Помешанный

Всю ночь понедельника Джош слышал не самые приятные звуки, доносившиеся из ванной комнаты, которую оккупировал его сосед по комнате и по совместительству лучший друг. Сначала синеволосый мог списать всё на алкоголь, который Эзра выхлебал, но он вспомнил, что на выходных они никуда и не выбирались. Сам Миллер вроде бы ходил в торговый центр, или куда там он сказал, но точно не на вечеринку, чтобы нажраться. Поэтому Дан лежал в шесть сорок восемь утра, на спине, раскрыв своё одеяло, оголившись по пояс, вслушиваясь в «чудесные» звуки из другой комнаты. Засыпать у него уже не было в планах, сегодня ему нужно успеть сдать свой реферат до восьми тридцати, поэтому синеволосый просто пилил взглядом потолок, и повернулся набок, когда услышал, что Эзра «закончил» со своим делом. Следующим был звук воды из-под крана и кашель Миллера, через несколько секунд пошатывающаяся фигура друга, что еле-еле перемещается к своей кровати, падая на неё пластом. — Я даже пошутить не могу, — отозвался Джош. — Что случилось? — Отравился, наверное, — буркнул лохматый, отворачиваясь к стене, устало прикрывая глаза. — Спи. — Куда уже? — фыркнул Дан, засовывая руку под тёплую и примятую подушку, утыкаясь в неё лицом. — Мне вставать через полчаса, — он взял телефон в руку, морщась от слишком яркого белого экрана, со вздохом глядя на время, которое уже перевалило за шесть пятьдесят пять, ровно через двадцать минут сработает заведённый будильник. — Ты сегодня будешь здесь? — спросил он парня, который трясся под одеялом. — Эзра? — А? — грубо отозвался он. — Да-да, прикрой меня только, хорошо? — он вновь уткнулся носом в белую подушку, полностью отворачиваясь от друга. Джош решил больше его не трогать и поднялся с кровати, уходя в сторону ванны, намереваясь принять душ, а желательно — погреться в нём, своровав у себя лишних двадцать минут. Взяв сразу одежду, он направился в ванную комнату, решив ещё напоследок добавить, скрасив их ситуацию: — Если тебе нужно будет туда, можешь не стесняться и вламываться, — фыркнул синеволосый, открывая дверь, ёжась от прохладного воздуха, поджимая пальцы на ногах, когда его ноги коснулись белой плитки. — Мне и не нужно твоё разрешение, — откликнулся кудрявый, натягивая одеяло до макушки, словно прячась под ним от всех в округе. — Если мне надо поблевать, то тебе лучше молиться, чтобы я не промахнулся мимо туалета! — крикнул он ещё вдогонку, когда Джош скрылся за деревянной дверью ванной комнаты, смеясь над словами болезненного друга. Эзра, когда заболевает чем-либо, становится ещё более саркастичным или, даже, просто язвой, хоть и в обычное время он не отличается особым дружелюбием. Джош врубил сразу горячую воду, отскакивая от струй воды, шипя, перекручивая вентили, настраивая на более холодную, и он добился этого, с душа на него полилась ледяная вода, и парень снова упёрся в стенку душа, страдальчески выдыхая. Он совсем не собирался принимать контрастный душ, но почему-то именно так всегда и выходит. Откинув синие волосы назад, он прикрыл глаза, ощущая кожей прохладную воду, которую всё же смог правильно настроить, хоть и собирался погреться при принятии водных процедур. Чувство скользящих капель полностью очаровывало его, он готов был стоять здесь вечно, позволяя воде омывать его, но сквозь шум душа и закрытой двери он смог расслышать гневный крик соседа по комнате, вспоминая, что он забыл отключить будильник и его телефон, вероятно, сейчас разрывал своим звуком всю комнату. Выскочив из душевой кабинки, он обернул полотенце вокруг пояса, выглядывая из ванной комнаты, глядя на сопящего Эзру, накрывшего голову подушкой, а телефон мирно покоился на его кровати между смятым одеялом и не лучшего вида подушкой. Время было лишь семь пятнадцать, поэтому синеволосый, взяв устройство в руки, двинулся обратно в ванну, надеясь, что больше не побеспокоит своего больного друга. В университете без Эзры было ещё скучнее, нежели Джош мог подумать. Никто не пытается заговорить с ним о какой-то идиотской вещи, шутя при этом, наваливаясь на парня, обнимая его за шею, да и в кафе ему пришлось самому идти выбирать себе еду, а потом кое-каким способом искать себе место. И в это время Дан сделал себе ещё одну пометку в голове, что без Миллера ему не только скучно, но и сложно. — Эй, Джош! — позвали его сзади, и синеволосый узнал этот голос, медленно поворачиваясь, увидев машущего ему Брендона. За их столиком была практически вся компания, кроме одного парня, имя которого Джош даже не припоминал. Дан повертел головой, понимая, что опоздал, чтобы занять себе маленький столик и поесть в гордом одиночестве, в честь Эзры, что он не забывает своего друга, даже, если он отлёживается на кровати или рядом с унитазом. Но очередь его хорошо так подзадержала, поэтому парень, удобней перехватив поднос, двинулся к новым знакомым. Ник пилил его взглядом, им же и намекая, что был бы абсолютно не против, если бы Джош свалил отсюда и, желательно, не только из кафе. Брендон одарил его счастливой улыбкой, две девушки, без той синеволосой, тоже сдержанно улыбнулись, как и ещё два парня, сидящие с левого боку от Ури. Лишь Тайлер смущённо прятал растягивающиеся губы, опуская голову вниз, делая вид, что больше заинтересован своим чаем, нежели синеволосым, который подсаживается к ним. Джош внимательно оглядел фигуру парнишки, сидящего напротив, специально задерживая на нём своё внимание, зная, что за ним наблюдает Томас. Запустив пятерню в волосы, Дан убрал их назад, понимая, что они отрасли уже слишком сильно. — А у нас не слишком ли тесновато? — отозвался парень Тайлера, недружелюбно косясь на «лишнего» человека. — Да ладно, Ник, Даллон всегда здесь сидит, — ухмыльнулся Брен, — только сегодня он куда-то уехал. Да и Джош без своего друга, кинуть его посреди кафе было бы бесчеловечно, — продолжил парень, поворачиваясь к синеволосому, даря ещё одну ослепляющую улыбку. Джош лишь пожал на это плечами, принимаясь за свой завтрак-обед, попутно доставая телефон, открывая сообщения, чтобы начеркать сообщение Миллеру, спрашивая, жив ли он. Рядом сидящий парень на мгновение кинул взгляд на экран мобильника, сглатывая, увидев получателя, но быстро решил завести новый разговор, пытаясь втянуть к ним и их нового знакомого. — Так, на каком ты факультете учишься, Джош? — спросила рыженькая девушка с пухлыми губками и огромными глазами, взглянув на парня из-под ресниц. Дан на мгновение перевёл взгляд на Тайлера, и быстро повернулся к собеседнице, прочищая горло, выговаривая: — Психология. Все покосились на него, приподнимая брови, исключением стал лишь паренёк, сидящий напротив. Он спокойно отреагировал, отхлёбывая свой чай, доедая затем бургер. — Неожиданно, — выдавила она, неловко улыбнувшись. — Ты на каком курсе? — Четвёртый, — он снова переметнулся к брюнету, заметив жалость в его глазах. — Но это мой не последний курс, — улыбнулся он, пододвигая к себе стаканчик с кофе, открывая крышку, чтобы засыпать сахар. — Надо же идти до конца, верно? — обычно Джош не говорил об этом, но он чувствовал необходимость увидеть в глазах Ника злобу, говоря, что останется ещё здесь, выдвигаясь на более высокие посты. Компания в какой-то момент заговорила о своём факультете, обсуждая курсы и сессии, поэтому Джошу можно было спокойно выдохнуть и наконец поесть, не будучи вынужденным вечно отвечать на вопросы. Парень выпрямил свои ноги, запутываясь в этом клубке чужих конечностей под столом, чувствуя, как дотрагивается до кого-то напротив, мысленно молясь, чтобы это был не Ник, потому что этот вспыльчивый парень наверняка бы сделал из этого трагедию века. Тайлер вздрогнул, почувствовав прикосновение к своей ноге, осознавая, что это никак не может быть Томас. Он поднял голову, сталкиваясь с кофейными глазами Джоша, а уголки его губ были чуть приподняты, но он тут же отвёл глаза, открывая пришедшее сообщение на телефон. Джозеф чувствовал себя по-иному, вытягивая ту ногу, до которой нечаянно, а может, и специально, дотронулся Дан, прижимаясь сильнее. Он знал, что эти прикосновения могут ничего не значить, что скорей всего, но ему нравилось думать иначе. Это было странное ощущение, когда под боком сидит твой парень, разговаривая с твоими друзьями, но ты в это время увлечён другим. Не только делом, но и человеком. — Погоди, это ведь ты таскаешься с тем чуваком, который на первом курсе разъебал машину Брендона о дерево? — поставив локоть на стол и упираясь в ладонь подбородком, завёл новую тему ещё один темноволосый, сидящий рядом с добродушной внешности блондином, который моментально его пихнул локтем. Ури побагровел. — Да, это Эзра Миллер, Пит, — шикнул тот самый парень. — Да, я уже заметил, как Брен начал беситься, — усмехнулся Пит, кривя губы, с улыбкой наблюдая за своим другом. — Меня просто вот, что удивляет. Как он вообще там жив остался? Её почти сложило, как грёбанную гармошку, — вопрос наверняка был задан самому Джошу. — Какая разница, — опередил его Брендон. — У него явно не всё с мозгами было в порядке, — яд, что сочился с его слов, казалось, сейчас обрызгает всех вокруг. За столом повисла тишина, сопровождаемая яростной одышкой Ури, и парень явно не закончил. Джош пересилил себя, оставаясь за столом, чтобы дослушать речь парня, выплюнув в конце заветные слова. Которые, видимо, никто не знал, потому что никто не знал Эзру так лично, как он. Никому Миллер об этом, скорей всего, не рассказывал. Дану физически нужно было это сделать, если Брендон продолжит в том же духе, а он продолжит, — он настолько погряз в наркотиках, что сдохнет быстрее, чем закончит этот универ, и я вообще ещё удивлен, что он дожил до этого времени, — он совершенно забыл о сидящем рядом Джоше, который отлично слышал, и отлично чувствовал злость, исходящую от парня. И, возможно, вся агрессия не была лишь из-за разбитой машины, начал подозревать синеволосый. — Нормальный человек бы не вытворял такое, — выплюнул он в конце, складывая руки на груди, замечая взгляды сидящих рядом друзей. Молчание как густой туман повисло над их столом, закрывая их здравый разум. Джош скользил взглядом по каждому человеку за столом, задерживая особое внимание на Томасе, издевающаяся ухмылка всё ещё висела на его губах. Дан почувствовал лёгкое трение внизу, чувствуя ногу Тайлера, который в таком неловком и поистине смешном действии пытался как-то успокоить синеволосого. — Мне стоит напоминать, — заговорил Джош низким голосом, полным спокойствия; все сразу же повернули свои лица к другу Эзры, того самого наркомана, — почему произошёл тот инцидент? Брендон нервно нахмурил брови, прикусывая пухлые губы. — О чём ты? — он волновался, и слишком плохо пытался это скрыть. — Ты думаешь, я не знаю, что там произошло? — Джош поджал губы, делая медленно глоток кофе, держа всех в напряжении. — Может, меня не было там… Ури его быстро перебил: — Именно, тебя там не было. Не дай запудрить себе мозги. — Но я знаю его четыре года, — делая вид, что он не заметил его вставки, продолжил синеволосый, — и мне хочется больше верить ему, нежели тебе. Думаешь, подсунуть ему настоящую дрянь, снимая его идиотские действия на видео — было твоей лучшей идеей? Добавил ему ещё славы в интернете? Брендон прожигал спокойного Джоша своими тёмными глазами, облизывая губы, ожидая немного другой шквал эмоций. Расслабленность этого парня его здоровски пугала. Друзья резко повернулись теперь к нему, только Пит сидел с тем же лицом, будучи больше заинтересован в картофеле фри. — Он сказал мне, что, вероятно, ты изменился с первого курса, потому что все в это время были полнейшими тупицами, не правда ли? Новички, а вы ещё и «творческие» люди, вам хотелось так много внимания, да? — он выдохнул, делая ещё глоток кофе. — На кого ты пошёл, на режиссёра? — Нет, — одними губами проговорил темноволосый, всё ещё сидя в пол-оборота. — Удивительно, — хмыкнул он. — Но у тебя хорошо получилось, не правда ли? — он облизнул губы, чувствуя на них капельки напитка. — Я отвлёкся. Эзра говорил, что раньше твои мозги тоже были набекрень, и я уверен, что между вами лежит не просто эти видео и раздолбанная машина, Брендон, — парень выдохнул через нос, чувствуя всё ещё поглаживания внизу, еле ощутимые. — Я сделаю вид, что я забуду, это ваши дела, — Джош собирался отодвинуться, чтобы встать из-за стола, как был остановлен ещё одним голосом, и Дан, мысленно чертыхнувшись, поднял голову, вглядываясь в болотного цвета глаза, которые горели изнутри чем-то незнакомым Джошу. Тайлер ухватил своего парня за ладонь, сжимая её, немым способом намекая молчать, но Томас проигнорировал. — Скажи мне, кто твой друг и я скажу, кто ты, верно, психолог-Джош? — язвительная ухмылочка вырисовывалась на его лице, и не ожидая ответа от парня, продолжил. — Чего тогда ожидать от тебя? Судя по всему, твой любезный друг всё ещё изрядно принимает, или вы это делаете на пару? Наркоманы опасны для общества, — выплюнул он последние слова в лицо синеволосого. — Как и люди, которые думают слишком узко, — ответил ему улыбкой Дан, точно вставая из-за стола. — Кстати, поговорка в более устрашающей манере будет звучать, как: «Скажи мне кто твой друг и я скажу, каким ты будешь». На заметку, — кивнул он, беря свой поднос в руки, отходя от этого столика, ощущая вибрацию в кармане. Джош знал и принял Эзру со всеми его проблемами, с наркотиками, законом и прошлым. И Ник Томас не имеет права всячески это обгладывать, сунув свой нос не туда, не зная человека. Но сама поговорка, сказанная именно Джошем, имела в это время слишком много смысла, которого Дан, как бы ни хотел, избежать не мог.