Верни мои крылья

— М-мама?..- запнулся Небесный, не веря своим глазам. Тэхён узнал бы её даже среди толпы. Кажется, что это его буйная фантазия и рассудок играет с ним злую шутку, что это мираж и прямо сейчас он рассеется, словно туман, кажется, что он выдумал её из-за смерти Лиён, но мама не исчезает, даже когда блондин несколько раз моргает. Женщина лишь кивнула. — Мама! — рванул он к уже плачущей даме. — Тэхёни, — она прижала к себе своего сына, гладила светлые волосы, повторяя, что всё хорошо, — сыночек, мальчик мой, ты жив, — мама поцеловала его во влажную щёку, крепче сжимая в своих тёплых объятиях, будто защищая и пряча своего ангелочка от этого мира. — Ма…- слёз в глазах больше не оставалось. Слишком много всего произошло, навалилось тяжёлым грузом на плечи ангела, и Ким, закрыв веки, потерял сознание, соскальзывая из маминых нежных, будто лепестков его любимых роз, рук.       Вошедший в коридор брюнет, поняв, что происходит, сохраняя спокойствие, поприветствовал маму ангела и подхватил парня на руки, унося его в свою комнату. Решив оставить женщину и её сына наедине, он направился в свой кабинет. — Это его мать? — немного позже спросил ничего не понимавший Ёнджэ, подойдя к Чонгуку, который погрузился в работу, заполняя кучи ненужных документов. — Да, — с дрогнувшей улыбкой проговорил Чон. У него самого подступал ком к горлу. Его мучила совесть, ведь за всю свою жизнь он совершил столько ошибок, которые действительно требовали своего искупления. Например, его целью стало воплощение в жизнь того самого обещания, данного во время церемонии похорон: он поклялся Лиён защищать и оберегать Тэхёна. — Где вы её нашли? Как? — недоумевал дворецкий. — Чудом, — сказал Чон, не отрываясь от бумаг.       Да, это действительно можно назвать чудом. Где-то месяц назад один из сотрудников фирмы хвастался, что приобрёл себе хорошенькую Небесную. Краем уха Чон услышал имя женщины и вспомнил, как его ангел рассказывал о ней. Чонгуку в голову пришла блестящая идея: запугать подчиненного лишением работы. Мужчине пришлось отдать ангела, ведь терять такое уютное местечко под фирмой вовсе не в его планах. Гук давно уже всё решил — он хотел сделать жизнь своего бескрылого как можно лучше, вернув Тэхёну дорогого ему человека, семью и Лиён… Хотел чаще видеть улыбку Небесного, такую, когда он восхищался фейерверком. Немного детскую во все тридцать два зуба и, что удивительно, напоминавшую форму квадрата. А может, он хотел сделать лучше себе? Кто знает.       Проснулся Тэ от ужасной боли в висках, открыть веки было тяжело. Голова немного кружилась, но это ничего страшного. Тэхён принял сидячее положение, смутно вспоминая недавние события: « Я видел её, она меня обнимала. Всё было так реалистично, это не могло быть просто сном!» — промычал он. — Ох, ты наконец-то пришёл в себя, — взволнованная женщина появилась у входа в комнату, — вот, выпей это, — она протянула стакан с немного мутной водой, видимо в ней растворилась таблетка.       Блондин выпил всё. Тэ попытался встать, однако голова только больше разболелась, и он вновь лёг на кровать. — Просто отдохни, хорошо? — Ким кивнул, всё ещё пристально смотря на маму.       Похоже, то, о чём впервые молил Небесный у так называемого Бога, не сбылось вовсе. Ей тоже вырвали крылья, и ангел помнит какого это — пострадать от рук людей. Тэхён поморщился и заёрзал, ему показалось, словно спину опять зажгло, и затянувшиеся шрамы хотят открыться, выпуская свежую кровь. — Как давно ты здесь? — спросила она. Ей столько всего хотелось узнать. Как жил? Что делал? Чем занимался? Вопросы и беспокойство за сына не давали ей покоя. — Не знаю. Я не слежу за временем. — Господин Чон вроде хороший человек и… — Ха-ха, эм… то есть да, наверно, — потупил он взгляд, — вижу тебе тоже сорвали крылья? — ловко сменил тему разговора блондин, — всё-таки я был прав — Бога не существует, иначе он бы не допустил этого. — Не говори так, Ханни*.       Услышав своё ласковое прозвище, Тэхён тут же поднялся с кровати, чтобы обнять женщину. — Я так переживал, думал, что ты умерла, покинула меня, — шмыгая носом, говорил Тэ, — я отгонял эти мысли как мог. Пытался смириться все эти пять лет…       Они разговаривали следующие несколько часов. Каждый поведал о жизни, когда они были вдалеке друг от друга. Тэхён рассказал про всё, упустив лишь детали о первой встрече с Чонгуком и что он с ним делал, чтобы мама лишний раз не переживала, да и самому Киму не то что говорить, а вспоминать об этом больно и противно. Если бы Гук повёл себя так, как навешал на уши лапшу маме Небесного, то он бы многое пересмотрел и осмыслил. Рассказал о малышке Лиён, которая спасла его, если бы не она, его органы и части тела распродали бы на рынке в деревне. Но его сердце резко сжалось, и он вновь решил сменить тему. Их диалог прервал вошедший дворецкий. — Вам пора поужинать. Спускайтесь в столовую.       За столом уже сидел и ждал их Чонгук. Пока ангел приходил в себя, он успел познакомиться получше с мисс Ким. Как же Тэхён на неё похож, особенно глазами. Они ели молча, и тишина никого не заставляла смутиться и чувствовать себя не комфортно, наоборот каждый смог насладиться моментом некого спокойствия и казалось, что всё наладиться.       На следующий день ангел решился зайти в комнату Лиён. Вещи остались нетронутыми, находясь на своих прежних местах. На тумбе небольшой кучей лежали бумажные журавлики. — По-моему их всего 54, остальные внутри тумбы, — тихо шепчет Небесный, смаргивая подступившие слёзы, — нет, я не должен больше…я обещал. — Вот ты где, — раздался голос Джинёна. Тэ дёрнулся из-за его неожиданного появления. — Прости, если я помешал вам… тебе, но… нам нужно поговорить. Знаешь, я устал скрывать от тебя. С каждым днем, мне все сложнее себя сдерживать. Я понимаю, что не вовремя, но… мой ангел — взяв за руку, шепчет он, чтобы их разговор никто не услышал — мой воздух. Каждую ночь я просыпаюсь в холодном поту, схожу с ума, брежу и вижу лишь тебя, — Тэ смотрел на него с удивлением, не зная, как реагировать на слова своего друга, оцепенев на месте, словно ноги приросли к полу, — твой голос — прикосновение волн, твои волосы — золото, твои руки — веревки, что душат меня. Я боюсь… боюсь навредить тебе, но… я так хочу касаться твоих волос, губ, шеи. Целовать и жить тобою. Как только я увидел тебя с Чонгуком… Почему ты молчишь? Прошу, скажи что-нибудь в ответ! — Перестань, Джинён, — грозно перебил Тэхён, вырвав руку и дав ему пощечину. Все, что он испытывал к Джи — дружескую симпатию. Он не хотел, чтобы желание переросло в некое чувство любви и привязанности.       Вдруг, дверь резко открывается и входит разозленный Чон. Он слышал признание шофера и звук удара, нарушавший тишину между стенами. — Ты, наверное, забыл, что принадлежишь мне? Видимо, придется напомнить об этом- прорычал брюнет и, оттолкнув в сторону Джи, жадно впился в губы Тэхена, притягивая за талию к себе и показывая средний палец водителю, давая понять, что делать ему здесь нечего и он может смело уходить отсюда. — Ты только мой! — тяжело выдохнув, сказал на ушко он.       Джи ушел, хлопнув дверью. Тэ сразу же отстранился от своего мучителя и, переводя дыхание, прикрывая губы и покрасневшие щечки бледной рукой, вырвался из горячих и крепких объятий Чона, неразборчиво прокричал «Ты что творишь? Прекрати!» и убежал прочь, оставив брюнета наедине со своими мыслями, ревностью и бумажными журавликами Лиён.       Позже Ким узнал от слуг, что Джинён уволился по собственному желанию. Никто не знал почему. Однако, Тэ, Чон и комната Лиён хранила тот секрет, ту причину, по которой Джи ушел из жизни этого особняка. Поливая в саду цветы вместе с мамой, у них завязался разговор о жителях этого роскошного дома. — И вообще, — сказала мама на улыбке после нескольких минут беседы, — ты должен быть благодарен Чонгуку, и тебе следует сказать ему спасибо за то, что мы живем здесь. — Мам, ты не понимаешь, о ком говоришь. Не играй с огнем. — Это ты не понимаешь! Попробуй встать на моё место! Благодаря ему, я смогла увидеться с тобой! Знаешь, как я переживала? Я не спала ночами, воображала, что ты как минимум мертв, а в худшем случае, разобран на части и продан местной аристократии. — Я никогда не думал об этом… -А ты попробуй.       Разговор больше не мог идти дальше. Молча полив все цветы, они разошлись по разным углам. Мама на кухню, а Тэ, прислушавшись к словам матери, отправился в кабинет Чона для того, чтобы сказать спасибо. Однако, подойдя к пункту назначения и дернув за ручку двери, он обнаруживает, что дверь закрыта, а значит — брюнета нет. — И что ты тут делаешь? — Шепнул на ухо Чон, обвивая своими длинными руками талию Тэ, утыкаясь кончиком носа в холодную нежную шею ангела, вдыхая аромат его тела, пахнущего землей и утренней росой. — Я, — повернувшись и встретившись с карими глазами Чонгука, в которых он впервые увидел не пустоту, а яркий еле — горящий огонек жизни и надежды, Тэхён напрочь забыл, зачем сюда пришел, — Ты изменился. -Да? И как же? — сказал темноволосый, прикусив мочку уха Небесного. -… — Тэхен не мог ничего ответить, находясь в неком трансе. Только сейчас он смог понять, что говорила ему мама сегодня в саду. «Он и вправду заботился обо мне. Все это время. Начиная с того момента, как я попал в его дом. Именно он кормил, помогал, вылечил, спас от смерти в ванной, подарил розы, показал как красив салют, дал шанс увидеться и провести время вместе с Лиён, спас меня от безумия на похоронах, вернул маму и помог разрешить ситуацию с Джи… он спасал меня. Но. Первая встреча, подвал… Люблю и ненавижу…» — ТэТэ? — Чонгук вывел его из рассуждений. — Послушай… Я должен сказать тебе спасибо. — Нет, подожди. Это я должен тебе кое-что сказать. Ты свободен.

***

~Susie Suh & Robot Koch — Here With Me~

      Гук отпустил Небесного. Надо было ли это сделать, когда ещё Ким сидел связанным на его дне рождения? Сколько можно было мучить блондина? Тэхён не верил своему везению. Он и его мама живут в маленьком загородном домике, купленном Чоном. Теперь в свободное время от работы Чонгук заезжает к ним в гости, так как матери Кима всё ещё он кажется хорошим человеком, и она его всегда ждет, чтобы напоить горячим напитком с жасмином и домашним пирогом. — Присаживайся, Чонгукки, — с улыбкой произносит мисс Ким, протягивая чашку с только что заваренным чаем. — Спасибо. А где Тэхён? — Он сейчас подойдёт, опять копается со своими розами, — женщина ушла с кухни, видимо по своим делам.       Чонгук хлебнул горячего чая, напоминавшего солнечные деньки, расслабляясь и чувствуя, как жидкость согревает тело. Он и оглянуться не успел, а осень наступила так быстро. Время вообще летит с огромной скоростью. Столько всего изменилось — изменился сам Гук.       Брюнет начал вновь сочинять музыку и играть на гитаре — очередное хобби из его детства, когда он приходил со школы домой и садился на диван, а рядом лежал Юонг, посапывая в такт звучанию струн, пока папа был на работе. Инструмент лежит в его машине, и брюнет не знает зачем его всегда возит с собой. Чего он ждет? — Привет, — напротив него сел Тэхён, отвлекая от раздумий, — давно приехал? Мама сказала мне, что ты здесь. — Нет, почти только что. — Ясно. Ангел тоже изменился. Диалоги с ним всегда были короткими. — Сыграй для меня хоть что-нибудь? — попросил Тэ, а Чонгук тут же поперхнулся, откашливаясь. — Откуда ты знаешь про это? — Говорю же, мама всё о тебе рассказывает. Она в тебе души не чает, думает, что ты меня спас и прочее. — Но ты ведь её не переубеждаешь, — констатировал факт Гук, изогнув бровь, — почему не расскажешь ей всё?       Небесный не стал отвечать. — Что ж, уверен? Я не так хорош и боюсь, что твои ожидания не оправдаются, — вздохнул Чонгук. — Просто дай послушать.       Брюнет взял оставленный в автомобиле инструмент и вернулся к ангелу, пробежался по струнам пальцами, проверяя и настраивая. Лёгкая спокойная мелодия заиграла в четырёх стенах. Тэхён не шевелился, вслушиваясь в каждую ноту. Он вспомнил один стишок и начал подпевать в ритм очаровывающей музыки.

— Можно крылья выдрать неземным. Этот горький опыт мной проверен. Ангел и без крыльев будет им! Не поможет вырыванье перьев.

      Гук перестал играть после пения нескольких строк. Он всегда тайно наслаждался тембром ангельского голоса, находясь, будто под гипнозом, но он почувствовал боль в районе сердца от слов, сказанных Небесным. Чонгук когда-то считал Кима слабым и не на что неспособным, но он сильнее его самого во много раз. Тэхён выдержал столько всего, и до сих пор остался светлой личностью, верящей в добро. — Мне бы твою силу духа… — сказал Чон с горечью и некой грустью в голосе. Блондин недоумевающе повернулся, не услышав больше мелодии, и заглянул в стеклянные карие глаза напротив, словно если их обладатель моргнёт, тут же пойдут слёзы. — Тэхён, ты…- старался что-то сказать темноволосый. — С тобой всё хорошо? Ты побледнел, — Тэ взволнованно дотягивается ко лбу брюнета, проверяя его на жар.       Чонгук перехватывает его руку, сразу же целуя пальчики и поглаживая кисть, кладёт мягкую ладонь себе на щёку, смотря прямо в голубые глаза напротив. Ким зачарованно наблюдает, забывая при этом дышать. — Я люблю тебя, — сказал Чон на выдохе, признаваясь не только своему ангелу, но и самому себе.       Сердце Тэхёна, словно ушло в пятки и перестало функционировать. Кровь, будто застыла в организме. «Ты не имеешь право мне это говорить! Как ты посмел?! Что, по-твоему мнению, я должен делать?» — кричал разум ангела. — Я…