Уровни доверия

Хакс привычным жестом взвесил в руке черный стек и улыбнулся своим мыслям. Откровенно говоря, с чисто практической точки зрения это был не лучший выбор: стеку не хватало подвижности, и использовать его следовало с осторожностью. Но чисто эстетически этот девайс отлично дополнял образ. Кайло понравится. Предугадывать желания партнера было отдельным родом удовольствия. Хакс всегда тщательно готовился к сессиям: осознание, что все идет согласно плану, возбуждало. Люди и их реакции были по большей части предсказуемыми, и все же оказываться правым было приятно. Впрочем, угадывать Хакс научился не сразу — для этого пришлось испробовать на себе все то, что он делал с партнерами. — Ты никогда не научишь причинять боль, если не испытаешь ее сам, - часто повторял мастер. — Всегда пробуй на себе. Тогда Хаксу едва исполнилось семнадцать, и это был его первый опыт. Мастер, Орсон Кренник, был старше на тридцать лет, и к тому же близким другом отца. Возможно, именно назло ему Хакс и согласился разнообразить чопорные беседы об особенности планировки промышленных зданий чем-то более увлекательным. Спустя годы Хакс узнал, что далеко не все верхние готовы сыграть роль нижнего, даже эпизодически, но от своих принципов не отступился. Он предпочитал знать, что делает, и это касалось всех сфер жизни. Шум воды стих. За спиной раздались шлепки босых ног, затем стук в дверь. Хакс обернулся. — Заходи. Кайло стоял перед ним в одном полотенце и необутый. — Я же оставил тебе тапочки. — Я не заметил, — Кайло ухмыльнулся и вскинул подбородок повыше. Хакс хмыкнул. В самом деле, кто бы сомневался. Отложив стек на кровать, он смерил Кайло оценивающим взглядом: поглядеть здесь было на что. Рассматривая растрепанные темные волосы, чуть влажные после душа, скуластое лицо, широкие плечи и красивое мускулистое тело, Хакс мысленно отметил, что ему повезло. Оставалось надеяться, что предыдущий неудачный опыт не слишком сломал Кайло. Хакс любил учить, и делать это с нуля или почти с нуля было куда как легче, чем переучивать. — Ты придумал стоп-слово? — Хакс медленно подошел ближе. — Да, — Кайло кивнул и нервным жестом поправил полотенце на бедрах. Он бросил вороватый взгляд на стек, явно не желая смотреть в глаза. — Татуин. Это из названия футбольной команды, где я сейчас играю. «Татуин Стар», может, слышал? — Слышал, — соврал Хакс и подумал, что нужно будет почитать об этой команде в сети, просто чтобы знать. — И да, еще один вопрос. Допустимы ли для тебя следы? В который уже раз Кайло уставился на него с явным удивлением. Очевидно, и об этом его никогда не спрашивали. — Вполне, — ответил он. — С этим у меня проблем нет. «А с чем есть?» — подумал Хакс, но вслух спрашивать не стал. В самом деле, скоро он узнает ответы на некоторую часть вопросов. Физические реакции врали гораздо реже, чем люди. — Хорошо. Тогда снимай полотенце и вставай на колени перед кроватью. Кайло громко выдохнул; полотенце полетело на пол. — Или нельзя кидать на пол? — спросил он, опомнившись. — Можно. Хакс продолжил рассматривать Кайло, не таясь. Член у него тоже был красивый: слишком большой, на вкус Хакса, но многим такие нравятся. По Кайло, впрочем, нельзя было понять наверняка, гордится он своими размерами или, напротив, стесняется. Он опустился на колени со странной поспешностью, словно бы желая прикрыться. — Теперь ляг животом на кровать, — приказал Хакс. Кайло молча подчинился. Он как будто бы стеснялся собственной наготы — а может, этот сценарий напоминал ему о чем-то неприятном. Хакс напомнил себе о необходимости действовать медленно. Очень медленно. — Сначала я ударю тебя рукой, — сказал он, подойдя ближе и положив прохладную сухую ладонь на спину Кайло. Мышцы приятно перекатывались. — Тебе разрешено издавать звуки. Проговаривать свои действия было совершенно необязательно, но Хакс интуитивно чувствовал, что Кайло это нужно. Он провел рукой по линии позвоночника, задерживая взгляд на крупных черных родинках, легко коснулся копчика, после чего опустил ладонь на задницу. Кожа у Кайло была приятно теплая и немного влажная. — Ты хорошо разогрелся, — Хакс несильно шлепнул его. — Молодец. Кайло чуть вздрогнул, причем явно не от удара, а от похвалы, затем ощутимо расслабился. Хакс сделал себе мысленную заметку хвалить его почаще. Это явно имело неплохой эффект. Размахнувшись, Хакс нанес еще один удар по той же самой ягодице, на этот раз более сильный. Кайло еле слышно зашипел. Кажется, он не ожидал, что такой, как Хакс, может по-настоящему ударить. Подобное было привычным: его худоба обманывала многих, и обычно Хаксу это было на руку. Он ритмично шлепал Кайло ладонью по заднице, все сильнее и сильнее, до тех пор, пока бледная кожа не покраснела. Вскользь Хакс отметил, как после очередного удара Кайло потерся о матрас; он дышал тяжело и прерывисто. Хакс тоже ощущал возбуждение, но совсем легкое. Во время сессий он не позволял себе увлекаться слишком сильно, это было бы опасно и неразумно. Свою разрядку Хакс получал после, вспоминая о прошедшем. — Теперь мы сделаем небольшой перерыв, — сказал он твердо. Кайло издал тихий негодующий звук и просящее подался навстречу. На миг Хаксу захотелось поддаться искушению и ударить его еще раз, несмотря на то, что решил остановиться. Подобное помутнение рассудка случалось с ним крайне редко. — Перерыв, — повторил Хакс жестче. — Тебе нужен отдых. Мелькнула шальная мысль достать из холодильника кубики льда и приложить их к горячей коже, чтобы сделать ощущения острее, но Хакс решил отложить это до следующего раза. Кайло и без того явно путался в собственных реакциях. Следовало дать ему возможность разобраться в себе. Незаметно для себя самого Хакс пришел к выводу, что следующий раз у них непременно будет. Кайло лежал, уткнувшись лицом в покрывало. Вся его поза, несмотря на внушительные размеры тела, казалась совершенно беззащитной и оттого цепляющей. Отвести взгляд было невозможно. Хакс отметил, что родинки у Кайло есть не только на спине, но и на бедрах; захотелось прикоснуться к ним, но сейчас это желание было неуместным. Слишком интимным. Собрав волю в кулак, Хакс отвел взгляд от соблазнительно краснеющей кожи и уставился в стену. Собственное сердце билось непривычно часто. Когда Кайло задышал ровнее и спокойнее, Хакс взял в руки стек. — Мы продолжим, — спокойно проговорил он. — Ты помнишь стоп-слово? Кайло издал негромкий согласный звук. — Повтори его, — потребовал Хакс. — Татуин, — глухо отозвался Кайло. — Хорошо. Кайло задержал дыхание, явно готовясь к удару. Хакс усмехнулся: бить вот так сразу, просто и без фантазии, было дурным тоном. Неторопливо и дразнящее провел стеком между лопаток, с удовольствием отметив, что плечи Кайло подрагивают. После прикосновений рукой у Хакса осталось впечатление, что у Кайло чувствительна нижняя часть спины и в особенности копчик. Он решил проверить эту догадку и осторожно, едва ощутимо коснулся его. Кайло издал тихий стон и потерся о матрас. Хакс повторил этот жест, чуть увеличив нажим, а затем отвел стек в сторону. Разочарованно выдохнув, Кайло потянулся к нему в отчаянной попытке продлить прикосновение. — Терпение, — мягко сказал Хакс. — Не спеши. Он прощально коснулся копчика и провел невидимую линию ниже, к левой ягодице. — Ты хочешь, чтобы я ударил тебя? Кайло согласно мотнул головой. — Скажи словами, — потребовал Хакс. — Ты хочешь, чтобы я тебя ударил? Некоторое время Кайло молчал, только спина тяжело вздымалась. — Да. Ударь меня, — ответил он, когда Хакс почти перестал ждать. — Что ж, раз хочешь… Стек со свистом перерезал воздух и оставил красный след на заднице. Досчитав до трех, Хакс нанес еще один удар, на этот раз по правой ягодице. Сильно он не замахивался: при работе со стеком точность была важнее силы. Нанеся несколько поочередных ударов, Хакс погладил Кайло стеком между расставленных ног, по внутренней стороне бедер. Тот застонал громче, почти не сдерживаясь. В ответ Хакс снова шлепнул его по заднице — и тут же погладил выше, по спине. Чередуя удары и легкие, почти воздушные поглаживания стеком, Хакс добился того, что Кайло стал тереться о кровать почти не сдерживаясь. Громкие, гортанные стоны отзывались искрящим теплом внутри. Хаксу стало интересно, сможет ли Кайло кончить без рук, только с помощью стека. Безусловно, это было не совсем то, о чем они договаривались, но Хакс решил, что большого вреда не будет. Наверное, он все же увлекся происходящим слишком сильно. Теперь Хакс старался бить слабее: боль приносит удовольствие, но иногда мешает кончить, он знал это на собственном опыте. Кайло реагировал ярко — подавался навстречу, стонал, подставлялся под удары и поглаживания. Его лихорадочное возбуждение передалось и Хаксу; несколько раз он ударил менее точно, чем задумывал, и причинил больше боли, чем хотел. Но Кайло, кажется, даже не заметил этого. Нужно было заканчивать. Находиться на грани потери самоконтроля было приятно и щекотало нервы, но бестолковый риск Хакс не любил. — Если хочешь, ты можешь кончить, — тихо произнес он. Нанеся последний удар, Хакс отложил стек и погладил покрасневшую задницу ладонью. Словно бы в ответ на этот жест Кайло вздрогнул и излился, пачкая покрывало. Хакс не любил грязь, но это, как ни странно, не вызвало закономерного отвращения. Кайло поднял голову. Его щеки ярко пылали, губы припухли. Хакс прикрыл глаза: от собственного возбуждения стало почти больно. Возможно, он зря заставил парня, явно травмированного, кончить. Но исправлять эту ошибку было поздно. — Прости, что… — начал Кайло, избегая смотреть в глаза. — Все в порядке, лежи, отдыхай, — Хакс коснулся его плеча. — Я принесу салфетки. И нужно обработать царапины. — Да перестань, это же ерунда, — Кайло недоуменно посмотрел на него влажными темными глазами. — Не нужно со мной спорить, — твердо сказал Хакс. — Я обработаю твои царапины, а затем вызову такси. Кайло приподнялся на локтях и нахмурился. Он больше не выглядел беззащитным и послушным. — Не нужно, у меня есть машина. — Ключи от нее и свой адрес оставишь мне, — продолжил Хакс, не меняя тона. — Я найду человека, который пригонит ее к твоему дому. — Слушай, не нужно этого, — Кайло поджал губы. Он явно сердился. — Я сам разберусь, хорошо? Хакс устало вздохнул и проговорил: — Во время и после сессии я забочусь о твоей безопасности. Завтра можешь делать что вздумается, а сегодня — нет. Тебе сейчас нужен отдых. Ты не в состоянии вести сам. — Позволь мне это решать, — огрызнулся Кайло. Такая реакция на заботу, вполне ожидаемая от неопытного партнера, вызывала неконтролируемое раздражение. Хакс понимал как никогда остро: с Кайло будет тяжело, и мускулистая спина и подтянутая задница не искупят этого в полной мере. — Хорошо, — сказал он устало. — Подвезти себя разрешишь? Кайло механически взлохматил волосы и бросил: — Ладно, как знаешь. Только не раздолбай мою машину. — Вот и договорились, — Хакс кивнул, оставив последнюю фразу без комментариев. — Когда закончим с твоими царапинами, я заварю нам чаю. *** До дома Кайло, несуразно большого, с немного запущенным садом, они доехали в молчании. Хакс сидел за рулем, Кайло — рядом с ним. В приоткрытые окна задувал теплый вечерний воздух. Изредка Хакс посматривал, как ветер треплет пушистые волосы Кайло. Было бы приятно оттаскать его за них — но об этом следовало подумать позже. Кайло ведь так и не сказал, хочет ли он сам продолжения. — Приехали, — Хакс мягко затормозил у ворот. — Я уже вызвал себе такси, через минуту оно приедет. Он не стал задавать вопросы относительно следующей встречи. Кайло сам должен был решить, без подсказок. Добровольно принятое решение стоило куда больше вымученного согласия. — Ага, спасибо. Я бы тебя позвал в дом, но там неубрано. — Ничего, я подожду на улице. Вечер теплый. Лениво потянувшись, Кайло открыл дверь машины. Хакс вышел следом. Некоторое время они молчали, разглядывая друг друга, затем Кайло вдруг сказал, быстро, точно боясь собственных слов: — В следующий раз свяжи меня, ладно? В ответ сердце забилось куда чаще, чем следовало бы, и даже ладони немного вспотели. — Как захочешь, — Хакс позволил себе мимолетную улыбку. — Я завтра проверю свое расписание, и мы договоримся о новой встрече.