Школьные истории

      В классе, где классное руководство принадлежит Татьяне Колаевне, учится одна девочка — Симонцян Алина, которая, увы, получает по алгебре и геометрии неудовлетворительные оценки. Возможно, проблема в слишком заботливом учителе — Лии Натольевне. Женщина довольно своеобразная, всегда на позитиве после чай-напитка, который она заказывает в столовой по особому рецепту, разработанному специально для неё. Кроме того, она любит носить странные вещи: разнообразные вязанные кофточки кислотно-зелёного цвета, однотонные костюмы броских оттенков. Причёска Лии — странный начёс рыжих волосинок. Ходя с каким-то ужасом на своей головке, учительница постоянно отлавливает девочек в школе и заставляет, почти насильно, причесаться. Ох, эта Натольевна всегда так трепетно относится к девочкам, а в особенности к Алине.

***

      Шёл обыденный урок алгебры в 9 «А» классе. Учительница как обычно решила усложнить и так нелегкую жизнь своей любимой ученицы, вызвав решать один из сложных номеров, которые она не объясняла классу. Лия Натольевна считает, что дети должны заниматься самоподготовкой по алгебре и геометрии, а не отдыхом, едой и сном, иначе на самостоятельной по ещё непройденной теме получат «2». Что ж, возможно, эта методика когда-нибудь заставит детишечек учиться, но явно не этих несмышленышей. Алина тем временем не бросала тщетных попыток решить уравнение, но увы. Вдруг ученица почувствовала пристальный взгляд преподавателя прямо на себе, что весьма испугало девочку, да так, что небольшой животик, в виде пухлой складки, моментально втянулся в тело. Алина чувствовала в этом взгляде лишь сильное желание поставить незачёт и отчитать перед классом, но на самом деле этот взгляд хранил в себе нечто большее — любовь, о которой никто и никогда не должен пронюхать своим носиком. Алина смотрит прямо ей в глаза — секунда, еще одна — сердце стало биться чаще. Лию захватили прожигающие внутренности чувства и она даже не могла завалить свою ненаглядную ученицу дополнительными вопросами. — Садись на место, Алиночка, и учи. После урока подойдёшь ко мне, — это всё, что смогла выдавить из себя женщина. В эту же секунду взгляд и всё тело бедной ученицы расслабилось и животик вывалился обратно. На удивление Лия так и не заметила русых, отрощенных по пояс, распущенных волос Алины, что удивляло весь класс, ведь обычно при виде подобного мракобесия в Лию Натольевну вселялось нечто, нечто злое и беспощадное. Часы неминуемо несли остроконечную стрелку вперёд — минута за минутой. Этим нескончаемым ожиданием конца урока был окутан весь класс, но больше всего Лия Натольевна, задумавшая хитрый план. Существовала у учительницы одна из многочисленных любимых фраз — «слава яйцам!». Именно эту фразу учительница мысленно несколько раз прокричала во время звонка. К этой фразе, конечно, добавилось ещё пару слов: «эти ублюдки свалили!». Симонцян, как было оговорено немного ранее, подошла к учительскому столу и застенчиво поинтересовалась: — Лия Натольевна, Вы просили подойти.? — Да-да, Алиночка. Хотела Вам сказать: раз Вы не можете усваивать материал одновременно со своими боевыми товарищами, я могу дополнительно с Вами заниматься. Правда, в школе не удастся, но ничего страшного — мой дом свободен, — с внутренней усмешкой тараторила Лия. Не оставляя времени, да и самого выбора, учительница назначила дату встречи и попросила взять с собой тетрадку, пенал и свою голову, которую, как предполагает женщина, Симонцян частенько теряет дома. — Хорошо, я подойду к Вам завтра в полвосьмого. Надеюсь я что-то усвою из этого занятия, — знала бы Алиночка, чем они будут заниматься на самом деле…

***

      Приглашение отправлено, осталось лишь подготовить всё необходимое для добротного приёма. По непроверенным источникам информации, до Лии Натольевны дошёл слух о интрижке между Татьяной Колаевной и Мариной Димировной. Именно у них женщина изволила желание проконсультироваться на столь изысканную тему, как отношения между лесбиянками. Стремление хоть на полшишечки завладеть Алиночкой приносило ей невероятный экстаз, поэтому, не задумываясь о своём имидже, Лия перешагнула через гордость и, можно сказать, втоптала её в свою же вагину. Поправив свой экстравагантный воротничок ярко-красного пиджачка, украшенного чем-то на подобие отрубленной головы собаки со стразами, учительница пошагала, стуча своими такими же яркими каблучками каждые полсекунды, делая шаг похожим на барабанный бит. Долгий и назойливый стук продолжался до тех пор, пока учительница не нашла то, чего она в данный момент хотела больше всего — Татьяну Колаевну, обедающую в столовой, подверженной угрюмым осенним лучам. Нацелив свой зоркий янтарный, почти орлиный, глаз на объект пикирования, Лия понеслась, дабы как можно скорее подсесть под бок женщины с кудряшками. Получилось это у Натольевны очень координированно, быстро. И вот, похожая на демоницу, женщина сидит рядом с учителем географии и уже приоткрывает пухлые, обмазанные перламутровой помадой губы, чтобы сказать те самые слова: — Добрый день, Татьяна Колаевна. Как ваши ученики? Небось опять натворили чего? О-ох, а Лукьяненко как подрос-то!.. Да, в прочем не важно. Я по другому поводу. До меня дошли пикантные слухи о ваших отношениях с Мариной Димировной, — Татьяна нахмурила брови и резко повернула голову на говорящую, — В общем-то, я тоже нахожусь на грани отношений с одной замечательной женщиной, завоевавшей моё сердце. Мне хотелось бы узнать больше про то, как начинались ваши отношения, как строились, как протекают. Татьяна Колаевна с такими же нахмуренным и слегка удивлённым взглядом проронила несколько слов: — Хорошо, я расскажу Вам, но пообещайте, что данная информация не уйдет дальше нас с Вами, — на что Лия бросила одобрительный кивок, а после и кусок еды, ведь медлить с подобными делами нельзя. Доев остатки пищи, не совсем с любовью приготовленной поварихами, женщины удалились в личный кабинет Лии Натольевны. От помещения столовой до кабинета было шагов десять, не больше. Сам кабинет представлял из себя квадратную коробку, обклеенную безвкусными серыми обоями, олицетворяющими будни Лии Натольевны, с высокими потолками, шкафом у стены, рабочего стола, на котором красовалась фотография сына женщины — Прохора, парочка папок с документами и много-много бесполезной шелухи, и несколько стульев вдобавок. Больше всего в этом кабинете Лии Натольевне приходилось по душе фото сына. Он был единственным понимающим её и столько же поедающим по ночам еды человеком.       Женщины сидели и пока что молча смотрели друг на друга — одна рыжуха на другую и наоборот. Это неловкое молчание первой решила прервать всё-таки Лия, ведь ей не на шутку интересны любые детали, способствующие преобразовать тайную и безотвтенную любовь во вполне себе открытую и взаимообраную: — Так, дескать, Танюша, Вы мне расскажете свой секретик? , — ей было сложно сдерживать поток слюны, хлеставшей из вне при одной лишь мысли об Алиночке. Данная фамильярность удивила Татьяну Колаевну, но не более, чем Марина Димировна в тот озорной день, — Да-да. Ну, что я могу сказать: всё случилось очень спонтанно и довольно случайно. Хотя. Мне кажется довольно не случайно. Как я понимаю, Маришка заманила меня в свою каморку и решила сделать своеобразный первый шаг для развития наших отношений. Честно говоря, сама не ожидала, что на меня так эффективно подействовали ее ухаживания. А дальше оно уже само всё, по накатанной дорожке, поплыло. Данный ответ дал информации Лии столько же, сколько и результат деления нуля на единицу, но она все равно поблагодарила рыжую кудряху и опять же дала слово держать всё в секрете.

***

      Лия сидела в своём кабинете, физическое состояние которого напоминало тропические джунгли Амазонки, где так же жарко и дико. Ничего дельного не лезло ей в голову, помимо ручки, которой она обычно заполняет журнал 9 «А» класса, а также по совместительству ковыряется в ушах, вытаскиваю тягуче-вонючую ушную серу. Можно было бы подумать, что это отвратительно, но нет и нет. Мало кто знает, но Лия Натольевна является участницей сообщества «ЭкоФрендли», что подразумевает собой бережное отношение к природе, а значит и весьма ограниченное использование одноразовых средств гигиены в том числе. Потому-то женщина и решила использовать не какие-то загрязняющие окружающую среду ушные палочки, а добротную рыжую ручку.