разному. Мне интересно ваше мнение. Вот Небесный говорит, что… — Кто? Небесный? — Да. — Ты с ним видишься? — Непонимающе спрашивает Джин, думая, что, скорее всего, у малышки воображаемый приятель. — Конечно, он здесь живёт. — И как его зовут? — Сокджин, сладко улыбнувшись, приготовился услышать, насколько богата фантазия девочки. — Тэхён.- Просто отвечает она. «Тот садовник — Небесный? Не может такого быть! А вдруг он выведывает что-то? Вдруг готовится к чему-нибудь? Так, стоп. Я что, поверил ребёнку? Конечно же, это не правда» — Усмехнулся Джин собственным мыслям, но в этот же день решил кое-что проверить.       Проследив за садовником, повар узнал, где находится его комната. Вечером он вернулся на это место, поднявшись по лестнице. Прикладывая голову к двери и прислушиваясь к какому-либо шуму, Джин ничего не услышал. Чуть приоткрыв дверь комнаты, он увидел то, чего явно не должен был. Знакомый блондинистый силуэт видимо готовился принять душ, снимая с себя белую футболку, запачканную землей. На его голой спине красовались два неровных затянувшихся шрама. Сокджина будто приковали к полу ногами. По телу прошелся разряд тока. «Господин Чон вообще в курсе? Небесный в доме! Вот уже сколько месяцев! Лиён должно быть в опасности! Или же я! Или сам Чонгук. С кем ещё он мог разговаривать?» — повар кое-как сделал шаг в сторону от двери, а потом и вовсе сбежал к себе обратно на кухню. Тяжело дыша, он обдумывает дальнейшие действия. Только вот и страх, и злость, и жажда мести всем ангелам, затмевают ясный рассудок. Вместо того, чтобы рассказать всё мистеру Чону, Джин думает о другом. Повар злится, и единственное решение, которое приходит в его голову — убийство. Ему кажется нормальным такой исход событий. Люди привыкли поступать так с крылатыми, и неважно, что у того уже нет крыльев. Нужно избавиться от рода Небесных полностью, пока они ещё не убили нескольких людей, ведь один ангел способен справиться с десятком. Чон Хосок это доказал. А у Тэхёна могут быть и сообщники.       Глубокая ночь. Несмотря на то, что большинство людей сладко спят ночью, ночная жизнь в природе продолжается. Летом сверчки не умолкают до самого рассвета. Также выходят на ночную прогулку различные животные: коты, совы, летучие мыши. Где-то в саду шуршит в кустах ежик. Ночью обычно так тихо. Каждый из нас хоть раз любовался её таинственной красотой, ведь это пора размышлений на философские темы, творческого вдохновения и любви.       Джин бесшумно прокрадывается в комнату Небесного с острым ножом в руках. Дверь издаёт легкий скрип, когда он её открывает. Повар видит на кровати скрючившееся тело в позу эмбриона, полностью укрывшееся под тёплым одеялом. Джин на носочках подходит ближе и ближе. Сердце сильно стучит в груди, он надеется, что ангел не проснётся от этого громкого биения, раздающегося в четырёх стенах. Сокджин замахивается, делает резкий вдох и наносит удар. Тело дёргается, слышно как оно захлёбывается кровью, однако слышны нотки не мужского голоса. «Что?» — Джин непонимающе поднимает одеяло за край и замирает, так как из детского девичьего организма прямо изо рта течёт ручьём алая кровь.

«смолкли песни птиц в ночи, хлев в тишину погружен до зари. Одна лишь душа во тьме бредёт Нечисти страшную гибель несёт»

Flashback. — Тэхён-ши, можно я посплю с тобой? — Малышка пришла к ангелу. — Лиён? Ты чего? Ты ведь уснула, когда я тебе читал про виды экономических систем. — Да, но я проснулась из-за кошмара про папу, — шмыгнула она носиком. — Хей, только не плач. Иди ко мне, принцесса, — Тэхён раскрыл одеяло, впуская ребёнка в свою кровать, — так хорошо? — Обнял её Тэ, а второй рукой ласково гладил кудрявые рыжие волосы, успокаивая. — Да, только вот… Тэхён-ши, я хочу пить. Принеси мне водички, пожа-а-алуйста, — зевая просила Лиён, закрываясь одеялом. Ким ушёл за водой, не подозревая ни о чем. В темноте несколько раз споткнулся, пока спускался по лестнице, но всё-таки дошёл до кухни. Порывшись в кухонном гарнитуре, нашёл стакан и подошёл к фильтру, налил в него чистой воды. Обратно он шёл как можно аккуратнее, чтобы не разлить жидкость. Он возвращается в сторону своей комнаты, понимая, что что-то здесь не так. Видя через щели двери включившийся свет и слыша шорох с хрипом.

«Ты ладошку, крошка, крепче жми, Не робей, не плачь И не смотри. Наемного убийцы бесстрашней нет за горсть златых монет. Найдёт, придёт, тебя порвёт и мигом сожрет. Всю сожрет».

Конец Flashback.       Джин кидается к девочке, пытается остановить кровь, вяжет повязку на её животике, но поздно, малышка перестаёт дышать, и кожа её бледная-бледная. Кончики рыжих волос окрасились в красный цвет. В этот момент открывается дверь, и входит Тэхён. Небесный тут же роняет стакан с водой, а тот с грохотом разбивается о пол. Блондин теряется в пространстве. Время для него остановилось. Рот раскрылся в немом крике.

***

« Я потерял её. Мой единственный луч света. Моё спасение и счастье. Я проиграл, но это поражение… чему оно меня научит? Тому, что нельзя привязываться к человеку?» Воздух разрывал лёгкие, перед глазами всё плыло и казалось, что ангел сошёл с ума. Всю церемонию похорон, на которой его сейчас нет, в голове крутились слова девочки: « Тысячи журавликов… Мне нужно как можно быстрее закончить»       Он помнит, как во время церемонии отпевания, сорвался с места, подбежав к гробу, к ней, крепко обнял, словно плюшевую игрушку и поцеловал её в бледную щёку. Он надеялся, что она, как в сказке, очнется и улыбнется ему своей нежной и солнечной улыбкой, но… этого не произошло. Её глаза были закрыты, рыжие волосы были заплетены в красивую драконью косу. Сейчас она была похожа на мраморную куколку. — Прошу… молю тебя, Лиён! — кричал Ким, потеряв рассудок, плача и безумно потряхивая бездыханное тело девочки, — забери меня с собой! Я должен был умереть, а не ты! Чонгук опустил голову вниз, сжимая руки в кулаки и стиснув зубы, он попросил прислугу принести успокоительного и поскорее покончить с этим. Смотря на мучения блондина, он ощущал, как его сердце сжималось. Также он был зол. Эта тупая боль и закипающая кровь били по вискам. Он злился не на кого-то, а на себя. Чон винил себя в смерти девочки и страданиях ангела. «То, что я вскоре сделаю… Надеюсь, ты не возненавидишь меня за это».       За окном с самого утра шел убаюкивающий дождь. Тэ сидел в своей комнате, слушая колыбельную воды. — Лиён — шептал он, словно в этом имени есть ответ на все вопросы мира — Надеюсь, ты будешь покоиться с миром. В комнате царила Королева Тишина, её покорный слуга мертвое тиканье часов, наводивший страх, из-за которого сердце билось неестественно. — Надо собираться. Время пришло. — сказал Тэ, свергнув Императрицу с престола. Он уже опаздывал на похороны. Накидывая пиджак и спускаясь по лестнице, Ким думал, почему его не было рядом? Почему он не смог ей помочь. Она спасала его в деревне, в больнице, здесь, а он… «Ты была рождена в любви. Ты мой лучик света в царстве тьмы и боли. Ты спрашивала, есть ли Бог, но тогда я не смог дать тебе ответа. Однако сейчас… Я знаю ответ. У каждого свой Бог, для меня он скрыт в твоем лице. Но кому? Кому мне теперь это сказать? До кого донести, что ты мой свет? Сейчас твой светлый лик стоит передо мной, словно мираж, и я склоняюсь пред тобой и молю тебя о спасении и прощении…» От размышлений его прервал голос Ёнджэ — дворецкий. Это был довольно высокий и пожилой человек, глаза которого были похожи на стекло, а голос на шум металла. -Фух, Тэхён! Прошу вас, помогите мне! Это срочно! — прокричал хриплым голосом старичок, прерывисто дыша. Немного подумав, Тэ согласился, не зная, что идет прямо в капкан. Они пришли к кладовой. Как только Небесный зашел внутрь комнаты, которую увидел и изучил до самой маленькой пылинки впервые, ведь именно здесь его взял Чон с особой жестокостью, показав всю свою «доброту и гостеприимство», дверь за ним неожиданно закрылась со щелчком. Ангел тут же подбежал к ней и стал дергать за ручку, но все попытки оказались тщетны. — Это для твоего же блага, — сказал Чон по ту сторону двери холодным и монотонным голосом. Сами похороны девочки прошли без Падшего.

***

~Clem Leek — Fujisan~

 — Это ты виноват! Ты! Почему ты меня запер? Ненавижу! — кричал Тэ, пытаясь выломать дверь кладового помещения. Чувствуя, как силы покидают его.        Он не знал, как долго он пробыл здесь. Час? Два? Весь день? Он чувствовал, как сон взял его разум в плен. Веки стали тяжелыми, сил думать о чем-либо уже не было, однако разум кричал и молил его не засыпать, а продолжать ломиться! Через некоторое время дверь с внешней стороны, потянув за ручку, открыли. Это был Чонгук. На нем был темный костюм. Лицо его ничего не выражало. Только некое безразличие и пустоту, словно человек был лишен чего-то важного. Как только Тэ заметил брюнета, на его лице появились вспышки гнева. — Ты! — крикнул он, нарушив тишину, царившую в особняке. Казалось, что от его крика проснулся дождь. — Как же я тебя ненавижу! Почему ты не дал проститься с ней! — Тэ кинулся на Чона, тем самым повалив его на пол и ударяя кулаком в живот, — я сейчас же, слышишь? Сейчас же поеду к ней! И ты меня не посмеешь остановить!       Подбежав к машине, Небесный сию же секунду просит Джинёна, отвезти его на кладбище. Доехав до места, водитель показал и проводил Тэхёна туда, где находится могила. Капли дождя били по стеклам и листьям, пробуждая странное ощущение страха и отчаяния. Тэ казалось, что это плачет не небо, а Лиён. Он сожалел. Именно. Он чувствовал себя сейчас как минимум виновным. Весь путь, что он проехал от особняка до кладбища, словно занял вечность. Время шло слишком медленно. До дрожи медленно. Старые ржавые ворота скрипнули, и туман, что хранил покой умерших, с Дьявольской скоростью двинулся на блондина и шофёра, стремясь сожрать тела и души. Тэхён шел аккуратно, опустив вниз голову, тем самым выражая почтение и показывая всю свою ничтожность перед мертвыми. Некоторые могильные плиты были разрушены, плющ уже погрузил надгробия и статуи в вечный сон. Мраморные ангелы с пустыми глазницами склонили свои лица, на которых застыл ужас познания смерти и их лик молил лишь об одном — прощении. На перекрестке, окруженном туманом — стражником, мирно покоился разрушенный фонтан, заросший плесенью, тиной, темно-зеленой водой, пахнувший как минимум мертвечиной. Свернув налево, он побежал по аллее из сухих, уже забытых людьми деревьев. И вот оно, место назначения. Делать шаг назад было поздно. Всё поглотил туман с дождём. Он подошел к могиле, которая уже приняла тело девочки и душу, освобождая её от мучений. В воспоминаниях проплывал силуэт Лиён в гробу. Она лежала в небольшой, но массивной «коробке», сделанной из красного дуба, оббитого белым шелком. На ней была одета красивая юката, а руки, что лежали на уровне груди сжимали букет из камелий. На её лице застыла мягкая детская улыбка. — Словно дуновения ветра — шептал Ангел, упав на колени рядом с могилой, чувствуя, как дождь обнимает его, — ты ушла от меня в другой мир. Лиён, мы будем дальше жить со своими грехами, а ты теперь приняла покой. В этом пошатнувшемся враждебном мире ты стала лучиком света, сохраняя истинный лик. Мой мир затянут облаком «жестокости»…Зачем он забрал тебя из детского дома? Знаешь… Я уже не чувствую желания жить. Ничего… кроме сильнейшей грусти… Я не хочу! Даже если ты умерла, пообещай, что будешь рядом со мной и будешь заботиться обо мне? — Ангел почувствовал, как комок подступил к горлу, а глаза начали слезиться. Тэхён склонился. — Лиён…прости меня…я…я… так любил тебя! Как младшую сестрёнку, как лучшего друга, о котором мечтал с самого детства, как свою дочь в конце концов! Но…- кричал Тэ сквозь слёзы, загребая могильную землю, стараясь раскопать свежую могилку, — Но я не смог тебя защитить! — Тэхён! Что ты делаешь? — Джинён поднял блондина за руки и оттащил его. Небесный весь промокший и притихший ещё долго сидел коленями на сырой земле, не замечая холодного ветра и дождя, смотря лишь на фото маленькой девочки, пока водитель не позвал его. — Ким Тэхён, вам следует вернуться в машину, иначе вы простудитесь, — говорит шофер, облокотившись спиной рядом с растущей елью. — Я не держу вас, хён, вы могли бы уже давно уехать, не стойте под ливнем. — Я не оставлю вас здесь одного. Ангел почувствовал чужую руку на своём плече. — Пойдём, — спокойно сказал парень, голос которого принадлежал Чонгуку. У Тэхёна прошла дрожь по всему телу. Ни с того ни с сего подступила злость. «Как же бесит! Почему такое спокойствие? Сам ведь тоже привязался к ребёнку! Почему так хладнокровен?» Блондин встряхнул плечом, чтобы Чонгук свою руку убрал, вставая с грязной земли и поворачиваясь к нему, смотря прямо в глаза напротив и прожигая его. — Это ты виноват! Ты её законный опекун! — Ким обессилено бил кулаками Гука куда только мог, — Ты должен был беречь её! — Ангел прекрасно понимал, что брюнет ни в чем не виновен, и вообще, это всё жестокая случайность, чертовый случай из этой адовой жизни, но Тэ было необходимо выплеснуть эмоции наружу. Чонгук перехватил его запястья, не давая двигаться, приближая и обнимая блондина. — Джинён, я вернусь с Тэхёном домой на своём автомобиле. Езжай, твой рабочий день закончен. — Слушаюсь, сэр, — ответил шофер, кинув разочарованный взгляд на юношей, и поспешно вышел с кладбища.       Гук поглаживал макушку всхлипывающего ангела, перебирая мокрые из-за дождя волосы между пальцами. Тэхён ещё пытался оттолкнуть парня, но сил не хватало даже держаться на ногах. Небесный вымученно закрыл глаза, прижимаясь к его груди. Они простояли так минут пять, пока Ким совсем не упал на Чонгука. Молодой господин подхватил ангела, держа его одной рукой под шеей, а другой под коленями. Взглянув ещё раз на фото улыбающейся ему девочки, он сдержал подступившие слёзы. Не сейчас. Брюнет кивнул, словно обещая Лиён, что позаботится о Небесном. Он донёс Тэхёна до машины, усадив на сиденье, завёл двигатель и направился к дому, включив дворники.        Тэ не проронил ни слова. Он опять потерялся во времени, не зная что делать дальше. Когда железные ворота открылись и автомобиль остановился, блондин просто отправился в дом, чтобы побыть в своей комнате. Зайдя внутрь и не поднимая глаз, Небесный начал снимать грязную мокрую обувь. Он хотел уже дойти до лестницы и подняться по ней, но на пороге ему преградила путь женщина. — М-мама?...