Undisclosed Desires

— Куда мы идем? — спросил Исин, поднимаясь вслед за Сухо по бесконечным ступенькам в здании, где он никогда не был. Парень начал потеть с каждым сделанным шагом, и, казалось, это путешествие никогда не закончится. — Увидишь. Не беспокойся, мы почти на месте, — заверил его Сухо, продолжая резво идти. Исин был активным человеком и даже давал частные уроки танцев в студии, но взбираться по лестнице в тяжёлом пиджаке и узких джинсах — это совсем не легко. — Ты планируешь меня здесь убить? — задал вопрос Исин, ближе подойдя к двери на самом верхнем этаже. Конечно же, они находятся в большом здании на немноголюдной окраине города. В такое позднее время обычно люди укрываются в нем от холодной погоды, а сейчас там только Сухо и он сам. Идеальная сцена для фильма ужаса, в котором погибает невинная и ни о чем не подозревающая жертва. — Возможно, — съязвил Сухо, когда они наконец добрались места назначения. Шагнув на последнюю ступеньку, Исин понял, что весь выдохся. — Что значит «возможно»? Либо да, либо нет. Ты не можешь меня полуубить, — возразил Исин, когда Сухо распахнул дверь, за которой в черном коридоре находился очередной лестничный пролет. — Черт, нет, — простонал Исин. Сухо улыбнулся и и придержал для спутника дверь, терпеливо ожидая, пока тот соизволит зайти. — Ясно, я умру. Скажи моей матери, что я ее люблю, а Бэкхену — что все мои вещи принадлежат ему. Это конец. Я знал, что не стоило тебе доверять. — Успокойся, Лэй. Ты будешь в порядке, я принес с собой фонарик, — Сухо вынул его из одного из внутренних карманов куртки. — Тем более зачем мне тебя убивать до настоящего веселья? — Так ты правда собираешься меня прикончить? Я так и знал. И не иди позади меня, я тебе не доверяю, — Исин упрямо скрестил на груди руки, стоя на проходе лицом к парню. — Окей, — ответил старший, ярким фонариком ответив весь коридор и входную дверь. — Мы пойдем бок о бок, — Сухо взял Исина за руку и потянул его за собой по лестнице. Добравшись все-таки до двери, которую Сухо легко открыл ногой, парни обнаружили на крыше здания большое одеяло, несколько разбросанных подушек и корзинку для пикника. Было потрясающе. Ночные огни внизу казались волшебными наряду со светящимися каменными сосудами с электронными свечами, стоящими вокруг одеяла. — Вау, — восхищенно выдохнул Исин, увидев все это. Старший с удовлетворенной улыбкой на губах наблюдал за реакцией парня, у которого на лице было написано, что он полностью поражен. Сухо никогда прежде не ощущал в своем животе какого-то полетного чувства, глядя на улыбку Исина, от которой у парня на щеке появлялись ямочки, а глаза светились радостью. — Тебе нравится? — спросил Сухо, шагнув ближе к младшему и взяв его за руку, сцепляя пальцы и подталкивая его чуть дальше. Исин кивнул и счастливо посмотрел на Сухо. — Ты же это спланировал, да? — предположил парень, вслед за Сухо усевшись на одеяло. Медленно кивнув, Сухо едва заметно покраснел, и это смущение выглядело довольно мило, ведь раньше Исин ничего подобного в парне не замечал. Старший времени даром не терял и взял из корзинки два наполненных едой контейнера. Когда Исин открыл один из контейнеров, то ощутил вкусный запах домашней еды, которая еще была теплой. — Ты это приготовил? — спросил Исин, подняв взгляд на спутника. Что-то плохо верилось, что Сухо подходит под описание любителя готовить, но было интересно, действительно ли он приготовил еду. Сам Исин хорошо готовил, особенно потрясно ему давалась выпечка, но он не собирался об этом никому хвастаться, кроме Бэкхена, который не мог и тост зажарить, не спалив его. — Эм… — Сухо почесал затылок. — Да, я, — признался парень, но у китайца сложилось впечатление, что он что-то скрывает. Исину было любопытно до жути, что же скрывает старший. — Ты ее отравил? — насторожился Исин, чересчур рьяно рассматривая еду, на что Сухо лишь засмеялся, отрицательно покачав головой. — Не волнуйся, я не собираюсь причинять тебе вред. Давай ешь, пока не остыло, — Чунмен передал парню палочки. — Значит ДжейА помог тебе приготовить это? — Исин вновь посмотрел в контейнер. У него было чувство, что он знал ответ, но он хотел услышать его от старшего, хотя и был не уверен, разочарует ли его эта правда. — Мм… — нечто нечленораздельное промычал Чунмен, и этого Исину хватило, чтобы понять, что он больше не голоден. Их встреча не должна была стать свиданием между Сухо и Лэем, нет, не тем, что они там на пару со своим парнем насочиняли. Исин поставил на землю контейнер и подтолкнул его к старшему. — Я не голоден, — гордо сказал он. Очевидно, Сухо было неприятно это слышать, так как на его лице отразилась вина. Но Лэю было пофигу. Он даже не хотел на это чертово свидание. — Хорошо, можем перейти сразу к десерту, — Сухо достал маленькую коробочку со сладостями. — Я взял их из моей пекарни. Думаю, тебе понравятся. Исин почувствовал себя лучше и, открыв содержимое, увидел внутри два пирожных: одно — шоколадное, другое — ванильное. Он уже знал, что шоколадное предназначалось для него, так как Сухо не особо жаловал шоколад. — Это подойдет, — с улыбкой произнес Исин, тонкими пальцами взяв сладость, лежащую на небольшой тарелочке. Чунмен последовал его примеру, после чего убрал коробку, чтобы им ничего не мешало. Парни ели в полной тишине, смакуя богатый вкус каждого пирожного. Чунмен не мог отвести взгляд от младшего, наблюдая, как тот откусывал каждый кусочек, как двигаются его щеки, когда парень их пережевывал, и как двигался его кадык, когда он сглатывал. Исин это, разумеется, заметил, и старался есть как можно медленнее и соблазнительнее. Покончив с едой, Исину стало неловко за устроенное представление. Он знал, что Сухо его хотел, но он-то нет… что он продолжал себе говорить. Парень не отрицал, что ощущал бабочки в животе, когда Сухо брал его за руку, или как горят его щеки, когда Сухо делал что-то милое, но парень не хотел это чувствовать. — И что теперь? — задумчиво спросил Исин, после того как Сухо сложил использованные вещи обратно в корзинку и повернулся к младшему. — Хочешь о чем-нибудь поговорить? — Конечно, — Чунмен подвинулся ближе к младшему. У Исина было много мыслей, которые улетучились, как только он опустил голову на плечо старшему. — Давай узнаем друг друга получше. Я начну, — предложил Исин. — Каково это владеть собственной компанией? — На самом деле довольно интересно. Временами напряжно, но мне нравится, потому что остается куча времени на путешествия и на то, чтобы делать что захочется. Да и я не настолько известный бизнесмен, поэтому моя жизнь нигде не освещается. Тебе нравится путешествовать? — Да. Если бы у меня была такая возможность, я бы часто путешествовал. Я очень хочу поехать в Италию, увидеть Колизей и попробовать настоящие итальянские блюда, например спагетти. И еще я думаю, что ночью там очень красиво. А в каких странах ты побывал? — Париж, Пекин, Токио, Нью-Йорк и Мачу-Пикчу. В Мачу-Пикчу мне понравилось больше всего. Там очень чистый воздух, а люди милые и дружелюбные. Я хочу еще раз туда съездить, но ДжейА не нравится тамошняя атмосфера. Однажды я поеду туда без него. Может быть, возьму с собой Чанеля… А какие у тебя хобби? — Танцы. Несколько раз в неделю по вечерам я даю частные уроки танцев в студии. Танцы я люблю еще со средней школы. Еще иногда пою, но на пение у меня нет много времени, поэтому я часто пою во время готовки. Еще люблю читать. Я могу целый день провести в кровати с книжкой под теплым пледом, особенно зимой. А что насчёт тебя? — Петь я тоже люблю, даже в старшей школе с друзьями ходили в караоке. Еще я пишу истории. Нечасто, но когда у меня появляется вдохновение, то пишу и пишу до тех пор, пока идеи не исчезают из головы, чего не происходит, потому что у меня они появляются бесконечно. Какой твой любимый цвет? — Обожаю фиолетовый цвет, он так успокаивает, не думаешь? Это цвет лаванды. — Фиолетовый хорошо сочетался бы с твоей кожей. Но, должен признаться, многие цвета хорошо бы на тебе смотрелись, — негромко произнес Сухо и, нежно погладив Исина по руке, переплел с ним пальцы. Исин ощутил внутри неприятное чувство, а к горлу подкатил комок, как только он подумал, что ДжейА ждет, когда Сухо вернется домой, чтобы запрыгнуть к нему в постель. Он не хотел об этом думать, его это напрягало. — Почему ты избегал меня последние недели? Я видел тебя, но ты от меня бегал как от огня, поэтому я не решался к тебе подходить. Ты так сильно не хотел со мной встречаться? — в голосе Чунмена слышалась горечь, от чего сердце Исина екнуло, но усилием воли он заставил это чувство исчезнуть, глядя на окружающие их ночные огни. — Если честно, то нет. Не хотел. Да и сейчас не хочу, но я тебе пообещал, а я человек слова, — резко ответил Исин. Дома у Сухо есть тот, кто сможет ему зализать раны, поэтому парню нет дела до чувств мужчины. А дружелюбное с ним поведение не было Исину на руку, поэтому нужно было поскорее избавиться от собеседника. — Почему? Я не такой уж ужасный человек. — Да, это так, но ты уже занят. Неважно, скоро раз ты будешь пытаться мне что-то объяснять, потому что я все равно вижу тебя в объятиях другого. Я вижу, что ты любишь другого. Должно быть, вы на сто процентов доверяете друг другу, но я не понимаю, как вы до сих пор не устали от бесконечных похождений. Если хочешь трахать каждую задницу, которую встречаешь, то флаг тебе в руки, но оставаться при этом верным и уважать любимого человека? Таких понятий в твоем словаре нет. Ты просто используешь людей ради собственного удовольствия, даешь им надежду, но потом смеешься им в лицо и показываешь, что на самом-то деле ты состоишь в отношениях. Вот это я и не люблю. Сухо молчал, обдумывая резкие, но попавшие в точку слова Исина, который, в свою очередь, почувствовал в груди тупую боль. Парень ничего не хотел, кроме как пойти домой и свернуться клубочком на кровати. Ветер усилился, и парень задрожал, несмотря на плотный пиджак. С каждым днем погода ухудшалась, и вот скоро должен был выпать первый снег. — Мы с ДжейА вместе еще со старшей школы. Мы любили друг друга, Но вскоре начали уставать от общества друг друга и решили немного… поэкспериментировать? В общем, это привело к тому, что однажды он напился и оказался в постели другого парня. Ему было плохо за те, слова, которые он мне сказал, что я могу спать с кем захочу, поэтому… как-то так все и началось. Мы поняли, что нам нравится заниматься сексом с другими людьми, но самый лучший секс только между нами… Искра осталась, но нас необходимо немного отдыхать друг от друга, чтобы понять понять, что у нас ничего не угасло. — Тогда это не любовь. Если ты вынужден постоянно уходить, чтобы отыскать эту несчастную искру, то это всего лишь потухший огонь, к которому вы каждый раз возвращаетесь, чтобы вновь зажечь. Однажды вы оба от этого устанет и разойдетесь каждый по своим дорогам, но пока это время не наступило, можете продолжать любить друг друга, — Исин встал и с сочувствием улыбнулся Сухо, который тоже поднялся на ноги, выглядя сбитым с толку. — Куда ты уходишь? — и с его словами начать падать снег. Он был еле заметным, но Исин явно ощутил его на своей щеке, а когда поднял взгляд вверх, то увидел, как маленькие частички кружили в небе. Младший перевел взгляд на старшего и улыбнулся. Не раздумывая, что он делает, Исин пробнял старшего за плечи и притянул его к себе для поцелуя. Это был мягкий и нежный поцелуй. Просто невинное касание губ. Когда Исин отодвинулся, Сухо стоял в шоке. Его щеки слегка окрасились в розоватый цвет, а губы так и манили для еще одного поцелуя; в глазах отражались огоньки. — Тебе не нужно ничего мне отвечать. Я просто хочу, чтобы ты понял, что я не намереваюсь возвращаться к тебе. Я сыт по горло твоими играми. Надеюсь, ты найдешь кого-нибудь лучше. Ты мог бы заполучить меня, но ты лишь играл со мной, Чунмен, — с долей грусти сказал Исин. Он чувствовал, что словно сердце разрывается на куски с каждым шагом, сделанным в противоположную сторону от парня. — О чем ты говоришь, Лэй? Я не играю с тобой. Ты мне действительно не безразличен, хотя я и влюблен в ДжейА, — Чунмен нахмурился брови, не понимая, что происходит. — С меня хватит. Я был лишь игрушкой. Тебе стоит сосредоточиться на ваших с ДжейА отношениях, пока вы окончательно не приняли решение разойтись. Но даже если вы не расстанетесь, я всегда буду развлечением. Твоя любовь не для меня, она для него, поэтому и растрачивай ее на него, а не на меня. Ты разбил мне сердце еще до того, как у нас что-то могло получиться. Нет никаких шансов, что я останусь и буду ждать, когда ты меня, может быть, заметишь. Я не собираюсь ради тебя терять голову, — закончил свою речь Исин, направляясь к выходу и оставляя безмолвного Сухо позади себя. — Подожди! — окликнул старший парня, но уже быстрым шагом спускался по ступенькам. Казалось, на крышу они взбирались часами, но спуск занял всего лишь несколько минут, прежду чем Исин вышел на колючий и снежный воздух, который оказался единственным местом для того, чтобы он смог избавиться от гнетущих его мыслей. В кафе было много людей, которые, решив переждать непогоду, заказывали теплое питье, чтобы согреть душу и сердце. Исин проскользнул в самый дальний уголок, чтобы побыть в тишине без всяких мешающих любоваться снегом за окном людей. Сидя на диване, Исин прислонился к спинке, слушая шум и гам окружающих. Разговоры смешивались между собой, и Исину уже было не так одиноко, как прежде. Именно в такой атмосфере он и нуждался. Когда он закрыл глаза, то перед ними сразу же предстал Чунмен. В глазах тотчас предательски защипало, а сердце сжалось. Их расставание не было официальным, но оно настолько въелось в сердце, словно у них и правда были какие-то отношения. Казалось, ему некуда было убежать от этих чувств. Чунмен большой мальчик, как и Лэй, который и решил поступить по-взрослому, порвав все связи. Вероятнее всего, потом будет больно, но Лэй не мог это выдерживать. Он не входит в команду запасных и не игрушка, с которой можно поиграть. Его мысли начали потиху его успокаивать, ведь он думал о себе, о человеке, о котором нужно больше всего заботиться. Спустя несколько минут Исин почувствовал, как кто-то опустился к нему на диван. Парень понадеялся, что это не кто-нибудь из его знакомых, типа Сынри, ДжейА или Сухо. Он хотел быть подальше ото всех случившихся за последнее время неприятных событий. Когда он развернулся и посмотрел на этого человека, то, мягко говоря, офигел. Исин совсем не ожидал, что увидит его когда-либо снова, но вот он сидел рядом с ним, держа в обеих руках напитки и мило улыбаясь.  — Какими судьбами?