Помешанный

Тайлер позволил себе облокотиться о широкую грудную клетку Ника, примкнув к ней спиной, близко, но не настолько, сколько бы хотелось самому Томасу. Даже в такой приватной обстановке Джозеф старался держать мнимую дистанцию, Ник все равно при любом удобном случае прижимал к себе парня, дотрагивался до него и старался поцеловать. Тайлер должен быть спокоен, ведь все парочки ведут себя так? Брюнет выдохнул, когда почувствовал, что грубая рука Ника проскользила по его плечу, перемещаясь на грудь, легко поглаживая, перебирая пальцами чуть выше, настигая выделяющихся ключиц, аккуратно проводя по ним большим пальцем, думая, что это заставляет Джозефа рвано выдыхать. Томас ухмыльнулся в его шевелюру, даря поцелуй в макушку, вдыхая запах мятного шампуня для волос. Телевизор работал лишь на фоне, шум от него казался глухим, а болтовня героев сериала — нелогичной. Два года он проводил так воскресенья, лёжа в квартире Ника, что досталась ему от его брата, который съехал несколько лет назад, закончив тот же университет, где сейчас обучаются и они. Тайлер всегда мечтал посвятить себя музыке, намереваясь идти против взглядов родителей, но те, на удивление самого Джозефа, быстро согласились с решением парня и тому предоставили даже деньги на съём небольшой квартирки, что была немного дальше университета. Они, как и многие родители, желали лучшего для своего чада, даже если это не совпадало с их желаниями. Тайлер редко делился своими мыслями через песни с другими людьми, поэтому такой огромный шаг, который он сделал, поступив в университет на нужный факультет, начал ломать его корень изнутри и брюнету приходилось бороться с собственной неуверенностью, закрывая глаза на обидные комментарии и «критику», с которой все встречались на пути к чему-то большому. Он сравнивал свой факультет и первый год института, как с длительным испытанием, и не дело в том, как усердно ему придётся работать над собой, а скорее в том, справишься ли ты с тем, чем тебя обливают те же профессора и другие студенты, желая загнать тебя в угол, чтобы разрушить. Ник заметил его, заметил, как тяжело было Джозефу, как часто парень играл один на пианино в пустом классе, выбивая из себя всё до последней капли. Они сближались постепенно, хоть Томас всегда отличался излишней настойчивостью. И Тайлер сдался, сдался под сильным напором, падая в объятия парня, который яростно протягивал к нему руки, шепча на ухо, что он должен упасть к нему. Джозеф падал уже второй год, вечно думая, было ли это ошибкой? Или же всё-таки помощью? Он не понимал, как Ник всё это время не чувствовал полной отдачи от самого Тайлера. Но в то же время в голове были мысли, что Джозеф должен быть с парнем, оставаясь рядом с ним до конца, пока всё это не закончится, он сильно привязался к нему, чувствуя себя более защищённо. В начале он думал, что ему нравится этот высокий темноволосый гитарист, который был с ним. Был везде, позволяя Тайлеру находить новых друзей, хоть и не был от них в восторге. Ник любил Тайлера, сколько раз замечал это Патрик, их же однокурсник, играющий тоже на клавишных, он постоянно твердил ему об этом. Тайлер не любил Ника, он знал. Он был привязан, но совсем не любил. Сейчас рука Томаса спускалась ниже, под майку, поглаживая его живот, намереваясь спуститься к штанам, расстегнуть ремень, чтобы заняться чем-то более интимным. Джозеф прикрыл глаза, в голове крутились мысли, их становилось больше с каждой секундой, нарастая как снежный ком. Ник был нежен, он действовал аккуратно, но чересчур любил оставлять свои отметки, которые красовались на шее, груди, спине Тайлера. Джозеф никогда не дотрагивался губами до шеи Ника, вспомнил он только что, в его голове была чёткая граница, за которую он не смел заступать. Телефон Тайлера отдался вибрацией из переднего кармана, прожжужав всего один раз, и парень, заинтересованный пришедшим уведомлением, полез в карман, доставая телефон. Ник отвлёкся на телевизор, который он, всё-таки, смотрел, не забывая при этом поглаживать низ живота своего парня, развалившегося на нём. Джозеф нажал на кнопку блокировки, увидев уведомление снизу и, читая его, закусил губу. «Джош Дан принял вашу заявку в друзья» Брюнет не мог прямо перед Ником разблокировать телефон, начать просматривать в который раз страницу синеволосого, отгоняя от себя мысли, что Джош ему понравился. Он видел его лишь три раза, и его совесть была против всех идей, что Джош мог бы стать близким человеком для Тайлера. Дан умел слушать, и задавал те вопросы, на которые Тайлер хотел отвечать. Но он не мог предать Ника, того человека, что так трепетно его прижимает к себе, показывая на обозрение, как они близки, и как они плевали на людское мнение, будучи вместе. Спрятав телефон, Джозеф качнул темноволосой головой, проводя отросшими волосами по носу Ника, заставляя того смешно поморщиться, и прижаться сильнее, прикрывая глаза, утопая в минутной нежности, которую не так часто можно было увидеть со стороны младшего. Томас был везде, поэтому у Тайлера совсем не было возможности поговорить с синеволосым ещё раз, а встречаться с ним за спиной своего парня он совсем не хотел. На вечеринке, где он впервые повстречал Джоша, он предпринял попытку порвать с преданным Ником, он знал, что Томас не мог изменить ему, но его же глаза видели, как лохматый парень и сам Ник мило беседовали около бара, держась на минимальном расстоянии. Злость, чуждая ему злость, полностью захватила его разум, сворачиваясь клубком в его желудке, голова была готова взорваться от тысячей мыслей, которые породили новую идею — его обиженность почти смогла сыграть главную роль в этой пьесе. Но когда Томас оправдывался, Тайлер снова сдался, обнимаясь и получая уютные поцелуи в шею, когда они стояли на крыльце этого смутного дома. Джозефу резко захотелось уйти, воспоминания нагоняли его же в его голове, перекручивая, заставляя желать совсем не того, что у него есть сейчас. — Я… мне надо идти, — просипел Тайлер, пытаясь встать с мягкого дивана, глазами выискивая свою кофту, что бросил то ли на спинке кресла, то ли где-то ещё. Сильные руки Ника быстро оплели его за талию, прижимая к себе, а голова парня легла на его плечо, узкие губы прошептали: — Зачем? Ты можешь остаться тут, — не нарушая их интимную обстановку, парень говорил тихо, словно помимо них в комнате был ещё кто-то и Ник не хотел, чтобы их разговор подслушали. — Я завтра иду пораньше, — хмыкнул Тайлер, пытаясь выпутаться из оков своего парня. — Ник, — скользнув ладонями по опутавшим его рукам, он вцепился в пальцы пытаясь разжать. — Я же знаю, что тебе завтра только к одиннадцати, опять будешь бурчать на меня, что я тебя разбудил. Томас замолчал, медленно выдыхая через нос, задевая мочку уха Тайлера, и в какой-то момент разжимает свои руки, отпуская его, но проводя широкими мозолистыми ладонями по гладкой коже, царапая грубыми кончиками пальцев. Джозеф встаёт с дивана, быстро находя свою кофту, надевая через верх и, когда темнота исчезла, Ник стоял перед младшим, легко чмокая того в губы, произнося, оторвавшись лишь на несколько миллиметров: — Я проведу до двери. Около двери, когда Тайлер был полностью одет, сам целует своего парня, но не давая углубить этот поцелуй, и быстро прощается, выскакивая за дверь, поправляя шапку, чтобы та не сидела почти на глазах. Спустившись по лестнице с третьего этажа, Джозеф ощущает холод улицы, передёргивая плечами, засовывая руки в карманы, ругая себя снова за то, что не может купить себе перчатки в который раз. Свистел ветер, а деревья угрожающе покачивались, чувствовалось приближение зимы, поздним вечером и ранним утром уже всё покрывалось коркой льда, делая всё вокруг «голым», опустошённым. Тайлер больше любил снег, ему нравилась снежная зима, ощущать приятный мороз на лице, а не мерзкий ветер, что задувается под куртку. Может, идти пешком было не лучшей идеей, но автобусов в такое время уже не дождаться, поэтому Тайлер быстро преодолевал шумный квартал города, проходя мимо многочисленных кафе, магазинов и баров, стараясь не обращать внимания на веселящиеся компании, в некоторых даже узнавая людей, которых когда-либо встречал на своём факультете, но лично они знакомы не были. Заведения ещё не накинули на себя рождественские украшения, отчего Джозеф почувствовал себя расстроенным, ему нравилось наблюдать за яркими вывесками и гирляндами, что освещали почти половину улиц. Но сейчас был только конец ноября, поэтому Тайлер мог не ждать этой картины как минимум недели две. Он шёл мимо уютных кофеен, которые умудрялись блистать даже в такую отвратительную пору года, наделяя своим светом окружающих людей. В такой холод ничего не хотелось больше, чем выпить приятного горячего напитка, заставляющего чувствовать себя чуть лучше, согреваясь. Тайлер любил заглядывать в окна, наблюдать за общающимися людьми, видя в них нечто живое, ведь они даже не подозревали, как по-настоящему выглядят, когда говорят о чём-то, интересующих их самих или просто, когда думают, что на них никто не смотрит. Ему нравилось наблюдать за работающими над чем-то людьми, или же читающими книгу, их эмоции разных типов всегда отлично отображались на их лицах. Перед глазами пронеслись тёмно-синие волосы, и Тайлер замедлил шаг, останавливаясь перед огромным стеклом, на котором было налеплено много плакатов: «Акция на вкуснейший шоколадный кофе с 10% скидкой по воскресениям», «Почувствуйте вкус бодрящего кофе с 15% скидкой с 8:00 по 10:00» и другие цветастые бумажки. Но Джозеф приглядывался к парню за столиком, который находился прямо напротив окна. Синеволосый что-то строчил на своём ноутбуке, изредка отпивая кофе из стаканчика, стоящим по левую сторону от парня. Тайлер чувствовал идеальный момент, чтобы снова заговорить с Джошем, просто поговорить, не обсуждая ничего важного, он так сильно нуждался в этом. Джозеф уже повернулся в сторону входа в кофейню, но резко замер, взвешивая, насколько это хорошая идея. Идея была совсем плохой. Поэтому Тайлер потянул на себя стеклянную дверь, а сверху раздался миловидный колокольчик, оповещая о новом посетителе. Брюнет, косясь на сидящего за своим столиком Джоша, прошёл к бариста, быстро на ходу обдумывая свой заказ, потому что всей его целью было — поговорить с Даном. За стойкой стояла белокурая девушка с синим фартуком, в губе было чёрное кольцо, которое нисколько её не портило, а лишь придавало изюминку, и та, со свойственной вежливостью поинтересовалась заказом Тайлера, сразу же добавляя дежурную фразу в день акции: — Не желаете шоколадный кофе нашего заведения? — она растянула пухлые губы в улыбке и Джозеф лишь кивнул, не заморачиваясь с выбором горячего напитка. — С вас два доллара пятьдесят центов, — парень выудил свой кошелёк, доставая наличные и быстро кинул чаевые баристе, принимая от неё благодарственный кивок. Он с нетерпением ждал свой заказ, оглядываясь назад, когда слышал, что колокольчик снова звенит, боясь, что синеволосый может уйти в любой момент. Перед ним поставили стаканчик и протянули пакетики сахара, Тайлер схватил их, слишком резко обхватывая рукой свой кофе, который грозился расплескаться, и Джозеф поумерил пыл. Он выдохнул, заворачивая за угол, встречаясь с фигурой Джоша, которая всё также строчила что-то в ноутбуке. Белый свет падал на его лицо, отчего его глаза казались светлее обычного цвета. Парень набрал воздуха в грудь, делая шаг вперёд, не в силах сдержать улыбку, произнёс: — О, Джош, — синеволосый моментально оторвался от компьютера, тоже расплываясь в приветственной улыбке, прищурив глаза, кивнул. — Если ты не спешишь, то можешь присесть, — пригласил его парень, и Тайлер заликовал внутри себя, мигом присаживаясь напротив парня. — Я буквально минуту. Его пальцы вновь запорхали над клавиатурой, выводя буквы на экране, Джозеф тем временем отхлебнул шоколадный кофе, пробуя, что это вообще такое. Вкус мало чем отличался от обычного кофе, поэтому парень не совсем увидел разницы, отпивая горячий напиток чуть смелее, совсем не добавляя в него сахара. Джош закрыл ноутбук, сразу же складывая его в сумку, пододвигая к себе стаканчик с кофе, делая глоток остывшего напитка, поднимая ореховые глаза на парня напротив. — Удачная встреча, — заметил Джош. — Мимо проходил? — Фактически, — почти соврал Тайлер, ведь он тут и шёл мимо, но в кофейне оказался именно из-за синеволосого. — Мы уже начинаем всё чаще и чаще встречаться, — хихикнул он, мысленно давая себе подзатыльник, сначала за произнесённое предложение, а затем и за глупое девчачье хихиканье. — Ты против? — Джозеф сразу же покачал головой, заставляя Джоша снова улыбнуться. — Последний раз мы виделись вечером в пятницу. У Брендона, — выдал факт Дан, разминая затёкшую шею, облокачиваясь на спинку диванчика. Тайлер старался не краснеть, потому что отлично помнил, при каких обстоятельствах они с ним встретились. Ник сделал ему отличный минет в туалете наверху, поэтому сейчас Джозеф испытывал дикую неловкость, хоть перед друзьями такого не было. Ведь нет ничего такого в том, что его парень отсосал ему? Но перед Джошем это чувство резко вспыхнуло. — Брендон был расстроен, что ты так быстро ушёл, — вспомнил Тайлер, делая глоток напитка, — ты ему явно понравился. Или твоя внешность, — он пожал плечами, — его не всегда поймёшь, он скачет по разным типам людей в бешеном темпе, — хмыкнул он, заставляя Джоша ухмыльнуться, затем облизнуть нижнюю губу, мимолётно, но Джозеф заметил движение его языка. — Почему ты, кстати, ушёл? Дан поддался вперёд, ставя локти на стол, положив голову на скрещенные ладони, покривив губами, словно он придумывал ответ: — Сказать тебе честно? — он выгнул одну бровь, что заставило Тайлера прыснуть, — нам не понравилась вечеринка, вот и всё. — Будь тут Брендон, он бы расплакался, наверное, — засмеялся парень, обнажая неровные зубы. — Погоди, ты сказал нам? Тайлер напрягся изнутри, чувствуя какое-то беспокойство, ожидая ответа от синеволосого. — Мой друг, — поднеся к губам кофе, проговорил он и сделал глоток, — он, оказывается, не был в восторге от самого Брендона, а я и не знал. — У него не так и много недоброжелателей, — нахмурился младший, вертя в голове варианты, кто бы это мог быть. Он знал этого парня уже третий год, и слышал несколько историй о вражде Брендона и кого-то ещё. — Это, может, тот парень, что разбил его машину? — предположил он. — Боже! — воскликнул Джош чересчур громко, и сразу прикрывая рот ладонью, улыбаясь. — Почему все знали эту историю? Да, это он. Тайлер засмеялся, утыкаясь взглядом в светлый стол, на котором уже образовалось несколько коричневых пятен. Джош сделал последний глоток своего напитка, с горечью глядя на стакан. — Брен его буквально ненавидит, — послал он усмешку скорей столу, нежели Джошу напротив, — хотя отказывается рассказывать, в чём же была причина. Джош нахмурился, отводя глаза в сторону, наблюдая за темной улицей за окном, и подтянул к себе сумку с ноутбуком. — Мне нужно вернуться в общежитие, — намекнул он, собираясь. — Ты будешь сидеть тут или…? Он не хотел бросать своего собеседника на середине разговора, а Тайлер совсем не хотел оставаться одному, пить кофе и наблюдать за холодной улицей, пребывая в своих мыслях. — Я пройдусь с тобой, ты же не против? — Джош посмеялся и покачал головой, вставая из-за столика, надевая свою парку и натягивая шапку на электризующиеся синие локоны. — Слушай, а что ты так усердно писал? — поинтересовался младший, тоже начиная собираться. — Работа по психоаналитике, — пожал плечами Дан, поднимая сумку с ноутбуком, загружая на своё плечо. — Стой, — ошарашенно проговорил Тайлер, — ты разве не учишься на факультете искусств? Джош тихо посмеялся, хватая пустой стакан с кофе, придерживая его двумя пальцами. — Психология, — послал он ему свою улыбку, оставляя Джозефа в растерянности. Совсем неожиданно, ведь, взглянув первый раз на синеволосого парня, совсем не создаётся впечатление, что парень подаётся в такие науки. Ты видишь лишь панка, который готов посвящать себя той же музыке, или, что реже — живописи, скульптуре или писательству. — Вау, — выдал Тайлер. — Вау, — передразнил его синеволосый, когда они выходили из кофейни. Джозеф сморщил нос, фыркая на слова Джоша. Они шли вместе вдоль улицы и Тайлер очень сильно заинтересовался учёбой на факультете Дана, но тот быстро уверял младшего, что многие уроки ещё большая скука, нежели он себе представляет. — То есть, ты, типа, можешь прямо читать людей? — Тайлер перехватил стакан в другую руку, чувствуя, как отмерзают пальцы. — Нет, для этого надо ещё два года учиться, — посмеялся Джош и сразу же пояснил, — степень бакалавра. И становишься профессиональным психологом, вот и весь секрет, — он покосился на красные пальцы Тайлера, которые сжимали тёплый стакан с кофе. — Ты не думал носить перчатки? — усмехнулся он, поворачивая голову в сторону парня. — Из головы вылетает, что их надо купить, — пожал плечами он, делая сразу огромный глоток напитка, выкидывая стаканчик в мусорку, мимо которой они как раз шли, и быстро спрятал руку в карман. Они прошли яркую улицу, мимо различных кафе и магазинов, и Джош остановился на светофоре, чтобы перейти на улицу, где находилось общежитие. — Мне туда, — он кивнул на пешеходный переход, вдали горел красный свет. Тайлер кивнул, улыбаясь Джошу последний раз, говоря прощание и поворачивается, идя вдоль тёмной улицы, передвигая ногами быстрее, чтобы добраться до тепла. Синеволосый стоял всё ещё на светофоре, глядя на удаляющуюся фигуру парня, зная, что встреча в кофейне была фактически не случайна. Он заметил брюнета боковым зрением ещё около окна, почувствовав дикую радость в груди, когда тот завернул ко входу. Тайлер сам хотел общаться с ним.